Аутизм растет

Запертые в себе: в России растет количество больных аутизмом

Фото: ТАСС/Владимир Смирнов

Чумой XX века был единогласно признан СПИД. Терминальная стадия ВИЧ приводила в ужас все население планеты, побороть который не могут до сих пор. Бичом же XXI века стали раковые заболевания и аутизм. Про онкологию и ее последствия знают все, а аутизм попал в фокус зрения совсем недавно. Что это такое, чем можно помочь аутистам и способна ли медицина побороть это коварное заболевание – в материале m24.ru.

Ступени познания

В современном детоцентричном обществе во главу угла ставятся интересы ребенка. Те заболевания и проблемы со здоровьем у младенцев, на которые раньше не принято было обращать внимание, стали объектом повышенного внимания. Сейчас уже никого не удивишь диагнозами «синдром Аспергера» или «синдром Дауна». Значительно меньшее количество людей знает про болезнь Альперса или спинальное расстройство. Но про аутизм слышали практически все.

Дело в том, что количество детей и взрослых, страдающих от аутизма и связанных с ним расстройств, стремительно увеличивается. Официальной статистики в России не существует, но по данным европейских стран, каждые трое из тысячи новорожденных обречены страдать аутизмом. А если внести в этот список еще и похожие заболевания, то получится, что каждые шестеро из тысячи новорожденных – «аутичные».

Аутизм – это первазивное, то есть оно всепроникающее, расстройство развития. Но не стоит отчаиваться – аутизм может быть излечен психолого-педагогическими методами. Это нечто вроде адаптивного образования.

После того как реорганизовали учреждения, которые были созданы как раз для таких детей, эти учреждения вошли в состав общеобразовательных школ и являются их частью. В этих подразделениях аутисты обучаются по адаптивным программам, которые соответствуют их способностям и потребностям. У них есть возможность общаться с обычными детьми.

В России нет статистики по детям, страдающим аутизмом, но в последнее время количество таких детей растет. Мы обращаемся к данным общеобразовательных учреждений, а особенно к тому, что родители таких детей вынуждены обращаться к психиатрам по поводу аутизма. Поэтому можно судить, что количество страдающих аутизмом детей растет.

Существует большое количество методов терапии для аутистов. Для каждого ребенка должен быть подобран индивидуальный метод. Одной таблеткой от всех болезней аутизм не вылечить.

Некоторые дети с аутизмом отличаются неординарными способностями. У них идет неравномерное развитие. Они компенсируют свои нарушения развитостью в одном конкретном занятии. Например, ребенок может обладать выдающимися математическими способностями, но при этом ему очень сложно привить навыки самообслуживания. Или он может знать очень много языков, но не сможет построить простейший диалог.

Самое главное препятствие, с которым сталкиваются родители и сами врачи – невозможность предсказать развитие этого заболевания. Предположим, у вас появляется ребенок. Диагностика до родов и заключение медицинских работников после его рождения – строго положительная. Будет красавцем, умницей и вообще пойдет целиком в своих папу и маму. Как тут не обрадоваться?

Но именно в этом и заключается коварство аутизма, что в отличие от синдрома Дауна и других генетических заболеваний, распознать его решительно невозможно. Нельзя узнать какой именно младенец вынужден будет носить панцирь безразличия ко всему сущему и лишен самых обычных проявлений чувств.

Обычно аутизм развивается примерно в двухлетнем возрасте. Нередко дети уже начинают говорить, строить целые предложения, а за этим прогрессом быстро следует регресс – полная апатия, незаинтересованность в общении с родителями и другими детьми. Ребенок может часами сидеть на кроватке и перебирать игрушки. Нередко наблюдается удивительное стремление к порядку. Если обычные дети разбрасывают игрушки по полу и частенько вырывают страницы из книг, то аутисты, напротив, не играют вообще. Они любят расставлять свои игрушки в определенном порядке, создавая из них целые поезда.

В Москве подсветили синим дома в поддержку людей с аутизмом

Иногда можно застать детей-аутистов за совсем уж странными занятиями. Например, предоставленный сам себе ребенок может часами строить гигантскую башню из кубиков или фишек домино, до тех пор, пока она не поднимется над полом на целый метр. При этом он не будет реагировать на слова взрослых и даже не проявит интереса к еде.

Весьма нередки и другие проявления аутизма. Ребенку может быть свойственна гиперактивность и дефицит внимания. Что это означает? А всего лишь то, что он будет носиться по квартире или садовому участку как метеор и крушить все, что попадает в его поле зрения. Заинтересовать такое дитя чтением просто невозможно – ребенок не будет ничего слушать и даже не станет смотреть на родителей, которые читает ему сказку. Зато при первом же удобном случае начнет прыгать на кровати.

