Депрессия на латинском

Циталопрам (Citalopram)

Действующее вещество

Фармакологическая группа

Нозологическая классификация (МКБ-10)

Фармакологическое действие

Способ применения и дозы

Внутрь, 1 раз в сутки, не разжевывая, запивая небольшим количеством жидкости. Препарат можно применять в любое время суток вне зависимости от приема пищи, желательно принимать препарат в одно и то же время суток.

Депрессия: терапию начинают с приема 20 мг/сут циталопрама. В зависимости от индивидуальной реакции пациента и тяжести депрессии, доза может быть увеличена до максимальной — 40 мг/сут.

Паническое расстройство: при панических расстройствах в течение 1 нед рекомендуемая доза — 10 мг/сут, затем доза повышается до 20 мг/сут. Суточная доза, в зависимости от индивидуальной реакции больного, в дальнейшем может быть увеличена до 40 мг/сут.

Особые группы пациентов

Пациенты пожилого возраста (65 лет и старше). Рекомендуемая суточная доза составляет 10–20 мг. В зависимости от индивидуальной реакции и тяжести депрессии, доза может быть повышена максимум до 20 мг/сут.

Нарушенная функция почек. При ХПН слабой и умеренной степени выраженности коррекция режима дозирования не требуется. У пациентов с тяжелой почечной недостаточностью ( Cl креатинина ниже 30 мл/мин) требуется осторожность в выборе дозы.

Нарушенная функция печени. У пациентов с легкой и умеренной печеночной недостаточностью начальная доза составляет 10 мг/сут в течение первых 2 нед. В зависимости от реакции, доза может быть увеличена до 20 мг/сут. У пациентов с тяжелой печеночной недостаточностью требуется крайняя осторожность в выборе дозы.

Пациенты с низкой активностью изофермента CYP2C19 . У пациентов с низкой активностью изофермента CYP2C19 начальная доза составляет 10 мг/сут в течение 2 нед. В зависимости от реакции, доза может быть увеличена до 20 мг/сут.

Эффект проявляется через 2–4 нед, продолжительность курса лечения определяется состоянием пациента, эффективностью и переносимостью проводимой терапии и составляет в среднем 6 мес.

Симптоматика, которая может отмечаться при резкой отмене циталопрама, не является характерной. Это чаще всего головокружение, головная боль, парестезии, нарушение сна, астения, нервозность, тремор, тошнота и/или рвота.

В случае завершения лечения циталопрам необходимо отменять постепенно в течение нескольких недель, чтобы избежать синдрома отмены. В большинстве случаев для этого достаточно примерно 2 нед, но в каждом отдельном случае врач решает этот вопрос индивидуально: для некоторых пациентов может понадобиться срок 2–3 мес или более.

Форма выпуска

Таблетки, покрытые пленочной оболочкой, 10 мг, 20 мг и 40 мг. В контурной ячейковой упаковке из пленки ПВХ и фольги алюминиевой печатной лакированной, 10 шт. 1, 2, 3, 4 или 5 контурных ячейковых упаковок в пачке из картона.

Производитель

Претензии направлять по адресу: 129272, Россия, Москва, Трифоновский туп., 3.

Тел.: (495) 787-70-55.

Адрес места производства: 610044, Россия, Кировская обл., г. Киров, ул. Луганская, 53в.

Условия отпуска из аптек

Условия хранения препарата Циталопрам

Хранить в недоступном для детей месте.

Срок годности препарата Циталопрам

Не применять по истечении срока годности, указанного на упаковке.

Цены в аптеках Москвы

Представленная информация о ценах на препараты не является предложением о продаже или покупке товара.
Информация предназначена исключительно для сравнения цен в стационарных аптеках, осуществляющих деятельность в соответствие со статьей 55 Федерального закона «Об обращении лекарственных средств» от 12.04.2010 N 61-ФЗ.

pda.rlsnet.ru

Депрессия на латинском

Ученым было непросто выявить основную причину развития депрессии, которой подвержены в течение года почти 16% американцев. И вот исследователи Йельского университета сделали открытие, на основании которого можно будет создать новый класс антидепрессантов. Специалисты нашли ген, который является ключевым при возникновении симптомов депрессии.

Вряд ли кто-то станет спорить, что депрессия — это бич современного общества. Американские экономисты даже подсчитали, что эта проблема приносит государству ежегодные экономические убытки около $100 млрд.

