38 детей с синдромом дауна

Содержание:

Война и ВПК

Все за сегодня

Мультимедиа

В России дети с синдромом Дауна до сих пор остаются «нежеланными»

В настоящее время в России — 12,5 миллионов людей с ограниченными возможностями: их редко можно увидеть в общественных местах, и некоторые россияне предпочитают, чтобы все так и оставалось

«Я не хочу смотреть на детей в инвалидных креслах! — прокричала одна расстроенная женщина во время довольно напряженного общего собрания в Красноярске, на востоке Сибири, состоявшегося в прошлом году. — Я ничего не могу сделать, чтобы им помочь, и я не могу на них смотреть, я из-за этого плачу каждую ночь, понимаете? Я не хочу этого видеть, и я имею полное право на это!»

Репортаж об этом общем собрании был показан на российском государственном телевидении после того, как защитники прав инвалидов в Красноярске вызвали бурю негодования, обратившись с просьбой установить пандус на входе в жилой дом, где должен был появиться инклюзивный центр развития детей. Согласно российскому законодательству, хозяева квартир должны давать свое разрешение на проведение любых работ в доме, где они проживают.

«Где они собираются играть? Здесь?» — усмехнулась одна пожилая женщина, указывая на находящуюся недалеко детскую площадку. Еще одна женщина, присутствовавшая на собрании, заявила, что «больные» и «здоровые» дети не должны общаться, а ее соседка выразила беспокойство по поводу того, что дети-инвалиды могут быть «заразными». Другие жильцы возражали против установки пандуса, руководствуясь более прозаичными соображениями: их волновало, что пандус будет мешать им парковать автомобили.

В конце концов разрешение на установку пандуса было получено — благодаря хорошо скоординированной кампании с участием защитников прав инвалидов, чиновников городской администрации и даже известного певца. Однако этот спор стал очередным свидетельством того, с какими проблемами сталкиваются инвалиды в России, которая имеет длинную историю репрессий и дискриминации людей с ограниченными физическими и умственными возможностями.

В отличие от Западной Европы и США, где инвалиды являются весьма заметной частью общества, 12,5 миллионов российских граждан с ограниченными возможностями почти не появляются в общественных местах, особенно в провинции, где инфраструктура развита очень слабо. Почти 30% российских детей с ограниченными возможностями — с такими диагнозами, как детский церебральный паралич, мышечная дистрофия и синдром Дауна — живут в государственных приютах, хотя у большинства из них есть как минимум один живой родитель.

«Россия только начинает двигаться по пути интеграции людей с ограниченными физическими и умственными возможностями в общество, — говорит Елена Альшанская, глава благотворительного фонда „Волонтеры в помощь детям-сиротам“, призванного улучшить качество жизни детей-сирот и детей-инвалидов, брошенных родителями. — Но люди боятся того, чего не знают, чего они не видят каждый день».

Множество брошенных детей — это дети с синдромом Дауна. Хотя официальных данных нет, по оценкам экспертов, из пяти детей с этой хромосомной мутацией четверо оказываются в приютах вскоре после рождения. В Москве родители отказываются от каждого второго ребенка с синдромом Дауна.

Валерия Булгакова из подмосковного города Балашиха понимает, что ей повезло. «Доктора в роддоме даже не пытались уговорить нас отказаться от сына, когда поняли, что у него синдром Дауна, — сказала она, указывая на своего 5-летнего сына Васю, который в этот момент с аппетитом ел свой любимый фруктовый пирог. — Акушерка сразу сказала: „Посмотрите, какой он хорошенький!“»

Юлия Колесниченко, представитель московского благотворительного фонда «Даунсайд Ап», который предоставляет помощь и консультации семьям, где растут дети с синдромом Дауна, отмечает, что медицинский персонал не учат тому, как нужно вести себя с родителями, у которых родились дети с синдромом Дауна. «Медработники в роддомах часто позволяют себе говорить нечто вроде: „Что это вы родили?“ или „Откажитесь от ребенка, родите другого — а об этом забудьте“».

Жизнь тех детей с синдромом Дауна, которые находятся в государственных приютах, зачастую абсолютно безрадостна. В России любые формы нарушения развития считаются психиатрическим заболеванием, поэтому, когда этим детям исполняется 18, их чаще всего отправляют в государственные психоневрологические диспансеры и интернаты. Там находятся люди с другими серьезными психическими заболеваниями, такими, как шизофрения. У тех людей с синдромом Дауна, которым повезло не попасть в государственные интернаты, нет почти никаких шансов найти работу. Жесткий трудовой кодекс запрещает «инвалидам» выполнять подавляющее большинство трудовых функций, в результате чего в России сегодня всего два человека с синдромом Дауна трудоустроены официально.