Детям-аутистам свойственны и странные предпочтения в еде. Они редко недоедают, но при этом могут всячески отказываться от каши и запеканки в пользу белого хлеба или колбасы. При этом на сладкое – любимый продукт большинства детей – такой ребенок может не обращать внимание вовсе.

И самое неприятное: аутизм неразрывно связан с определенным уровнем умственной отсталости. Примерно половина детей с этим заболеванием имеет IQ ниже 50, а ниже 100 этот показатель практически у всех аутистов. Возможно это связано с тем, что дети не слишком горят желанием решать задачи, но все же их интеллектуальный уровень заметно ниже, чем у обычных людей.

Кроме того, аутисты с очень большим трудом устанавливают отношения с другими людьми, отличаются безэмоциальностью и стремлением все время повернуть разговор на интересную им тему. Зачастую дети, страдающие аутизмом, даже не интересуются тем, что отвечает им собеседник. Можно понять горе родителей, которым выпало несчастье – аутизм у ребенка. Большинство из них прилагает все возможные усилия, чтобы справиться с этой напастью.

www.m24.ru

Количество аутистов во всем мире стремительно растет

Ученые активно ищут пути лечения самой загадочной болезни цивилизации

01.04.2014 в 13:36, просмотров: 9530

В последние годы количество детей с аутизмом начало стремительно расти. Ежегодно таких пациентов становится на 7-10% больше. По экспертным оценкам, аутизмом сегодня страдает каждый 130-й мальчик и каждая 150-я девочка. До сих пор науке неизвестны пути лечения этого расстройства, однако, возможно, прорыв в этой области совершит стволовая медицина. Исследования китайских и американских ученых показали, что состояние детей-аутистов, которым провели трансплантацию стволовых клеток, значительно улучшается.

В последние годы аутизм стали называть новой болезнью цивилизации. Точной причины этого расстройства до сих пор никто так и не знает. Некоторые ученые связывают возникновение аутизма с нарушением развития головного мозга, однако это лишь предположение. Кроме того, считается, что аутизм может быть результатом сложного сочетания генетических и экологических факторов. Эта болезнь проявляется преобладанием замкнутой внутренней жизни, активным отстранением от внешнего мира, бедностью выражения эмоций. Увы – пока ученые не придумали способов радикального лечения этой болезни, и для улучшения состояния таких пациентов применяют главным образом психологические методики реабилитации больных.

Но, возможно, скоро все изменится. Ученые из китайского госпиталя Shandong Jiaotong Hospital при поддержке University of California Davis и Stanford University (США) провели уже две фазы клинических исследований, в ходе которых 37 детям-аутистам в возрасте от 3 до 12 лет вводили стволовые клетки (пуповинной крови и так называемые мезенхимальные из пупочного канатика). Помимо этого все маленькие пациенты получали стандартную реабилитационную терапию.

Детей разделили на 3 группы: первой группе из 14 пациентов проводили трансплантацию стволовых клеток пуповинной крови (СКПК), второй группе из 9 пациентов – трансплантацию СКПК и мезенхимальных стволовых клеток пупочного канатика (МСКПК). Ну а третья группа из 14 пациентов являлась контрольной, в ней трансплантации не проводились вообще. Клетки пуповинной крови и пупочного канатика получали в лаборатории из донорского материала, взятого с согласия рожениц. Трансплантации проводились четырехкратно: внутривенно и в спинномозговую жидкость. Наблюдение за пациентами и оценка их состояния велись на протяжении полугода после лечения.

Прежде всего, результаты исследования продемонстрировали полную безопасность таких трансплантаций. Никаких осложнений и тяжелых побочных эффектов ученые не выявили. Что же касается эффекта от проведенного лечения, то его оценивали по специальным психологическим тестам (отношение к людям, эмоциональные реакции, коммуникативность, реакции на визуальные образы и пр.). Процент пациентов, у которых эффект характеризовался как «очень сильное улучшение» и «значительное улучшение» в группе детей, получавших трансплантацию СКПК+МСКПК составил 88,89%. В группе, получавших трансплантацию СКПК — около 50%. Эти данные существенно отличались от данных контрольной группы, в которой процент пациентов с улучшениями составил всего 7,69 %. Ученые отмечают, что у пациентов, получивших стволовые инъекции, были зафиксированы объективные и субъективные функциональные улучшения в области визуальных, эмоциональных и интеллектуальных реакций, адаптации к изменениям, страха или нервозности, коммуникации и уровня активности, а также в степени социальной изоляции, стереотипного поведения и гиперактивности.

