Депрессия у юриста

КОЛЛЕГИЯ АДВОКАТОВ ГОРОДА СИМФЕРОПОЛЬ

Стремительная карьера и высокий уровень компенсации в крупной юрконсалтинговой компании — предел мечтаний для многих юристов. Но обратная сторона успеха — работа 24/7 и депрессия. Почему работа в Big Law может закончиться в кабинете психотерапевта, а проблемы с психикой у юристов не столь редки, как может показаться на первый взгляд, рассказали эксперты Law360.

Еще до сорока лет Дэн Лукасик сделал успешную карьеру в праве — он был управляющим партнёром собственной юрфирмы в Нью-Йорке. Дела шли хорошо, клиентов было достаточно, но после судебного заседания — независимо от исхода дела — он уезжал на парковку большого торгового центра, туда, куда большинство людей не доезжало. Там он плакал — каждый день. Лиза Смит «поддерживала» карьеру в Big Law кокаином и алкоголем – пока не пришла к мысли о самоубийстве, после чего оказалась на 28-дневном реабилитационном курсе. Майкл Кристофер Старр был звездой юриспруденции и боксерского ринга. Все знали, что он занимался громким делом Раджа Раджаратнама об инсайдерской торговле, но о его депрессии не догадывался никто — до тех пор, пока не стало слишком поздно и он не покончил с собой. Таких историй в праве немало. Профессия юриста — одна из самых стрессовых, а работа в крупной юрфирме только усугубляет психические проблемы, уверены американские психологи. Сами юристы с ними солидарны — но выхода из ситуации часто не видят.

Культура молчания

Индустрия, в которой правит культура молчания, — так нередко описывают юриспруденцию. То, что о проблемах говорить не принято, и приводит к одному: юристы, нуждающиеся в помощи, за поддержкой не обращаются. Итог закономерен. Те немногие исследования, которые посвящены психическому здоровью юристов и студентов американских юрвузов, приходят к одному выводу: риск депрессии, тревожности, суицидальных наклонностей и развития зависимостей у юристов выше, чем у среднестатистического человека. Общий показатель , приведенный в исследовании Американской ассоциации юристов, — 10% населения, у юристов возрастает до 28%. Более ранние исследования, проведенные в начале 1990-х, продемонстрировали: как минимум у 18% процентов юристов проблемы с алкоголем, а 19% страдают депрессией. Сегодня эти показатели ухудшились: о зависимости от спиртного говорят 20,6% опрошенных, а 28% заявили, что испытывают депрессию. Еще 19 и 23% указали, что страдают от тревожности и стресса.

Аналогичные показатели — у представителей медцицинской профессии. Но если для психологической помощи врачам разработаны специальные программы, то юристам на внимание со стороны рассчитывать не приходится. Не улучшают ситуацию и требования компаний — доступность 24/7 и постоянно растущие показатели эффективностидля персонала. В праве каждый чувствует, как просто его заменить, и работает с перегрузками, скрывая проблемы со здоровьем, чтобы не притормозить карьеру. «Встречаются юристы, которые скрывали свои проблемы по 20 лет, — рассказывает Эйлин Трэвис, директор программы по помощи юристам Нью-Йоркской юридической ассоциации. — Но однажды что-то происходит. Обычно вы вдруг замечаете, что стареете, и тело дает сбои. Или вы пропускаете заседание в суде, или появляетесь с запахом перегара».

Причины проблем

Причины проблем юристов — обратная сторона тех черт, которые помогают преуспеть в профессии, считают психологи. Часто карьеру делает тот, кто может побороть неприятности, что требует так называемого «мышления пессимиста» — возможности предвидеть все возможные негативные сценарии развития событий для клиента. «Проблема в том, что именно это может сделать из вас успешного юриста», — говорит Лукасик.

Но часто привычка к негативному мышлению может перерасти в заболевание. Сложности начинаются уже на стадии подготовки юриста, уверен Лукасик. Начинающие юристы часто слышат о том, что переработки, бессонные ночи, выходные в офисе — требования для каждого желающего получить продвижение.

По данным Национальной ассоциации занятости юристов с 2011 года требования по часам работы выросли с 1879 часов в год до 1892 часов. Небольшие компании с численностью юристов до 250 человек ставили норму 1850 часов в год, крупные юрфирмы (более 700 юристов в компании) считали нормой работу от 1900 до 2000 часов в 2015 году. Ассоциаты в американских юрфирмах в 2014 году работали в среднем 2199 часов, а в крупных компаниях — 2199 часов.

Такая нагрузка не только слишком велика, но в итоге снижает продуктивность работы, а часто может привести к ошибкам со стороны сотрудников и искам к компании. Пока одни юристы зарабатывают психические проблемы, другие предпочитают сменить работу в консалтинге на другую, позволяющую лучше сбалансировать дело и личную жизнь, — обычно в госструктурах или инхаусе.