Симптомы депрессии тягостны: люди теряют вкус к жизни, у них снижается работоспособность, ухудшается здоровье. Неудивительно, что в последнее время возникли технологические разработки, которые призваны помочь людям, находящимся в состоянии депрессии.

О том, что при клинической депрессии меняется активность определенных отделов мозга, специалисты знали давно. Неоднократно проводились эксперименты по лечению тяжелых форм депрессии вживленными электродами.

Однако «электродные» методы борьбы с депрессией так и не прижились. Слишком много вопросов возникало в связи с воздействием электричества на мозг. Кто бы мог поручиться, что необходимая доза не будет превышена, и человека попросту не ударит током? Вспомним, кстати, что в советских психбольницах пациентов было принято лечить электрошоком, отчего у тех проходил приступ буйства, но состояние становилось совершенно неадекватным.

В общем, надо было искать альтернативы. Например, ученые из Университета Аризоны разработали ультразвуковой пульт дистанционного управления мозгом. Они обнаружили, что ультразвук с низкой частотой и интенсивностью обладает свойством воздействовать на нейронные связи. Авторы изобретения полагают, что можно будет использовать пульт не только для лечения от депрессии, но и для избавления от наркозависимости.

А недавно медики из университета Южной Каролины разработали специальный магнитный шлем, снимающий депрессию. Официально метод носит название «магнитная транскраниальная стимуляция»: термин «транскраниальный» образован от сочетания латинских слов trans — «через» и cranium — «череп».

Для достижения эффекта шлем рекомендуется надевать на 37,5 минут в день. При этом на расположенные снаружи электромагниты подается серия коротких импульсов, воздействующих на мозг. Лечение проводится амбулаторно.

Правда, клинические испытания показали, что результативность методики не превышает 14 процентов. Но все же, по мнению авторов разработки, направленное магнитное поле для лечения депрессии куда безопаснее, чем антидепрессанты.

А другие специалисты считают, что депрессия имеет сложную биохимическую природу и обусловлена сшибкой многих физиологических процессов. Поэтому одним людям улучшить настроение помогают предписанные антидепрессанты, которые регулируют выработку нейромедиатора серотонина, а другим — нет. Последних, как оказалось, целых 40%. Пока выясняется, что лекарство для них бесполезно, проходят целые недели и даже месяцы.

Недавно группа ученых под руководством Рональда С. Думена, преподавателя психиатрии и фармакологии из Йельского университета, чтобы понять механизм развития депрессии, изучила геномы 21 человека, которые покончили с собой из-за депрессивных расстройств, и сравнили их с образцами генов 18 умерших людей, которым не ставился диагноз «депрессия».

Работа финансировалась Службой здравоохранения США и Центром Психического здоровья (штат Коннектикут).

Выяснилось, что в тканях мозга депрессивных больных один из генов (MKP-1) был увеличен более чем в двое, если сравнивать с образцами контрольной здоровой группы.

Что поразило ученых, этот ген блокирует на молекулярном уровне передачу импульсов между нервными клетками (нейронами), а это крайне важно для их нормальной работы. А блокирование этого процесса — пусковой механизм в развитии депрессии.

Команда доктора Думена также выяснила, что когда ген MKP-1 был в эксперименте заблокирован у мышей, грызуны были бодрыми и подвижными. А когда его искусственно стимулировали, то животные становились вялыми и подавленными.

«Этот ген (MKP-1) — основной виновник, или по крайней мере главный фактор, провоцирующий развитие симптомов депрессии», — уверен Рональд С. Думен.

Открытие механизма отключения гена депрессии, по мнению специалистов, — прямой путь для разработки нового класса терапевтических препаратов для лечения стойких форм депрессии. Отчет о деталях исследования опубликован 17 октября в журнале Nature Medicine.

www.medpulse.ru

Боль быть мужчиной. «Тони Сопрано не одинок. Замаскированная депрессия у мужчин»

Поделиться:

Доктор психологии Габриэль Буковза, преподаватель тельавивского университета и Еврейского университета, лектор Гарварда серьезно исследует тему «Драма мужчины в современном мире». К сожалению, книга под этим названием не переведена на русский. Но вот его статью я для вас перевела, поскольку эта тема меня тоже волнует.