За пределами Москвы отношение к инвалидам, особенно к людям с нарушениями развития, зачастую представляют собой смесь подозрительности и враждебности. В апреле представитель одного из региональных законодательных органов даже предложил убрать детей с аутизмом и другими особенностями развития из общих классов, потому что, по его словам, большую часть времени они проводят, «мяукая под партой».

«В любом авторитарном государстве наблюдается нетерпимое отношение к тому, что отличается от нормы, — говорит Анна Варга, доцент Высшей школы экономики в Москве. — Российское общество находится в состоянии стресса, страха и депрессии. В результате большинство людей просто неспособно на терпимость и сочувствие по отношению к кому-либо».

Незадолго до начала споров вокруг установки пандуса в упомянутом выше жилом доме Красноярска Оксану Водянову, 27-летнюю женщину, страдающую церебральным параличом, выдворили из кафе в Нижнем Новгороде. Рассерженный хозяин кафе сказал, что она распугала всех посетителей. Обращаясь к сопровождающей Оксаны, он сказал: «Сначала вылечите, а потом приходите в публичные места».

Подобные инциденты часто происходят в России, как рассказали защитники прав людей с ограниченными возможностями в беседе с изданием Newsweek. Однако подавляющее большинство этих инцидентов остается без внимания со стороны общественности, СМИ и властей. Вероятнее всего, инцидент в Нижнем Новгороде тоже остался бы незамеченным, если бы не тот факт, что Оксана — родная сестра Натальи Водяновой, супермодели, которая появлялась на обложке журнала Vogue. Наталья также создала фонд «Обнаженные сердца», который помогает детям-инвалидам и детям из неблагополучных семей. «Ситуация, которая вчера произошла с моей родной сестрой Оксаной, — не единичный случай, к сожалению… Мне тяжело об этом говорить, но я понимаю, что это сигнал для общества, который невозможно не услышать», — написала Наталья на своей странице в Фейсбуке.

После того, как информация об этом инциденте попала в международные СМИ, прокуратура завела дело на владельца кафе. Но многие россияне встали на его сторону. Эдуард Лимонов, бывший оппозиционный лидер, который сейчас ведет колонку в прокремлевской газете «Известия» призвал пользователей Твиттера признать, что смотреть на инвалидов неприятно, и заявил, что этим людям стоит запретить появляться в кафе и ресторанах.

Подобное отношение к людям с ограниченными возможностями берет свое начало в советской эпохе, когда людей с физическими и умственными особенностями просто прятали. После Второй мировой войны солдаты, получившие тяжелые увечья, сражаясь с нацистской Германии, насильно вывозились из крупных городов, таких, как Москва и Санкт-Петербург, и отправлялись в трудовые лагеря в Средней Азии или на север России. В преддверии Олимпийских игр 1980 года все «нежелательные» люди, в том числе инвалиды, были вывезены за пределы города, чтобы не портить создаваемый Кремлем образ «идеального» советского общества.

Однако было бы неправильно говорить, что современная Россия не достигла никакого прогресса в вопросе защиты прав людей с ограниченными возможностями. Существование множества организаций, занимающихся делами инвалидов — в советские времена это было попросту немыслимо — является тому подтверждением. Недавно принятый закон, запрещающий дискриминацию людей на основании их ограниченных возможностей, направлен на улучшение качества жизни российских инвалидов, а существенные инвестиции правительства в транспортную систему Москвы сделали ее гораздо более доступной для людей в инвалидных колясках. За последние 15 лет существенно выросло число детей с ограниченными возможностями, в том числе с синдромом Дауна, которые посещают детские сады и школы — еще в 1990-х годах такое было невозможным.

Россия и медвежья болезнь

Болезнь Альцгеймера может быть заразна

Меняющийся лик смерти: от каких болезней мы умрем

Четыре мифа об аутизме, которые давно пора развеять

О родительской любви и борьбе с аутизмом

Радио Болгария 12.07.2015
«Мы постепенно делаем крошечные шаги по направлению к изменению отношения общества, — сказала Колесниченко из организации „Даунсайд Ап“. — Сейчас Россия отстает от западных стран примерно на 40-50 лет. Но то, что мы и семьи могут сделать, чтобы изменить отношение, не идет ни в какое сравнение с тем, что сами дети могут сделать, просто появляясь в общественных местах, на детских площадках, на улицах, в школах и детских садах».

Известные люди уже начали подавать положительный пример. Когда в 2012 году у актрисы и телеведущей Эвелины Бледанс родился сын Семен с синдромом Дауна, она не прислушалась к советам медперсонала роддома и не отказалась от него. Сейчас она регулярно пишет о его успехах на его страничке в Инстаграме. «Кто-то нас возносил чуть ли не до ранга святых, а кто-то говорил, что мы — идиоты, и вообще зачем показывать уродов на всю страну, на весь мир», — рассказала Бледанс в этом году.

