Алалия и аутизм

Алалия и аутизм

Никольская О.С., Баенская Е.Р., Либлинг М.М.
АУТИЧНЫЙ РЕБЕНОК: ПУТИ ПОМОЩИ

ОТ ЧЕГО СЛЕДУЕТ ОТЛИЧАТЬ ДЕТСКИЙ АУТИЗМ

Порой аутизм можно спутать с некоторыми другими встречающимися у детей проблемами.

Во-первых, у почти каждого аутичного ребенка в младенчестве подозревают глухоту или слепоту. Эти подозрения вызваны тем, что он, как правило, не откликается на свое имя, не следует указаниям взрослого, не сосредоточивается с его помощью. Однако подобные подозрения быстро рассеиваются, поскольку родители знают, что отсутствие реакции на социальные стимулы часто сочетается у их ребенка со «сверхочарованностью» определенными звуковыми и зрительными впечатлениями, вызванными, например, восприятием шуршания, музыки, света лампы, теней, узора обоев на стене — их особое значение для ребенка не оставляет у близких сомнений, что он может видеть и слышать.

Тем не менее, само внимание к особенностям восприятия такого ребенка вполне понятно. Более того, существуют аргументированные предложения ввести в основные клинические критерии синдрома детского аутизма аномальность реакции на сенсорные раздражители. Аномальность в данном случае — это не просто отсутствие реакции, а ее необычность: сенсорная ранимость и игнорирование стимула, парадоксальность ответа или «сверхочарованность» отдельными впечатлениями.

Важно также помнить о характерном различии реакций на социальные и физические стимулы. Для нормального ребенка социальные стимулы чрезвычайно важны. Он прежде всего отзывается на то, что исходит от другого человека. Аутичный ребенок, наоборот, может игнорировать близкого человека и чутко откликаться на иные стимулы.

С другой стороны, в поведении детей с нарушениями зрения и слуха также могут отмечаться однообразные действия, такие, как раскачивание, раздражение глаза или уха, перебирание пальцами перед глазами. Так же, как и в случаях детского аутизма, эти действия несут функцию аутостимуляции, компенсирующей недостаточность реального контакта с миром. Однако мы не можем говорить о детском аутизме, пока стереотипность в поведении не сочетается с трудностями в установлении эмоционального контакта с другими людьми, разумеется, на доступном ребенку уровне, с помощью доступных ему средств. Необходимо также отметить, что возможно действительное сочетание детского аутизма или, по крайней мере, аутистических тенденций с нарушениями зрения и слуха. Так бывает, например, при врожденной краснухе. В подобных случаях стереотипность поведения соединяется со сложностями в общении даже на самом примитивном уровне. Сочетание аутизма и сенсорных нарушений особенно затрудняет коррекционную работу.

Во-вторых, часто возникает необходимость соотнести детский аутизм и умственную отсталость. Мы уже упоминали, что детский аутизм может быть связан с разными, в том числе очень низкими, количественными показателями умственного развития. По крайней мере, две трети детей с аутизмом при обычном психологическом обследовании оцениваются как умственно отсталые (а половина из этих двух третей — как глубоко умственно отсталые). Необходимо, однако, понимать, что нарушение интеллектуального развития при детском аутизме имеет качественную специфику: при количественно равном коэффициенте умственного развития ребенок с аутизмом по сравнению с ребенкомолигофреном может проявлять гораздо большую сообразительность в отдельных областях и значительно худшую адаптацию к жизни в целом. Его показатели по отдельным тестам будут сильно отличаться друг от друга. Чем ниже коэффициент умственного развития, тем отчетливей будет разница между результатами в вербальных и невербальных заданиях в пользу последних.

В, случаях депривации у детей с глубокой умственной отсталостью возможно развитие специальных стереотипов аутостимуляции, например раскачивания, как это бывает и в случае депривации у детей с сенсорными нарушениями. Решение вопроса о том, имеем ли мы дело с детским аутизмом, как и в первом случае, потребует проверки: сочетается ли это проявление стереотипности в поведении ребенка с невозможностью установления с ним эмоционального контакта на самом простом и, казалось бы, доступном ему уровне.

В-третьих, в некоторых случаях необходимо отличать речевые трудности при детском аутизме от других нарушений речевого развития. Часто первые тревоги возникают у родителей аутичных детей именно в связи с необычностью их речи. Странная интонация, штампы, перестановка местоимений, эхолалии — все это проявляется так ярко, что проблем дифференциации с другими речевыми расстройствами, как правило, не возникает. Однако в некоторых, а именно самых тяжелых и самых легких, случаях детского аутизма трудности все же возможны.