Как помочь юристам

Помочь юристам избавиться от негативной корпоративной культуры, в том числе понизить уровень стресса на работе, можно, способствуя формированию общности в коллективе, уверены эксперты Law360. Как правило, юристы, особенно начинающие, не чувствуют, что могут задать простой вопрос коллегам, указывает на одну из граней проблемы Пэт Спатаро, глава программы помощи юристам Нью-Йоркской ассоциации юристов. Соревновательность — лишнее в корпоративной культуре, считает он. «Даже в собственной фирме юристы сталкиваются с постоянным соревнованием и в итоге оказываются в изоляции в собственной фирме, и грустно, что они не получают поддержки», — говорит Спарато. Весь стиль жизни оказывается зависим от выработки, и когда в личной жизни человека что-то происходит, он не может сохранять тот же темп и вынужден уйти. Чрезмерного акцента на бизнес в юрфирме стоит избегать, а взаимопомощь, совместную работу — поощрять и поддерживать.

Особенно сложным переход к «большому праву» оказывается для вчерашних студентов. «Обычно считается, что у юриста не должно быть эмоций, точнее, эмоций, не имеющих отношения к судебному спору», — сожалеет Катерина Бендер, директор Dave Nee Foundation, программы психологической помощи, названной в честь студента, покончившего с собой в процессе подготовки к адвокатскому экзамену.

В самом экзамене есть вопросы о психических проблемах соискателя, и законность выяснения медицинских данных об экзаменуемом в настоящее время оспаривается в суде. Однако бояться отвечать не стоит, уверяют те, кто статус уже получил. Даже положительный ответ на вопросы о психических проблемах не означает, что это может помешать получению статуса. Возможно, к вам просто присмотрятся повнимательнее — не более того. Но для самого юриста это повод задуматься, насколько он готов к тому, что уровень стресса вырастет еще больше. «Люди должны понимать, что, если в анамнезе есть проблемы с психикой, то стресс всё только усугубит», — предупреждает Маршалл.

Юрфирмы, в том числе и из числа крупнейших, уже осознали проблему чрезмерного давления на сотрудников. Некоторые члены BigLaw уменьшают требования к выработке и допускают гибкое расписание и возможность работы из дома. Однако большинство компаний пока есть за что критиковать. Индустрия идет к пониманию нужд работника не слишком быстро, так что пока оптимально помочь себе самостоятельно — терапией, лекарствами или просто нормальным режимом, говорит Лукасик.

adv-simfi.ru

Депрессия у юриста

Здравствуйте! Я не знаю, как жить дальше. Полная депрессия. Я наверно зря пишу здесь, на этом сайте, так как понимаю, что все равно мне никто не поможет.Знаю, что не я одна столкнулась с этой проблемой. Я ошиблась в выборе профессии. Когда училась в школе, думала, куда поступать учиться и какую профессию выбрать. Интересовали две профессии: юрист и врач. Думала я долго. И в конце концов выбрала юридическую специальность. В мед поступить на бюджет нереально. На платном учиться не могла — не было денег. Кроме того, учась в меде 6 лет, работать не сможешь физически, учеба будет занимать все время. Я поступила на бюджет в лучший юридический вуз страны МГЮА и закончила его. Училась на заочном и одновременно работала с первого курса по специальности. Сначала все нравилось, было интересно и работать и учиться. Но спустя некоторое количество лет я полностью разочаровалась в юриспруденции. Имея достаточно большой опыт работы, стала ненавидеть наше законодательство, которое не соблюдается. Сейчас на работу хожу как на каторгу, свою профессию просто ненавижу, постоянно плачу и терзаю себя, что не поступила в медицинский. Хотя я прекрасно понимаю, что на бюджет я бы в мед не поступила никогда, на платное образование не было денег, кроме того я не могла только учиться — если бы я не работала сразу после школы мне банально нечего было бы есть. Я из Москвы, но родилась в нищей семье, отец алкоголик, мать особо не работала. Денег в семье никогда не было. Сейчас мне уже 29 лет, поступать в мед уже поздно, поезд ушел. В общем жуткая депрессия. Страшно осознавать, что ты ошибся в профессии и сделать ничего не можешь. Нельзя вернуться в прошлое. Эта проблема терзает меня уже много лет и с годами только усиливается. Безвыходная ситуация. Может кто-то на сайте сталкивался с подобным.
Поддержите сайт:

Галина , возраст: 29 / 22.03.2014

Поступайте в мед!не бойтесь ещё не поздно!маей знакомай 37 и ана учится на вторую профессию посколько первая ей не подуше!