А в это время в Балашихе Вася доедает свой фруктовый пирог и направляется в гостиную, чтобы показать, как он умеет танцевать. «В России отношение постепенно меняется, в этом нет сомнений, — говорит его отец Денис, включая музыку. — Конечно, мы надеемся, что к тому времени, когда Вася вырастет, ситуация для людей с ограниченными возможностями здесь будет такой же, как на Западе. Но не стоит загадывать так далеко, особенно в стране, где все так нестабильно. Мы счастливы, мы любим нашего сына, и мы понимаем, что все зависит только от нас».

inosmi.ru

Мама ребенка с синдромом Дауна: «Не стесняйтесь своих детей!»

«Я хочу, чтобы эти дети были привлекательными»

Маленькая Аня в нарядном сарафане и ярких красных сапожках, укрытая синим фартуком, важно сидит в парикмахерском кресле. Над ней колдует Ирина Пантеева, мастер, владелец салона «Портфолио». Ирина стрижет детей с синдромом Дауна – бесплатно. Такое решение супруги Ирина и Вячеслав приняли для себя, когда у них родилась Феодора – солнечный ребенок.

– Каждый может свое милосердие проявлять по-своему. Кто-то может менять пеленки, ухаживать за пожилыми. Мне ближе помогать семьям с солнечными детьми. Познакомиться с родителями, понять, чем они живут. Часто стригут их некрасиво, и выглядят они неправильно. Я хочу, чтобы эти дети были привлекательными. У меня красивый и дорогой салон, не каждый может прийти в такое место. А мамы с такими детьми часто воспитывают их одни. Мужья уходят.

Под щелканье ножниц и жужжание фена Александр, с улыбкой глядя на свою дочь Анечку, рассказывает о ее характере – он уже проявляется. Например, о том, что Аня умеет говорить – только она говорит не тогда, когда может, а когда хочет. А еще о том, что дочка с удовольствием ходит на музыкальные занятия, и уже просит спеть ей полюбившуюся песенку, водя пальчиком по ладошке.

«Что вы хотите, у нее же синдром Дауна!»

В основном окружение относится к Ане положительно. В транспорте Александр и Лена часто ловят добрые взгляды пассажиров, которые любуются девочкой – а Аня заигрывает с попутчиками и даже строит глазки! Но бывает и негатив.

– Однажды мы пришли к врачу, и нам было очень неприятно. «Да что вы от нее хотите, у нее же синдром Дауна!» – так сказал нам невролог. Но все равно позитива больше. Мы с Анюткой ходим в храм Серафима Саровского при Донском монастыре. Он очень уютный. Мы его называем «детский храм». Там есть целая комнатка для малышей, которые там играют, рисуют, даже как-то проходил там детский спектакль. И нашей Ане там комфортно. Верующие люди, как мне кажется, более терпимые.

Лена, как мама, была готова к такому повороту дела. Александр признается, что готов не был. Но с переживаниями и страхами он справился в течение месяца.

– Была проблема принятия. Но прошли дни, и я тоже принял и полюбил свою дочку, сейчас души в ней не чаю. Знаете, это как будто перепутали маршрут. Вы летели, скажем, в Испанию – а приземлились в Финляндии. Совершенно другая страна, другие обычаи. Сначала шок – но надо просто привыкнуть.

Этот ребенок осчастливит всех и будет самым любимым

Многие думают, что Ирина и Слава Пантеевы не так давно женаты – ведь у них маленькие дети, 8-летний Федор и 4-летняя Феодора. Но это не так.

– Мне было 13 лет, а Славе 17, когда мы познакомились – и уже не расставались. У нас как будто две жизни. Сначала росли наши две старшие дочери – Валерия и Ангелина. А потом, после 18-летнего перерыва, появились наши младшие.

Трагедией для семьи стала болезнь 19-летней Ангелины. Саркома бедренной кости. Метастазы в легкие. Операция. Эндопротез, химиотерапии.

– Было нелегко, но мы вспоминаем это как лучшие годы общения с дочерью. Произошла переоценка ценностей. У всех, у нее, у нас. Мы провели времени с ней больше, чем за всю жизнь. В тесном контакте, и у нас было столько радостей! Ведь в это время ты ценишь каждую минуту, с тобой происходящую. В жизненной суете тебе все время некогда. Все время думаешь – я сделаю это завтра. Но завтра твои близкие могут уйти… Господь просто так ничего не делает. Пускай Ангелина прожила недолго, но это была качественная жизнь. А она испытала столько, сколько не вынесет и сильный мужчина. Она стольких людей своим мужеством и внутренней силой научила жить! Когда она заболела, все вокруг говорили: почему она? Хрупкая, боящаяся всего! Но она оказалась такой сильной.

Ирина считает, что и их с мужем дочь заразила своей силой. Многие из друзей семьи стали ходить в храм, а Ира и Слава повенчались.

Во время болезни Лины у Ирины родился сын Федор.