В самом тяжелом случае — случае мутичного (не пользующегося речью и не реагирующего на речь других) ребенка может встать вопрос о моторной и сенсорной алалии (отсутствии речи при нормальном слухе и умственном развитии; моторная алалия — невозможность говорить, сенсорная — непонимание речи). Мутичный ребенок отличается от страдающего моторной алалией тем, что иногда может непроизвольно произносить не только слова, но даже сложные фразы. Труднее решить вопрос о сенсорной алалии. Глубоко аутичный ребенок не сосредоточивается на обращенной к нему речи, она не является инструментом организации его поведения. Понимает ли он то, что ему говорят, сказать трудно. Опыт показывает, что даже если он и пытается сосредоточиться на инструкции, то не удерживает ее в сознании целиком. В этом он сходен с ребенком, испытывающим трудности в понимании речи. С другой стороны, аутичный ребенок может иногда адекватно воспринимать и учитывать в поведении относительно сложную информацию, полученную из речевого сообщения, обращенного к другому человеку.

Самым же главным идентифицирующим признаком является характерное для глубоко аутичного ребенка глобальное нарушение коммуникации: в отличие от ребенка с чисто речевыми трудностями, он не пытается выразить свои желания вокализацией, взглядом, мимикой или жестами.

В наиболее легких случаях детского аутизма, когда вместо полного отсутствия коммуникации наблюдаются лишь связанные с ней затруднения, возможны проявления самых разных речевых нарушений. В подобных случаях можно обнаружить явные проблемы с восприятием речевой инструкции, общую смазанность и нечеткость произношения, запинки, аграмматизмы (нарушения грамматического строя речи), трудности в построении фразы. Все эти проблемы возникают именно при попытке ребенка вступить в коммуникацию, организовать целенаправленное речевое взаимодействие. Когда же высказывания автономны, ненаправленны, штампованны, тогда речь может быть более чистой, фраза более правильной. При дифференциации в таких случаях следует отталкиваться именно от сравнения возможностей понимания и использования речи в ситуациях аутостимуляции и направленного взаимодействия.

При дифференциальной диагностике необходимо также учитывать более общие характеристики поведения. В попытках коммуникации аутичный ребенок будет проявлять сверхзастенчивость, заторможенность, повышенную чувствительность к взгляду другого человека, тону его разговора. Он будет стремиться к общению в привычной и ритуализированной форме и теряться в новой обстановке.

В-четвертых, как для профессионалов, так и для родителей важно разграничивать детский аутизм и шизофрению. С их смешением связано множество не только профессиональных проблем, но и личных переживаний в семьях аутичных детей.

Западными специалистами связь детского аутизма и шизофрении полностью отрицается. Известно, что шизофрения является наследственным заболеванием. Проведенные исследования показали, что среди родственников аутичных детей нет накопления случаев заболевания шизофренией. В России же до недавнего времени между детским аутизмом и детской шизофренией в большинстве случаев просто ставился знак равенства, что тоже подтверждалось многочисленными клиническими исследованиями.

Это противоречие разъяснится, если мы учтем отличия в понимании шизофрении в разных клинических школах.

Большинство западных школ определяет ее как болезненный процесс, сопровождающийся острыми психическими расстройствами, включающими галлюцинации. Господствовавшие же до недавнего времени российские психиатрические школы относили к шизофрении и вялотекущие болезненные процессы, нарушающие психическое развитие ребенка. При первом понимании связь с аутизмом действительно не прослеживается, при втором — детский аутизм и шизофрения могут пересекаться.

Ребенок, страдающий шизофренией (в традиционном отечественном понимании этого слова), может не иметь трудностей, специфичных для синдрома детского аутизма. Здесь дифференциации поможет опора на основные критерии синдрома. Развести «стабильные» и «текущие» формы внутри самого синдрома детского аутизма позволяет длительное наблюдение за развитием ребенка. Наличие периодов не обусловленного извне обострения (нарастания проблем ребенка) может свидетельствовать в пользу заболевания шизофренией.