Мужчина и женщина любят друг друга и вместе они уже год. У них довольно странная проблема. Каждый раз, когда женщина пишет смс больше нескольких секунд, мужчина злится. Ему трудно объяснить, что с ним происходи. Не может быть, чтобы его так злила отправка смс, он сам пользуется мобильником ничуть не меньше. И все таки он злится. В какой-то момент, когда она посылала смс, он потерял контроль наз собой. Выхватил у нее телефон и заорал: «Я расколочу этот чертов телефон!» И чуть не выбросил его в окно. Женщина смотрела на него, онемев. Он просто не знал потом куда себя девать. Оба были в шоке от этой вспышки.

Еще одна история. Молодой мужчина приглашает свою девушку на субботний ужин к своей родне. Во время таких застолий, отец обычно поддевает его, лезет в его дела и всячески принижает. Молодой человек обычно не реагировал. Его девушка в изумлении – это совсем не тот мужчина, которого она знает. Она уговаривает его поговорить с отцом и она обещает это сделать. Однако, каждый раз, когда он пытается поговорить с отцом, слова застревают у него в горле. Во рту пересыхает и он не может поднять эту тему. Ему очень жаль, что он не может выполнить свое обещание и он боится ее разочаровать. Но ничего не может поделать. Отец всегда лишает его дара речи.

Это лишь небольшие примеры ежедневных мужских неврозов. Они не свидетельствуют ни о каких душевных расстройствах. Этим людям просто сложно управлять своими эмоциями в ситуациях с другими людьми. Ситуации могут повторяться снова и снова. Несмотря на то, что это мешает душевному спокойствию, очень невелики шансы, что эти мужчины обратятся к психотерапевту, чтобы понять, что же происходит и получить помощь. Речь, конечно, не обо всех, но о многих. Исследования показывают, что мужчины составляют треть клиентов, но это не означает, что проблемы есть только у этой трети.

  • Треть это прямо много, по-моему. Предполагаю, что у терапевтов мужчин клиентов мужчин тоже больше, но у меня в среднем клиентов мужчин от 5 до 20 процентов обычно.

Несложно понять, почему же так происходит. С очень юных лет мальчиков учат проявлять стойкость и силу. Логично, что взрослые мужчины очень неоднозначно относятся к обращению к психотерапевту, поскольку это может быть расценено как слабость. По той же причине мужчины опасаются семейной терапии и многие отцы как огня боятся, чтобы их дети обращались к психологу.

Это противоречит очень глубоким усилиям по подавлению чувств, над которыми мужчина работает в течение жизни. Часто мужчина обращается за помощью в случае тяжелых панических атак, серьезной депрессии или импотенции. Тут уж даже суровый Тони Сопрано не выдерживает. Но как мы помним, он обращается за помощью после того, как потерял сознание во время панической атаки. Если же все не так драматично, средний мужчина предпочтет справляться сам.

Мужчине, который уже попал на терапию, поначалу будет трудно говорить языком чувств, он будет более закрыт, постоянно будет сбегать и дистанцироваться от своих чувств. Еще бы, этими механизмами он пользуется с самого детства и их цель «закалить» характер. Многие мужчины страдают от алекситемии – трудности распознать эмоции и выразить их словами. Они будут говорить, что «расстроены», «им скучно» или они «запутались», но только не то, что они подавлены, в отчаянии, им грустно, они тревожатся или им страшно. «От меня ушла девушка и я расстроен», вместо «Мне больно и страшно», «мне скучно на работе» вместо «я угнетен тем, что не могу себя реализовать». Первичные, сильные чувства пугают их и мужчинам кажется, что стоит признать эти чувства, как они навеки застрянут в этом состоянии, несмотря на то, что в жизни происходит ровно противоположное. Сопротивление эмоциональному процессу может выражаться во фразах, которые подчеркивают действие вместо эмоций. «Зачем нужно об этом говорить?» «Чем мне это поможет?» «То, что было – прошло».

Эта статья всего лишь пролог к тому, насколько мужчинам трудно получить психологическую помощь. Большинство мужчин вообще не обратятся за ней, потому что не смогут распознать собственные душевные проблемы. Психотерапевт Теренс Рил утверждает, что многие мужчины страдают от того, что называется «замаскированной депрессией» – их душа угнетена, но депрессия рядится во многжество слоев защиты, призванных ее скрыть даже от самого себя. К этим защитам относятся избегающее поведение, отрицание боли, развитие фальшивого я – внутреннего «механизма», главное назначение которого убежать как можно дальше от трещины в душе. Глубоко под этими защитами мы найдем неутоленную боль. Иногда это целый мир, дорога к которому длинна и полна препятствий.