– Я давно хотела мальчика, но когда дочь заболела, я боялась даже думать об этом. Но Ангелина очень мечтала о брате. И даже говорила: «Ну, тогда давай кого-то заберем из детского дома». Я думаю, что она себе замену искала. Федору было 5 месяцев, когда Лины не стало. Уходя, она сказала: «Я спокойна, потому что моя копия родилась». Я удивилась: «Ангелина, ведь он на тебя совсем не похож». А она ответила: «Мама, ты потом сама увидишь». И сейчас, даже когда я с ним разговариваю по телефону, не видя его, у меня ощущение, что я говорю с Линой. Он и внешне стал на нее сильно похож.

А четыре года назад в семье родилась Феодора.

– Я специально выбрала это имя, потому что это действительно дар Божий – как и Федор. Несмотря на то, что у нее синдром Дауна и необычная внешность, она похожа на Ангелину. Я думаю, в их лице Бог сделал нам такой подарок – вернул нам Лину. Я хочу сказать всем, у кого рождается ребенок с синдромом Дауна, – чтобы эти женщины и мужчины не боялись. В их семье появилось Чудо. И если они примут такого ребенка, они будут счастливы. Этот ребенок осчастливит их всех и будет самым любимым. У Бога лишних людей нет. Не надо избавляться от ребенка, если вы узнали во время беременности об этом. И тем более не надо от них потом отказываться.

Ирина узнала, что у нее родится особенный ребенок, на УЗИ во время беременности.

– Я, конечно, испытала шок. И думала – ну вот, еще одно испытание мне Бог послал, мне будет трудно. А теперь я так благодарна судьбе за Феодору! Если бы я не знала этого счастья в жизни, я много бы потеряла.

Когда супруги приехали из роддома домой и Ира положила Феодору в красивую люльку, Слава сел напротив и посмотрел печально на дочь.

– Я спросила: «Слава, ну что ты так на нее смотришь? Ты даже не представляешь, как она будет сильно любить тебя! И ты будешь ее любить больше всех на свете!». «Да я просто прочитал, что они даже не умеют кататься на велосипеде…» – грустно ответил Слава. А на самом деле такие дети умеют многое! И на велосипеде кататься, и плавать, и медали получают! Сейчас у Феодоры с ее папой огромная любовь. Я даже не видела никогда, чтобы мужчина так относился к своему ребенку.

В профессии Ирина всю свою сознательную жизнь, но салон супруги открыли шесть лет назад, после смерти Ангелины. Сначала Слава предложил Ире радовать сотрудников хосписа – и бесплатно обслуживать их. А когда родилась Феодора – супруги приняли решение стричь солнечных детей.

Дети в награду от Бога

Синдром Дауна – это не болезнь, а особенность, которая сопровождается разными пороками. Очень часто бывает порок сердца, бывают проблемы со зрением, со слухом. Но родители детей с синдромом Дауна отмечают, что их дети не больны – они просто особенные.

Недавно к Ирине обратилась за помощью и поддержкой мама, у которой буквально на днях родился малыш с синдромом Дауна. Диагноз был поставлен на 17-й неделе беременности.

– Она не сказала об этом мужу – или побоялась, или просто оберегала тем самым своего супруга. Я считаю ее героем. Представьте, всю оставшуюся беременность она ходила и в одиночку мучилась мыслями о здоровье своего малыша. Самое страшное, что ребенку поставили целый букет диагнозов – заячья губа, волчья пасть, порок сердца… Она переживала это одна. Чудо, что ни один диагноз, кроме синдрома Дауна и порока сердца, не подтвердился. Мужу она рассказала обо всем только на третьи сутки – и он принял ситуацию.

А еще очень важно, считает Ирина, что этот малыш одарит счастьем всех остальных членов семьи.

– В Азии считается, что такие дети – с синдромом Дауна – появляются только у самых хороших людей, которые заслужили такую награду от Бога. И этой семье очень повезло – в первую очередь, другим детям. Иметь такое чудо в доме – прекрасно. Они воспитывают не только взрослых, но и детей своим поведением, своей добротой и открытостью.

Мамам важно знать: у них куча медалей и наград

Летом в ГУМе проходила фотовыставка фонда «Даунсайд Ап»: на фотографиях были дети с синдромом Дауна и звездные персоны. В день презентации, рассказывает Ирина, которая участвовала в подготовке проекта, зрителей собралось много. А еще пришли сами герои выставки, уже выросшие дети с синдромом Дауна – у которых уже есть медали и звания по плаванию, гимнастике.

– Например, среди них есть и внук Бориса Ельцина, Глеб Дьяченко, который не только завоевал массу медалей по плаванию, но уже и сам тренирует малышей с синдромом Дауна. Или Настя Петрова – у которой тоже куча медалей. И я отправила этой маме, родившей малыша с синдромом Дауна, фотографии этих ребят. Я вот вам сейчас это рассказываю, а у меня мурашки бегут по коже. А еще я ей прислала фильм о Вике Струниной, которая со своим супругом, к сожалению, уже умершим от онкологии, усыновила девочку с синдромом Дауна. И эта женщина написала мне: «Теперь я смотрю на мир другими глазами! Передо мной словно радуга зажглась».