Диагноз, при котором аутизм трактуется как психическое заболевание, воспринимается родителями, а зачастую и педагогами как жестокий приговор возможности успешного психического развития и социальной адаптации ребенка. При таком понимании под сомнение ставится результативность коррекционной работы, обучения и воспитания: «Стоит ли работать, на что можно надеяться, если движение болезненного процесса будет постоянно разрушать плоды наших усилий?» Наш опыт показывает, что тяжесть проблем ребенка, прогноз его развития не следует ставить в прямую зависимость от поставленного медицинского диагноза. Мы знаем случаи, когда работа с ребенком идет очень трудно, несмотря на отсутствие обострении, и, наоборот, известны случаи достаточно быстрого продвижения даже при регулярно наступающих ухудшениях состояния. В трудный период ребенок ничего не теряет полностью. Он может временно перестать пользоваться усвоенными навыками, перейти на более низкий уровень адаптации, однако эмоциональный контакт, поддержка близких позволяют ему быстро восстановить достигнутый ранее уровень, а затем и двигаться дальше.

Наконец, в-пятых, необходимо остановиться на различении синдрома детского аутизма и нарушений общения, обусловленных особыми условиями жизни, воспитания ребенка. Такие нарушения могут возникнуть, если еще в раннем возрасте ребенок лишен самой возможности установить эмоциональный контакт с близким человеком, т. е. в случаях так называемого детского госпитализма.

Известно, что нехватка эмоциональных контактов с людьми, недостаток впечатлений часто вызывают серьезную задержку психического развития у детей, воспитывающихся в домах ребенка. У них возможно также развитие особой стереотипной активности, призванной компенсировать недостаток контактов с миром. Однако стереотипные действия не носят при госпитализме такого изощренного характера, как при детском аутизме: это может быть, скажем, просто упорное раскачивание или сосание пальца. Принципиально здесь то, что ребенок с госпитализмом, попав в нормальные условия, может компенсироваться, по сравнению с аутичным, гораздо быстрее, поскольку у него отсутствуют внутренние препятствия для эмоционального развития.

Другой причиной психогенного нарушения общения может быть отрицательный невротический опыт ребенка: перенесенная травма, несостоятельность во взаимодействии с другим человеком. Конечно, такой опыт может получить любой ребенок с повышенной ранимостью. И все же это не детский аутизм, потому что нарушение общения здесь, как правило, избирательно и касается именно отдельных, тяжелых для ребенка ситуаций. Даже если невротический опыт повлек за собой избирательный мутизм, т. е. мутизм, проявляющийся лишь в особых обстоятельствах (во время ответа на уроке, при общении с чужими взрослыми и т. д.), то и тогда у ребенка с нарушениями психогенного характера контакт с близкими, с детьми в игровой ситуации вполне сохраняется. В случае же детского аутизма возможность коммуникации нарушена в целом, причем наиболее трудна для таких детей организация как раз необязательных игровых контактов со сверстниками.

www.autism.ru

Аутизм с сохранным интеллектом. Сенсомоторная алалия СДВГ.

Привет мамочкам! Всем кому известен диагноз Аутизм думаю, знакома наша ситуация.Сыну 3,3.Была очень тяжелая беременность, с отслойками плаценты, кровотичениями.Не знаю, тогда я и не думала, что это уже о многом говорит.Хотела сохранить свою беременность.Все просила у Бога, чтоб мой малыш жил.Родился с травмой ШОП, о котрой мы узнали только недавно.Такая беременность тяжелая, а тут еще саму заставили рожать.Заполнила документы на кесарево интуитивно, заставили переписать.Вообщем сами роды.Потуг не было.И тут «грамотная акушерка»мне советует, хочешь быстрее родить, ходи и тужься.Так я и сделала.Зная, что у нас краевое прикрепление пуповины, и если ппроцесс родов затянется могу потерять малыша я во всем слушалась акушерку.Хотя не надо было! Потуг не было.Ребенка я вытужила из-себя без потуг, надо было подождать! Мне сказали тужься я недолго думая тужилась со всей силы.Родился сын.вес 3290, рост 53.Грудь взял не сразу, только на второй день и в положении лежа.Не спал.Целыми днями плакал.Колики мучали постоянно.Не ползал, а сразу пошел.Уже тогда в 1,2 у него были какие-то движения руками как судорожный синдром.Делали все прививки. В 1,6 АКДС дало сильный отпад, начал помногу прыгать, исчезли наши ба-ба под ладушки, и еще много приобретенных навыков.Отпад.Молчали 3 мес.вообще.После курсов глиатилина появилась тарабарщина в 2 года.Ездили в Самарский реабилитационный центр на 2 курса, результатов нет.Единственно после логопедического массажа начал жевать.Закончила курс aba, в 2,6 пошли первые звкуоподражания ко-ко, как я за них билась, знаю только сама.Сейчас нам 3,3 стоим в очереди в логопедический садик.Дали обычный, но мы там очень отличаемся, да и не вижу смысла мучить ребенка, рушить психику, которая и так пострадала.Главная наша проблема стимуляции в виде прыганий, беганий, с своеобразным кряхтением.И он не слышит собеседника, плохо отзывается на свое имя.В своем мире.Выходит на связь когда что-то нужно, живет только своими эмоциями и желаниями.Инвалидности нет, в понедельник пойдем к психиатрам.Диагноз СДВГ нас не устраивает.Это ложь.У нас не СДВГ, это стимы, а не гипреактивность.Кроме того у нас с 1,6 запоры очень сильные, мы на БГ диете.У нас по анализам крови Целиакия.Тяжело с засыпанием.В данное время на октябрь запланирована операция по вправлению ШОП.А в плане интеллекта хорошая математическая память, знаем счет до 10 и называем пусть и с дизартрией, все цвета основные, очень много животных, как диких и домашних, алфавит, пазлы любим собирать, кубики, рисовать больше кисточкой и красками, кушает сам и в унитаз сам ходит, волнует поведение, интеллект неплохой.Буду рада общению с мамочками, особенно кому знаком диагноз РДА(я об этом знала уже в 1,9 для меня это не было неожиданностью).Буду рада делиться опытом и практичными советами, которые порой так нужны нашим деткам.

