Аутизм вода

Друзья Доктора Папы

Этих детей легко узнать по взгляду «погруженному в себя», отсутствию речи или ее монотонности, ритуальным или стереотипным движениям. Дети, которые не могут найти связь с внешним миром. Они не хуже и не лучше обычных детей, они просто другие.

О том, что с их ребенком, что-то не так, родители начинают подозревать, когда ребенок — аутист еще совсем маленький. В то время, когда обычные дети начинают узнавать маму, а происходит это обычно в возрасте 2 мес., ребенок с аутизмом остается безразличным к внешнему миру. Он не пытается установить зрительный контакт, его взгляд направлен, как-бы сквозь человека. К сожалению, многие стараются не обращать на это внимания, да и врачи, не всегда вовремя диагностируют этот синдром, не обращая внимания на очевидные симптомы.

Какие особенности поведения помогают поставить диагноз аутизма в раннем возрасте?

До 1 года эти дети могут мало отличаться от обычных детей. Внимательные родители, уже через месяц — два после рождения ребенка, по плачу могут понять, что он хочет: кушать, играть или он испытывает дискомфорт: ему мокро, скучно. С детьми — аутистами это невозможно, их плач обычно монотонный и невыразительный. Гуление часто отсутствует, вместо гуления такие дети используют визг или крик. Они не смотрят в глаза, менее активны и любознательны, по сравнению с обычными детьми.

В возрасте 1-2 лет могут появиться первые слова, но ребенок их использует бессмысленно. Общение по-прежнему заменяется монотонным криком. Ребенку больше нравится быть одному. Он не проявляет беспокойство, если остается без мамы или близкого родственника. Дети — аутисты обычно не используют игрушки по назначению, любимой игрой может быть складывание игрушек в одну линию.

В 2-3 года словарный запас отсутствует или очень ограничен, слова могут использоваться без соответствия их значению, то есть, речь может быть неосознанной. Остается склонность к повторяющимся, стереотипным движениям. Родителей ребенок выделяет, но особо к ним не привязан, или, по крайней мере, не демонстрирует привязанность.

В 3-4 года ребенок не стремится играть с другими детьми, о себе обычно говорит во втором или в третьем лице, то есть «ты» или «он»- так, как называют его окружающие. В речи могут присутствовать эхолалии — бессмысленные повторения отдельных слов или целых фраз. Иногда эти фразы вычурные, не соответствующие возрасту.

Несмотря на то, что дети — аутисты, уже в возрасте до года отличаются от обычных детей, диагноз часто ставится только после 2 лет, до этого возраста все симптомы, объясняются странностями поведения.

Родители, которые имеют детей — аутистов часто пытаются найти ответ на вопрос, почему это случилось именно с их ребенком? Можно ли было этого избежать? Ответа на этот вопрос нет. Существует несколько версий, возникновения данного синдрома, но, ни одна из них полностью не доказана. Считается, что причиной аутизма может быть нарушение развития мозга, хромосомные аномалии или их генные мутации. Аутизмом чаще страдают мальчики, расовых различий в распространенности этого синдрома нет. Раньше считалось, что аутизм всегда сочетается со снижением интеллекта, сейчас доказано, что это не так. Среди детей — аутистов, примерно 30 % имеют интеллект выше среднего, у некоторых могут быть даже выдающиеся способности в различных областях, но есть среди них и люди с умственной отсталостью.

Иногда кажется, что аутистам никто не нужен, им комфортно в одиночестве. На самом деле, это не так, они нуждаются в обществе, они хотят быть понятыми, но просто не знают, как это сделать. Задача родителей, помочь им найти контакт с внешним миром. Как же этого добиться? Разработано много упражнений для коррекции поведения таких детей. Но, для того, чтобы появились результаты, эти упражнения должны выполняться регулярно, они должны стать частью жизни ребенка. Родители должны помнить, что дети с аутизмом, это так называемые медленные дети, и не ждать, что изменения быстро появятся, первые результаты могут быть заметны спустя месяцы или даже годы.