И я понимаю, как важно такое знание таким мамам, которые только родили – и они в смятении, и папам, которые, возможно, в сомнениях. Им нужна поддержка. Вот почему важны усилия тех родителей, которые открыто рассказывают о детях с синдромом Дауна, – как это делает Эвелина Бледанс, например. Эвелина поддержала и меня, после того как моя старшая дочь Валерия написала ей в Фейсбуке. А в Инстаграм ее сынишка Сема держал плакат, на котором было написано: «Приветствуем в этом мире солнечную Феодору!» И на нас обрушились поздравления от всех подписчиков Эвелины и Семы, даже в стихах!

Если мы будем стесняться наших детей, как их полюбят другие?

Ирина рассказывает, что дети с синдромом Дауна рождаются очень красивыми.

– Да, потом у них может меняться лицо, иногда косят глазки, например, наша Феодора ходит сейчас с одним заклеенным глазом – чтобы исправить косоглазие. Такое бывает. Но если бы вы видели, какие они, когда только появились на свет! Это чудо.

Феодора очень любит танцевать. В совсем раннем детстве девочке ставили диагноз «тугоухость», но Ирина в нем сомневается.

– У Феодоры прекрасный музыкальный слух. И она знает наизусть все наши мультфильмы – и как бы пропевает их, хотя проговорить тексты не может, но в ее пении многое можно разобрать, а в мелодии дочка не ошибается.

Ира рассказывает, что иногда на детской площадке люди в возрасте – бабушки или пожилые няни – опасаются Феодору: пока в нашем обществе не всем хорошо понятно поведение человека с синдромом Дауна. Но все же проявления страха редки.

– Общество все равно стало более толерантным. Особенно благодаря информационной борьбе. Эвелина Бледанс молодец, потому что не побоялась открыться и говорить о своем сыне, показывая свою безусловную любовь. И это правильно: если мы будем стесняться наших детей, то как их полюбят другие? Я очень люблю Феодору и везде открыто демонстрирую свою любовь и гордость за свою дочь.

Ирина не устает говорить, что благодаря солнечным детям их родители обретают счастье, вдохновение – а еще и много новых друзей.

– Среди «солнечных» родителей люди действительно необычные, они какие-то душевно наполненные. Я счастлива, что у меня теперь есть такие друзья. Меня обогащает эта дружба. Вообще я уверена, что Господь не просто так создал нас всех. И вот еще – обычно родители все очень далеко планируют. Но, как говорится, расскажи Богу о своих планах – и рассмеши Его. Мы, родители детей с синдромом Дауна, живем одним днем – и радуемся этому дню. И каждому достижению своего ребенка. Может быть, Господь через этих детей учит нас правильно жить.

www.pravmir.ru

ИГИЛ казнили 38 детей с синдромом Дауна.

Бесчеловечность террористической группировки «Исламское государство» (ДАИШ, как сейчас многие стали называть ее) заставляет задуматься, а люди ли обитают в этой секте? Религиозные психи поклоняются Аллаху, говорят, что неукоснительно чтут Коран и законы Шариата, утверждают, что убивая неверных, они попадут в рай, однако в священной книге, нет призывов убивать. Это говорит о том, что исламисты извращают Коран и Шариат. Джихадисты намерены объединить всех мусульман мира, но первые, кого они убивают – именно мусульмане. Проще говоря, террористы используют религию, как прикрытие своих террористических действий. Группировка преподносит свою идеологию не силой убеждений, а силой оружия, убивая всех без разбора, кто становится неугоден им.

Накануне появилась информация, что боевики ИГ казнили 38 новорожденных детей с синдромом Дауна! Террористы совершили ужасное преступление после того, как выпустили фетву, разрешающую «убивать новорожденных детей с синдромом Дауна и детей с физическими отклонениями». Фетва была выпущена одним из судей ИГИЛ из Саудовской Аравии, сообщает портал Mosul Eye на своей странице в Facebook.

«По нашей информации, большинство детей были рождены от боевиков ИГИЛ и женщин из Ирака, Сирии и Азии. Нами зафиксированы казни 38 младенцев с синдромом Дауна в возрасте от одной недели до трех месяцев. Они были убиты с помощью смертельной инъекции или удушения. Некоторые из убийств прошли в Сирии и Мосуле», — говорится в сообщении.

Как отмечают авторы материала, теперь террористам стало недостаточно убивать мужчин, женщин и престарелых. Теперь они казнят и детей. Но состоит заметить, что это не первый случая убийства детей, в ноябре этого года появилось видео, на котором ДАИШ казнили 200 сирийский ребятишек. На записи видно, что связанные дети лежат на земле лицом вниз. Вскоре боевики открывают огонь из автоматов [1] .