Мобильное приложение«Happy Mama» 4,7 Общаться в приложении гораздо удобней!

вы молодец, что так относитесь к воспитанию реьенка, я по образованию коррекционный педагог и понимаю все о чем вы написали. Только хочу сказать, что с такими детками у нас работали не в речевом ДС, а была спец группа из 8 человек в саду для детей с ЗПР и с ними работали не только логопеды, а все специалисты. Терпения вым и удачи!

Просто я его очень люблю и верю что в будущем он станет человеком, а это прежде всего. Очень много слез пролила когда узнала о диагнозе, но теперь не плачу, толку от слез мало.На ПМПК просила ЗПР, но так как интеллект хороший нам сказали попробуйте логопедический, а в ЗПР всегда успеете.Хотя с вами соглашусь, чем раньше начнешь, тем быстрее пойдут результаты.Тем более социализация аутенку дается тяжело, нужна практика и опыт собственный, а это в логопедическом на вряд ли.

А скорее всего дали логопедический, что там есть вероятность попасть в 4-5 лет, а в ЗПР у нас только с 6, такая очередь огромная из деток выстроилась.

Спс, да терпение не помешает с детками нашими!

Согласна.Мы в понедельник к психиатру.СДВГ это чушь собачья.Иду за диагнозом.Аутизм нам поставила дефектолог уже в 1,9.А другом диагнозе сенсомоторная алалия я бы еще подумала.Но их трудно отличить или различить правильнее будет.У нас есть реабилитационный центр для таких деток, но без инвалидности не берут.Да аутизм не лечится, но зато неплохо корректируется, и клетки мозга у наших дозревают пусть и с огромным опозданием.

вы не написали, как обстоят дела с общением со сверстниками, а это самое главное отличие РДА от СМА. У моего ребенка в 2,2 поставили сначала РДА, потом СМА. Тоже были аутичные черты и через раз откликался на имя, начали заниматься с психологом, логопеды нас не брали… Сейчас уже про РДА речи нет, и алалию ставят моторную, а не СМА, хотя непонимание все же остается. Вы делали ЭЭГ (судородный синдром в анмнезе), наши проблемы оказались оттуда. Еще, если есть проблемы с ШОП, то вероятно органическое поражение мозга, т.к. плохое кровоснабжение. Любая неврология может давать аутичное поведение, поэтому я бы рекомендовала сначала полностью обследоваться по нверологии, а потом уж к психиатрам идти. Хотя, моего ребенка в 2,8 даже смотреть не стали, сказали «не наш клиент». Что в Сургуте есть для абилитации таких детей? У нас практически ничего ((( И еще я бы не отказывалась от садика, нам ООООчень способствует в развитии, кстати для аутистов инклюзия тоже показана, может быть хотя бы ходить в кратковременные группы, но лучше на полдня в обычный сад, т.к. нет проблем с туалетом, но есть проблемы с засыпанием.