Dika , возраст: 17 / 22.03.2014

Здравствуйте, Галина! В юности я тоже хотела поступить в медицинский, но отец, сказал, что если я не поступлю то кормить не будет и я испугалась. Я не чувствую обиды на него и себя совершенно не виню. Я намного старше вас и перебрала кучу профессий и разных работ.Конечно, это очень хорошо если человек сразу находит себя в профессии и увлечен ею всю жизнь. Но так я думаю бывает только в кино, потому что в реальной жизни каждый проходит через разочарования и не только в профессии. Это у психологов называется реальность не соответствует нашим ожиданиям. Но мир таков каков есть! Не мы его создали, протестуя против мира, вы протестуете против его Создателя и как обрадуется этому его «оппонент» (Сами знаете Кто) Я не призываю сложить ручки и ничего не делать. Нет, действовать надо всегда. Постарайтесь не ципляться мыслями, что в какой стране мы живем, кругом коррупция,что все воруют, что зло у нас не наказывается,преступников отпускают а хороших сажают. С Открытым забралом со злом сложно бороться может не хватить энергии. Мне помогла мысль, что если человек ворует а я никак не могу его остановить, зная о его воровстве, мысль о том, что этот человек просто слаб и душа его гибнет, но можно ему помочь личным примером -не воровать, ни лгать, и т.д. В любой профессии можно найти хорошие и плохие стороны Вы думаете в медицине все так просто ? Вам нужно «обрасти кожей», не став равнодушной, это дается временем. Пока попробуйте изучать лучше законы, меньше погружайтесь в эмоциональную сторону профессии. Станьте таким «роботом»..Выступая в одиночку против системы вы просто сломаете хребет. Не ищите справедливости, повторяю и в медицине взяточничество, неправильные диагнозы и т.д. и т.п. Еще не время видимо.. Разочаровавшись в юриспруденции, став медиком можете разочароваться и в медицине и в жизни и это сами знаете к чему может привести. Если в конторе в которой работаете совсем невыносимо, можете просто уйти на любую другую работу сейчас можно найти с высшим образованием другую работу. Меняя сферу професии вам легче будет почувствовать ситуацию может вы и не совсем правы? Если все-таки решитесь остаться, то для своей душу можно найти хобби и посвящайте ему все свободное время тогда и ненавистная работа не будет уже такой казаться. А вообще время лечит Удачи Вам во всем!

Марина , возраст: 48 / 22.03.2014

А вы попробуйте найти «околомедицинскую» работу. Юристом в медицинской фирме, например.
Потом, попробуйте закончить медучилище.
А можно устроиться юристом на пол-ставки ? Остальное время, скажем, учились бы на медсестру.
Почему вам поздно в 29 лет? В 35 могли бы стать дипломированным врачом.
Не расстраивайтесь. Сами пишите, что не потянули бы медвуз финансово. Выучились, работаете,помогаете людям.
Если с медицинским обучением пока никак, повторюсь, постарайтесь юристом в больницу, клинику, медучреждение.
Читайте литературу на мед. темы. И молитесь ! Молитесь Богу, чтобы помог вам, все управил с профессиональными вопросами.
Помощи Божией вам !

Елена , возраст: 36 / 22.03.2014

Галина, проблема может быть совсем не в том, что Вы выбрали не ту специальность. Бывает, что одолевает уныние, апатия, но это может быть связано совсем не с выбором специальности. Вы когда хотели стать врачом — какая у Вас была цель? Вероятно, помогать людям, облегчать их страдания. Но это можно делать на любом месте, занимаясь любым делом. Тем более, это может делать юрист. Иногда грамотная консультация человеку жизнь спасает, уж Вы то об этом точно знаете. И чем это хуже работы врачом? Потом, работая в медицинской системе, можно тоже столкнуться с массой неприглядных фактов, которые могут от специальности оттолкнуть. Я не буду их перечислять, как юрист, Вы можете об этом догадываться. В профессии остаются те, кто помнит, ради чего они вообще пришли, или карьеристы. Идеальных ситуаций нет ни в одной области, ни у нас, ни за рубежом. Везде есть и хорошее и плохое. И нарушения закона, в том числе. Просто когда речь идет о жизни людей — это гораздо страшнее.
Мне кажется, можно просто попробовать испытать себя. Есть, например, сестричества милосердия, куда может прийти любой человек, и в свободное от работы время он может помогать больным. Можно даже курсы пройти такие. Если Вам за полгода такое занятие не надоест — может быть, это, действительно, судьба. И тогда стоит заняться получением медицинской специальности.

