Больной шизофренией украина

Игры разума. Что означает диагноз «шизофрения»?

Мир душевнобольного человека такой же богатый, как и у любого из нас, он переживает такие же разнообразные – а иногда и более глубокие! – чувства, как и мы. И отчаянно нуждается в понимании и принятии. Без помощи близких такому больному просто не выжить!

Консультант – Ада Коротенко, к.м.н., эксперт-психиатр

1,5 % всех людей на Земле больны шизофренией

От сумы и от тюрьмы не зарекайся – эту пословицу вполне можно применить и к душевным расстройствам. К сожалению, эта беда может коснуться любого – точные причины развития шизофрении неизвестны. Значение имеет и наследственность (особенно по боковой линии – дяди, тети, двоюродные братья и сестры), спровоцировать недуг могут также психотравмы, стрессы, образ жизни. Где гарантия, что в течение жизни кто-то из наших близких не столкнется ни с одним из этих провокаторов? Увы, в нашем обществе психически больной человек оказывается, по сути, за бортом жизни. Окружающие от него отворачиваются, родственники пребывают в панике и отчаянии, да и сам человек не понимает, что с ним происходит.

Вместе с тем, ошибочно было бы делить всех людей на психически здоровых и психически больных. Все не столь однозначно. Кто тот судья, который в состоянии установить четкие рамки «нормальности»? Не единичны случаи, когда интеллектуальные способности больных шизофренией оказывались на порядок выше, чем у среднестатистических граждан. Шизофрения часто диагностируется у людей с незаурядным умом, чуткой душой, тонко чувствующих окружающий мир. Что же на самом деле видит и ощущает больной шизофренией? Какие методы лечения предлагает современная психиатрия? Есть ли альтернативные способы облегчения его душевного состояния?

Реальность. Но иная

Очень хорошо чувства и переживания больного шизофренией воспроизведены в фильме «Игры разума»: Джон Нэш (в исполнении актера Рассела Кроу) абсолютно уверен в том, что является внештатным сотрудником Пентагона. Он на самом деле ВИДИТ своих коллег, СЛЫШИТ их просьбы и указания. В задачи Джона входит разоблачение хитроумных террористов, которые передают друг другу сообщения при помощи публикаций в газетах. И главный герой – математик по профессии – ежедневно мониторит центральные газеты в поисках тайных шифров и засекреченных посланий. Все это действительно происходит с ним – но… лишь в его воображении.

Еще одна особенность, присущая многим больным шизофренией, – способность выстраивать невероятно сложные и безупречно логические конструкции. Есть только одно «но»: исходная, отправная точка их убеждений не существует в действительности (герой фильма развил вокруг действий Пентагона целую теорию – но никакого Пентагона в его реальной жизни никогда не было).

Джон Нэш не сумел полностью избавиться от своих видений, но он научился не обращать на них внимания, жить со своей болезнью и быть счастливым. И спасли его не доктора и не логические доводы. Ощутить почву под ногами и вернуться к реальности помогла любовь к женщине – простое, очень земное чувство, которого так не хватает многим больным шизофренией.

Чувства не исчезают!

В некотором смысле шизофрению можно сравнить с любым другим тяжелым и неизлечимым заболеванием, например, ревматизмом или сахарным диабетом. Болезнь заставляет перестроить привычный распорядок жизни, накладывает определенные ограничения, меняет отношения с близкими людьми, симптомы недуга то усиливаются, то ослабевают. Но даже с тяжелой болезнью можно жить: любить, продолжать работать, общаться с друзьями. И шизофрения не исключение! Дальнейшая жизнь больного и успех терапии во многом зависят от родственников: от того, сумеют ли они понять и принять любимого человека в новом качестве, согласятся ли разделить с ним его переживания. Ведь при шизофрении страдает, в первую очередь, рассудок, а чувства – знакомые каждому из нас любовь, ненависть, радость, грусть и ревность – никуда не исчезают.

Тонкие материи

Шизофрения (этот термин образован от греческих слов «шизо» – расщепляю и «френ» – разум) – заболевание неизлечимое, по мнению классической медицины. Или, точнее сказать, не поддающееся полному излечению теми средствами, которые сегодня рекомендованы и утверждены к применению в психиатрии. Вообще же, деление на излечимые-неизлечимые весьма условно, поскольку главный фигурант в лечении какого бы то ни было заболевания – не диагноз, а человек. И жизнь знает немало примеров, когда человеку удавалось победить свой недуг вопреки самым неутешительным прогнозам врачей. В каждом конкретном случае болезнь развивается индивидуально, на ее течение влияют очень многие факторы – а значит, и излечение (либо «неизлечение») возможно только по единственной и индивидуальной, неповторимой схеме.