Кстати, исследования, которые проводили ранее на животных, показали, что клетки пуповинной крови могут уменьшать проявления ишемии мозга и способствовать его функциональному восстановлению путем улучшения кровообращения в поврежденных областях, стимулируя рост новых сосудов. При этом несколько исследований показали, что недостаток кровообращения в ряде областей головного мозга связан со многими симптомами при аутизме. Например, снижение кровотока в височно-теменной зоне головного мозга выражается такими нарушениями, как дефицит языковых коммуникаций, аномальное восприятие и реакция на сенсорные стимулы. И если целью терапии больных аутизмом считать устранение ишемии в головном мозге, то трансплантация стволовых клеток может быть весьма эффективной в лечении данного заболевания.

– Данное исследование наверняка заинтересует семьи, в которых уже есть больной ребенок, и при этом в персональном банке хранится образец пуповинной крови. А если учитывать общемировую тенденцию поиска новых показаний для эффективного использования образцов пуповинной крови, круг заинтересованных может быть гораздо шире. В последние годы все популярнее становится идея так называемой биологической страховки, поскольку наблюдается значительный рост количества исследований, где образцы пуповинной крови используются при самых разных заболеваниях в качестве трансплантата. Это, например, ДЦП, сахарный диабет 1 типа, травмы головного мозга, а в перспективе – ишемическая болезнь сердца, цирроз печени, инсульты, — комментирует руководитель лаборатории российского Гемабанка Иван Потапов.

Тем временем в столичном Научно-практическом центре детской психоневрологии Департамента здравоохранения в ближайшее время планируют открыть первое в городе отделение для детишек с аутизмом. «Это новое направление нашей работы. К сожалению, в последнее время детей с этим заболеванием становится все большое, и не только у нас, но и во всем мире. Однако, в отличие от других стран, у нас такими пациентами занимаются не неврологи, а психиатры. А далеко не каждая мама готова доверить своего малыша психиатру — в итоге люди либо не лечатся, либо лечатся нетрадиционными методами. Поэтому мы планируем открыть в столице первое отделение, где будут заниматься аутизмом», — говорит главный детский невролог Москвы Татьяна Батышева.

www.mk.ru

Аутизм растет

2 апреля отмечается всемирный день распространения информации о проблемах аутизма. В этот день редакция сайта «ЕжикЕжик» говорит о том, как живут семьи, воспитывающие детей с РАС. Материал создан совместно с фондом «Выход». Фонд помогает людям с расстройствами аутистического спектра. Еще два года назад диагноз «аутизм» не был официально признан в России. Поэтому первую свою задачу Фонд видит в том, чтобы квалифицированно информировать общество об этом заболевании, бороться с мифами о нем и ориентировать граждан в возможных формах помощи.

При содействии фонда «Выход», помогающего решению проблем аутизма в России, мы встретились с Марией Сахиновой, мамой ребенка с расстройством аутистического спектра. Мария согласилась рассказать о том, как живет, путешествует и общается со сверстниками ее сын, а также о том, что помогает ей организовывать жизнь семьи.

С какими трудностями сталкиваются семьи, в которых растет ребенок с РАС? Что самое сложное?

Я буду говорить о своем опыте, так как у всех разные проблемы и сложности. Моему ребенку скоро 11 лет, и одна из сложнейших вещей сейчас — это этап взросления. Когда ребенок с виду еще маленький, то к нему относятся соответственно: некоторые вещи проще проходят, их списывают на возраст и детские шалости. Но чем старше ребенок с РАС, тем чаще к нему относятся как к подростку, как к понимающему. И тем сложнее объяснять, что это аутизм. Здесь важно социальное поведение и принятие людей с особенностями обществом. Самое сложное — это даже не корректировка поведения (родители-то себе отдают отчет: если ребенок себя плохо ведет, они сами не поведут его в общественные места), а отсутствие более снисходительного и терпимого отношения социума.

Хотя когда тебе делают довольно агрессивное замечание — первая реакция ответить тоже агрессивно. Сказать: «Не ваше дело, проходите мимо». Но когда я стала слегка извиняться и говорить: «Войдите в положение, у меня ребенок такой», то в 90% случаев люди меняли свою точку зрения. Наша задача не уходить в эту агрессию, а наоборот — изменить ситуацию.

Мы очень много работали над тем, чтобы ребенок был социализированным. Мы с ним везде ходим, он сидит в ресторанах. Но раньше мы не могли себе этого позволить. Нам делали замечания, что сын невоспитанный: может лежать в кафе, например. Но могу сказать, что вижу позитивные изменения в обществе. Люди сейчас меньше позволяют себе негативных реакций.