Оля , возраст: 42 / 23.03.2014

Дорогая Галина.
«Долг и повиновение перестают быть неразрешенною загадкою и вырастают в огромную нравственную силу, когда они проникнуты любовью и осмыслены религией» — о. Иоанн Восторгов об Александре Васильевиче Суворове.
Найдите в своей профессии более высший смысл — Вы помогаете людям и творите добро. Ведь именно это останется с нами, когда мы будем стоять перед Богом.
А люди были и будут разные: «Над принятием законов думают сотни и сотни, а над тем, как обойти закон, думают миллионы», — В.Путин.
Вы сами все правильно описали, почему Вы выбрали именно Право. И не жалейте. Так должно было быть. И уверен, Вы достойный компетентный юрист. Просите помощи у Бога, Он поможет вынести все испытания. И поблагодарите за все, что есть. У Него нет ничего невозможного, но через терпение и молитвы успокоит нашу душу и сердце. И не сдавайтесь.

Сергей К , возраст: 30 / 23.03.2014

Галина,ты терзаешь себя из-за законодательства. Я слышала от некоторых врачей,что они тоже терзают себя из-за того,что на каждом фармацевтическом препарате,в инструкции по применению написан огромный список побочных эффектов. Даже у самых обычных витаминов есть побочные эффекты,о которых написано в инструкции. В медицине ни чем не легче,чем в юриспрунденции. Мне кажется,что на много тяжелее,потому что от ошибки врача может умереть человек или остаться инвалидом. Я слушала лекцию по психологии,женщина-психолг рассказывала,что она врач-иммунолог,но не смогла остаться в медицине из-за того,что видела,что не получается полностью вылечить человека,что ей морально тяжело от этого было и она ушла из медицины. Сейчас она популярный лектор -психолог,очень интересные лекции даёт.

Соня , возраст: 33 / 23.03.2014

Дорогая Галина.
Я полностью солидарна с предыдущими отзывами. Мне кажется, что пока кардинально менять всё не стоит. Ко мне на ум пришла такая идея — может Вам устроиться работать в Общество защиты потребителей или что-то подобное. Юридическое образование там нужно, и плюс — будете людям помогать)))
В моей жизни происходит похожая ситуация — я экономист — бухгалтер, но работать по профессии не могу, слишком рутинно и неинтересно для меня. Также как и Вы думаю над тем, где мне будет интересно, но пока увы до конца так и не поняла и не нашла «работу своей мечты». НО я благодарю Бога, что пока дает мне подработки и временные работы, чтобы я могла определиться и выбрать, что мне по душе.

Алиса82 , возраст: 31 / 23.03.2014

Галина,у меня точь в точь похожая проблема что и у Вас.Я сильно жалею,что не поступила в медицинский,хотя с детства мечтала стать врачом.Когда настало время поступать в ВУЗ,я испугалась трудностей,что не потяну и финансовой возможности не было,нужно было параллельно работать.В итоге,выбрала более менее понравившуюся специальность,стала профи в своём деле и поняла что это тупик.Сейчас мне под 30 и я всерьёз размышляла о поступлении в мед,но взвесив всё я поняла что не осилю по финансам.Это мучает меня иногда и по сей день, я размышляю о том,что реализовать себя можно и в другой сфере.Но не отказываюсь полностью от этой идеи,возможно выучусь на психолога.И не исключаю,что моё желание стать врачом является невротическим.Врач — это такая же профессия как и все остальные,со своими плюсами и минусами.Я прочитала кучу форумов по этой теме,50%на 50% мнение людей,кто-то говорит что поздно,кто- то заканчивает Вуз в 40 лет и успешно работает врачом долгие годы,я слышала что в некоторых странах профессии врача учатся ещё дольше.Думаю что возраст тут не основной фактор.Вы ещё достаточно молоды и к тому же амбициозны и старательны,как мне показалось.Не отчаивайтесь пожалуйста!и рекомендую прочесть эту статью http://www.pobedish.ru/main/bezraboti?id=179 она помогла мне кое — что для себя понять.

Ника , возраст: 28 / 23.03.2014

Галина, поверьте, есть ситуации и «похуже». Кто-то может одуматься к самому концу жизни, что он не тем занимался. А в Вашем возрасте многие переосмысливают свой жизненный путь. И это хорошо, что Вы точно знаете, каким делом Вы хотите заниматься в дальнейшем. А ведь сколько жизненных ситуаций, когда человек в Вашем или более старшем возрасте не понимает, куда себя приложить, дезориентирован в жизни и мыкается. Считайте, что на 50% Вы задачу выполнили. Что касается построения стратегии дальнейшей деятельности, может быть несколько вариантов, о некоторых Вам написали (к слову, начальник на бывшей работе рассказывал о своем сыне, который в 30 с лишним лет пошел учиться в мед на врача скорой помощи, и стал параллельно работать на скорой). Вполне реально получить среднее медицинское (3 года). Вы можете, как писали Вам, поступить в юротдел медицинского учреждения, на время, чтобы изучить внутреннюю кухню. Вы можете поступить и в мед, и возраст Вас не должен пугать, не Вы первая решаетесь на такие серьезные шаги. Правда, в этом случае Вам действительно стОит все серьезно взвесить (все-таки 7-9 лет учебы: специалитет, ординатура, интернатура, только после интерна Вы можете работать врачом самостоятельно) — чего Вы ожидаете от учебы, какую специальность планируете освоить. Одно дело хирургия, а другое — психотерапия (в последнем случае проще, можно пойти на курсы или на 2 высшее — связка «юрист + психолог» будет очень востребована). В любом случае, не обесценивайте свой уже имеющийся опыт, и полученные знания; чем бы Вы ни занялись, они пригодятся. Ну хотя бы, аналитические способности (работа юриста и врача-диагноста в чем-то похожа:)), и знание латыни. Успехов Вам! У Вас все получится!