Да, психиатры все как один нам говорят тоже самое.Но невролог в поликлинике каждый раз на приеме говорит, все-таки аутизм.С детьми, не знаю, как описать, у него ведь и практики общения нет.У меня он смышленый.Когда в гости ходим, он послушный, терпеливый, у него отбирают игрушки, а он бежит к другой(они все для него новые), когда к нам приходят отдает игрушки, но если начнется борьба за принципиальную не отдаст ни за что.С детьми избирательно может кубики построить, хороводы поводить, на горках покататься, попрыгать на батуте, но инициативы с его стороны нет.С засыпанием у нас проблема только ночью.У нас кроме всего сильные эмоционально-волевые нарушения.Поэтому в саду трудно.А проблемный ребенок никому не нужен.Водила его в кратковременный к детям самым слождным с УО, но мой среди них здоровый ребенок, а среди здоровых больной.Ушли. ЭЭГ наше трактуют по-разному, ходили к нескольким, кто говорит есть, кто говорит да. Хоршие специалисты на севере это редкость.У нас в октябре операция, потом попробуем «Добрый Волшебник»реабилитационный центр для детей с ограниченными возможностями, но там теперь открылись платные группы для детей с ЗРР, ЗПР.Я сама по образованию педагог(школьный) и понимаю, что начинать нужно в маленьком коллективе, нашим детям нужен постоянный контроль и направление.В обычный уже не поведу(хотя место пока за нами), будем ждать логопедический.А сколько вашему ребенку? Какой сад посещаете?

моему 3,7 года. С июля стали ходить в логосад. Но пока особых подвижек нет, кроме социализации, общается с детьми охотно, пытается жестами изъясняться. В нашем логосаду все дети говорящие! И мы вторые, кто за всю историю сада не говорим. Поэтому уровень специалистов можно догадаться какой. Тех, кто умеет работать с неговорящимим детьми в нашем городе — один/два логопеда. Пробиться к ним практически не возможно. С одной нам удалось поработать весной и летом, у Ильи пошли слова, но согласных звков было очень мало, сейчас где-то половина согласных звуков уже есть, но естественно их еще ставить надо, поэтому какая речь появилась — она с дизартрией, аграмматична и т.д. Поведение у нас тоже хромает. Ставили СДВГ, сейчас понимаю, что это тоже не гиперактивность, а некая стимуляция, но не такого плана как у аутистов. Из стимуляции у нас было — хлопание дверями, включать\выключать свет, кружился, бегал за голубями как заведенный. Сейчас все это ушло. Периодически стимулируется звуками, т.е может громко кричать\визжать, разный тембр голоса использовать, постоянно включает музыкальные и говорящие игрушки. Но это не бросается в глаза, это просто я знаю, а другие бы и не заметили. Истеричность уменьшилась значительно, как только стал говорить слова, т.к. с ним стало возможно договариваться и я могла уже понимать причины его истерик. Раньше понимание сильно страдало, иногла по 3-4 раза приходилось повторять обычные вещи, которые точно знает, он как будто выключался в понимании, смотрит и не понимает ничего. Сейчас практически не приходится повторять. Вообще, воспитатели не замечают, что он как то отличается от детей, только что не говорит, а то что говорит не понятно им. Но вот еще в марте на ПМПК нас вообще даже смотреть не хотели, сказали сразу, что аутист (какие то методисты, логопеды и психологи, т.е. даже не врачи) и нам надо в садик ЗПР. А мы с того садика занимаемся у психолога, и она сказала, что там дети намного тяжелее нашего. Вообщем пришлось постараться и на комиссии он все таки показал что умеет, собрал пирамидку, картинки по частям и т.д. Говорить он тогда мог только 20 слов (в том числе звукоподражаний). Как я уже говорила, что причина нашей алалии это вовсе не поражение мозга (но может и оно не исключается, точно сказать не могу, т.к. МРТ мы не делали), но у нас выявлена эпиактивность без параксизмов. Наши местные нврологи считают что лечить это как бы не надо, но в то же время нам нельзя все стимуляриующие терапии и процедуры, т.е. обычные в нашем случае ноотропы нам противопоказаны, дабы не возникло истинной эпилепсии. Год мы пролечились на пантогаме и фенибуте (это единственные ноотропы с противосудорожным эффектом), но на ЭЭГ картина не изменилась, ездили в Екат. там назначили совершенно другое лечение, но пока только месяц прошел, рано судить о результатах. Если будут еще вопросы, пишите в личку!

m.baby.ru

mama-znaet.com

Мама знает все!