Несколько рекомендаций для родителей:

— ребенок с аутизмом, как и всякий другой ребенок, индивидуальность, поэтому используя общие рекомендации, нужно также учитывать специфические реакции ребенка, и на их основе, строить обучение. Описаны случаи, когда дети с аутизмом, вырастая, работали по профессии, лежащей в сфере их детских увлечений. Ребенок, увлеченный цифрами, в будущем может стать бухгалтером или налоговым инспектором;

— режим, дети — аутисты болезненно воспринимают любые действия, выходящие за рамки привычных, поэтому старайтесь придерживаться привычных для ребенка процедур;

— необходимо заниматься каждый день, это очень трудно, но только это может принести результаты. Начинать лучше с 5 минут и постепенно время занятий довести до 2-3 часов в день, конечно, с перерывами.

— необходимо научить ребенка слову «стоп». Дело в том, что эти дети, имея различные фобии, могут не замечать реальных опасностей: переходить улицу перед машиной, приближаться к горячим предметам. Если ребенок будет знать слово «стоп», это может уберечь его от травм. Сделать это можно следующим образом: внезапно прекратить какое-то действие и твердо сказать «Стоп», со временем он поймет, чего от него добиваются;

— аутисты обычно любят смотреть телевизор, но их необходимо ограничивать в этом;

— не нужно избегать общества других детей. Желательно, чтобы такой ребенок посещал садик, пусть не весь день, а 2-3 часа в день:

— необходимо отвлекать его от бессмысленных, стереотипных движений. Это можно сделать с помощью танцев, прыжков на месте;

— желательно как можно больше беседовать с ребенком. Даже если он остается безучастным, нужно помнить, что он нуждается в общении даже больше, чем обычные дети;

— большинство людей нуждаются в уединении и дети с аутизмом не исключение. Необходимо сделать ему какой-нибудь «тайный» уголок — место, где он может оставаться наедине со своими мыслями и ему никто не будет мешать;

— необходимо постараться понять, чем вызваны его механические движения, и перевести их в продуктивное, созидательное русло;

— дети с аутизмом обычно любят качели, поощряя это увлечение, можно добиться лучшего развития вестибулярного аппарата;

— необходимо соблюдать осторожность в общении ребенка и домашних животных. Дело в том, что дети – аутисты могут быть немотивированно агрессивны по отношению к животным. Прежде чем завести домашнего любимца, можно подарить ребенку мягкую игрушку;

— найдите хорошего врача — психиатра. Желательно обращаться к одному специалисту, зная особенности ребенка и динамику его развития, он сможет более точно корректировать терапию;

— важно правильно подобрать медикаментозную терапию, ограничившись одним препаратом, таким, который дествительно индивидуально подходит ребенку;

— дети с аутизмом страдают скрытой пищевой аллергией. Найдя аллерген и исключив его из рациона, можно добиться значительного улучшения в поведении ребенка;

— дети, страдающие аутизмом, часто имеют недостаток цинка и избыток меди. Необходимо регулярно исследовать кровь ребенка на определение уровня минералов и, при необходимости, давать минеральные добавки;

— хороший результат дает посещение с детьми различных центров и сообществ для детей с аутизмом. Именно там можно получить информацию о новых методиках лечения и коррекции поведения.

Вот конкретные коррекционные методики, которые вы можете использовать:

1. Занятия с карточками. Для занятий понадобятся карточки, для начала не больше 5. На них могут быть изображены предметы или люди, выполняющие определенные действия. Эти карточки можно использовать и для объяснения порядка действий. Например, подготовка ко сну разбивается на несколько действий, и на каждое действие заготавливается карточка. Сначала четко произносится: » Пора спать» и далее демонстрируются карточки. Карточки могут быть следующие: «снять одежду», «надеть пижаму», «почистить зубы», «умыться», «сходить в туалет», «пойти спать» и последней, картинка спящего ребенка. Показ картинок должен сопровождается объяснением, но не многословным. Только четкое название действий и ничего больше. Через несколько месяцев, может быть даже через год, достаточно будет сказать «пора спать» и ребенок будет знать, что ему нужно делать. Но, повторяю, это произойдет только в результате регулярных занятий. Такие карточки должны быть на все действия «гулять», «кушать», «читать», «рисовать».

