Депрессия и мания

В психоанализе депрессия и мания рассматриваются как расстройства, связанные с серьезными затруднениями, возникающими в активный оральный период, такими, как помехи во время кормления, эмоциональное отторжение и отчуждение, а также сложности в ранних взаимоотношениях мать-ребенок. И соответственно суицидальные стремления истолковываются как враждебные действия против спроецированного вовнутрь объекта, образа «злой матери» и, прежде всего ее груди. Тем не менее, подобная картина на самом деле нисколько не объясняет какие-либо относящиеся к депрессиям основные клинические наблюдения. И в свете наблюдений над холотропными состояниями она должна быть пересмотрена и существенно расширена.

К примеру, почему существуют два коренным образом отличающиеся вида депрессии, ее заторможенная и возбужденная разновидности? Отчего у подавленных людей, как правило, имеются биоэнергетические преграды, что подтверждают головные боли, сдавливание в груди и задержка жидких выделений, и физиологическая заторможенность: потеря аппетита, нарушение работы желудочно-кишечного тракта, запор, импотенция и отсутствие месячных? Почему у тех индивидов, которые находятся в состоянии подавленности, включая и тех, у кого наблюдается заторможенная депрессия, обследования выявляют высокий уровень биохимического напряжения? Почему они чувствуют безысходность и часто говорят, что «чувствуют себя застрявшими»?

На эти вопросы психотерапевтические школы, мировоззренчески ограниченные послеродовой биографией и фрейдовским индивидуальным бессознательным, ответить не могут. В этом отношении еще менее состоятельными выглядят теории, которые пытаются объяснить депрессивные расстройства как последствия химических отклонений, происходящих в организме. Но наше понимание полностью меняется, как только мы осознаем, что эти расстройства имеют важные околородовые и надличностные составляющие.

Заторможенные депрессии, как правило, прослеживаются до второй перинатальной матрицы. Субъекты, переживающие БПМ-2 в холотропных или психоделических сеансах, выказывают все существенные признаки глубокой депрессии. Под воздействием БПМ-2 человек переживает мучительную душевную и эмоциональную боль, отчаяние, непреодолимое чувство вины и ощущение неполноценности, глубочайшую тоску, отсутствие желания что-либо делать, потерю интереса ко всему на свете и неспособность радоваться жизни. В таком состоянии жизнь кажется бессмысленной, эмоционально пустой и нелепой. И если сеанс не завершился как следует, различные степени подавленного состояния могут длиться до бесконечности.

Несмотря на невероятное страдание, заторможенная депрессия не сопровождается плачем или иными внешними драматическими проявлениями — она характеризуется только всеобщим двигательным торможением. Весь мир и собственная жизнь видятся как бы сквозь черные очки, с избирательным первичным вниманием лишь к болезненным, дурным и трагическим сторонам жизни и полнейшей слепотой по отношению к чему-либо благоприятному. Положение это кажется чрезвычайно нестерпимым, неотвратимым и безнадежным. Иногда оно сопровождается утратой способности видеть цвета, превращая весь мир в черно-белое киноизображение. Кажется, лучше всего описывают подобное переживание жизни экзистенциальная философия и театр абсурда.

Сильное торможение главных физиологических функций тела, связанное с заторможенной депрессией вполне согласуется с объяснением БПМ-2. Ибо, как правило, заторможенная депрессия сопровождается чувством угнетенности, стеснения и ограничения, ощущением удушья, напряжений и зажимов в различных частях тела, а также головными болями, задержкой жидких выделений, в том числе мочи, запорами, сердечными болями, утратой интереса к еде и половым отношениям, склонностью к ипохондрии. И парадоксальные биохимические свидетельства показывают, что у людей, страдающих заторможенной депрессией, как правило, оказывается повышенное содержание катехоламинов (составляющие, связанные с настроением) и стероидных гормонов, что указывает на высокую степень психологического напряжения. Это соответствует переживанию БПМ-2: чрезвычайно напряженное внутреннее положение, при котором нет никакой возможности для внешнего действия или проявления («сидение снаружи — бегство внутри»).

