Депрессия старение

Люди, часто страдающие депрессией, стареют быстрее позитивных личностей

Учёные из Нидерландов выяснили, что если у человека часто наблюдаются депрессивные и субдепрессивные состояния, его организм может стареть быстрее, чем у оптимистичных и позитивных личностей.

В качестве основного материала для исследований специалисты задействовали 1900 человек, у которых в какой-то момент жизни наблюдались продолжительные и ярко выраженные депрессивные расстройства, а в контрольную группу попали 500 человек, никогда не страдавшие депрессией. В ходе эксперимента исследователи изучили длину теломер — концевых участков хромосом. Каждый раз, когда происходит деление клетки, теломера немного укорачивается, таким образом, по её размеру можно судить о возрасте клетки.

Оказалось, что у склонных к депрессии участников исследования длина теломер в среднем была меньше, чем у добровольцев того же возраста из контрольной группы. По словам руководителей исследования, длительная депрессия оказывает примерно такое же влияние на биологический возраст организма, как злоупотребление алкоголем, курение, ожирение и другие факторы. Результаты эксперимента опубликованы в ноябрьском номере журнала «Molecular Psychiatry».

Йосине Верхувен

«Стрессы оказывают заметное влияние на „износ“ тела, что приводит к ускорению процесса старения», — утверждает автор исследования Йосине Верхувен, сотрудница Амстердамского свободного университета. Эксперимент также показал, что у страдающих депрессией выше риск развития онкологических заболеваний, диабета, слабоумия и некоторых других недугов. Это может свидетельствовать о том, что более интенсивное старение провоцирует отнюдь не сам стресс, а болезни, которые из-за него развиваются чаще, чем обычно.

Исследователи показали корреляцию между наличием депрессии и длиной теломер, но не причинно-следственную связь, и признают, что, возможно, в основе этих двух явлений лежит такой фактор, как генетическая предрасположенность. Любопытно, что с помощью фермента ДНК-полимеразы теломеры могут и восстанавливаться, так что, по словам Йосине Верхувен, активный и здоровый образ жизни положительно сказывается на её продолжительности, так как способствует производству этого фермента.

www.factroom.ru

Поделиться сообщением в

Внешние ссылки откроются в отдельном окне

Внешние ссылки откроются в отдельном окне

Клиническая депрессия может ускорять процессы старения в клетках и заставлять нас чувствовать себя значительно старше нашего реального возраста.

Эти признаки проявляются в длине теломерных участков хромосом. Сокращение длины теломер не может объясняться действием других факторов, например, курением.

Результаты этого исследования, проведенного на базе исследования более 2 тысяч пациентов, опубликованы в журнале Molecular Psychiatry.

Ученым давно известно, что люди, страдающие от клинической депрессии, чаще заболевают такими возрастными болезнями, как рак, диабет, тучность и сердечно-сосудистыми заболеваниями.

Сокращение длины теломер

Более трети из этих добровольцев в тот момент страдали депрессией, треть испытали клиническую депрессию в прошлом и треть никогда не болели ею.

Более того, пациенты, которые страдали наиболее тяжелыми формами хронической депрессии, обладали самыми короткими теломерами.

«Это крупномасштабное исследование дает убедительные данные о том, что депрессия ускоряет процессы биологического старения на несколько лет, особенно у пациентов с наиболее тяжелыми и хроническими симптомами», — говорится в статье.

Остается неясным, влияет ли этот процесс на общую продолжительность жизни и является ли он обратимым.

Кроме того, вполне возможно, что только тяжелая клиническая депрессия, а не симптомы депрессии малой и средней тяжести, которые испытывают многие, коррелирует с длиной теломер, считает она.

www.bbc.com

Человечество стареет от депрессии

Бессмертие издавна являлось мечтой человечества. Сегодня над проблемой увеличения продолжительности жизни работают представители различных областей научного знания. Недавно голландские ученые выяснили, что, оказывается, прямое воздействие на «износ» организма оказывает состояние депрессии, что приводит к ускорению биологического старения.

По данным статистики, в настоящее время число жителей планеты, в той или иной степени страдающих депрессией, приближается к отметке одной пятой от всего населения. Ускоряющийся темп жизни, постоянные перегрузки сжигают нервную систему. Причем под удар попадают преимущественно городские жители и, прежде всего, люди умственного труда. Согласно новому исследованию, у женщин в состоянии депрессии раньше заканчивается репродуктивный возраст. Все чаще встречается климакс в возрасте 30-35 лет.