2. Дети с аутизмом обычно боятся воды. Необходимо предлагать ему игры с водой, но начинать занятия нужно постепенно, например, с мокрого песка, насыпанного в ведро. Постепенно, песок должен становится все более мокрым. На нем можно чертить линии, делать из него различные фигуры.

3. Очень важно развивать тактильное восприятие. Для этого можно взять небольшую коробку, заполнить ее любой крупой или песком и внутрь спрятать камушки или крупные пуговицы, для начала 2-3, не больше. Ребенок должен их найти и достать, постепенно количество камешков можно увеличивать до 10-15. Еще одно похожее задание: в миску налейте воду, на дно положите монетки, ребенок должен стараться их достать.

4. Упражнение на развитие координации: необходимо взять 2 чашки, наполнить одну из них водой и попросить ребенка переливать воду из одной чашки в другую. По мере развития этого навыка, размер чашки должен уменьшаться.

5. Лепка — одна из важнейших коррекционных методик: одновременно будет развиваться и моторика, и сенсорная чувствительность. Для лепки можно использовать массу для моделирования или обычный пластилин. Ребенок раскатывает пластилин, делает из него шарики и просто разминает его.

6. Нанизывание бус. Начать лучше с крупных кругов, вырезных из картона, по мере развития навыка можно переходить к более мелким деталям, вплоть до бусинок.

7. Пазлы. Можно купить готовые пазлы, с очень крупными частями, а можно сделать их, нарисовав крупную картинку и разрезав ее на несколько частей, для начала на 3-4, со временем, количество частей пазла необходимо увеличивать.

8. Еще одно упражнение на моторику. Разложите в ряд одинаковые предметы, и пусть ребенок перевернет их.

9. Танцуйте. Можно танцевать дома или найти подходящий кружок для коллективных занятий.

10. Необходимо развивать тактильные и кинестетические ощущения. Для этого хорошо подойдут игры с различными материалами. Можно использовать шелк, шерсть, туалетную и наждачную бумагу.

Схема занятий может быть следующей: 5 минут занятия с карточками, 5 минут чтение книг, 5 минут пальчиковые игры, затем перерыв и новый блок занятий. Идите от простых упражнений, к более сложным, для начала используйте те задания, с которыми ребенок точно справится, это поможет ему поверить в себя.

И самое главное правило — такого ребенка необходимо принимать таким, какой он есть, не сравнивая с другими детьми. Он не лучше и не хуже их, он просто, другой…

www.doktorpapa.ru

Океан лечит аутизм: что происходит с ребенком, поймавшим волну

Почему плавание, серфинг и другие водные виды спорта полезны для аутистов

Пока диагноз «аутизм» не поддается точному научному объяснению и остается набором самых разных особенностей развития, родители детей-аутистов по всему миру ищут способы сделать их счастливее, крепче и адаптировать к жизни. Много возможностей таит в себе вода — от океана до бассейна — и различные водные виды спорта.

Современная нейробиология и когнитивная психология уже добились немалого успеха в понимании того, почему пребывание в воде или рядом с ней так полезно для психического и физического здоровья человека, но некоторые чудеса воды им еще предстоит объяснить. Одно из них — это несомненное позитивное влияние воды и водных упражнений на детей-аутистов.

Этот подход не только развивает плавательные навыки маленьких пациентов, укрепляет их мускулатуру и улучшает вестибулярный аппарат, но еще и помогает детям спокойнее относиться к прикосновениям других людей, а также активнее инициировать и дольше поддерживать зрительный контакт. В Тайване было проведено исследование, показавшее, что после десятинедельной программы по плаванию дети вели себя намного лучше, были более внимательными, сконцентрированными и общительными со сверстниками.