Антон , возраст: 32 / 24.03.2014

Галина, попробуйте переквалифицироваться в судмедэксперта или криминалиста. Это близко к медицине, да и ваши знания в юридической области наверняка пригодятся.

Инна , возраст: 26 / 24.03.2014

Я сталкивался! Сам юрист, при этом закончил не самый лучший ВУЗ страны, увы. В определенный момент так возненавидел свою работу, что тоже хотел покончить с собой. В конце концов, чувствуя, что меня глубоко достала работа, последний мой работодатель меня уволил (по соглашению сторон расторгли тр.договор). Понимая, что жить то как-то надо, я стал работать «на себя», брать заказы, работать дома. Прошло время, я втянулся. Недавно сдал экзамены на статус адвоката, открыл свой кабинет. От работы не кайфую, конечно, но и такой жуткой депрессии тоже нет, все чаще ловлю «кураж», получаю удовольствие от того, когда получается помочь людям. Ну, и зарабатывать стал больше, чем в офисе. И свой график определяю сам. Посмотрел на свою профессию с другой стороны, в дальнейших планах — штурмовать должность судьи. Как думаете, может Вам в адвокаты податься? Я тоже боялся, но жизнь заставила и ничуть не жалею об этом! Подумайте.

Тожеюрист , возраст: 34 / 24.03.2014

Как и ты я из нищей семьи, только из маленького посёлка в сибири. Мне было 23 когда я поступил в училище. Моему другу-однокурснику в тот момент исполнилось 42. Я на педагога учился. Сейчас у меня 14 лет преподовательского стажа. Самому старшему из моих учеников 53 года. Мне 37, я собираюсь накопить побольше денег года за два, и в 39-40 лет поступить на второе высшее (инжинер-проектировщик). Сейчас рядом со мной сидит миледи 69-го «года урожая»,она в 40 поступила на психологический факультет. Прости, Галина. ё-маё, 29 лет, да у тебя жизнь ещё и не началась толком, ты ещё и врачём станешь, и стюардессой, и инструктором-аквалангистом. и детишек заведёшь кучу )). Галя, ограничений нет. У тебя около 50 лет в запасе. Вдумайся — 50 лет впереди, делай что хочешь, выбор безграничен. Тысячи людей «кому за 40» в эту секунду сидят за партой, и ещё тысячи поступят в сентябре. Накопи денег, года через 2 поступишь КУДА УГОДНО.

Дядь Юр , возраст: 37 / 25.03.2014

Да сталкивался! Меня зовут Елена, мне 36 лет. Я тоже стояла перед выбором гуманитарной специальности юриспруденция и дизайн. На учебу дизайнерского факультета не было денег, пошла на заочную форму обучения по юриспруденции в обычный колледж, потом Вуз. Думала, что это интересная работа. Какие-то моменты так и было. А потом я поняла, что это очень нудно, всегда решать чужие проблемы. От этого мне кажется пропадает жизнерадостность, так как эта профессия из тебя душу вытягивает. Стало неуютно и скучно. Я по своим интересам больше творческий человек, мягкий и не решительный. И поэтому профессия юрист стала мне не интересна! Знаешь, тебе всего 29 попробуй себя в чем другом, тем более Москва это город возможностей! А я вот живу в маленьком городе с 11 000 населения и уровнем з/ п 8000-10000 рублей. А для того, чтобы более менее существовать за 25000 руб Приходится мотаться в другой город, тратя на дорогу 2 часа. Переехать хотели, но ипотека в процентах увеличилась и поэтому так и живем. Понятно, что жалко времени потраченного на образование и выбранную профессию, которая разочаровала. И мне тоже, но это тоже был наш выбор. У меня все чаще возникают порывы прямо бросить эту работу и податься в менеджеры или закончить курсы маникюра или парикмахера и работать. Но унывать не нужно и ты прими для себя решение чем бы ты могла заниматься или вернее чтобы тебе хотелось самой в этой жизни?