Особенно это касается всего, что связано с такой тонкой материей, как человеческая психика. Симптомы той же шизофрении столь многообразны, что при внимательном изучении большинство из нас могут обнаружить у себя чуть ли не половину из них! Вот далеко не полный перечень: замкнутость, вялость, апатичность, уход в себя, неадекватные эмоциональные реакции, мании (например, переоценка собственной персоны), бредовые идеи (к примеру, человеку кажется, что соседи или коллеги строят против него козни), галлюцинации (преимущественно слуховые), разорванность речи, двигательные нарушения (застывание подолгу в одной позе, восковая гибкость). При этом ни один из вышеперечисленных симптомов не является строго типичным для шизофрении. Например, галлюцинации встречаются также при некоторых органических поражениях мозга, алкогольном делирии (белая горячка).

Конечно, при дифференциальной диагностике используется не только оценка внешних симптомов – при необходимости проводят и дополнительные исследования (томографию, биопсию тканей головного мозга, пробы спинномозговой жидкости). Однако некоторые ученые признаются, что шизофрения по-прежнему остается своего рода «потайным ящиком», в который «складываются» все случаи, не подходящие под жесткие рамки других психических недугов. Проблема в том, что симптомокомплекс, на основании которого можно поставить диагноз, во многих случаях наблюдается уже в разгар заболевания, а предболезненный период часто длится годами. И в это время больной человек может ничем не отличаться от окружающих – разве что производить впечатление эксцентричной личности. Именно поэтому психиатрам бывает так сложно установить диагноз правильно и не принять инакомыслие за болезненное мышление.

Близким больного следует крайне деликатно отнестись к поставленному их родственнику диагнозу. Дело даже не в том, что можно ставить под сомнение компетентность врачей, а в том, что для человека, который и без того слабо ощущает почву под ногами, подобный диагноз может стать последней каплей. Между тем, больной нуждается не в «ярлыках», а в бережном отношении, понимании и принятии. Очень важно, чтобы в его жизни нашелся стимул, способный вытащить человека из воронки болезни. Нельзя говорить: «Твоя болезнь неизлечима, теперь ты инвалид до конца жизни». Наоборот, нужно всеми силами поддерживать в больном веру в излечение!

Лечение: не навреди!

При шизофрении наблюдается нарушение обмена ряда веществ в тканях головного мозга (дофамина, серотонина, норадреналина и т. д.). Однако неизвестно, является данное нарушение причиной или же следствием заболевания. По сути, отсутствие более точных знаний об этиологии шизофрении затрудняет и разработку эффективных методов лечения заболевания. В первой половине ХХ века использовали биологическую, или активную терапию: инсулиношоковую (коматозную) и электросудорожную, а также пиротерапию (повышение температуры тела с помощью прививки малярии или инъекций сульфазина). Конечно, эти методы нельзя назвать абсолютно безвредными. А лоботомия (хирургическая операция, в ходе которой нарушается связь лобных частей мозга с другими его отделами) и вовсе превращала больного в тяжелого инвалида. В СССР эту операцию запретили в 1953 году, а в США с помощью лоботомии «лечили» шизофрению аж до 1970 года! Но в то время особенно выбирать психиатрам не приходилось: к сожалению, иных методов лечения в их распоряжении попросту не было.

Сегодня число психотропных и ноотропных препаратов для лечения шизофрении измеряется тысячами наименований. В 1989 году были изобретены так называемые атипичные нейролептики (антипсихотики). Они избирательно воздействуют на рецепторы мозга: наряду с торможением симптомов позволяют сохранить максимально возможный уровень познавательных и социальных функций больного. Считается, что эти препараты, в отличие от нейролептиков старого поколения, имеют незначительные побочные эффекты. И все-таки у любого медикамента из группы антипсихотиков есть свои недостатки: одни способствуют увеличению массы тела, другие могут вызывать тремор конечностей, слюнотечение. Впрочем, грамотный подбор лекарств снижает эти проявления.

Еще одна типичная для Украины проблема – высокая стоимость атипичных нейролептиков. Государственное финансирование не покрывает всех потребностей, а многие больные не в состоянии годами оплачивать дорогостоящее лечение – им приходится довольствоваться лекарствами старого поколения, менее действенными и имеющими множество побочных эффектов (осложнения со стороны сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта и т. д.). Наряду с медикаментозным лечением, активно используют методы арт-терапии, поведенческой и трудовой терапии, холотропное дыхание.