Аутизм. Аутичные черты у ребенка (АЧ) Ранний детский аутизм (РДА). Сенсорная Алалия с аутичными чертами.

Приглашаю в эту группу всех, кто столкнулся с диагнозами аутизм или аутичные черты, аутоподобное поведение или пока только подозревает наличие этих особенностей у своего ребенка. Давайте делиться опытом и успехами наших деток, чтобы у всех нас был стимул развивать ребенка дальше и победить в этой борьбе.

Предлагаю всем мамам, которых тревожит странное нетипичное поведение вашего ребенка или отставание его в развитии от возрастных норм, ответить на ряд простых но очень важных вопросов, которые помогут нам разобраться, есть ли у вашего ребенка проблемы, связанные с аутизмом.

Поведение вашего ребенка отличается от сверстников?
Вас беспокоит отсутствие речи у вашего ребенка в то время как все его сверстники уже говорят?
Ваш ребенок иногда или постоянно ведет себя странно или нетипично?
Ваш ребенок любит однотипные игры и может подолгу играть катая одну машинку по полу туда-сюда или крутить колесо у машинки часами, очень близко поднеся ее при этом к глазам?
Ваш ребенок делает однотипные движения( взмахи) руками или рассматривает что-то подолгу сквозь пальцы, поднося их слишком близко или почти впритык к глазам?
Ваш ребенок может подолгу лежать на полу или качаться по нему?
Ваш ребенок имеет четкие привязанности- вплоть до «пунктиков» в еде или одежде, которую порой вы не можете снять с него несколько дней?
У вашего ребенка есть особенность кружиться вокруг себв на одном месте как волчок или бегать кругами по комнате?
Ваш ребенок часто бывает погружен как бы «сам в себя» и он в это время не реагирует на окружающих?
Ваш ребенок отстраняется и не любит играть с другими детьми?
Ваш ребенок не смотрит в глаза и не реагирует на свое имя?
Ваш ребенок не любит обьятия и поцелуи?
Ваш ребенок часто устраивает истерики просто так- сам по себе, без видимой причины?

Если большинство или все перечисленные симптомы совпадают с поведением вашего ребенка- вам сюда.

www.mama-znaet.com

У каждого 68 ребенка аутизм!

2 апреля – день распространения информации об аутизме. Кандидат педагогических наук, доцент Московского психолого-социального университета, директор медицинского центра «Логомед прогноз» Ольга Ивановна Азова отвечает на самые насущные вопросы об аутизме.

Что вы считаете важным сказать в день распространения информации об аутизме?

Первое, что хотелось бы отметить: количество детей с расстройствами аутистического спектра (РАС) увеличивается из года в год. По данным статистики за 2014 год у каждого 68-го ребенка (у мальчиков чаще – у каждого 42-ого) аутизм. Это число с каждым годом растёт, скорее всего эта проблема в недалеком будущем в том или ином виде коснется каждой семьи, но уже сейчас она требует самого пристального внимания.

Второе, очень важное: мир постепенно становится толерантным, где все могут жить среди всех. Общественное восприятие детей-аутистов сложное, хотя люди начинают понимать, что аутизм – это не результат плохого воспитания, что нужно учиться принимать любого ребенка в обществе как в лозунге социальной рекламы: «Человек не делится – инвалид не инвалид!» Для детей с особенностями поведения и эмоционального развития важно находиться среди нейротипичных детей, то есть не имеющих отклонений в развитии. Радует, что в нашем обществе стали продвигаться инклюзивные модели образования.

И третье. Это важно для родителей детей, у которых уже диагностирован аутизм: чем раньше сроки начала коррекции, тем лучше результат. Главное – не останавливаться на одном методе, применять комплекс медицинских и образовательных мероприятий, реализовывать концептуальный подход. Самое эффективное в коррекции – это грамотное раннее вмешательство, комплекс различных мероприятий и интенсивность занятий и процедур.

Когда можно диагностировать аутизм?

Заметить у ребенка особенности аутистического типа развития можно очень рано. Есть исследования, подтверждающие, что уже в первые месяцы жизни у ребенка с аутизмом видны своеобразные (генерализованные) движения. Но проблема в том, что на этом возрастном этапе редкий профессионал нацелен увидеть эту особенность развития. Не хватает осведомленности ни у родителей, ни у специалистов.