Есть ли последствия у того, что мужчина избегают терапии своих повседневных неврозов? Конечно. Хотя речь не идет о глубокой патологии, им трудно ощущать себя счастливыми.

В примере с телефоном мужчина может продолжать бесконечно злиться на жену, не понимая, что с ним поиходит, или чувствовать себя виноватым за подобные неконтролируемые реакции. Терапия могла бы дать ему объяснение, облегчение и предложить алтернативные пути. Например, помочь понять, что он в эту минуту ощущает себя чуть-чуть покинутым. Любимая оставила его в это мгновение. Связь прервалась и он ощущает себя одиноким и ему больно. Он не умеет справляться с этой болью, он с ней не знаком, и поэтому заменяет ее гневом, который наполняет его и отодвигает в сторону боль покинутого ребенка. Во время терапии он смог бы найти дорогу к этому чувству, к его источнику, и к способам неагрессивного выражения этих эмоций. Он смог бы научиться лучше понимать себя, обрести эмоциональное равновесие, и его отношения стали бы иными.

В примере с субботним ужином еще больше материала для терапии. Мужчина приводит девушку на семейный ужин и не видит, что его кастрирующие отношения с отцом внезапно обнажаются перед ней. Соперничество и конфликт с отцом, которого он все время хочет впечатлить, встают во всей красе. Прорывается ревность отца. И одновременно за ним следит взгляд девушки, которая «измеряет» его мужественность по сравнению с отцом, где силы неравны.

Его неспособность противостоять этой ситуации обращает ярость внутрь, на самого себя. Мужчина с телефоном выплескивает ярость наружу, а этот человек стреляет в себя – он стыдится, что проявил себя таким трусом. Во время терапии он может научиться справляться с уязвимостью и самоуничижением, способами, не ранящими ни его, ни других. Это возможность дать свободное выражение своим чувствам в безопасном месте.

В обоих случаях мужчины, не задумываются о терапии и привычно подавляют свои чувства, как их и учили с самого детства. Но у эмоций сильная энергия. Невозможно полностью затолкать их в подпол бессознательного. Любое подавленное чувство находит выход на поверхность. Один выплескивает свою агрессию на дороге, другой срывается на детях, третий набрасывается на подчиненных и так далее. Есть люди, обращающие агрессию на себя: в виде ненависти к себе, которая ведет к депрессии, в виде саморазрушения — алкоголизма, курения, наркотиков, самоуничижения, которое ведет к неверным решениям.

Человек, умеющий распознавать и высвобождать свои эмоции именно тогда, когда они приходят, не нуждается в ядерной вспышке в качестве компенсации за постоянную «выдержку». Кроме того, мужчины часто избегают проявлять нуждаемость и зависимость, отдаляясь от подлинных чувств в отношениях – с близкими, друзьями, с любимыми. Если бы они позволяли себе выражать зависимость и привязанность более свободно, отношения стали бы более глубокими. Клинический опыт показывает, что мужчины, позволяющие себе обратиться за помощью к психотерапии, раскрыться без опасений и довериться – раскрываются. Уходит эта якобы «типично мужская» невозможность глубоко переживать и выражать свои чувства.

Многие психотерапевты не осознают гендерных отличий терапии мужчин. Многие отрицают или не понимают насколько это сложное место , которое так часто загоняет мужчину в депрессию. Возможно, осознавая все это, вместо того, чтобы проявлять эмпатию к мужчине, как к клиенту, мы будем проявлять эмпатию к клиенту, как к мужчине. Терапевт поймет сложности, исходя из границ и боли мужчины как мужчины, и будет иначе интерпретировать его поведение, мотивы, язык и эмоции. Терапевт, осознающий гендерную подоплеку процесса, научится распознавать, когда мужчина транслирует признаки проявления своих эмоций, даже если он не пользуется обычными понятиями. Такой терапевт сможет помочь мужчинам преодолеть пропасть в познании себя, избавиться от вечного расщепления и отстраненности и научиться жить полной жизнью.

snob.ru