Оставаться частью социума

В вопросах социальной реабилитации психически больных наша страна пока уступает Европе. Например, в Голландии и Франции функционируют специальные интернаты открытого типа, которые обеспечивают больного и медицинской помощью, и жильем, и питанием, а также помогают в социальной реализации. При таких интернатах функционируют арт-студии: вместе с явным терапевтическим эффектом занятия творчеством приносят пациентам и материальную выгоду – различные благотворительные организации устраивают аукционы с продажей картин. Если состояние больного стабильное, ему необязательно пребывать в интернате постоянно: например, он может проходить лечебные процедуры утром и вечером, а в остальное время свободно выходить в город, даже работать.

Подобный реабилитационный центр, ничуть не уступающий европейским стандартам, существует и в Украине – на территории Киевской городской психоневрологической больницы. Здесь работает благотворительный фонд «Касталия», систематически проводятся художественные выставки, издаются каталоги работ пациентов.

Счастье возможно!

Любую болезнь – будь то насморк или душевное расстройство – нельзя лечить отдельно от всего организма. В больнице могут обследовать человека, снять острое состояние, дать рекомендации по дальнейшему лечению и социальной адаптации, однако обеспечить комплексный подход в условиях больничного стационара попросту невозможно. Самая сложная задача – найти спасительные «зацепки» в реальной жизни, пробудить вкус к простым человеческим радостям – ложится на плечи родственников и самого больного. Очень важно помочь больному не «застревать» в деструктивных переживаниях. Если вы замечаете, что он стал отстраненным и равнодушным, не хочет ни с кем общаться и что-либо делать, не стоит обижаться или делать вид, что ничего не происходит.

Помогите больному вновь почувствовать вкус реальной жизни: придумайте такую деятельность (хобби), которая заинтересует его и позволит осознать свою нужность, по возможности обеспечьте общение с теми людьми, которые ему приятны. Вместе с тем, чрезмерная опека и контроль могут вызывать раздражение и еще больший уход в себя. Важно найти специалиста, с которым вы сможете обсуждать волнующие вас проблемы, ведь порой пребывающим в стрессовом состоянии родственникам трудно объективно оценить ситуацию и выбрать правильную линию поведения по отношению к больному. При таком бережном и неравнодушном подходе многие пациенты до конца жизни сохраняют полноценные семейные отношения, друзей и даже работу.

Комментарий специалиста

Петр Саранюк, священник, мануальный терапевт

Душе тоже необходимо исцеление

В старину православные лекари врачевали душевные недуги не только имеющимися в их распоряжении снадобьями, но и Словом Божьим. Сегодня при наличии целого арсенала новейших лекарств немногие больные обращаются к церкви. Конечно, нельзя отказываться от медикаментов, полагаясь только на духовную помощь, – оптимальным будет их разумное сочетание. Ведь причины психических заболеваний могут существенно отличаться: у одних болезнь обусловлена наследственностью, у других – перенесенными психическими травмами или жизненными трагедиями. Существует и третья причина, которую многие воспринимают скептически: церковь объясняет душевную болезнь одержимостью бесами. Это когда у внешне благополучных, обласканных судьбой людей возникают серьезные проблемы с психикой. Нельзя надеяться на восстановление телесного здоровья без исцеления души. Если в сознании происходят метания, человека раздирают внутренние противоречия, мучают тревога, страх, сомнения и гнев, таблетки могут только подавить их. Без поиска душевной гармонии, умиротворения и согласия с собой медикаментозное лечение способно принести только временное улучшение. Ведь «психо» по-латыни означает душа. Значит, прежде всего в помощи нуждается она.

Творческая натура

Некоторые ученые считают, что шизофрения – не болезнь в строгом смысле этого слова, а просто иной, чуждый большинству людей способ восприятия окружающего мира. Как бы там ни было, у многих душевнобольных людей действительно просыпается тяга к творчеству. На фоне болезни у человека, прежде далекого от, скажем, рисования, могут открыться яркие художественные способности. Врачи советуют всячески поощрять тягу больного к творчеству, при многих психиатрических клиниках даже существуют студии арт-терапии. Возможность создавать что-то красивое своими руками помогает человеку абстрагироваться от собственных болезненных ощущений, повышает его значимость и самооценку.

Только любящие близкие люди могут помочь больному найти спасительные «зацепки» в реальной жизни, пробудить в нем интерес к простым человеческим радостям

Эффективно ли современное лечение?

Количество имеющихся сегодня психотропных препаратов исчисляется тысячами наименований. Тем не менее, психиатрия пока не в состоянии полностью вылечить больного шизо­френией. Действительно ли существующие методы лечения идут больному во благо?