Собственно, что еще можно ожидать от этих бесчувственных ублюдков? В свете таких событий, многочисленные и надоедливые заявления Соединенных Штатов о том, что только отставка Асада может стабилизировать войну в Сирии, выглядит не просто смешно, а заставляют сомневаться в умственном развитии представителей американской власти. Неужели убийство невинных детишек и все насилие, совершаемое ИГИЛ-овцами прекратиться, как только сирийский лидер сложит свои президентские полномочия? Мягко говоря, это полная чушь, которую «втирает» Америка. Очевидно, что «Исламское государство»- это мировая угроза и прекратить его террористическую деятельность можно только путем полной ликвидации. Чем, собственно сегодня и занимается Россия, в отличие от США и партнеров, которые преследуют собственные корыстные интересы на Ближнем Востоке и, готовые пренебречь жизнью мирных жителей для своего блага.

Стало известно, зачем боевики ИГИЛ расстреляли 200 детей | РЕН ТВ
09 ноября 2015, 20:04

trueinform.ru

  • Через что проходят родители, когда принимают решение воспитывать ребенка с синдромом Дауна? Какое отношение встречают у врачей и соцработников? Почему Краснодару нужен негосударственный центр для помощи семьям с солнечными детьми? Эволюция Юга.ру поговорила с руководителями проекта «Дети Солнца» Верой Буяновой и Александрой Начаровой.

    В Краснодарском крае живет более 480 семей, в которых родились дети с синдромом Дауна. Родители, которые поняли, что в государственных учреждениях не могут заниматься адаптацией и развитием их детей, пять лет назад основали благотворительную организацию «Дети-Лучики». В сообществе они справляются с трудностями вместе — благодаря взаимопомощи и обмену опытом. Но у «Лучиков» до сих пор нет своего помещения. Поэтому руководители решились на масштабный проект — сбор средств на открытие центра.

    Александра Начарова

    председатель ККОО «Центр поддержки семей, воспитывающих детей с особенностями развития „Дети Лучики“» мама солнечного ребенка

    Александра: Ребенок с синдромом Дауна может родиться у совершенно здоровых родителей. Никто не застрахован. Принять рождение особенного ребенка — процесс сложный. Иногда нужно обращаться к психологу, чтобы он помог справиться со стрессом.

    У врачей и работников органов опеки нет задачи оставить ребенка в семье. Нет задачи помочь разобраться, успокоиться, дать информацию, рассказать об опыте других семей. Они оперируют сухими фактами и медицинскими терминами.

    Когда я родила своего малыша, ко мне приходил работник из органов опеки. Сказал примерно следующее: «Вы не переживайте. Вы можете его оставить. Он поживет в детдоме год, вы пока придете в себя, а потом посмотрите, нужен он вам или нет».

    Как вообще мать может оставить своего ребенка? Как его оставить на год? Самая важная реабилитация идет именно в этот период. Массажи, физиотерапия, близость с мамой!

Как появилась организация «Дети-Лучики»

Александра: Диагноз сыну подтвердили. А что дальше? Я не знала, к кому обратиться за советом. Искала информацию о таких детях и организациях, которые специализируются на их развитии у нас в Краснодаре. Но поиск не дал результатов. Я не могла понять, что мне делать с ребенком и как вообще жить дальше.

Казалось, это конец: теперь я всю жизнь буду ходить по больницам

Мне повезло — в поликлинике физиотерапевт дала мне телефон другой мамы с солнечным ребенком. На тот момент моему сыну было 3 месяца. Я позвонила, и мне рассказали еще о нескольких семьях. На встрече, куда меня вскоре пригласили, их было 13. Я наконец-то познакомилась с другими родителями и их детьми, узнала, как правильно развивать своего ребенка, как заниматься реабилитацией. Именно тогда мы решили, что нужна организация, юридическое лицо.

Сначала мы решили объединить все солнечные семьи. Мы оставляли везде визитки и листовки — печатали их на собственном принтере. Было сложно — мамы звонили с недоверием, боялись, а я объясняла, что у меня такой же ребенок и я в таком же положении, как и они.

За пять лет в «Детях-лучиках» собралось 250 семей.

Буянова Вера

директор Vegas group, организатор проекта «Дети Солнца», бабушка солнечного ребенка

Почему важно информировать маму как можно раньше

Вера: У нас в роддомах и медучреждениях нет системы передачи информации, никто не сопровождает семью с момента рождения ребенка с синдромом. Мы очень ждали рекомендаций и алгоритма действий, куда нам теперь обратиться за консультацией, у каких специалистов далее наблюдаться. Но ни в перинатальном центре, ни в генетической поликлинике, ни в поликлинике по месту жительства нам ничего не разъяснили.