Но знаете, в замкнутых пространствах всем некомфортно: почти у всех детей закладывает уши, у всех детей есть капризы. И я всегда помню: помимо того, что у сына расстройство аутистического спектра, он еще и просто ребенок.

Должны ли родители детей с расстройствами аутистического спектра предупреждать окружающих в повседневной жизни, что ребенок особенный. И как часто?

Я считаю, что нет. Не сразу. Можно об этом сказать, когда ребенок начинает себя вести чуть шумнее и страннее. Например, мы в кафе предупреждаем, когда официант подходит, что ребенок не может ждать. Просим принести сначала хотя бы хлеба. И это довольно хорошо воспринимается. Или на праздниках я объясняю, почему мой ребенок может вести себя странно и в чем это выражается. Я рассказываю и сталкиваюсь с полнейшим пониманием. Но сразу делать из аутизма манифест — нет. Нужно предупреждать, но при этом держать личностную дистанцию.

Есть ли универсальные советы, которые помогают окружающим вступить в коммуникацию с ребенком в спектре?

Поскольку спектр аутизма проявляется очень по-разному, нет одинаковых советов. Важно, чтобы родители говорили о конкретных особенностях ребенка. Первое, чего боятся все, — это агрессия. Если ее нет, надо дать понять, что ребенок может прыгать, кричать, но это не агрессия. И объяснить, что он не может выражать эмоции привычным способом: так он радуется пребыванию в новом месте и самовыражается. Какие-то дети знаками могут показать, что они хотят пить или в туалет (у кого-то есть специальные карточки, жесты, слова). Тогда надо сразу об этих словах-якорях предупреждать, чтобы люди знали, на что реагировать.

Что может помочь ребенку с РАС в непривычной обстановке?

Сенсорные игрушки, которые можно крутить-вертеть и успокаиваться, шумопоглощающие наушники. Мой сын в последнее время полюбил слушать музыку. Это помогает нам в поездках.

Вы много путешествуете. Поделитесь, пожалуйста, опытом этих поездок с сыном: как вы организуете перелеты, что вы учитываете, как готовите себя и ребенка?

Важно, чтобы родители предусмотрели все варианты. Мысленно прошли весь путь от точки А до точки Б и максимально «подстелили соломки». Мы просим, чтобы нас посадили сзади. Берем игрушки. Очень хорошо работают социальные истории. Мы предупреждаем стюардессу, что у ребенка расстройство аутистического спектра. И окружающих просим войти в положение. Но при этом берем все организационные вопросы на себя и не прикрываемся аутизмом, позволяя ребенку делать что он захочет.

Если ребенок плачет, потому что у него обезвожен организм в самолете, значит это забота родителей взять несколько бутылок воды и периодически его поить. И в задачу родителей входит объяснить ему правила игры. Сын сначала не хотел пристегиваться, но мы говорили, что есть правило, смотрели много роликов про путешествия, разглядывали карточки перед полетом. И на второй или третий раз ребенок уже стал примерным пассажиром. Хотя бывают ситуации, когда действительно ничего нельзя сделать: некоторые состояния нужно просто переждать.

Но знаете, в замкнутых пространствах всем некомфортно: почти у всех детей закладывает уши, у всех детей есть капризы. И я всегда помню: помимо того, что у сына расстройство аутистического спектра, он еще и просто ребенок. У него чисто детские капризы могут быть, и нельзя ждать идеального поведения.

Чувствуете ли вы разницу в отношении к ребенку с РАС в нашей стране и за границей?

В Москве я не сталкивалась с негативом, но за границей я чувствую себя спокойнее, потому что все там привыкли ко всякого рода людям с особенностями. У нас люди с инвалидностью часто живут изолированно. В Европе есть пандусы, человек в инвалидной коляске может присоединиться к семейному ужину. Но я бы не стала говорить, что у нас как-то совсем всё плохо. Всё постепенно меняется: люди становятся более информированными об аутизме.

Как родители детей с расстройствами аутистического спектра себя поддерживают, как не выгорают. И что им помогает держаться на плаву?

Важно, чтобы родители говорили о конкретных особенностях ребенка.