елена , возраст: 36 / 09.04.2015

Дорогая Галина, хочу посоветовать вам идти в ветеринары. Это и медицина, и учатся на ветеринара куда меньше, чем на медика, и в этой профессии точно не разочаруетесь (четвероногие и лохматые пациенты своей радостью и благодарностью вам этого точно не дадут).

Роман , возраст: 26 / 17.12.2017

Предыдущая просьба Следующая просьба
Вернуться в начало раздела

www.pobedish.ru

Здравствуй, грусть: как победить депрессию?

Откровенное и шокирующая исповедь ­успешного московского адвоката, пережившего одну из главных болезней XXI века

Все слышали, что депрессия — это не просто «Хватит ныть! Соберись, тряпка!», а серьезная болезнь. Но по-настоящему осознаешь это лишь тогда, когда сам становишься ее жертвой. Каково это — лежать в психиатрической клинике и планировать самоубийство, ELLE рассказала 32-летний юрист Елена Трофимова. Имя она попросила изменить: в нашем обществе не принято признаваться в проблемах с психикой.

По наклонной плоскости

До болезни я была жизнерадостным человеком. Такая «Ленка-оптимистка». Бывало, жизнь подкидывала неприятные ситуации, но я всегда умела видеть в них что-то хорошее. Про депрессию я не знала ничего, считая, что любое плохое настроение пройдет после силовой тренировки в спортзале или нескольких дорожек в бассейне.

Первые звоночки начались два года назад. Я тогда ради лишних заработков много документов брала на дом и сидела над бумагами по ночам, поэтому мои естественные биоритмы полностью сбились. Сначала появилась бессонница. Следом за ней — перепады настроения, которые я никак не могла предсказать и контролировать: вроде только что собиралась в театр, наряжалась перед зеркалом в отличном расположении духа, предвкушая прекрасный вечер с подругой, и вдруг — бац! — настроение стремительно падает, поход в оперу почему-то кажется бессмысленной затеей, которая абсолютно не радует. Мне становилось настолько плохо, что я решала: лучше останусь дома и поплачу. Я неожиданно отменяла встречи, пропадала, не отвечала на сообщения. Друзья обижались, решали, что мне на них наплевать.

Я вообще стала много плакать. К несчастью, все мои родные живут в другом городе, поэтому близких людей, которые могли бы заметить изменения в моем характере и поведении, рядом не оказалось. У меня был молодой человек Сергей, который однажды просто обратил внимание, что у меня часто глаза на мокром месте. Сначала он думал, что у нас проблемы в отношениях. Потом решил, что я слишком эмоциональна, как все женщины. Я понимала, что со мной творится что-то неладное. Пила чай с мятой, потому что мята успокаивает. Покупала в аптеке «Тенотен» и «Новопассит», чтобы не нервничать на работе. Сейчас я осознаю, что если бы я тогда пошла к профессиональному психологу, то со мной не случилось бы того, что случилось. Но у меня тогда не было лишних денег, поэтому я сходила на прием к знакомой студентке психфака, которая зарабатывала, раздавая консультации. Она нарисовала какие-то графики и сообщила, что все мои проблемы из-за того, что мама до моего рождения сделала несколько абортов. Эта «ценная информация» мало мне помогла.

Нервный срыв

Через несколько месяцев мне стало хуже. То я испытывала полный упадок сил и лежала в кровати целый день не в состоянии даже принять душ; то, наоборот, ходила из угла в угол, как зверь в клетке, с дрожащими руками и колотящимся сердцем. Я пробовала пить вино каждый день, чтобы хоть как-то поднять себе настроение. В какой-то момент я стала бояться оставаться дома одна. Как-то вечером мы с Сергеем поругались по телефону: я говорила, что мне страшно, просила, чтобы он срочно приехал. Он нагрубил мне и сказал: «Не звони больше». Я потеряла контроль над собой. Дальше помню все как в тумане. Видимо, это была паническая атака. Я вышла на улицу в пижаме и резиновых сапогах, писала сообщения Сергею и родителям, разговаривала с какими-то прохожими, рыдала… В итоге он приехал и отвел меня домой. Меня трясло. Сергей не знал, что со мной делать, и вызвал на дом службу по выведению из запоев. Опытный врач минуту со мной побеседовал и сказал бойфренду, что я не истеричка и не притворяюсь. Я просто больна. И посоветовал не медлить, а сразу обратиться к психиатру.

Мне было уже настолько плохо, что я согласилась и на психиатра. Нашли через интернет врача одной из ведущих городских клиник, записались на платный прием. Доктор спросил, почему мне грустно, какие у меня проблемы, не слышу ли я голосов в своей голове. Я объяснила, что мне страшно, ничего меня не радует, что у меня проблемы со сном и навязчивые мысли. «Я не ненормальная, и голосов в голове у меня нет!» — закричала я. Врач сказал Сергею, что меня надо срочно госпитализировать. Так я стала пациентом психиатрической клиники.