Леонид Юнда, заведующий Центром психотерапии и медицинской психологии с отделением пограничных состояний Киевской городской психоневро-логической больницы № 1

Нейролептики необходимо принимать длительно и по строгой схеме лечения! Этиология шизофрении до конца не изучена. Известно, что заболевание сопровождается дисбалансом некоторых веществ в центральной нервной системе. Чтобы максимально восстановить обмен этих веществ, нужно принимать специальные препараты по схеме, предписанной врачом. Обязателен длительный и постоянный (без пропусков!) прием – эффект от приема большинства нейролептиков наступает не сразу. Самовольное уменьшение дозы или отмена препарата могут привести к ухудшению психического и физического состояния пациента. Вместе с тем, ранняя диагностика и правильное лечение позволяют добиться стойкой ремиссии. Не нужно бояться обращаться за психотерапевтической и психиатрической помощью! Ведь задача медиков – не заточить пациента в больничных стенах, а помочь ему, насколько это возможно, сохранить трудоспособность и ясность мышления. К тому же, согласно украинскому законодательству, человек не может подвергаться лечению без его собственного согласия. Исключение составляют лишь случаи, когда больной может причинить вред себе или окружающим.

И все-таки терапия – лишь половина успеха. Не менее важно участие близких. Когда человек узнает о своем диагнозе, поддержка родных для него очень важна – ему нужно осознавать, что он по-прежнему любим ими. Делайте все для того, чтобы ваш больной родственник по-прежнему принимал участие в жизни семьи, по возможности работал (при многих центрах существуют консультационные службы для пациентов и их родственников). Это поможет ему сохранить чувство причастности к реальному миру. Поверьте, в ваших силах сделать многое для того, чтобы ваш родственник продолжил полноценную жизнь и чувствовал себя счастливым.

Алла Дмитриева, доктор ведической медицины, д.м.н., лауреат Государственной премии в области науки и техники

Длительное лечение нейролептиками превращает человека в «растение»!

В нашем организме все взаимосвязано: тело-интеллект-душа. И нарушения на любом из уровней приводят к разладу всей системы. Это наблюдается и в случае с душевными расстройствами. Например, шизофрения развивается, когда нарушается связь между интеллектом и душой. В случае возникновения сложной жизненной ситуации такой человек ищет выход, опираясь только на свои интеллектуальные способности, игнорируя духовные аспекты проблемы. В итоге его жизнью начинают управлять интеллектуальные конструкции.

Наш мозг крайне чувствителен к изменениям внутренней среды организма, особенно к уровню токсичных метаболитов в крови. Поэтому первым шагом в терапии психических заболеваний должна быть детоксикация организма. В 80-х годах ХХ столетия хорошие результаты в лечении шизофрении были получены с помощью гемосорбции – эта процедура очистки крови от токсинов выводила пациентов из обострения и удлиняла сроки ремиссии. Сегодня об этой методике несправедливо забыли. Главным же недостатком существующей системы лечения является ее агрессивность. Да, нейролептики купируют приступ – но достаточно двух-трех курсов лечения в психиатрической клинике, и человека уже нельзя будет восстановить: контакт «душа-интеллект» у него будет окончательно разрушен! Речь идет не о том, чтобы вообще отказаться от медикаментов. Если у вас температура под 40 °С, вы наверняка примете жаропонижающее, но вам и в голову не придет сидеть на таблетках всю оставшуюся жизнь. Так же и в случае с шизофренией. Нейролептики необходимы, чтобы вывести человека из острого состояния – в дальнейшем же нужно не подавляющее, а поддерживающее, реабилитационное лечение.

ru.likar.info

Почему шизофреников перестанут считать психами

Ученые из Университета Вероны в Италии, представители Ассоциации по улучшению программ психического здоровья в Швейцарии и специалисты Австралийского национального университета выступили с инициативой по официальному переименованию шизофрении. Они говорят, что в последнее время этот термин используют не по назначению: его применяют для всего, что в обществе считается «ненормальным». Именно негативное отношение к термину в социуме является препятствием для признания самой проблемы, поиска и использования новых методик ее лечения. Кроме того, это оскорбляет больных, страдающих данным психическим расстройством. Ученые считают, что переименование шизофрении «уменьшит предубеждения и улучшит общение между врачами, пациентами и их семьями». Как именно будет называться упомянутое заболевание пока неизвестно.