Родителей детей с РАС можно разделить на два типа: тех, у кого опустились руки, и тех, кому аутизм дал сильный толчок к развитию в бизнесе и социально-активной деятельности. Большая поддержка — это родительское сообщество, которое сформировано в том числе и при содействии Фонда «Выход». Например, мы 2 апреля идем на инклюзивный концерт, и даже не столько концерт важен, сколько то, что мы там встретим наших друзей, одноклассников, родителей. Одна большая дружная семья. Люди дружат. В интернете есть сообщества, в которых родители детей в спектре общаются онлайн, где получают информацию, а иногда и поддержку. Важно знать, что есть кто-то, кто сталкивается с теми же проблемами и знает ситуацию изнутри. А еще маме часто бывает нужен психолог. Даже больше, чем ребенку. Я очень люблю фразу: сначала наденьте кислородную маску на себя, а потом на ребенка. И это правда!

Чего вам, как родителю и человеку, вовлеченному в информационное поле, не хватает в плане информирования об аутизме?

Я как человек-маркетолог скажу, что не хватает непереводных социальных роликов. Я бы хотела, чтобы люди понимали, как чувствует себя ребенок с аутизмом. Почему он кричит, как воспринимает шум, скорость. Мне бы хотелось, чтобы люди понимали переживания детей с РАС
и хотя бы немного смогли увидеть их внутренний мир. Но Фонд «Выход» работает над тем, чтобы информированность людей о проблемах аутизма повышалась. И это очень хорошо.

Подробнее о программах Фонда «Выход» и способах помочь читайте на autism.help.

Чтобы не пропустить ничего полезного и интересного о детских развлечениях, развитии и психологии, подписывайтесь на наш канал в Telegram. Всего 1-2 поста в день.

chips-journal.ru

В прошлом месяце Центр контроля и профилактики заболеваний (CDC), агентство-страж американского здравоохранения, в своем официальном заявлении сообщил умопомрачительную новость — в США страдает аутизмом 1 из 150 детей. Эта новая цифра заболеваемости получена на основании двух исследований восьмилетних детей в 2000 и в 2002 гг.

Эта новая информация, казалось, не особо обеспокоила чиновников из Центра контроля заболеваний, и мы снова услышали Чудовищную Ложь об Аутизме — что, мол, неважно, сколько у нас детей с аутизмом, это не означает реального подъема заболеваемости, это лишь говорит о «более совершенной диагностике» и об «улучшении качества статистической обработки данных Центром контроля заболеваний».

Вслед за откровением об «1 из 150» последовала еще одна новость на ту же тему: недавние открытия подтверждают, что причиной аутизма являются «генетические отклонения». В исследовании участвовало 120 ученых из 50 исследовательских институтов, объединенных в Проект генома аутизма (AGP).

Судя по заголовкам в СМИ, произошло крупное научное открытие. «Нью-Йорк пост» писала: «Замечены генетические нарушения, ведущие к аутизму»; «Бостон глоуб» опубликовала материал «У пациентов с аутизмом найдены генетические отклонения»; «Балтимор сан» объявила, что «причина аутизма — комбинация случая и генетики». Ученые, которым столько времени не удавалось разобраться в этом нарушении, казалось, не имевшем определенной причины, наконец-то напали на след.

Неискушенному читателю может показаться, что аутизм — заболевание наследственное. В конце концов, гены ведь отвечают за признаки, передаваемые из поколения в поколение. Но не все так просто.

Дело не просто в генах, а в мутирующих генах, и не в одном или нескольких, а возможно в сотнях генов.

Репортер Том Паулсон писал в одном из периодических изданий Сиэттла:

Лучшие генетики Сиэттла обнаружили убедительные доказательства того, что большинство случаев аутизма могли быть вызваны ошибками в ДНК человека, случайными и спонтанными, а не унаследованными от родителей.

Статья недвусмысленно намекала на то, что аутизм у человека развивается по причине «генетических ошибок».

Д-р Томас Инсел, директор Национального института психического здоровья, сообщил, что эти данные «являются ярчайшим свидетельством в пользу того, что аутизм вызывается многими генетическими аномалиями, которые каким-то образом позднее ведут к аналогичным неврологическим нарушениям». Инсел также сказал, что «эти новые данные существенно усложняют поиски генов, влияющих на развитие аутизма».

Ведущий исследователь д-р Джонатан Себат ссылается на «сбои» или ошибки в человеческом генетическом коде или геноме, в результате которых теряются или добавляются новые фрагменты ДНК. Себат также заметил, что новое открытие

похоже, опровергает гипотезу о том, что аутизм может быть последствием детских прививок. Эти генетические изменения присутствуют в каждой клетке и, таким образом, происходят сразу после зачатия. Вакцина, введенная после рождения, не могла бы оказать такого обширного действия.

Высказывания д-ра Себата наводят на мысль, что эти генетические мутации происходят совершенно случайно, сами по себе. Хотя он ни разу словом не обмолвился о том, что могло бы вызывать такие мутации, он, похоже, совершенно уверен в том, что открытие гена опровергает связь с вакцинами, особенно с ртутью в них.