Как ранее упоминалось, психоаналитическая теория увязывает депрессию с трудностями на ранней оральной стадии и эмоциональным отчуждением. СКО, связанные с заторможенной депрессией, включают в себя биографические составляющие, сообразующиеся с фрейдовской психоаналитической моделью. Связь этого биографического материала с БПМ-2 выражает глубинную логику переживания. Биологические роды включают в себя прерывание симбиотической связи с материнским организмом, вызванное маточными сокращениями и связанным ими сдавливанием артерий. Это означает разрыв всех жизненно значимых соединений, прекращение поступления питания и тепла, накопление вредных выделений и ввергание в опасное состояние без всякой защиты. Следовательно, имеется определенный смысл в том, что типичные составляющие СКО, функционально связанные с заторможенной депрессией, включают в себя отделение, отчуждение от матери либо отсутствие матери и чувства одиночества, холода, голода и страха в период младенчества или раннего детства.

Другими важными биографическими составляющими являются семейные положения, в которые подавление и наказание не допускало какого-либо неповиновения или уклонения, что усиливает и увековечивает роль жертвы, находящейся в безвыходном положении, характерную для БПМ-2. Важной составляющей СКО, связанной с этим видом депрессии, являются воспоминания о событиях, которые представляли угрозу жизни или телесной целостности индивида и в которых он играл роль беспомощной жертвы. Подобные события включают в себя серьезные заболевания, повреждения, хирургические операции и случаи утопления. Эти наблюдения обнаруживают совершенно новый элемент в этиологии депрессий, поскольку психоанализ и психотерапевтически ориентированная академическая психиатрия не обращают внимания на психические травмы, происходящие от физических повреждений.

Этот вид депрессии по своим движущим силам связана с БПМ-3. Характерными чертами возбужденной депрессии являются высокая степень напряжения и беспокойства, чрезмерное количество психомоторного возбуждения и неугомонность. Люди, переживающие состояние возбужденной депрессии, очень подвижны. Они могут кататься по полу, метаться из стороны в сторону и биться головой о стену. Они громко кричат и плачут, могут царапать себе лицо, рвать на себе волосы и одежду. Физическими симптомами, часто связанными с этим состоянием, являются напряжения в мышцах, дрожь, болезненные судороги, головные боли, маточные и кишечные спазмы, тошнота и затрудненное дыхание.

В СКО, связанных с этой матрицей, присутствуют агрессия и насилие, разного рода жестокости, сексуальное совращение или нападки, болезненные медицинские вмешательства и болезни, вызывающие удушье, и борьба за то, чтобы иметь возможность дышать. В противоположность СКО, относящимся к БПМ-2, субъекты в них не являются пассивными жертвами: они предпринимают активные попытки отбиваться, защищаться, устранять препятствия либо бежать. Как правило, они переживают воспоминания о яростных столкновениях с родителями или родными братьями и сестрами, первых драках со сверстниками, случаях сексуального совращения и изнасилования, эпизодах военных действий.

Большинство психоаналитиков понимает, что психодинамическая интерпретация намного больше годится для депрессии, чем для мании. Тем не менее, существует общее мнение о том, что мания представляет собой отторжение причиняющей боль внутренней действительности (т. е. депрессии) и побег во внешний мир. Она отражает победу Я над Сверх-я, насильственное искоренение запретов и ограничений, завышение самооценки и развитие чувственных и агрессивных влечений.

Несмотря на все это, мания отнюдь не дает впечатления подлинной свободы. Психологические теории маниакально-депрессивных расстройств выделяют напряженную раздвоенность пациентов, страдающих манией, и то, что одновременные чувства любви и ненависти вредят их способности устанавливать отношения с другими людьми. Типичная маниакальная страсть к вещам обычно рассматривается как проявление сильной оральной фиксации, а периодичность мании и депрессии считается указанием на ее связь с чередованием голода и сытости.