Моя дочка родила ребенка в 17 лет. Ребенка у нее сразу забрали. Ей ничего не говорили, ждали, пока приеду я после родов, — она была несовершеннолетняя, хоть и замужем, поэтому все равно врачи общались со мной. Дочка ждала, лежала, не понимала, что происходит. Только мне уже шепотом сказали, что «у вас, возможно, генетические отклонения, мы возьмем анализ и будем ждать результатов».

Примерно 90% детей с синдромом Дауна рождаются с пороками сердца. Другие распространенные физиологические отклонения — гиперподвижность суставов, мышечная гипотония, болезни почек и печени, проблемы с ЖКТ, узкая грудная клетка и малый объем легких.

Александра: Наверное, все матери с солнечными детьми проходят похожий путь. Такие дети рождаются в целом очень слабые. У нас выявили патологию сердца, печени, почек, было нарушено кровообращение головного мозга. Говорили: «Ребенка сейчас переведут в патологию, ты его не сможешь кормить грудью, брать на руки, он будет отдельно, так что брось, пусть лежит, пусть орет».

Мне сказали: «Не корми его грудью, не бери на руки, не привязывайся. Может, ты его вообще отдашь»

Вот ребенок родился, отлежал в патологическом отделении, выписался — дальше куда? Для подтверждения диагноза отправляют к генетикам. Меня врач принял очень сухо, сказал, что диагноз «синдром Дауна» подтвердился. А что делать дальше, как развивать ребенка, никто не объяснил.

Когда мама знает об особенностях своего ребенка, то развитием начинает заниматься правильно и вовремя . Поэтому для нас важно, чтобы родители узнавали о нашей организации как можно раньше.

Да, есть медицинская тайна и врачи не имеют права делиться с нами контактами таких семей. Но вы дайте хотя бы нашу визитку. Все зависит только от личного отношения врача — заинтересован ли он, захочет дать информацию о нас или нет. Много таких, которые скорее скажут: «Да бросьте вы его, иначе возиться будете всю жизнь».

  • Каким будет центр «Дети Солнца» в Краснодаре

    Александра: Мы понимаем, что наше государство не может, не в силах делать эту работу. Поэтому мы и создаем центр сами и собираем на него деньги. Мы планируем собрать средства, которых хватить как минимум на год работы, на оплату труда трех специалистов — психолога, физиотерапевта и педагога по раннему развитию. Это не менее 1 млн рублей .

    У нас есть хорошие специалисты, которые прошли специализированное обучение, — у них есть и профессиональное образование, и сертификаты об обучении от фонда «Даунсайд Ап». Пока у нас нет своего помещения, эти специалисты не могут вести прием.

    «Даунсайд Ап» — российская некоммерческая организация, благотворительный фонд. Оказывает профессиональную психолого-педагогическую помощь детям с синдромом Дауна и их семьям. Организация работает в России 20 лет. Фонд консультирует соответствующие государственные организации в вопросах организации ранней помощи детям с синдромом Дауна.

    Администрация выделила «Детям-Лучикам» помещение в Краснодаре на Садовой, 80. Ждем подписания договора, чтобы начать его обустраивать. Но там огромную сумму придется вложить в ремонт.

    Вера: В центре будет несколько кабинетов для работы специалистов, игровая комната для детей — чтобы они занимались, пока мамы общаются. Еще хотим сделать тренировочную кухню: детям нравится готовить и угощать друг друга.

    Александра: Вот наша Таня на видео, так они готовят. Ей 18 лет.

    A post shared by Дети-лучики Кубани (@deti_luchiki) on Oct 10, 2017 at 12:52pm PDT

    Вера: Мы надеемся, что работа центра будет финансироваться пожертвованиями. Все занятия должны быть бесплатными.

    Помимо разовых пожертвований мы изучаем различные системы фандрайзинга. Нам важно иметь подушку безопасности, постоянные договоры о пожертвованиях с организациями. Если уж мы берем на себя такую ответственность — набирать персонал и оплачивать им работу, мы должны понимать, как и за какие средства. Чтобы потом не метаться в режиме цейтнота.

    Почему детям с синдромом Дауна нужна ранняя адаптация

    Александра: Синдром Дауна — патология, которая диагностируется с рождения. И заниматься с такими детьми нужно сразу.

    У солнечных детей очень слабые мышцы, и это не только бицепсы и трицепсы, которые снаружи видно. Сюда же относятся мышцы желудочно-кишечного тракта, мышцы во рту, отвечающие за речь. Чтобы задвигаться, нужна помощь извне. Понятно, что мышцы у них когда-нибудь задвигаются, к трем годам, к примеру. Но мы можем начать делать логопедический массаж уже с восьми месяцев. Обычно логопеды не подключаются до трех лет, но в этом случае очевидно, что это просто необходимость.

    Если у мамы нет денег на логопеда, мы бесплатно учим основным принципам сами — у нас есть проект «Мамина школа». Логопеды дают методические рекомендации на тренингах. С этим проектом мы ищем пристанище в детских центрах города, спасибо им, что они нас пускают, — например, детский центр «Детвора», центр «Карабас».