Однако не будем спешить. Не вся научная общественность согласна с д-ром Себатом. Д-р Эзра Сассер, зав. кафедрой эпидемиологии факультета общественного здравоохранения Колумбийского университета в Нью-Йорке, заметил, что эти данные могут помочь ученым понять, как «факторы окружающей среды могут влиять на заболеваемость аутизмом, вызывая генетические мутации».

Сассер сказал: «Новые данные означают, что нам нужно задуматься о многих факторах окружающей среды, способных влиять на аутизм».

Эти новые данные о генетике и аутизме были освещены во многих средствах массовой информации, причем, репортажи звучали так, как будто мы на пороге решения загадки аутизма.

Конечно же, это не так. Аутизм — не медицинская загадка, которая всегда существовала, будоража разум, и которую мы просто не могли разрешить. Взрыв аутизма был полностью проигнорирован большей частью научной общественности.

В настоящее время в США аутизм является эпидемией. Он катастрофически поражает наши школы и угрожает будущему нашей системы социального обеспечения. Заболевание, которое когда-то было огромной редкостью, сейчас настолько повседневно, что каждый из нас знаком хотя бы с одной семьей, в которой есть аутичный ребенок.

Но в сознании чиновников аутизм никак не может быть эпидемией, поскольку до сих пор в истории человечества не было генетических эпидемий. Гены не мутируют случайно и спонтанно, без всякой причины, сами по себе. Должен быть какой-то внешний толчок, причина, заставляющая эти гены мутировать.

Д-р Питер Флетчер, бывший старший научный сотрудник Департамента здравоохранения Великобритании, соглашается, что аутизм — это эпидемия, и что у этой эпидемии есть внешние причины. Вот его объяснение происходящего:

Нет никакого сомнения в том, что число случаев аутизма в США и Соединенном Королевстве растет в эпидемических пропорциях.

Было сделано предположение, что наблюдаемое явление — не настоящий рост заболеваемости, а результат повышенного внимания к проблеме и/или изменения критериев диагностики. Если бы это было так, то с повышением внимания и новыми критериями диагностики было бы обнаружено столько же случаев ранее незамеченного аутизма, сколько мы имеем сейчас. Однако все усилия по поиску этих более ранних случаев провалились как в США, так и в Соединенном Королевстве.

Это отсутствие более ранних случаев можно объяснить лишь двумя причинами. Либо все больные в какой-то момент спонтанно излечились (что само по себе порождает сомнения в том, что это были именно случаи аутизма), либо они все умерли. Оба варианта не представляются вероятными. Остается сделать вывод о том, что случаев аутизма действительно стало больше.

Это увеличение заболеваемости означает одно из двух: либо причина представляет собой врожденный или «внутренний» фактор, присущий пациенту, либо это фактор «внешний». Внутренним фактором может быть только генетический сбой, либо врожденный, полученный от родителей, либо мутация у самого ребенка. Какова бы ни была причина такой мутации, она должна была произойти одновременно, около 1990 г., у тысяч человек в США и Соединенном Королевстве, вызывая у этих людей совершенно одинаковые генетические мутации. Насколько мне известно, в течение миллиардов лет эволюции такого до сих пор не происходило. Это означает, что если все обстоит именно так, как нам объясняют, то мы имеем дело с беспрецедентным феноменом вселенского масштаба.

Таким образом, наблюдаемый рост аутизма за такое короткое время (15–20 лет) не просто реален, но и должен иметь внешнюю причину.

В настоящее время единственное возможное объяснение заключается в области воздействия вакцинации/токсических веществ/иммунных нарушений. Если у кого-нибудь, кто мудр и в курсе вопроса в большей степени, нежели все остальные, есть другие соображения о возможных причинах, мы будем весьма благодарны, если они нам о них сообщат. Тогда у нас есть шансы составить список возможных причин, которые потом можно будет исследовать разнообразными хорошо проверенными и надежными методами. А это, в свою очередь, даст нам шанс решить наконец наши проблемы и прекратить бессмысленные споры.

Нам необходимо как можно скорее организовать широкомасштабные международные исследования с целью поиска возможных причинных факторов.

Приверженцы генетической модели аутизма ведут себя так, как будто подобные мутации регулярно происходили с миллионами детей все время и повсюду. Ведь если бы кто-либо из них признал взрыв заболеваемости, им пришлось бы признать и необходимость поиска причины.