По данным ВОЗ, шизофрения ежегодно поражает около 60 миллионов человек на планете. Национальная ассоциация по психическим заболеваниям определяет ее как «серьезное психическое расстройство, которое влияет на способность человека ясно мыслить, управлять эмоциями, принимать решения». Это сопровождаются галлюцинациями, бредом, маниями, социальной дисфункцией, эмоциональными проблемами. В качестве средства терапии обычно применяются антипсихотические препараты, однако возможности лечения шизофрении до сих пор ограничены. И дело вовсе не в термине, которым обозначают это расстройство, а в сложности определения механизмов возникновения болезни. Но со временем ученые приближаются к разгадке тайн одного из самых опасных нарушений сознания.

Она не однаих восемь!

В частности, удалось понять биологическую природу шизофрении американским специалистам по психиатрической генетике из Школы медицины Университета Вашингтона в Сент-Луисе. В статье, опубликованной в журнале The American Journal of Psychiatry, они отмечают, что в основе развития заболевания лежат не мутации в отдельных генах, а сложные взаимодействия между генами. Причем речь идет не об одной шизофрении в ее «классическом варианте», а о восьми генетических ее вариантах, каждый из которых имеет собственный набор симптомов.

Один из авторов открытия Роберт Клонинджер поясняет, что гены не работают отдельно, сами по себе, они влияют друг на друга. И если влияние позитивное, это обеспечивает психическое здоровье, если негативное — нарушение структуры и функций головного мозга.

Чтобы выявить связь между индивидуальными вариациями в структуре ДНК, их взаимодействием друг с другом и проявлениями болезни в каждом конкретном случае, ученые исследовали геномы 4200 пациентов с шизофренией и 3800 здоровых участников контрольной группы. В итоге выявилось 42 генетических взаимосвязей, ассоциированных с высокой вероятностью развития заболевания. Было также установлено, что различные группы симптомов имеют разную генетическую основу, что позволило разделить шизофрению на восемь подвидов, качественно отличающихся по клиническим проявлениям, их тяжести, а также потенциальным способам лечения, включая генную терапию.

Обнаружение связи между индивидуальными клиническими проявлениями и группой стоящих за ними генетических вариаций позволит создать новую методику лечения, основанную на целевом воздействии именно на те специфические сигнальные пути, которые вызывают нарушения в каждом конкретном случае.

Сбой в иммунитете влияет на мозг

Понять биологические механизмы, лежащие в основе развития шизофрении, удалось и международной команде ученых из более чем 80 научных центров мира, входящих в «Консорциум психиатрической геномики». Они выявили более ста участков генома, связанных с риском развития шизофрении, причем 83 из них ранее никогда с этим заболеванием не ассоциировались. Результаты работы были опубликованные в журнале Nature.

Исследователи изучили генетический материал, полученный от почти 37 тысяч больных шизофренией и свыше 113 тысяч здоровых волонтеров. В результате были определены 108 специфических участков генома, связанных с риском развития шизофрении.

Экспрессия большинства выявленных генов происходит в клетках головного мозга, нейронах. Это, в частности, гены, отвечающие за обеспечение функционирования нейронов и связей между ними (синапсов), включая механизмы обучения и памяти. Кроме того, выяснилось, что шизофрению могут провоцировать гены в тканях, играющих важную роль в поддержке иммунитета. То есть, нарушение психики может возникнуть из-за сбоя в иммунной системе.

По мнению ведущего автора работы, заместителя директора Центра нейропсихиатрической генетики и геномики Школы медицины Кардиффского университета в Великобритании Майкла О’Донована, эта разработка станет настоящим прорывом в сфере лечения шизофрении, которого не происходило последние 60 лет. Ведь получается, что шизофрению можно лечить, в частности, теми же способами, что и, к примеру, нарушенный иммунитет. На продолжение исследований в этой сфере «Консорциуму психиатрической геномики» выделено $650 миллионов.

Лечение без таблеток

Ученые из Манчестерского университета доказали, что в лечении шизофрении хорошие результаты дают психологические методики. Со временем их можно будет использовать вместо лекарств, обладающих серьезными побочными эффектами, включая тремор конечностей, значительное увеличение веса, расстройства в работе сердечно-сосудистой системы. Результаты работы опубликованы в журнале The Lancet.

Когнитивно-поведенческая психотерапия (КПП) уже показала свою эффективность в лечении депрессии и тревожных расстройств. Технологии КПП основаны на прямом воздействии на мысли, установки и ожидания пациента. Нужно найти искажения в сознании человека и научить его альтернативному, более реалистичному способу восприятия мира. Так, при шизофрении пациенты часто ведут мысленные диалоги с воображаемыми людьми или потусторонними существами, «слыша» их голоса. Специалист в этом случае объясняет больному, что, на самом деле, он беседует не с реальными, а с созданными им самим образами, думая по очереди то за себя, то за них.