Серферы для аутистов

Некоторые наиболее заметные изменения наблюдаются непосредственно на пляже, в волнах океана. В Дирфилд-Бич симпатичный седовласый серфер лет пятидесяти по имени Дон Райан с 2007 года реализует программу под названием «Серферы для аутистов». Профессиональные серферы и другие добровольцы встречаются примерно с двумя сотнями детей-аутистов и их родителями на пляже и целый день проводят за занятиями серфингом, паддлбордингом (катание на доске с веслом), музыкой и играми.

Дети с классическими симптомами аутизма — неспособностью сосредоточиться, ограниченными навыками общения и способностями формулировать мысли, настороженностью по отношению к окружающим, отсутствием социальных навыков и неадекватными реакциями, трудностями с формированием личностной привязанности, а также с ощущением, что они живут в своем собственном закрытом мире, с чрезмерно острой чувствительностью к свету, звукам, запахам, повторяющимся движениям, склонностью к ритуальному типу поведения — обычно боятся воды и не любят ее. Однако если их все-таки убеждают войти в океан с доской для серфинга или гребли, происходит нечто удивительное. Дети, которые редко улыбаются и мало разговаривают, на пути к берегу, оседлав волну, начинают широко и искренне улыбаться. Они словно вылезают из раковины своего внутреннего мира.

Волонтер программы Дэйв Россман говорит: «На пляже невозможно отличить аутиста от любого другого ребенка». А одна мама, участвовавшая в мероприятиях программы «Серферы для аутистов», призналась: «Я никогда не забуду радость, которую видела в тот день на лице своей дочери, и гордость, которую моя девочка испытывала, потому что оказалась достаточно ловкой и умелой для того, чтобы делать то, что она делала». В тот момент ее дочь была «не девочкой с синдромом Аспергера, а обычной семилетней девочкой, катающейся на волнах».

Как это работает

Сегодня множество теорий объясняют, почему это происходит: вода стимулирует ребенка визуальными раздражителями, тем самым удовлетворяя некоторые его сенсорные потребности; вода предлагает «безопасную и поддерживающую среду», которая окутывает тело «гидростатическим давлением» (или, как выразился один специалист в этой области, вызывая ощущение «идеального объятия»). По мнению Уильяма Гриноу из Института Бекмана при Иллинойском университете, освоение новых двигательных навыков, таких как плавание, серфинг или паддлбординг, способно оказывать «на нервную систему человека весьма разнообразное влияние, например увеличивать приток крови к участкам, где расположены важнейшие нейроны, и способствовать перестройке аномальных структур в передней части мозга.

Но и это еще не все. Серфинг может привести к истинному эмоциональному прорыву у детей-аутистов, проникнув под защитный покров, и, возможно, соединить их друг с другом и окружающим миром. Стараясь удержать равновесие на доске, ребенок становится более сосредоточенным, что надежно удерживает его внимание на настоящем моменте. По мнению нейробиолога Питера Вандерклиша, красота серфинга «словно выворачивает наизнанку фокус внимания детей-аутистов. Их будто вытаскивают из собственного внутреннего мира, убеждая жить здесь и сейчас, и все их тревоги отходят на задний план».

В воде как дома

Когда больному аутизмом японскому мальчику Наоки Хигасиде было тринадцать лет, он написал потрясающие мемуары, позже переведенные на английский язык и изданные под названием «Почему я прыгаю». В этой книге Наоки очень поэтически рассказывает о том, как влияет вода на него самого и других детей-аутистов:

В воде так тихо, в ней я чувствую себя таким свободным и радостным. В воде никто тебе не докучает; такое впечатление, что в твоем распоряжении все время мира. Ты можешь оставаться на одном месте или плавать туда-сюда; но, находясь в воде, чувствуешь себя так, будто ты заодно с ритмом времени. Вне воды на наши глаза и уши постоянно воздействует слишком много раздражителей, и невозможно предугадать, как долго будет длиться одна секунда или сколько продлится час. Мы живем вне нормального течения времени, мы не умеем самовыражаться, наши тела стремительно мчат нас по жизни. Если бы мы только могли вернуться к тому далекому-предалекому прошлому в воде, то и мы могли бы жить так же хорошо и свободно, как живет большинство из вас!