Директор Центра контроля заболеваний Джули Гербердинг с легкостью объявила о заболевании аутизмом одного из каждых 150 детей. Она сказала, что несмотря на то, что больше детей получает такой диагноз, это не обязательно означает, что растет заболеваемость. Похоже, прессу совсем не обеспокоил тот факт, что Центр контроля заболеваний уже несколько лет считает детей с аутизмом, но так и не может нам сказать, стало ли их больше.

Статьи с историями о генах аутизма ничего не сообщили нам о том, что в 70–х аутизм поражал одного из 10000 детей, а в 80–х годах уже одного из 2500.

Ученые, которых цитировали в этих статьях о генетических исследованиях, говорили, что «это захватывающая работа» или что «получены любопытные данные». Специалисты дали понять, что впереди у них могут быть годы исследовательской работы. По своему тону эти статьи напоминали ученые дебаты по вопросу, является ли Плутон планетой. Ничто в них не намекало на катастрофу здравоохранения, затрагивающую куда больше американцев сегодня, чем эпидемия полиомиелита в 50-х годах.

А в это время в реальном мире бесчисленные семьи живут в безмолвном отчаянии, борясь с эмоциональным и финансовым бременем воспитания детей с аутизмом. Школы несут расходы по их образованию, ставящие их на грань банкротства.

Почти все статьи о гене аутизма описывают аутизм как всего лишь психическое расстройство, ограничивающее возможности общения и социального взаимодействия. Такое определение ничего общего не имеет с многими реальными аутичными детьми.

Оно не включает подростка, который не может говорить и до сих пор в памперсах, или аутичных детей, требующих постоянного присмотра, поскольку они агрессивны или попросту могут неожиданно выскочить на проезжую часть. Сюда не входят все остальные проблемы здоровья, связанные с аутизмом, такие как эпилепсия и кишечные проблемы.

Один из исследователей, д-р Фред Волкмар, профессор детской психиатрии, педиатрии и психологии Йельского университета, в интервью «Нью-Йорк таймс» в прошлом месяце сказал, что «заболеваемость, похоже, не изменилась за последние 20 лет». Для него аутизм не является критической проблемой здравоохранения, затрагивающей все больше и больше детей.

В статье «Аутизм связан с геном, фрагментом хромосомы», опубликованной в «Вашингтон таймс» 24 февраля, Волкмар говорит: «Мы уже много лет знали, что аутизм — заболевание в высшей степени генетическое». Далее он объясняет, что «за последние десять лет цифры заболеваемости выросли в десять раз, отражая растущее внимание к проблеме, расширение диагностических критериев и улучшение специальных образовательных программ».

Похоже, научную общественность совсем не беспокоит, что в этом году диагноз аутизма получат больше детей, чем диагнозы СПИДа, диабета и детского рака вместе взятые. Эти новые данные были получены после нескольких лет исследований и теперь, когда мы знаем, что речь идет о большом числе генов, конца этим исследованиям не видно.

Однако истории реальных детей, о которых рассказывают в новостях, рисуют совсем другую картину аутизма. Это вовсе не отвлеченная философская категория, на тему которой можно спокойно философствовать и размышлять до скончания веков.

Нью-Йорк: «Тонаванда ньюс» отмечает, что число случаев аутизма в штате «подскочило с неполных 2000 в 1992 г. до 9500 в 2003 г. Особенно остро проблема стоит в Лонг-Айленде, где это нарушение подстерегает одного из каждых 85 детей».

Нью-Джерси: «Черри хилл курьер пост» сообщает о том, что правительство штата разрабатывает законопроекты для решения проблемы аутизма. Депутат Джозеф Пиннаккио заявляет: «Аутизм достиг эпидемических масштабов. У меня нет никаких сомнений в том, что увеличение заболеваемости обусловлено внешними факторами».

12 марта в издании «Бриджтон ньюс» в Нью-Джерси была опубликована статья Джейми Марин, в которой говорилось о том, что Нью-Джерси занимает первое место по заболеваемости аутизмом в США — болен 1 из 94 детей. Марин пишет, что

губернаторская инициативная группа по аутизму выделяет грант для создания отдельного специального класса для аутичных детей в школе Силвер Ран. В настоящее время в первом классе школы учатся шесть учеников с аутизмом, и еще девять в местном дошкольном учреждении.

Мичиган: психолог Том Браун, исполнительный директор Центра поддержки аутизма, входящего в Региональный центр Мэйком/Окленд, назвал аутизм в «Окленд пресс» «медицинским кризисом».

Западная Виржиния: по телеканалу WOWK выступил Аллен Горрелл, директор начальной школы в Наттер Форт. Он сообщил, что «ни в округе, ни в штате Западная Виржиния не хватает преподавателей, обученных работе с аутичными детьми».