Страдающий шизофренией человек может также прокручивать в мыслях некие воображаемые ситуации, которые постепенно воспринимаются им как реальные. Психолог призван восстановить в сознании пациента достоверные факты или события с помощью документов, людей, которым больной доверяет, научной литературы, фотографий, видеозаписей и пр.

В новом исследовании специалистов Манчестерского университета приняли участие 74 страдающих шизофренией добровольцев в возрасте от 16 до 65 лет. Участников поделили на две группы: в первой было назначено стандартное лечение, во второй — стандартное лечение вместе с курсом когнитивной терапии в течение 18 месяцев. Как показали результаты эксперимента, у последней группы испытуемых было гораздо меньше психотических симптомов.

Авторы работы надеются, что со временем, при усовершенствовании методики КПП, психические расстройства можно будет лечить исключительно с помощью психотерапевтических инструментов. По крайней мере, у людей будет выбор — принимать лекарства или ходить на беседы со специалистами.

Тест на успех

Австралийские ученые из университета Аделаиды разработали компьютерную программу, которая поможет подобрать наилучший способ лечения психических расстройств, в первую очередь, шизофрении. Данные исследования опубликованы в журнале Australian&New Zealand Journal of Psychiatry.

Технология базируется на ряде данных, включая клинические симптомы, когнитивные способности пациента, снимки МРТ головного мозга, показатели биомаркеров в крови.

Разработанная программа показывает, что вероятность долгосрочного благоприятного или неблагоприятного исхода лечения может отличаться в зависимости от той информации, которую врачи получают в течение начальных шести месяцев с момента возникновения первых симптомов.

По словам ведущего автора исследования, профессора Бернхарда Бауне, новый тест сделает лечение психических заболеваний гораздо эффективнее, поскольку позволит в наикратчайшие сроки индивидуально подобрать самую безопасную и действенную методику.

www.dsnews.ua

Число больных шизофренией в Украине с каждым годом растет [ Редактировать ]

Вони чують голоси, відчувають страх і схильні до параної. Кількість хворих на шизофренію в Україні з кожним роком зростає. І лікарі кажуть: осінь — сезон загострень. Олена Мітясова з’ясовувала, чому.

Видіння, голоси, нав’язливі ідеї. Шизофренія отруює мозок надмірними думками. Якщо говорити медичними термінами — розщеплює свідомість. Людина балансує між реальністю і ілюзіями. В ній одній може вміщуватися одночасно дві, три або навіть п’ять особистостей.

Під наглядом психіатрів нині перебуває понад мільйон українців. Ще стільки ж, за припущеннями лікарів, не підозрюють про свою хворобу. А вона тим часом прогресує, і в один момент стане явною.

Костянтин Василенко, завідувач психіатричним відділенням:

— Нарушается воспритятие объективной реальности, процессы мышления, то есть окружающие истолковываются пациентом как нечто враждебно к нему относящееся.

Видає шизофреніка поведінка — в звичайних речах він вбачає знаки і розказує неймовірні історії: про викрадення інопланетянами, або про надважливу місію.

— Так я, значит, теперь шпион…

Доба Наполеонів скінчилася, кажуть лікарі. Шизофренія посучаснішала. Хворі у своїй свідомості малюють набагато яскравіші епізоди.

Костянтин Василенко, завідувач психіатричним відділенням:

— Прошел фильм «Матрица» когда-то, то есть ряд пациентов поступали с психопродукцией, которые пытались рассказать, что мы в матрице, матрица внутри нас.

Людмила Дєткова у психіатричному відділенні працює вже більше двадцяти років. Жінка добре пам’ятає часи осіннього загострення, коли хворим у палатах місця не вистачало.

Людмила Дєткова, медична сестра психіатричного відділення:

— Отделение это было переполненное — была выписка, но и поступления были. Лежали везде — по палатах лежали больные, в коридорах лежали больные, то есть было много.

Сьогодні ж відділення у столичній психіатричній клініці заповнені на вісімдесят відсотків. Причиною спаду лікарі називають еволюцію у фармгалузі. Мовляв, ліки стали більш ефективними, тому періоди ремісії триваліші. Не варто і боятися людей з діагнозом «шизофренія», запевняють медики. Шкоди від них жодної. А якщо і проявляють емоційність на вулиці чи у транспорті, то це лише засіб самозахисту.