Ученые из Амстердамского свободного университета обследовали 1900 больных клинической депрессией и 500 здоровых людей. Возраст участников исследования колебался от 18 до 65 лет.

В процессе комплексного исследования проводилось также измерение длины теломер, особых белков, расположенных на концах каждой хромосомы. Теломеры имеют свойство уменьшаться при каждом делении клетки, и, зная их изначальную длину, а также в дальнейшем измеряя их, можно определить реальный, а не «паспортный» возраст организма.

В ходе исследования теломер у здоровых людей обнаружилось в среднем около 5540 пар оснований, в то время как у страдающих депрессией — всего около 5460 пар оснований. В соответствии с предыдущими исследованиями, специалисты обнаружили, что с каждым годом теломеры сокращаются в среднем на 14 пар. Другими словами, процесс старения при депрессии проходит ускоренными темпами, что, разумеется, сказывается на общей продолжительности жизни.

При этом, чем сильнее проявлялись симптомы психического расстройства и чем дольше они сохранялись, тем короче были теломеры. Данная разница свидетельствует о том, что депрессия ускоряет старение примерно на 4-6 лет. Авторы исследования указывают, что самые короткие теломеры обнаружились у людей с тяжелой и хронической формой депрессии.

Кстати, это во многом объясняет и давно замеченную тенденцию к появлению у относительно молодых людей возрастных болезней, таких, как рак, деменция и диабет II типа.

«Возможно, и склонность к развитию депрессии, и ускоренное старение клеток организма таких людей вызваны одним и тем же наследственным фактором», — комментирует одна из соавторов голландского исследования, профессор Жозин Верхувен. «Здоровый образ жизни, включающий в себя необходимое количество физических упражнений, здоровое питание, отсутствие вредных привычек, может иметь гораздо более важное значение для депрессивных людей, нежели для людей, живущих без депрессии», — добавляет она.

Но очевидно, что один только здоровый образ жизни тут не может являться панацеей. Поэтому задача ученых — исследовать возможность полного восстановления теломер.

Известно, что фермент теломераза использует небольшие молекулы РНК в качестве лекала для удлинения теломер. В результате функционирование теломеразы нейтрализует эффекты деления клеток, предотвращая их вступление в фазу физиологического старения, гибели и возникновения генетической нестабильности. Поддержание длины теломер возможно также за счет других механизмов. В основе альтернативного механизма лежит рекомбинация хромосом. Этот механизм работает в опухолевых клетках. Таким образом, изучив его природу, можно обратить его на благо, но возможности регуляции мало изучены.

Еще одно исследование показало, что даже легкая физическая активность способствует предотвращению депрессии. Люди, в молодости занимавшиеся физическими упражнениями, реже склонны впадать в депрессию в зрелом возрасте.

В ходе 25 из 30 исследований была установлена также связь между недостатком физической активности и развитием депрессии. Специалисты считают, что необходимо ежедневно тратить не менее 20-30 минут на разумные физические нагрузки. Это могут быть как гимнастические упражнения, так и прогулки, или, скажем, работа на приусадебном участке.

Кроме того, эксперты выяснили, что человек может получать положительные эмоции и от процесса рисования. Это свойство изобразительного искусства хорошо известно психиатрам, которые часто рекомендуют своим подопечным, в том числе и с клинической депрессией, заняться рисованием. В результате «художественной психотерапии» состояние пациентов нередко улучшается.

Очень полезно общение с «братьями нашими меньшими». По статистике, одинокие люди, у которых в домах живут кошки, намного реже испытывают депрессивные состояния и живут значительно дольше, чем те, кто не имеет питомцев.

Так что есть масса способов снизить уровень депрессии и продлить себе жизнь.

www.yoki.ru

Ускоренное старение – результат депрессии?

Депрессия может ускорять процессы старения у человека

Мишель Робертс, научный редактор, Би-би-си

Лабораторные исследования свидетельствуют, что клетки проявляют признаки ускоренного старения у людей, которые страдают от острой депрессии или перенесли ее в прошлом.

Результаты этого исследования, проведенного на базе исследования более 2 тысяч пациентов, опубликованы в журнале Molecular Psychiatry (Verhoeven et al., Major depressive disorder and accelerated cellular aging: results from a large psychiatric cohort study).

Отчасти это может объясняться поведением пациентов с депрессией, которые часто склонны к алкоголизму и физической инертности.