Самое раннее, об особенностях аутистического типа развития специалисты скажут к концу первого года жизни или года в полтора. Что, в общем, не плохо, или – еще не поздно. Но чаще всего диагноз ставится ближе к трем годам. А в четыре, пять лет и старше ребенок, не получающий помощь, продолжает «уходить» под скорлупу своих интересов, аутостимуляций, всё больше отодвигается от вербальных способов общения.

Занятие с логопедом по запуску речи

Повторюсь, что ранние признаки аутизма у некоторых детей видны на первом году жизни. Конечно, существуют разные степени аутизма, и легкую степень специалисты широкого профиля сразу заметить не смогут. И тем не менее, специалисты разных стран сходятся во мнении, что чем раньше начнётся коррекция, тем с меньшими потерями ребенок выйдет в мир.

Аутизм – это не то чтобы прогрессирующее заболевание, но аутичные дети при отсутствии правильного сопровождения и грамотной коррекции, хуже «общаются», отказываются от речи, то есть ребенок всё больше становится «аутистом». Признанный эксперт в области поведенческого анализа Роберт Шрамм сравнил это явление с песочной стеной, а известный американский психолог Бруно Беттельхейм – с пустой крепостью. Так вот, если начать раннюю коррекцию, то в этой гипотетической стене образуются бреши, песок высыпается, и происходит социализация ребенка.

Кто может диагностировать РАС?

Заметить у ребенка аутистичные черты могут и даже должны многие специалисты коррекционных профессий – педиатры, психологи, логопеды. Они могут успеть хотя бы натолкнуть родителей на мысль, что с ребенком что-то не так. Конечно, специфическими диагностическими приемами, такими как структурированное интервью и шкала наблюдения для диагностирования аутизма (ADOS), владеют не все, это уже прерогатива узких профессионалов. Но главное, что у грамотных специалистов есть качественный диагностический инструментарий.

Есть и другие сложности: многие специалисты вводят родителей в заблуждение, а родители, порой, и рады заблуждаться, отодвигая от себя проблему. Скажем, неврологи любят «прятать» диагноз аутизм под сенсо-моторной алалией, различными видами задержек развития. Как профессионалу, работающему с детьми с аутизмом, мне приходится сталкиваться с чудовищно ошибочными врачебными заключениями. И «утешая» себя более «лёгким нарушением», таким как алалия (что тоже сомнительно, это совсем не легкий диагноз), родители теряют время.

Кто работает с аутистами?

Самое основное направление коррекции – психолого-педагогическое. Это работа с психологами – АВА терапевтами, специалистами по сенсорной интеграции, психотерапевтами, игротерапевтами; с нейропсихологами; логопедами; педагогами – музыкальными работниками, специалистами по лого- и фонетической ритмике, ручному труду; инструкторами ЛФК.

Лечится ли аутизм?

Занятие с психологом

Нет, специальной таблетки от аутизма нет. Как нет и такой таблетки, чтобы у ребенка появилась речь.

Но если нужно убрать какое-то проявление, дополнительный симптом, не связанный с напрямую с аутизмом, а также при наличии дополнительной клинической картины (коморбидные расстройства) подключаются врачи: неврологи, психиатры. Отдельное направление лечения – это диеты, биомед, нутрициология.

Считается, что самый эффективный метод только АВА

Метод действительно очень эффективный. И самое главное, что он работает даже с маленькими детьми.

Но не стоит умалять достоинства комплексного подхода, который включает в себя и другие методы коррекции. Я – за команду профессионалов, которая организует, направляет, формирует необходимые навыки. Но важно, чтобы к этой команде присоединились и родители, которые, по сути, выполняют главную роль в коррекции. Именно они должны переносить отработанные навыки в жизнь.

Очень хорошо продвигаются дети в коррекции на физических нагрузках. С помощью ЛФК, лечебного массажа, кинезиотерапии и мозжечковой стимуляции можно сильно уменьшить проблемное поведение и заметно увеличить долю целесообразного, адекватного ситуации поведения.

Применяются в коррекции и альтернативные методы коммуникации. Скажем, эффективным методом является использование карточек PECS. Дети с помощью картинки могут «попросить» нужный предмет, еду, игрушку.

Эти и другие сенсорные терапии, которые уравновешивают гипо- и гиперсенсорику, призваны скорригировать разбалансированную систему обработки сенсорной информации, «наладить» мозговую деятельность. Все перечисленное – это надежные, проверенные методы, имеющие научную базу с доказанной эффективностью.