Олена Мітясова, Максим Соколик, Новини, телеканал «Інтер».

podrobnosti.ua

Почему больные шизофренией в Украине обречены

10.12.2011 08:44

Из всех жителей Украины, у которых была выявлена серьёзная психиатрическая не-норма, только 20% обращались за помощью к врачу. Остальные, т. е. 80% — никогда. А тех, кто обратился к врачам — не лечат, а калечат. Так мы живём.

В конце шестидесятых годов прошлого века в Москву на обычном пассажирском самолёте прилетел американский турист, прямо из аэропорта последовавший в центральный офис КГБ СССР. Там он заявил: «Я – офицер Центрального Разведывательного Управления США. Я не хочу жить в Америке. Прошу вас дать мне политическое убежище!»

Можете себе представить, какую неожиданную радость испытало руководство КГБ, американец действительно был офицером ЦРУ! Увы, радость советских чекистов быстро потускнела, беглец оказался тяжело больным человеком, в силу этого предоставленная им информация была никудышней. Почти сразу московские врачи установили диагноз – шизофрения.

Несчастного, категорически не желавшего возвращаться в США, к жене и дочери, поместили в подмосковную психиатрическую больницу, где он под новой, русской фамилией находился около двадцати лет. Местные врачи «на всякий случай» его не лечили, а офицеры КГБ очень быстро утратили к нему интерес.

В период «раннего Горбачёва» в СССР прибыла делегация из Американской Психиатрической Ассоциации с целью контроля за соблюдением диагностических критериев в советской психиатрической системе. Некоторые из советских диссидентов тогда всё ещё «проходили лечение» в специальных психиатрических больницах МВД СССР в качестве психически больных преступников. Американцы должны были объективно оценить ситуацию, встретиться с жертвами психиатрических злоупотреблений и с их виновниками, советскими психиатрами.

КГБ, разумеется, как всегда был в стороне, встречи с заказчиками преступлений не были предусмотрены. Американскую делегацию возглавлял профессор психиатрии из Питтсбурга Лорен Рос. Именно он рассказал мне тогда и о такой своей задаче – встретиться в больнице с беглым офицером ЦРУ, передать ему фотографии жены и дочери и предложить, от имени семьи, скорейшее возвращение на родину. Посетив больного американца, Лорен сказал мне: « Впервые увидел больного шизофренией, которого никогда и ничем не лечили. Несмотря на то, что его диагноз сомнений не вызывал. Удивительная история…»

Я не случайно уделил так много внимания этой давней истории. В какой-то мере она характеризует нашу современную ситуацию. Где и сегодня в стране попросту не существует разнообразных подразделений социальной психиатрии (прошу не обманываться многочисленными защищёнными диссертациями на эту тему), где почти полностью разрушена амбулаторная психиатрическая служба системы Минздрава.

Так, в 2004 году нами, Ассоциацией Психиатров Украины вместе с Киевским международным институтом социологии и Департаментом психиатрии университета Стони-Брук (США) было закончено массивное, уникальное мультидисциплинарное исследование распространённости выраженной психиатрической патологии среди населения Украины. Результаты были впечатляющими. Один из них, важный для упоминания в этой статье, такой: из всех жителей Украины, у которых была выявлена серьёзная психиатрическая не-норма, только 20% обращались за помощью к врачу. Остальные, т. е. 80% — никогда.

Так мы живём. Плохо живём. Неразумно, неправильно живём. Объясняя это чрезвычайно невысокое качество жизни бедностью государства. Не имеющего достаточных средств для модернизации системы оказания психиатрической помощи, для создания учреждений так называемой социальной психиатрии, для использования современных эффективных медикаментов.

«Мы бедны!» — говорят нам, исправным налогоплательщикам, миллионеры и миллиардеры, никогда не бывающие в тех медицинских учреждениях, где лечимся мы. Среди них и те, кто сделал свои огромные состояния на грязном фармацевтическом бизнесе, на невероятных «откатах» и т. д. и т. п. Знаю ли я имена? Разумеется, знаю. Но – только некоторые. А все без исключения имена, суммы, банки знают офицеры Службы Безопасности Украины, давно и прочно позабывшие обязательство служить народу Украины.

Мы платим налоги. На наши налоги закупают медикаменты. Как правило, худшие, наименее эффективные, обладающие серьёзным побочным действием. Этими медикаментами нас лечат. Бесплатно. Нас лечат бесплатно медикаментами, давно не применяемыми в цивилизованных странах. И в полуцивилизованных.

Медикаментами из далёкой истории психиатрической практики. Нам говорят: «Мы бедны. Ваших налогов для повышения качества лечения недостаточно!» Но никогда не объясняют, почему современные, эффективные медикаменты для лечения психических заболеваний в наших, украинских аптеках стоят в 3 или 4 раза дороже, нежели в Австрии, Бельгии, Аргентине. И многое другое не объясняют.