В комнате с белым потолком

Меня утешало то, что в моем отделении не было «безнадежных». Здесь лечились от депрессивных и тревожных состояний, неврозов, фобий. Я думала, что с каждым пациентом ведутся длительные психотерапевтические беседы, но в основном врачи задавали всем раз в день один и тот же вопрос: «Как твое настроение?» Мне прописали антидепрессанты, и уже через неделю самочувствие стало намного лучше: навязчивые мысли отступили, появилась привычная для меня потребность в общении, хотелось чем-то заниматься. Я вела дневник, болтала с другими пациентами, помогала накрывать столы к обеду, читала много книг и сидела в интернете. Оказалось, что в «психушке» все не так, как я представляла по книгам и фильмам: никто не кричит, что он Наполеон или Иван Грозный; все пациенты принимают лекарства, поэтому они не буянят и большую часть времени сидят в своих планшетах или смотрят телевизор. Пять раз в день все «психи» выстраиваются в очередь за очередной порцией таблеток. В очереди мы устраивали сами себе терапию, рассказывая друг другу, какое у кого настроение. Некоторым больным разрешали гулять на улице — у нас был ритуал провожать их до дверей. Среди пациенток были и вполне состоявшиеся женщины — с детьми, мужьями, деньгами. Моей соседкой оказалась молоденькая студентка, учившаяся в Лондоне, в соседней палате жила монахиня. Рядом находилось мужское отделение. Я подружилась с симпатичным парнем, с которым мы вместе любили смотреть футбол по телевизору. Ему постоянно казалось, что у него влажные ступни, и это навязчивое чувство сильно мешало ему жить. В клинике он лечился уже не первый раз, но без особого успеха. Что до меня, я хорошо реагировала на лекарства, чувствовала себя неплохо и быстро пошла на поправку. Через три недели ­меня выписали. И, как оказалось, рано.

Смерть ей к лицу

Через несколько недель меня вдруг «накрыло» в метро: стало трудно дышать, страшно было находиться в вагоне, казалось, что люди вокруг странно смотрят. Я прямо со станции позвонила Сергею, чтобы он меня забрал, — боялась ехать дальше. Пришлось снова вернуться в больницу. Я — послушный пациент и пила все положенные мне лекарства, но почему-то становилось все хуже и хуже. Потом я узнала, что такое бывает: у человека развивается невосприимчивость к определенным препаратам. Ты говоришь врачам, что лекарства больше не помогают, и тебе назначают другие. Но почему-то на ежедневный традиционный вопрос о настроении я, как болванчик, отвечала: «Все нормально». Мне до смерти надоело болеть и жаловаться! Я не верила, что мне могут помочь. От Сергея, который приходил меня навещать каждый день, я свое подавленное состояние тоже скрывала. Как-то написала подруге сообщение, что чувствую себя не очень хорошо и даже посещают мысли о самоубийстве. Но она не отнеслась к этому серьезно: «Ленок, осталось же совсем немного долечиться! Все будет хорошо. Не грусти!»

Однажды я приняла решение, что больше так жить не хочу. Я взяла из прикроватной тумбочки хранившиеся там таблетки, наврала медсестрам, что ненадолго по делу съезжу к Сергею (меня, как идущую на поправку, отпускали на улицу), и ушла из больницы. Купила дорогой коньяк (решила не экономить — в последний-то раз!), взяла с собой сумку, паспорт. Мобильник брать не стала, чтобы отсечь пути к отступлению — никому не звонить и не писать. В общем, подошла к делу «ответственно». Я придумала себе такой план: пойти на набережную, спуститься к воде, выпить несколько таблеток, запить коньяком, заснуть и замерзнуть (дело было ранней весной). Приятно и безболезненно.

В этот день моему ангелу-хранителю пришлось изрядно потрудиться. Мне повезло, что река у берега еще не растаяла, поэтому я просто потеряла сознание на льду, а не упала в воду. Повезло, что рядом выпивала какая-то компания, они хоть и прикарманили мой кошелек, но позвонили в «скорую». Повезло, что Сергей залез в интернет, прочел про «найденную под мостом на льду молодую женщину без сознания» и понял, что это про меня. В тот день мне ­несказанно повезло много раз.

Пробуждение мое было ужасным: очнулась в городской больнице — голая, беспомощная, в памперсе. Я не могла даже сходить в туалет. Сергей был все время рядом и кормил с ложечки.