Многие из обескураживающих черт, проявляющихся в случаях маниакальных расстройств, станут легко объяснимыми, если посмотреть на их связь с движущими силами перинатальных матриц. Мания психогенетически сопряжена в переживании с переходом от БПМ-3 к БПМ-4. Индивид частично находится под влиянием четвертой перинатальной матрицы, но, несмотря на это, все еще соприкасается с третьей. Здесь оральные влечения скорее указывают на состояние, к которому маниакальный пациент стремится, но которого еще не достиг, нежели представляют собою регрессию на оральный уровень. А в триаде желаний, типичной для мании, — быть в покое, спать и есть, естественные потребности организма переводятся на конечную стадию рождения. Эти желание удовлетворяются в БПМ-4, состоянии, следующем за биологическим рождением.

В психотерапии переживания время от времени можно наблюдать преходящие случаи мании, наводящие на мысль о неполном возрождении. Это обычно происходит, когда индивиды уже прошли тяжелое переживание борьбы смерти и возрождения и испытали чувство освобождения от родовых мук. Тем не менее, в то же время они еще не готовы и не способны встретиться с травмой БПМ-3, которая так и осталась неразрешенной. И как следствие беспокойного цепляния за эту неуверенную и призрачную победу, новые положительные чувства оказываются усугубленными до степени карикатурности. Образ «подбадривающего насвистывания в темноте», по всей видимости, как нельзя более верно подходит для передачи подобного состояния. Преувеличенная и вынужденная природа маниакальных эмоций и поведения явно выдает то, что они являются не выражениями подлинной радости и свободы, а образованиями, отвечающими на страх и враждебность.

Субъекты, принимавшие ЛСД, чьи сеансы подходили к концу в состоянии незавершенного возрождения, проявляли все типичные симптомы мании. Они были сверхдеятельны, расхаживали лихорадочными шагами, пытаясь завязать отношения и побрататься со всеми, кто находился рядом с ними, и не переставая говорили о своем ощущении победы и благостности, о чудесных чувствах и о том величайшем переживании, которое у них только что было. Они были склонны превозносить чудеса врачевания при помощи ЛСД и с ходу составляли мессианские и другие грандиозные проекты, как преобразить мир, дав возможность каждому человеку испытать такое же переживание. Чрезвычайная жажда стимулов, знакомств и общественных связей были соединены с возросшей живостью, самолюбием, самооценкой, так же как и с потаканием своим желаниям в различных житейских обстоятельствах. А распад сдерживающих начал Сверх-я приводил к совратительству, стремлению к половым связям и непристойным разговорам.

Отто Феникел, чья ставшая широко известной книга «Психоаналитическая теория неврозов» подытожила классическое психоаналитическое понимание психопатологии, подчеркивал, что многие важные стороны мании сближают ее с психологией карнавалов: разрешенного обществом высвобождения влечений, во всех других случаях запрещенных. Это дополнительно подтверждает глубокую связь мании с движением перехода от БПМ-3 к БПМ-4. Здесь потребность в возбуждении, а также поиски драматических событий и деятельности, которые характерны для маниакальных пациентов, служат двойной цели: они дают выход высвобожденным побуждениям в то время, когда вызванные внешние бурные обстоятельства по силе и по качеству подстать внутреннему смятению.

Если индивидов, переживающих такое состояние, убедить обернуться внутрь себя, посмотреть в лицо тяжелым чувствам, которые остались неразрешенными, и позволить совершиться событию рождения, то из их настроения и поведения исчезнут маниакальные признаки. И переживание БПМ-4 в своем чистом виде характеризуется излучением радости, возросшей восприимчивостью, глубоким расслаблением, спокойствием и отрешенностью. В таком состоянии ума люди обладают ощущением внутреннего покоя и полной внутренней удовлетворенности. У них нет признаков вынужденности и вычурности, склонности к гротескному преувеличению, характерных для маниакальных состояний.