Фото: Макс Левин

Мы платим налоги. На наши налоги издают учебники. В том числе и для подготовки студентов-медиков и врачей психиатров. Разумеется, на украинском языке, это ведь главное требование. Слабые, плохие учебники. Советские и по духу, и по стилю. А когда вы открываете любую книгу по психиатрической тематике, изданную на английском, французском или немецком языках, вы видите: в любой из них присутствует специальная глава об экономических аспектах проблемы. Читателю сообщают: лечение данной методикой, следование предложенным социальным или организационным новациям экономически выгодно! Это – очень серьёзный аргумент, зачастую – главенствующий.

К сведению читателей моей статьи: мы, украинцы болеем так же часто, как и другие жители планеты Земля. Например, шизофренией. Это грозное (но уже излечимое в определённых случаях) заболевание поражает нас столь же часто, как и жителей Гондураса, Польши, Японии. Только вот шансов на излечение у нас мало, нет на то условий, не одних лишь эффективных медикаментов.

Ежегодные расходы в стране, связанные с этим заболеванием, подсчитаны в США: 18,6 миллиарда долларов на прямые затраты системы здравоохранения и 46,5 миллиарда долларов на косвенные затраты (зачастую именуемые непрямыми затратами). Здесь читателя прошу остановиться, осмыслить написанное: непрямые затраты более чем в два раза превышают сугубо медицинские. А что у нас, в Украине? Не знаем, совсем не знаем. Не интересуемся. Не знаем ни прямых расходов, ни косвенных.

В 2002 году Ассоциация Психиатров Украины издала в переводе с английского книгу «Экономическая оценка психиатрической помощи». Думаете, очередь за получением её выстроилась? Как бы не так. Ни в Министерстве здравоохранения, ни в Министерстве социальной политики (ответственном за отсутствие в стране системы социальной психиатрии) эта книга интереса не вызвала. Как и другая, изданная нами в 2003 году – «Экономические издержки, связанные с психическими заболеваниями». А там – всё подробненько, и про прямые расходы, и про косвенные. Оно и правильно, бедным деньги считать не к лицу. Вот богатые пусть их и считают

Это они, министерские экономисты наши с вами деньги считать не хотят. И – не умеют. Назову лишь некоторые расходы, в бедной деньгами Украине не учитываемые. Лечим в больницах подолгу и давно устаревшими медикаментами. Дешёвыми, разумеется. Теми, что скорее глушат болезнь и больного, нежели дают ему шансы на возвращение к нормальной жизни. Как заметил несколько лет тому назад коллега из Швеции, посетив одну из наших психиатрических лечебниц: «У вас в палатах так тихо, спокойно. А у меня беспрестанный шум, возня…» А сколько стоит для нас с вами это «тихо, спокойно»?

В 1991 году я посетил в городке Бродмор в Великобритании тюремный госпиталь для психически больных людей, совершивших преступления. Войдя в зал, где работали пациенты (ремонтировали компьютеры и телевизоры), я не увидел ни одного с неврологическими побочными поражениями, такими характерными для наших больниц. Потому что все они получали хорошие, современные медикаменты. А печень и почки, разрушаемые архаичными медикаментами, сколько стоит украинскому налогоплательщику лечение этих «побочных» патологий?

И это неизвестно, расходы идут по совершенно другим статьям, к психиатрии отношения не имеющим. А туберкулёз, бич наших тюрем и психиатрических стационарных заведений, сколько мы с вами отдаём своих «кровных» на эти последствия? И это неизвестно, таких исследований в Украине нет. А прямые социальные последствия: невозможность возвращения к профессиональному труду, оплата инвалидности, разрушение семей и т. д. и т. п. ? Все эти и иные косвенные расходы мы считать не умеем. Хотя методики известны, описаны. А назначение врачом двух или нескольких однонаправленных медикаментов, разумеется, дешёвых, архаичных? Сколько в реальности стоит такая, иногда вынужденная терапия?

Я – не о сочувствии, не о сопереживании. Для наших власть предержащих такое не аргумент. Я – о деньгах. Я, украинский налогоплательщик и профессиональный врач очень хочу знать: какова в моей стране стоимость дешёвого лечения? Нет ответа. И, похоже, не будет.

Что ж, я привык задавать вопросы в пустоту. Всю свою сознательную жизнь только этим и занимаюсь.

Автор: Семен Глузман, ЛЕВЫЙ БЕРЕГ

cripo.com.ua