В 2012 году Кит Маллой, бывший профессиональный серфер, переквалифицировавшийся в «посла серфинга» компании Patagonia и режиссера-документалиста, снял фильм о бодисерфинге. В нем рассказывается о Доне Кинге из Каилуа и его сыне-аутисте по имени Бо. Эти двое вместе ныряют и плавают в кристально чистых водах Оаху и катаются на его волнах. «Никто на свете не улыбается так, как Бо под водой», — признается Кит.

Примерно в то же время на другом конце Тихого океана, в прибрежном городке австралийского Нового Южного Уэльса, другая супружеская пара с сыном-аутистом пребывала в полной растерянности. Кьян, восьмилетний сын Донны и Грега Эдвардс, вот уже два года не давал семье ходить на пляж. «Яркий солнечный свет, песок и ветер создают для сына сильную сенсорную нагрузку. и, когда мы везем его к океану, он чаще всего кричит и плачет, — написал Грег в письме, адресованном Киту. — Мы с женой выросли на серфинге, в воде мы чувствуем себя как в своей тарелке. Когда-то мы мечтали о том, как будем возить детей на океан и плавать, плавать, плавать».

И вот однажды, когда Грег, Донна и двое их сыновей смотрели документальный фильм Кита, родители заметили, что Кьян не может оторвать взгляда от маленького Бо Кинга, катающегося на доске. По окончании фильма мальчишка начал носиться по дому с вытянутой вперед рукой, имитируя позу бодисерфера, которого он только что видел на экране, а потом подбежал к маме и произнес: «Пляж. серфинг».

Уже на следующий день семья отправилась на океан, и Кьян сразу вошел в воду. «Тот день, как и каждый последующий, были просто замечательными, — писал Грег. —Наш сын открыл для себя океан. Сейчас он чувствует себя в воде как дома. Он становится все более уверенным в себе и с огромным удовольствием ловит свои первые волны!».

«Если вы имеете дело с аутизмом, ждите сюрпризов каждый день и каждый миг, — добавляет Донна. — Когда наш сын в воде, мы забываем о его болезни, и это просто потрясающе».

Майкл Розенталь, педиатр-невропатолог из Института детского мозга, работающий с детьми-аутистами, утверждает: «Я всегда стараюсь понять, что способно заставить таких детей почувствовать себя счастливыми и в безопасности, что может унять их тревогу. При этом важно отметить, что океанские воды оказывают терапевтический эффект на многих людей. Думаю, это относится не только к аутистам — это верно для всего человечества».

www.7ya.ru

«Слышим постоянно: «Неудобные дети»»: рассказываем, как челябинские семьи воспитывают аутистов

Квартира, в которой живёт восьмилетний Богдан, похожа на лабораторию. В комнате стоит большой сухой бассейн с крупой, а на всех подоконниках множество баночек с водой.

— В бассейне Богдан любит отдыхать, если крупа просыпается, то он её сам собирает, развивая мелкую моторику. А баночки с водой — его увлечение. Он обожает переливать жидкости, — объясняет мама мальчика Ирина.

Симпатичный мальчик стеснительно здоровается и с интересом знакомится. С виду обычный ребёнок, если не знать, что в два с половиной года ему поставили диагноз «аутизм».

— Я начала замечать странное поведение, Богдан не смотрел в глаза, не отзывался на имя, кружился вокруг себя. Мы сразу же обратились к специалистам, и наши опасения подтвердились, — вспоминает Ирина.