Околородовые составляющие СКО, связанной с манией, кажутся содержащими воспоминания о случаях удовлетворения, но в которых удовольствие было пережито в обстоятельствах, внушающих сомнение и неуверенность в подлинности и длительности удовлетворения. И в равной степени надежды или притязания на демонстративно счастливое поведение в положениях, отнюдь этого не оправдывающих, по-видимому, также подпитываются из маниакального образца. Кроме того, маниакальные пациенты зачастую пережили ущерб их самооценки: гиперкритическое и подрывающее веру в себя отношение со стороны одного из родителей, сочетающееся с переоценкой, психологическим восхвалением и нагнетанием нереальных ожиданий, исходящими от другого. Наконец, у некоторых из моих маниакальных пациентов была история пеленания — перемежающегося переживания всеобщей скованности и полной свободы в младенчестве, каковые создаются, когда закутывают или меняют пеленки.

Все приведенные выше наблюдения, заимствованные из работы с переживаниями, кажется, имеют связь с конечной стадией рождения. Внезапный переход от мучений к ощущению поразительного облегчения, по-видимому, представляет собой естественную основу для сменяющих друг друга образцов маниакально-депрессивных расстройств. Этот вывод, конечно же, никоим образом не исключает участия в клинической картине биохимических составляющих как важных механизмов при изменениях, характерных для этих психологических состояний. Однако даже при нахождении важных и существенных биохимических изменений сами по себе химические факторы никак не способны объяснить особые черты этих расстройств.

Трудно и вообразить себе положение, более явно предопределенное химически, чем лечебный сеанс ЛСД. И все-таки наши познания относительно точного химического состава стимулятора и назначаемых дозировок очень мало помогут в объяснении психологического содержания переживания. В зависимости от обстоятельств субъект, принявший ЛСД, может пережить либо исступленный восторг, либо депрессивное, маниакальное или параноидальное состояние. Подобным же образом мы не можем объяснить все сложности естественно протекающей депрессии или мании какой-то простой химической формулой. Ибо все время встает вопрос: являются ли биологические составляющие причинами расстройства или только сопутствующими симптомами. С точки зрения холотропных состояний, многие физиологические и биохимические изменения, связанные с маниакально-депрессивным расстройством могут просто отражать условия, пережитые родившимся ребенком.

www.e-reading.mobi

Депрессия и мания

Маниакально депрессивное заболевание, известное в медицине как биполярное аффективное расстройство, является самым отчетливым и драматичным из всех аффективных расстройств. В отличие от депрессии, которая может начаться в любом возрасте, маниакально-депрессивное расстройство обычно начинается у молодых людей, до 35 лет, и поражает одного из 100 жителей планеты.

У людей, страдающих биполярным расстройством, периоды спада настроения или депрессии чередуются с чрезмерными подъемами настроения, называемыми маниями . Эти две крайности могут непосредственно сменять друг друга, либо между ними могут быть довольно длительные периоды абсолютно нормального настроения. Легкие формы биполярного аффективного расстройства (маниакально-депрессивного расстройства,) когда чередующиеся периоды спада и подъема настроения не достигают клинической выраженности, называются циклотимией и встречаются достаточно часто.

Симптомы биполярного аффективного расстройства

При развитии маниакальной фазы пациенты испытывают необычный подъем настроения , активность , переменчивость настроения с чрезмерной раздражительностью , которая быстро нарастает в течении нескольких дней.

Симптомы маниакальной фазы биполярного аффективного расстройства относят следующее:

  • Чрезмерно приподнятое настроение,
  • эйфория , переходящие в повышенную раздражительность.
  • Пациент чувствует себя на «вершине мира», и ничто — ни плохие новости, ни ужасные события, ни трагедия — не может изменить его счастья. Однако эта эйфория может быстро перейти в раздражительность и гнев.

В любом случае настроение выходит за нормальные рамки с учетом ситуации и индивидуальности человека.

Выражение необоснованного оптимизма и отсутствие рассудительности. Самонадеянность может достигать такой степени, что человек начинает думать, будто он находится в особой связи со знаменитостями и политическими лидерами. Или он уверен, что ничто, даже законы природы, не властны над ним, и он может выполнить любую задачу. Результатом могут оказаться необдуманные, опасные для жизни поступки: прыжок с высокого дома или движущегося автомобиля, купание в ледяной воде и т.п.