  • Вера: Чтобы ребенок потом пошел в сад, его надо адаптировать, социализировать максимально. Но что делать, если почти все организации для детей с синдромом Дауна принимают их только с трех лет?

    Я на днях звонила в организацию, они везде рекламируются как первый инклюзивный центр, куда можно идти развиваться. И там у них тоже можно только с трех лет. Нужно, чтобы ребенок уже сидел, ходил, понимал что-то. А как этого добиться без ранней подготовки? Благодаря тому, что мы в семье занимались этим самостоятельно, в 11 месяцев наш Лева уже говорит «баба», «папа», «да-да-да».

    Александра: Моему ребенку шесть лет, и он не говорит. Произносит отдельные слова, но у него нет нормальной речи. Я делала так, как мне врач сказал: водила на массажи, колола препараты. А о том, что мне нужен был специалист-дефектолог, мне рассказали такие же мамы, когда ребенку уже было полтора года. Многие, как и я, упускают самое ценное время для начала занятий — от рождения до трех лет.

    Как в «Детях-Лучиках» находят друзей

    Александра: Каждую неделю мы проводим мероприятия — водим детей в театры, кино, музеи, организовываем мастер-классы, в том числе по кулинарии. Подростки недавно обучились в фотошколе. Проводим для семей благотворительные фотосессии. И все это бесплатно для родителей! Сама я плотно общаюсь со многими семьями, мы ездим вместе на природу на шашлыки, ходим в кино. А самое главное — сдружились дети!

    Это кажется, что они неполноценные, но им ведь хочется обычного общения

    Когда ребенку пять лет, проводить день рождения с родителями радостно и нормально. А в 14 лет? Кто хотел бы отмечать в таком возрасте день рождения с мамой? Когда матери оказываются заперты в четырех стенах, боятся выйти с ребенком на улицу, дети не развиваются, не получают нужной социализации. Мы даем возможность общаться.

    Подростки вместе ходят в боулинг, у них уже даже какой-то «романтик» появляется. У нас есть Таня, ей 18 лет, она, правда, не очень интересуется отношениями, у нее свои увлечения — в театральную студию ходит, мальчики ей особо не нужны. А мальчикам она нравится, один даже ее ревнует и расстраивается, если она рядом с другим садится. Он тогда может обидеться и даже с мероприятия захочет уйти.

  • Что ждет детей с синдромом Дауна после совершеннолетия

    Александра: В 18 лет ребенок заканчивает школу. Для обычных детей жизнь только начинается, они идут в вуз. А для ребенка с особенностями дальше жизни нет. И у мамы нет. Перспективы — только неврологический диспансер и интернат. Но если я вкладывала в ребенка 18 лет, если я его реабилитировала, как я скажу ему: «Все, школа закончена, надо жить своей жизнью, иди в интернат». Это вообще как?

    В «Детях-Лучиках» есть программа по трудоустройству. Ее разработала одна из мам после обучения в школе социального предпринимательства. Программа подразумевает открытие швейных мастерских для изготовления каких-то простых вещей — прихваток, полотенец. Так дети будут заняты, трудоустроены, смогут получать какую-то копейку. Это рассчитано на подростков, уже закончивших школу.

    Всем родителям, у которых только родился особенный ребенок

    Вера: Слова очень простые, хоть их поначалу сложно принять. Жизнь только начинается. Она будет другой, но она только начинается. Мы с дочкой уже многое переосмыслили после рождения Левы. Надо жить здесь и сейчас, наслаждаться простым семейным счастьем, меньше бежать за какими-то материальными благами.

    Моей дочке сейчас 18 лет, она думает, какое ей дальше получать образование после техникума. Либо она пойдет на психолога, либо в пединститут. Она думает о том, как в будущем сделать жизнь других особенных детей проще и спокойнее.

    Александра: Да, жизнь изменится, но кто сказал, что она изменится в худшую сторону? Рождение этого ребенка дало мне массу сил и возможностей. После декрета и появления «Детей-Лучиков» у меня пошел рост в рабочем процессе и, кажется, появилось намного больше сил.

    Вера: Силы сами откуда-то берутся, когда ты знаешь, ради чего тебе двигаться дальше.

    Как помочь благотворительному проекту «Дети Солнца»?

    1. Отправить СМС на номер 3443 со словом СУДЬБА и через пробел указать сумму пожертвования, которая спишется со счета вашего телефона.
    2. Оформить единоразовое или ежемесячное пожертвование на сайте проекта.
    3. Юридические лица могут стать партнерами проекта, для этого нужно заполнить форму на сайте.
    4. Помочь нематериально с организацией благотворительной Новогодней Ёлки — она пройдет 23 декабря в ТРЦ «МЕГА» с 12:00 до 18:00.

    e.yuga.ru