Шоковая терапия

Потом меня перевезли обратно в клинику. Там мой побег наделал много шуму. Медсестер, которые дежурили в эту смену, лишили премии; пациентам запретили хранить таблетки у себя в тумбочках. А я из «отличницы» моментально стала «той-которая-создает-проблемы». Врачи предложили мне другую схему лечения: раз таблетки не действуют — есть смысл применить электросудорожную терапию. Это когда к твоим вискам прикрепляют электроды и пропускают через них ток. Для тех, кто читал «Пролетая над гнездом кукушки» (а я читала!), это звучало невероятно пугающе. Но в тот момент я была готова хоть на электрический стул сесть, лишь бы мне стало лучше. От родителей, которые живут в другом городе, подробности лечения я скрывала, и про ­попытку ­суицида они так и не узнали.

Сами сеансы электрошока я не помнила — их делали под наркозом. Обычно я просыпалась уже на кушетке в отделении, а кто-то из подружек-пациенток сидел рядом и гладил меня по голове. В больнице вообще было принято поддерживать друг друга. Побочный эффект от сеансов — потеря памяти, поэтому те два месяца моей жизни я помню очень смутно. Например, подруга подарила мне книгу «Несвятые святые». Я ее прочитала, обсуждала с ней свои впечатления, а сейчас, спустя два года, я прочла ее снова и не вспомнила ни одного слова. Не помню, кто меня навещал, не помню имен своих соседей по палате. Медсестры и врачи мне не доверяли. Когда на день рождения друг подарил мне цветы, медсестра отказалась дать для них стеклянную вазу: «А вдруг ты ее разобьешь и горло себе перережешь?!» Постепенно мне стало намного лучше, к жизни стала возвращаться настоящая «я». Ушла тревожность, навеянная болезнью, но ее место заняли реальные страхи: как мне жить дальше? Будут ли у меня рецидивы? Смогу ли я найти новую работу? Придется ли всю жизнь пить антидепрессанты? Можно ли будет иметь детей? Я настолько привыкла к узкому мирку нашей клиники, что побаивалась возвращаться в мир большой. Соседи по палате казались друзьями на всю жизнь: они прошли через те же испытания и были единственными, кто меня понимал.

Знай своих тараканов

Когда меня выписали, я старалась не появляться в местах большого скопления народа. Даже поход в супермаркет с его очередями и телегами вгонял меня в панику. Избегала метро. Врачи рекомендовали не ходить на шумные вечеринки и концерты, советовали побольше гулять на свежем воздухе, соблюдать режим дня и ни в коем случае не работать по ночам. Я нашла новую работу, записалась на фитнес. Жизнь стала налаживаться. Я скрыла от нового работодателя то, что несколько месяцев пролежала в психиатрической клинике: что бы там ни говорили о толерантности, никто не хочет брать на работу «ненормальную». Новым знакомым я тоже ничего про это не рассказываю. У людей в нашей стране две точки зрения: одни считают, что такой болезни, как депрессия, не существует и ее придумали безвольные «тряпки»; другие ставят на тебе клеймо: «У нее крыша поехала» — и будут считать конченым человеком. Я и сама долго переживала насчет своей «неполноценности», пока меня не утешил Сергей. Он как раз считает, что я нахожусь в выигрышном положении по сравнению с большей частью населения нашей страны: «тараканы» есть у многих, но своих я теперь знаю в лицо и внимательно слежу за их поведением. Сама я поняла две вещи. Первая — я не виновата в том, что заболела депрессией. Вторая — я не неудачница. Просто не смогла предугадать, что из-за ночной работы в моем мозгу перестанет выделяться вещество, отвечающее за выработку гормонов счастья, и это самое счастье резко уйдет из моей жизни.

Я уже год не пью антидепрессанты. Сейчас они мне не нужны. Я снова «Ленка-оптимистка» — радуюсь ­жизни и ищу во всем позитив. Но если мне опять станет грустно без видимых на то причин, а жизнь потеряет краски и смысл, я не буду это запускать и пойду к врачу. Депрессия — это болезнь, такая же, как грипп. Но если грипп может пройти без лечения, депрессия — нет. А я категорически не хочу снова оказаться на набережной, с коньяком и ­таблетками.

Болезненное явление

Согласно неутешительному прогнозу Всемирной организации здравоохранения, к 2030 году депрессия займет второе место среди причин ­утраты трудоспособности (первое по-прежнему будет удерживать ВИЧ).

Возрастной ценз

Депрессия стремительно молодеет: если раньше ­средний возраст страдающих от нее составлял 30–40 лет, то сегодня на прием к психотерапевтам приходит все больше 16–20-летних юношей и девушек.

Ген уныния

Если кто-то из ваших родителей, брат или сестра пережили депрессию, вероятность того, что вы столкнетесь с этой проблемой, выше в 2–3 раза, чем у тех людей, чьи близкие родственники никогда не были подвержены этому заболеванию.

www.elle.ru