Чрезмерная активность, наполеоновские планы, одновременное участие сразу в нескольких видах деятельности, которые могут плачевно закончиться. Пациент чувствует такой прилив сил и энтузиазма, что перестает ориентироваться во времени, и забывает, что в сутках лишь 24 часа. Человек, страдающий биполярным аффективным расстройством , может назначить несколько важных встреч практически на одно и то же время и думать, что везде успеет. Мания может привезти к неосторожной езде на автомобиле, чрезмерным расходам, долгам, непродуманным сделкам или сексуальному поведению, не характерному для данного человека.

Полет идей. Мысли человека несутся стремительно и бесконтрольно, как автомобиль без тормозов, спускающийся с горы. Такой человек тараторит без умолку и не может остановиться. Не успев сформулировать одну мысль, он перескакивает на другую. Речь быстрая и громкая, а в наиболее острых случаях ее трудно понять, так как мыслительные процессы полностью дезорганизованы и беспорядочны.

Уменьшенная потребность во сне ( бессонница ). Человек в маниакальной фазе биполярного аффективного расстройства может обходиться без сна в течение нескольких дней или спать по 2-5 часов в сутки и не чувствовать себя уставшим.

Отвлекаемость, при которой внимание пациента очень легко отклоняется на не имеющие значения и не важные детали.

Неожиданная раздражительность и даже ярость, когда пациент при биполярном аффетивном расстройстве встречает препятствия своим грандиозным планам, а его чрезмерные социальные притязания сталкиваются с отказом.

Без лечения маниакальная фаза биполярного аффективного расстройства может продолжаться до трех месяцев. Затем ее сменяет период нормального настроения и нормального поведения. Но в конце концов начинается депрессивная фаза биполярного аффективного расстройства . У некоторых пациентов депрессия начинается сразу же, у других — через несколько месяцев после маниакальной фазы.

Симптомы депрессивной фазы биполярного аффективного расстройства те же симптомы, что и униполярнаой депрессии ;

  • чувство бесполезности,
  • безнадежности,
  • беспомощности,
  • полного безразличия,
  • чувство вины;
  • продолжительные периоды грусти или неожиданные приступы плача,
  • раздражительность,
  • уход от видов деятельности, которые раньше приносили радость,
  • социальных и сексуальных контактов,
  • работы и развлечений,
  • невозможность сконцентрировать внимание или запомнить детали,
  • мысли о смерти, попытки самоубийства,
  • потеря или заметное усиление аппетита,
  • постоянное утомление,
  • бессонница или заметное увеличение времени сна.
  • боли, запоры и иные физические недомогания, которые не имеют другой причины.
  • Причины развития биполярного аффективного расстройства

    Современные подходы к изучению причин биполярного аффективного расстройства расстройства сконцентрированы, прежде всего, на генетических исследованиях.

    Близкие родственники страдающих биполярным аффективным расстройством заболевают биполярным аффективным расстройством маниакально-депрессивным расстройством или униполярной депрессией в 10-20 раз чаще, чем все остальные люди. Если один из родителей страдает биполярным аффективным расстройством , то ребенок имеет 12-15% риск заболеть тем же заболеванием. Если биполярным аффективным расстройством страдают оба родителя, для ребенка риск заболеть повышается до 25 %.

    Развитию биполярного аффективного расстройства могут способствовать и факторы окружающей среды, важнейшим из которых являются внутрисемейные отношения. Известно, что проблемы в семье, напряженные отношения с близкими могут усугубить проявления биполярного расстройства.

    Большие надежды в понимании причин биполярного аффективного расстройства ученые возлагают на достижения биохимии. Многочисленные исследования показали, что в организме людей, страдающих депрессиями и маниакально-депрессивным расстройством, имеются определенные биохимические нарушения. Дальнейшее изучение этого вопроса может позволить не только приблизиться к установлению биохимических механизмов данного заболевания, но и понять, как действуют различные медицинские препараты и разработать новые эффективные средства лечения биполярного расстройства.