Также очень важно учитывать степень аутизации и возраст ребенка. Есть дети эмоционально теплые, не испытывающие грубых поведенческих проблем, говорящие, но плохо коммуницирующие. У таких детей может быть лёгкая степень РАС. Они очень хорошо продвигаются на логопедических занятиях и при подключении коррекции слуховой терапии по методу Альфреда Томатиса.

И, конечно, нужно учитывать запрос родителей. Когда после окончания института я только начинала работать логопедом, мне казалось, что я обязана убедить родителей, доказать им необходимость обследования и наблюдения детей, что родители не понимают, заблуждаются. Но со временем я все больше стала учитывать мнение родителей. Они лучше знают своих детей, и именно они берут на себя ответственность за их жизнь и здоровье, это их выбор, часто непростой, зависящий от многих внешних обстоятельств. А я могу только консультировать, давать профессиональные советы, помочь в выборе процедур.

И очень хотелось бы, чтобы все специалисты, работающие с детьми-аутистами, применяли на занятиях, консультациях и обследованиях поведенческую (бихевиоральную) терапию.

Какие темы при освещении вопросов аутизма вы считаете самыми проблемными?

Основная проблема диагностирование и сроки начала коррекции. В России только у врач-психиатр имеет право поставить ребенку диагноз аутизм. Но как быть с таким явным противоречием: психиатрическое консультирование возможно только с трёх лет, а коррекционные занятия должны начинаться с года–полутора? Прогностически это очень важно – начать коррекцию как можно раньше.

Что делать, если педиатры не имеют права диагностировать, а зачастую и не владеют приёмами диагностироания РАС, не видят особенностей данного нарушения развития (дизонтогенеза), а в существующем правовом поле к психиатру рано?

И если какой-то специалист заметит у ребенка особенность развития, по закону он не может поставить диагноз, так как это исключительное право психиатра.

Я считаю, что пришло время менять правила диагностики. Если детский специалист –педиатр, медицинский или клинический психолог – будет иметь возможность сообщить родителям ребенка-аутиста важную для дальнейшего диагностирования и коррекции информацию, то не будет теряться драгоценное время реабилитации.

Справка

Термин аутизм был введен в 1910 году швейцарским психиатром Эйгеном Блейлером. Он использовал это слово при описании ухода в мир фантазий больного шизофренией.

В 1938 году Ганс Аспергер в лекции по детской психологии в Венском университете использовал термин «аутистичные психопаты». Он изучил одно из расстройств аутизма, которое впоследствии получило название синдром Аспергера.

Первое описание аутизма как синдрома было дано американским детским психиатром Лео Каннером в его статье «Аутистические нарушения аффективного контакта», опубликованной в 1943 году. Каннер описал общие характеристики 11 детей, которых он наблюдал с 1938 по 1943 годы. Все эти дети проявляли общие черты, основными из которых были чрезмерная изоляция, замкнутость, уход от каких-либо контактов с людьми, нарушения речевого развития и потребность в многократном повторении одних и тех же действий, причем начало проявления этих особенностей отмечалось уже на первом году жизни ребенка.

К 1950-м годам многие врачи стали объяснять возможную причину возникновения аутизма у ребенка с ненарушенным интеллектом травмирующим его окружением, и, особенно, отсутствием теплых отношений к ребенку со стороны его родителей.

В 1960-е годы отмечается большое изменение в понимании аутизма: его этиологии, диагностики и лечения. Сначала некоторые психоаналитики подвергли сомнению целесообразность психотерапии как основного «лечения» аутизма. Затем С. Б. Ферстер в получившей большую известность работе «Позитивное поощрение и неадекватность поведения аутичных детей», опубликованной в 1961 году, высказал предположение, что многие аномалии в поведении и речи аутичных детей могут быть уменьшены и сглажены путем систематических занятий по программе модификации поведения. С. Ферстер также отметил интересное наблюдение, что даже наиболее странные проявления поведения аутичных детей могут быть формой коммуникации, и таких людей можно научить общаться и сообщать, что они хотят, иначе, более адекватно. Работа Ферстера послужила толчком к исследованию подхода модификации поведения аутичных детей и применению его на практике.

В настоящее время продолжается поиск методов лечения аутизма, хотя многие считают, что аутизм – это просто особенность личностного развития.

Генеральная Ассамблея ООН учредила 2 апреля как Всемирный день по распространению информации о проблеме аутизма.

neinvalid.ru