Богдан играет в игрушки и разговаривает. Вроде бы ничего необычного. Но для аутистов умение и желание говорить — это прорыв. У мальчика расписан весь день. С утра садик, потом занятия с одним педагогом, другим, третьим, плюс выполнение домашних заданий. И так по восемь часов в день.

— Мы не можем позволить себе расслабляться, брать выходные. Один день пропуска занятий — шаг назад, — говорит мама ребёнка. — Но в субботу и воскресенье стараемся делать несложные задания, типа сенсорной интеграции, где можно просто играть с пользой. Ещё ходим на гравити, там дети в воздухе выполняют разные упражнения на растяжку.

Ирине пришлось отказаться от работы. И об этом она не жалеет.

— У меня долгожданный ребёнок. Когда ему поставили диагноз, врачи в голос заверяли: «Вам будет очень тяжело, очень сложно». А мне интересно с моим ребёнком, он меня радует каждый день. За эти годы я наслушалась всякого. Но вижу, что есть методики, которые дают колоссальный эффект. Сейчас врачи сами удивляются, как многому Богдан научился, — признаётся Ирина.

Своим умениям Богдан обязан родителям. Они оплачивают занятия, находят лучших педагогов. Но всё это не может заменить одного — общения с обычными детьми. Эффективнее этого педагоги всего мира ещё не придумали. Но, как оказалось, попасть даже в коррекционный детский сад не так просто.

— К заболеванию «аутизм» относятся настороженно. Оно мало изучено, и многие педагоги не хотят вникать в особенности работы с такими детьми. Им легче отказать, сказать, что они необучаемые, бесперспективные. Даже нас пытались выдавить из коррекционного детского сада, отправить на домашнее обучение, чтобы мы закрылись в четырёх стенах и не мешали системе образования. Есть такое понятие «неудобные дети», нам приходится его слышать постоянно, — делится опытом Ирина.

Аутизм называют болезнью XXI века, потому что с этим диагнозом рождается всё больше детей, но заболевание до сих пор мало изучено. Во врачебной практике есть примеры талантливых людей, страдающим расстройством аутического спектра. Считается, что признаки этого заболевания наблюдались у Билла Гейтса, Вуди Аллена, Боба Дилана и Ван Гога.

Если записать на видео, как Богдан играет с другими детьми, то не догадаешься, что среди них есть аутист. Но в детский сад в первую очередь попадает не ребёнок, а его документы.

— Расстройства аутического спектра могут быть очень разные. Это как заболевания желудочно-кишечного тракта, когда у одного человека гастрит, а у другого язва. К сожалению, в детсаду смотрят просто на документ и не хотят разбираться с тем, какой ребёнок в жизни, что он умеет, — говорит мама мальчика.

Пока мы общаемся с Богданом, с ним играет волонтёр — студентка педуниверситета. Вероника Гайнанова учится на втором курсе. Она прошла отбор на подготовку тьюторов, который проводила общественная организация «Открытое сердце».

— У меня мама врач, и тема аутизма дома иногда обсуждалась. На самом деле, я ожидала увидеть более худшую ситуацию. Оказалось, что Богдан способный, интересный мальчик. Видно, что родители приложили много усилий. Он обучен навыкам самообслуживания, знает, что можно делать, чего нельзя, разговаривает, считает, читает и даже ходит в школу скорочтения. Я раньше даже не знала, как подойти к таким детям. Теперь я не делаю замечаний, если Богдан повторяет слова, зацикливается на действии, просто старюсь этого не замечать, но закрепляем успех, для этого нужно похвалить, — делится впечатлениями волонтёр.

С девятилетней Женей мы познакомились в горнолыжном комплексе «Солнечная долина». Вместе с мамой девочка приехала в лагерь для особых детей «Шаг вперёд». Там дети учились кататься на лыжах, чтобы укрепить мышцы. Родители говорят, что после пары занятий у ребят даже походка становится более уверенной, улучшается координация.