    ДИАГНОЗ Биполярное афективное расстройство

    Всякий, кто предполагает что у него или у кого-то из его близких маниакально-депрессивное расстройство, должен пройти полное медицинское обследование. Необходимо исключить возможности другого душевного или физического заболевания, ибо некоторые заболевания могут имитировать проявления маниакально-депрессивного расстройства. Полное медицинское обследование необходимо для установления точного диагноза, после чего психиатр вместе с больным разработает план лечения.

    ЛЕЧЕНИЕ биполярного аффективного расстройства

    Биполярное аффективноое расстройство (маниакально-депрессивное расстройство) достаточно легко поддается лечению. Самым главным при этом является правильное назначение нормотимических препаратов (стабилизаторов настроения), однако не стоит отказываться и от психотерапии.

    Психофармакотерапия нормотимическими препаратами (стабилизаторами настроения)

    Наиболее распространенным средством при лечении биполярного аффективного расстройства является карбонат лития , который уменьшает количество и интенсивность маниакальных фаз в 70 % случаев, а также помогает устранить повторяющиеся фазы депрессии. Двадцать процентов тех, кто принимает это лекарство, полностью избавляются от симптомов болезни. Особенно эффективен литий в тех случаях, когда у пациента имеются периоды нормального настроения между маниакальной и депрессивной фазами болезни.

    Лечение карбонатом литиеия (Lithium Carbonate — препараты Контемнол и Седалит) может продолжаться достаточно долго, но должно тщательно контролироваться психиатром. Врач должен регулярно измерять количество лития в крови пациента и проверять, как функционируют почки и щитовидная железа. К побочным эффектам лития можно отнести повышение веса, чрезмерную жажду и выделение мочи, раздражение желудка и кишечника, дрожь в руках и слабость в мышцах. Однако при правильном контроле лечение литием, которое иногда комбинируют с другими лекарствами, не приносит вреда. Тысячи людей вернулись к полноценной счастливой жизни, которая была невозможна без этого лекарства.

    Как все психические заболевания, маниакально-депрессивное расстройство влияет на самооценку человека, нарушает его связи с другими людьми, особенно с близкими родственниками. Восстановить нарушенные взаимоотношения, смягчить последствия неадекватных действий во время выраженных фаз болезни (невыгодные сделки, растраты, измены и т.п.), нормализовать атмосферу в семье помогает психотерапия.

    Члены семьи больного сами заинтересованы в профессиональной заботе, так как стресс от жизни рядом с человеком, страдающим маниакально-депрессивным расстройством, бывает очень велик. Психиатр научит правильно понимать своего больного родственника, а также активно помогать процессу лечения.

    Составители:
    В. Г. Батаев А. Н. Богдан Л. Н. Виноградова Н. В. Спиридонова

    www.psyhelp.ru

    Факты о биполярных расстройствах

    Что представляет собой биполярное расстройство?

    Всем людям знакомы перепады настроения. Бывают дни, когда мы чувствуем себя в подавленном настроении, когда испытываем напряженность и наше самосознание как-бы „надломлено“. И напротив, человек, который сильно влюблен, находится в состоянии эйфории, испытывает душевный подъем, на волне веселого и беззаботного настроения спорится любая работа.

    Когда человек заболевает биполярным или иначе говоря маниакально-депрессивным расстройством, эти перепады настроения выходят далеко за рамки нормы и не соответствуют реальным жизненным обстоятельствам. Колебания настроения охватывают состояния от глубоко депрессивного до глубоко маниакального, со всем спектром болезненных проявлений. К симптомам мании относят, напр. необычайно приподнятое настроение (эйфория) и завышенную самооценку, повышенную работоспособность, сниженную потребность во сне, бессонницу, отсутствие чувства дистанции и речевой напор. К симптомам депрессии, в свою очередь, относят уныние, безразличие, отсутствие интереса к простым вещам, обычно приносящим радость, склонность к навязчивым мыслям, пессимистическое отношение к будущему, нарушения сна, раннее пробуждение или повышенная потребность во сне.