Флорида: 7 марта «Санкт-Петербург таймс» доложила об открытии новой школы для аутичных детей в округе Паско. «Частная школа в момент открытия предложит 200 мест детям из шести округов, со временем число мест планируется увеличить до 600».

Техас: В новостях штата широко освещалось предложение законодателей позволить использовать ваучеры для перевода аутичных детей из государственных школ в частные, чтобы получить специализированную помощь. «Шерман Денисон геральд демократ» сообщила, что

по последним оценкам, аутизмом страдают 17000 школьников штата. Специалисты утверждают, что это число возросло на 600% в последние 20 лет, достигая эпидемических пропорций.

Висконсин: 25 февраля Терри Андерсон, репортер «Грин Бэй пресс газетт», писала:

Четырнадцать лет назад во всех школьных округах штата Висконсин вместе насчитывалось 200 аутичных детей. Сегодня у нас в одном только школьном округе Грин Бэй не менее 200 детей с аутизмом. В декабре 2005 г (последние доступные данные) Департамент общественной информации насчитал в штате 5085 школьников с нарушениями аутистического спектра.

Нисан Бар-Лев, директор специального обучения Объединенного агентства по образованию штата, сообщил, что «судя по цифрам Департамента общественного образования, можно сделать вывод о по меньшей мере эпидемии». В статье говорится, что существуют «списки очередников на получение отказа системы ‘Медикэйд’, чтобы получить право на возмещение медицинских расходов», и что губернатор Висконсина Джим Дойл заявил: «Мы и близко не в состоянии подойти к возмещению этих расходов».

Массачуссетс: «Метро уэст дейли ньюс» описывает разрушительное воздействие аутизма на бюджеты школ.

В одном из округов школам придется найти дополнительные 364 тысячи долларов на расходы по специальному образованию, включая расходы на транспорт, контрактные услуги, дополнительный персонал и дополнительные занятия.

Один чиновник говорит:

Когда я только поступил на работу в округ (в 1993 г.), у нас было двое детей с диагностированным аутизмом. Сейчас у нас их 36 человек. Это огромный рост, и это происходит не только у нас.

Калифорния: 10 марта «Норт каунти таймс» опубликовала статью «Аутизм растет как в нашем округе, так и по всей стране». В статье отмечена поразительная динамика заболеваемости.

Сотрудники Юго-Западного школьного округа наблюдают настоящий взрыв числа аутичных школьников за последние четыре года. В районах Темекула и Лэйк Эльсинор число детей с аутизмом увеличилось на 300 процентов. В районе Мурьета число школьников с аутизмом выросло на 650 процентов, что составляет около 100 человек.

Родители одного ученика с аутизмом смогли собрать в прошлом году сорок тысяч долларов «на учебные пособия, столь необходимые учителям для аутичных учеников, но которые школьный район Темекула не мог себе позволить».

Невероятно, но нам предлагается верить, что все это — результат лишь «возросшего внимания к проблеме» и «расширения критериев диагностики аутизма».

Кажется, что все эти эксперты, тщательно разыскивающие неуловимые генетические мутации, находятся в блаженном неведении относительно разрушительного воздействия аутизма на наши школы и приближающейся катастрофы, которая разразится, когда все эти аутичные дети станут аутичными взрослыми. Глядя на статистические графики и таблицы Департамента образования, показывающие шквальный рост аутизма, невозможно не испытывать беспокойства. Резкий рост числа пораженных аутизмом детей в наших школах — не что иное, как пугающий предвестник удара по системе социального обеспечения в следующие пять-десять лет.

Прошлогоднее исследование Майкла Ганца из Гарварда дало консервативную оценку стоимости содержания одного человека с аутизмом в течение его жизни. Это 3,2 миллиона долларов.

Роберт Краков из «Лайфспайр» (общественная организация помощи лицам с проблемами развития. — Прим. перев.) оценивает эту же стоимость в 10,125 миллионов долларов на каждого человека с аутизмом. Эта цифра следует из ежегодных расходов в 225 тысяч долларов при ожидаемой продолжительности жизни 66 лет, и она не включает период до 21 года.

Похоже, никто не хочет задумываться о будущем. Мы видим ученых, которым предстоят еще годы исследовательской работы. Никто не называет аутизм эпидемией. Никто не говорит о том, чтобы остановить ее, пока не пострадало еще больше детей.

Остается лишь надеяться, что в рамках исследования геномов, вероятно имеющих отношение к аутизму, изучат и генетические мутации, возникающие под воздействием того количества ртути, которое наши дети получают с прививками.

1796web.com