Мама Жени проходит тренинги — родителей специально отделили от детей, чтобы те почувствовали себя более самостоятельными. От девочки не отходит волонтёр-тьютор. Ксюша Гаспарян учится на четвёртом курсе педагогического. Планирует работать дефектологом в детсаду. В этот раз ей достался «сложный случай». В девять лет Женя практически не разговаривает и плохо реагирует на происходящее. Несколько лет назад её родители и представить не могли, что в их семье будет аутист.

Женя родилась обычным ребёнком. Всё как у всех у малышей — играла с игрушками, училась ползать, ходить. Того, что произошло потом, родители девочки не ожидали. В полтора года она превратилась в инвалида.

— У меня было ощущение, что жил обычный ребёнок, а потом из него словно выкрали душу, и она стала, как овощ, который только смотрит в одну точку. Теперь я знаю, что это называется регресс, — говорит мама девочки Ольга Варнавская. — Многие грешат на прививки, которые ставятся в этом возрасте. Но, скорее всего, это просто такой вариант проявления заболевания. Аутизм и коварен тем, что этот диагноз ставится не сразу.

Ольга вспоминает, что от отчаяния была готова броситься к любому врачу, пообещавшему хороший эффект. Но результата не было. Как и другим мамам, на помощь Ольге пришли интернет и книги.

— Я прочитала очень много литературы. Есть книги, которые пишут сами аутисты. Их я тоже читала, чтобы понять, что чувствует моя дочь, что происходит в её сознании. Из книги, автором которой была мама ребёнка-аутиста, я узнала, что есть АВА-терапия. Начала интересоваться, скачала все материалы по этой методике. Я не учитель, но пыталась сама заниматься по ней с Женей, потом знакомила с этой методикой педагогов. Сейчас её продвигают общественные организации, в которую входят такие же родители, как и я, — объясняет Ольга Варнавская.

АВА-терапия — комплекс педагогических решений, когда стратегия работы с ребёнком выстраивается на основе того, что он умеет или не умеет, без оглядки на диагноз. Специалисты уверяют, что такой подход помогает лучше понять ребёнка, скорректировать его поведение, научить общаться.

Ольга на примере своей дочери убедилась в эффективности научного подхода, проверенного практикой.

— Никакие медикаменты и обучение в коррекционных школах не дают такого эффекта. Мы начали заниматься по методу прикладного анализа поведения, когда Жене было три года. Каждый день у неё прогресс. Она может полностью себя обслужить — одеться, почистить зубы, поесть. Да, она развивается не так, как обычные дети, отстаёт, но то, что для других обычное явление, для нас — успех. Ещё год назад я не представляла, не верила, что Женя будет такой, как сейчас — проявлять интерес к чему-то, отвечать на вопросы. Сейчас мы с ней разговариваем, вы даже не представляете, какое это счастье, — приводит примеры Ольга.

С чужими людьми Женя практически не говорит, при этом хорошо читает и даже пересказывает. Она отлично владеет телефоном, пользуется интернетом. Вот и сейчас девочка быстро находит любимую песню мамы — по вечерам они любят танцевать вдвоём. А недавно Женя стала одной из лучших во всероссийской викторине.

Евгения учится во втором классе коррекционной школы восьмого вида — для умственно-отсталых детей, других вариантов в России для таких учеников нет. Несколько лет ребёнок находится под патронажем Южно-Уральского государственного гуманитарно-педагогического университета. Один из лучших специалистов по АВА-терапии в Челябинске Марина Пинкус написала для педагогов Жени специальную программу. В школу девочка пришла как положено с тьютором. Но на этом положительный опыт внедрения изменений в коррекционную систему образования Челябинска закончился.

— Нас пытались отправить на домашнее обучение, — слышим мы уже знакомые слова. — За год у нас сменилось три тьютора, потому что просто выживали из класса, даже коррекционного. На собрании директор прямо говорила: «Почему все дети без тьюторов, а вы такие особенные?!». Видимо, им не нравилось, что кто-то из взрослых присутствует на уроках.