    Больные чувствуют себя отданными на произвол своего настроения и прежде всего на раннем этапе заболевания считают, что эти перепады тяжело поддаются влиянию извне. Повторяющиеся фазы маниакально-депрессивного синдрома часто наносят глубокую душевную рану как самим больным, так и находящимся рядом с ними близким людям.

    Ниже будут рассмотрены некоторые специфические аспекты биполярного расстройства и дана характеристика его особенной внутренней динамики. Затем будет рассказано о видах и причинах возникновения расстройств.

    Специфические аспекты биполярных расстройств

    • Потеря чувства времени: В отличие от общих колебаний настроения при биполярных расстройствах наблюдается утрата чувства времени. Депрессия кажется вечной и неизбежной, такой она была и будет всегда; соответственно бесконечно чувство отчаяния. Мания переживается как неистощимый источник энергии; соответственно безграничными становятся переоценка своих сил и рискованное поведение. Невозможно различить действительную смену фаз заболевания.
    • В период лечения необходимо придумать, как внушить человеку надежду на выздоровление, не успокаивая его лишь поверхностно, так как это по праву будет воспринято как насмешка. Лечение должно вернуть ощущение времени. Самым естественным способом это достигается в группах самопомощи или во время специальной групповой терапии: В другом пациенте видна как раз та фаза, которая в самом себе в данный момент не проявляется . Благодаря развитию полярности человек приобретает большую подвижность, с центральной тенденцией оценки.

    • Проблема переадаптации: Если более внимательно присмотреться к людям с биполярными расстройствами, можно заметить их склонность к переадаптации. В процессе своей социализации они научились соответствовать чужим ожиданиям и жить по критериям других людей, не задаваясь лишними вопросами. Они очень стараются всем угодить. Они не сознают своих собственных масштабов и у них не развиты стратегии поведения в конфликтных ситуациях. При депрессии эта дилемма становится очевидной и даже может обостриться и принять карикатурные формы. Мания проявляется в попытке вести себя нетрадиционным образом, однако чувство освобождения при этом на самом деле остается внутренне незаполненным и перерастает в болезнь.
    • Задача длительной поддерживающей терапии состоит не в том, чтобы привести адаптацию в нормальное состояние, а чтобы помочь создавать свои собственные критерии, критически подходить к ожиданиям чужих людей, находить место своим необычным проявлениям или желаниям в повседневной жизни, не откладывая их на случай маниакального поведения.

    • Значение чувства собственной значимости: У людей с биполярными расстройствами, как и у всех людей, есть свой анамнез жизни. Ее периоды имеют начало и конец – с лечением или без него. Симптомы заболевания развиваются – точно также как развиваются возможности и стратегии борьбы с ним. Чтобы было понятно, можно привести такое сравнение с денежными счетами: Тот, у кого много денег на сберегательном счету, не потерпит финансовый крах в случае отсутствия денег на текущем счету. Тот, кто использовал все резервные фонды, остается без кредита. И если он превысит остаток счета в банке, то будет вынужден платить высокие проценты. В качестве денег выступает чувство собственной значимости. Разумеется, опыт, способствующий укреплению своего Я, внимание, любовь и события, повышающие собственную значимость, оказывают защитное действие, а противоположные действия наносят вред. Эти факторы не ограничиваются только каким-то одним периодом жизни или временем, предшествующим заболеванию. Они имеют важное значение для проведения лечения, почему мы и удивляемся, как нам так редко удается избегать обид в процессе лечения.
    • Первичная задача симптоматического и длительного лечения состоит в том, чтобы не допустить новых обид и помочь пережить старые, раскрыть и направить на лечение внутренние силы организма, а также укреплять и поддерживать семейные отношения и социальные связи.

    • Взаимодействия: Очевидно, есть разница в том, как мы приобретаем или теряем чувство собственной значимости: Одни люди раздражаются быстрее, когда заканчиваются деньги на счету, другие ставят на кон и выигрывают. Эмоциональный аккумулятор разряжается и заряжается с разной скоростью. Взаимодействие социальных восприятий, эмоциональных переживаний и механизма управления побуждениями может быть более или менее непосредственным. Соответственно увеличивается амплитуда собственной эмоциональности и предрасположенность к ярко выраженным фазам. Люди с биполярными расстройствами не только быстрее обижаются, они также становятся высоко восприимчивыми и реагируют быстрее, используя весь свой энергетический баланс.
    • В процессе лечения необходимо настраивать пациента на такие взаимодействия, чтобы он сам мог их регулировать.

    • Типичные модели мышления / внутренняя динамика психики: Депрессивные модели мышления приводят к значительным искажениям восприятия личных и чужих достижений: неудачи приписываются себе, а успехи другим. Планы почти неизбежно срываются. Предвосхищение неудач имитирует чувство независимости, однако все больше и больше доводит до отчаяния. В маниакальных фазах подобные искажения действуют в обратном направлении.
    • Следует повернуть этот механизм: Первые шаги лечения следует постоянно оценивать критически, терпеливо и спокойно, пока они не станут такими маленькими, что успех лечения будет неизбежен. При этом полезными могут быть групповые дискуссии с участием «опытных» больных.

    • Социальные взаимодействия: Биполярные расстройства в значительной степени затрагивают и обременяют близких родственников. Это касается родителей, братьев и сестер, а чаще всего супругов и детей — кроме случаев шизофренического психоза. Пока пациенты переживают взлеты и падения, родственники особенно разрываются между чувством привязанности, сострадания и неприязнью к больному: Как защитить самого себя? На какое расстояние я должен удалиться, чтобы не поставить под угрозу свою любовь? Надолго ли хватит моей заботы?
    • Помощь родственникам больного (индивидуально или в группах) принесет терапевтическую пользу и самим пациентам. Работа с биполярными пациентами без привлечения близких людей (по отдельности или совместно) является врачебной ошибкой.

    • Внутренняя динамика соматических состояний: Никого больше не удивляет тот факт, что обмен веществ в головном мозгу причастен к глубоким колебаниям настроения, так как они влияют на все эмоциональные состояния и поступки. Только вот объяснить эти колебания настроения с помощью обмена веществ так же нелегко, как объяснить влюбленность. Тем временем есть даже доказательства, что изменения содержания серотонина являются скорее следствием каких-то лишений и разочарований, однако у больных возможно развитие чувствительности по отношению к будущим событиям (Aldenhoff 1997).
    • Концепция „биологического дефекта“ позволяет лучше обосновать стратегии медикаментозного лечения, чем упрощенная и неверная теория прямой причинности. Вместе с тем пациент и лечащий врач обязаны задумываться и над более сложными причинами, а также использовать индивидуальные и социальные возможности. Предписания врача и без того достаточно сложные: Антидепрессанты не всегда эффективны, действуют не сразу, на короткий срок повышают суицидальный риск, а на неопределенный срок риск перехода в маниакальное состояние. Профилактика эпизодов не защищает и половины пациентов от рецидива. А антиманиакальное действие нейролептиков имеет значительные побочные эффекты, более сильные, чем у других лекарств. Таким образом, как положительное отношение к лекарствам, так и сотрудничество врачей и пациентов являются задачами, которые необходимо решать сообща. Тем более важно, чтобы врачебные предписания составляли неотъемлемую часть общей культуры психотерапевтического лечения; без этой культуры назначения врача, хотя и необходимы, но вряд ли допустимы.

    • Взаимодействия: Различение между эндогенными (внутренними), экзогенными (внешними) и реактивными состояниями было опущено по одной простой причине; в той или иной мере эти факторы всегда имеют место. Кроме того, сегодня мы намного больше знаем о их взаимодействии: Психотерапия тоже влияет на многие существенные физиологические переменные. Даже гены не все предопределяют, не фиксируют человека, а подчиняются комплексным физиологическим процессам, реагируют даже на условия окружающей среды, а их активность „пробуждается “в периоды жизненных кризисов. .
    • Взаимовлияние психических, социальных и соматических факторов настолько комплексно, что едва ли можно говорить о мотивированном проведении различных монотерапий.

      www.psihos.ru