Лучшее лекарство — общение

Слово «тьютор» с английского переводится как педагог-наставник, опекун, попечитель. Это специалист, сопровождающий ребёнка и помогающий ему сориентироваться. Например, студентка-волонтёр Ксюша Гаспарян помогает своей подопечной включиться в игру.

— Аутисты не говорят о своих желаниях: они хотят пить, но не просят, хотят поиграть с другими детьми, но не могут к ним подойти. Даже сейчас ребята играют, а Женя стоит в стороне. Моя задача направить свою подопечную, сказать «Женя, пойдём поиграем в мяч», — объясняет Ксюша.

Девушка признаётся, что на тренингах, которые проводились перед тем, как попасть в семью, услышала много практически полезной информации:

— У нас читали лекции по психологии детей с аутизмом, мне было интересно на них. Но этой информации недостаточно. Я рада, что благодаря инициативе организации «Открытое сердце» стала волонтёром и получила там новые знания и могу применять их на практике.

В Южно-Уральском гуманитарно-педагогическом университете начинали готовить профессиональных тьюторов. В 2014 году это направление закрылось «из-за невостребованности» — не могли набрать студентов. Но родители детей настаивают, что без тьюторов подаренное особым детям право на инклюзивное обучение невозможно.

— Тьютор не заменяет родителей или педагога. Он выполняет роль «незаметной феи», помощника. Может вовремя направить ребёнка, помочь высказать просьбу или попросить перерыв для отдыха, — рассказывает руководитель челябинской общественной организации помощи «Открытое сердце» Елизавета Кириллова.

«Открытое сердце» начало работу два года назад. Первым шагом был проект «Инклюзия без границ»: семинары для педагогов детских садов и школ. Елизавета признаётся, что большая часть времени уходила вначале не на знакомство с методиками, а преодоление стереотипов, объяснение того, что особые дети обучаемы и не опасны для других. Сейчас реализуется проект «Шаг вперёд», задача которого подготовить тьюторов к работе с детьми. Именно эти специалисты смогут потом помочь детям в обычном детском саду или школе.

— У нас идёт подготовка к созданию ресурсного класса, этот проект предполагает создание площадки для обучения детей с аутизмом или синдромом Дауна на базе общеобразовательной школы. В нём предусмотрено всё — работа с педагогами, родителями учеников, работа тьюторов и написание специальных программ для особых детей. Эта схема уже работает в нескольких городах России. К сожалению, в Челябинске даже самые прогрессивные школы относятся к инклюзии с большой настороженностью, но есть смелые, и мы будем с ними работать, — обрисовывает ситуацию Елизавета Кириллова.

Заведующие детских садов и директора школ знают, что право особых детей учиться в обычных, а не коррекционных учреждениях закреплено в последнем законе «Об образовании». Это называется «инклюзивным обучением» и предполагает обеспечение равного доступа к образованию даже тем, кто нуждается в индивидуальных программах. По сути, уже сейчас в любой группе детского сада или классе может появиться ребёнок с аутизмом или синдромом Дауна.

— Аутизм — это нарушение социального взаимодействия. В коррекционной школе такие дети перенимают быстро всё «плохое» и не учатся хорошему, получается, что нашим детям не дают шанса на развитие. Я знаю случаи, когда аутиста отправили в обычную школу. Он сидел пять минут на уроке, потом его выгоняли в коридор, где он слонялся там до окончания занятий. Я такого для своего ребёнка не хочу, — говорит мама девятилетней Жени.

Родители особых детей не штурмуют учебные заведения, не берут напором, хотя закон это позволяет. Они понимают, что школа должна быть готова к инклюзии, и необходимо обучить педагогов, создать среду. Только тогда совместное обучение особых и обычных детей будет проходить без ущерба для всех. Мамы Богдана и Жени не мечтают о том, что их дети вырастут гениями и отличниками, они просто желают своим детям нормального человеческого общения на равных с другими детьми.

m.diplom.74.ru