Однако генетики подозревают, что депрессия напрямую воздействует на наши клетки.

Сокращение длины теломер

Для проведения этого исследования Джосин Верховен из Медицинского центра при Амстердамском свободном университете в сотрудничестве с коллегами из США воспользовалась помощью 2407 добровольцев, согласившихся принять участие в исследовании.

Добровольцев просили сдавать кровь на анализ в лаборатории на признаки преждевременного клеточного старения.

Исследователи проявляли особый интерес к изменениям концевых участков хромосом, называемых теломерами. Их задача состоит в сохранении генетического кода, который содержится в молекулах ДНК, из которых состоят хромосомы. В процессе деления клеток теломеры постоянно укорачиваются, и измерение их длины является одним из способов определения биологического возраста организма.

Исследование показало, что у людей, страдающих от депрессии или перенесших ее в прошлом, длина теломеров значительно меньше, чем у людей, которые никогда не болели ею. Это различие проявлялось даже на фоне таких факторов, как алкоголизм и курение.

Доктор Верховен и ее коллеги высказывают предположение, что укорочение теломер является последствием реакции организма на стресс, вызванный депрессией.

«Это крупномасштабное исследование дает убедительные данные о том, что депрессия ускоряет процессы биологического старения на несколько лет, особенно у пациентов с наиболее тяжелыми и хроническими симптомами», – говорится в статье.

Британский генетик доктор Анна Филлипс из Бирмингемского университета также изучала воздействие стресса на длину теломер.

По ее словам, длина теломер не является надежным показателем риска смерти и других клинических исходов.

www.vechnayamolodost.ru

Депрессия старение

Депрессии и старение

В.А.Концевой, А.В.Медведев, О.Б.Яковлева

На основе анализа опубликованных материалов и результатов собственных исследований рассматривается влияние фактора старения на частоту возникновения депрессий и их симптоматологию. Несмотря на известную противоречивость ряда фактических данных, определяющуюся различиями в методологических подходах, установлены тенденции, связанные с возрастом: по мере увеличения возраста повышается частота так называемых малых депрессий и с нарастанием старения меняется диагностическая структура депрессий: снижается доля «первичных» (эндогенных) и возрастает доля «вторичных» (симптоматических) депрессий. Атипизация клинических проявлений депрессий в период старения происходит путем присоединения тревоги, ипохондрии, бреда и мнестико-интеллектуальных нарушений. В работе представлены данные о феноменологической структуре и динамике когнитивных нарушений при старческих депрессиях.

On the basis of the published data the authors analyse how aging influents symptomatology and frequency of depressions. Though the available experimental data is contradictory (due to methodological differences) the authors managed to outline two basic tendencies associated with the age factor: the frequency of so-called “small depressions” grows with aging and the nosological structure of depression changes: the rate of “primary” (endogenous) depressions lessens and the rate of “secondary” (symptomatic) depressions grows. Clinical features of depressions in the old age become atypical due to the accompanying anxiety, hypohondriasis, delusions and intellectual and mnestic dysfunctions. The paper presents data on the phenomenological structure and dynamics of cognitive dysfunctions within depressions in the elderly.

Депрессии являются одной из двух (наряду с деменциями) основных форм психической патологии позднего возраста. В настоящее время проблема депрессий в старости представляет собой быстро развивающуюся и все более приобретающую статус самостоятельного раздела геронтопсихиатрии область исследования, включающую целый ряд научных направлений (эпидемиологическое, клинико-психопатологическое, патогенетическое, терапевтическое, адаптационное и т.д.). Вместе с тем развитие проблемы депрессии в старости во многом определяется, с одной стороны, состоянием современной геронтопсихиатрии в целом, а с другой — современными подходами к общей проблеме депрессии. В свою очередь прогресс в изучении поздних депрессий, как и прогресс общей геронтопсихиатрии, в значительной степени обусловлен внедрением новейших инструментальных методов (КТ, МРТ, позитронно-эмиссионная томография и др.), позволяющих как на структурном, так и на метаболическом уровне успешно исследовать патогенез психических заболеваний. Ряд геронтологических аспектов проблемы кардинальным образом влияет на развитие исследований поздних депрессий. К числу этих аспектов относится следующее:

— обусловленное увеличением продолжительности жизни расширение возрастных границ геронтопсихиатрии. Это вызывает необходимость разделения всего возрастного периода старения на отдельные возрастные этапы, причем на каждом этапе возникают свои исследовательские задачи. В частности, предлагается отграничивать «старых больных» (старше 65 лет) от «очень старых» (старше 80 или 85 лет) [5, 22, 31];

— круг вопросов, связанных с ролью в патопластической модификации и исходах поздних депрессий как собственно старения (общесоматического, мозгового, психического), так и закономерно сопутствующих ему с нарастающей частотой так называемых факторов риска (различные соматогенные и психогенные вредности);

— соотношения депрессии и деменции, с задачей психопатологического и клинического разграничения (в случаях развития так называемой псевдодеменции), изучение роли собственно мозгового старения и развивающейся деменции как патологического полюса старения в плане возникновения депрессий.

Современные исследования депрессий в старости испытывают на себе влияние новых тенденций изучения депрессий в целом. Наиболее важные тенденций:

— примат синдромологической систематики психических заболеваний перед нозологическим принципом их диагностики. Полное исчезновение из классификаций так называемых собственно возрастных депрессий, в том числе инволюционной меланхолии;

— разделение депрессий по выраженности и структуре составляющих ее симптомов («большая» депрессия, «малая» депрессия) . Выделение особой разновидности депрессий — дистимии. Такой подход способствует более дифференцированной оценке показателей поздних депрессий при эпидемиологических исследованиях или изучении исходов депрессивных состояний;

— введение в арсенал клинических исследований аффективной патологии понятия «коморбидности», что открывает широкие возможности для более адекватной оценки различных патогенетических факторов в развитии тех или иных синдромологических и симптоматологических вариантов поздних депрессий.

В настоящей работе будут рассмотрены некоторые аспекты поздних депрессий с важной ролью процессов старения.

Эпидемиология. Одним из аргументов, обосновывающих особое положение поздних депрессий среди депрессивных заболеваний, является представление о том, что как процессы старения сами по себе, так и сопутствующие им негативные факторы способствуют возникновению депрессий. Это подтверждается возрастанием частоты депрессий в позднем возрасте. Однако результаты эпидемиологических исследований оказались весьма противоречивыми. Согласно A. Henderson [23], во многих публикациях распространенность поздних депрессий варьирует от 5 до 44%. По мнению E. Murphy [31], главная причина таких расхождений эпидемиологических данных состоит в трудностях идентификации «случая депрессии» («Depression -Fall»). Ряд характерных для геронтопсихиатрии проблем определяют трудности диагностики и дифференциальной диагностики поздних депрессий. Это:

— трудности разграничения «депрессивного заболевания” и депрессии, как соразмерного ответа на неблагоприятные жизненные события, сопутствующие старению (утраты, социальные трудности, нарушение здоровья);

— дифференцировка проявлений соматической мультиморбидности и депрессии, поскольку в старости симптомы депрессии часто скрываются за соматическими жалобами;

— в случаях сочетания депрессии и соматической мультиморбидности часто трудно решить вопрос, являются ли причиной депрессии биологические изменения или психологические последствия хронического соматического заболевания; — в глубокой старости нарастает «недифференцированность» психопатологических симптомов [22], поэтому возникают трудности разграничения симптомов депрессии и начинающейся деменции.

На результаты эпидемиологических исследований влияет методика их проведения. В частности, различия эпидемиологических данных неизбежны при использовании разных диагностических критериев. Показано [26], что при применении критериев Файнера распространенность поздних депрессий оказывается выше, чем при использовании DSM-III. Такая же закономерность отмечена A.Jorm [24]: критерии ICD-10 оказывались более сенситивными в отношении старческих депрессий, чем критерии DSM-III-R. Кроме того, результаты эпидемиологических исследований зависят от принципов формирования выборки обследуемых.

Таким образом, несмотря на многочисленность эпидемиологических исследований, прямое сопоставление их результатов затруднительно. Можно отметить лишь общие тенденции этих данных. Важным итогом стало доказательство того, что вне зависимости от методики исследования распространенность депрессий в период старения в 2 раза и более превышает распространенность депрессий в молодом и среднем возрасте [7, 9, 21, 23, 28]. Тем самым была подтверждена роль старения в возникновении депрессий.

В эпидемиологических исследованиях последних лет выявлены более дифференцированные соотношения распространенности депрессивных состояний и факторов старения. Несмотря на различия в методах оценки и формирования выборки, результаты оказались достаточно сопоставимыми. Установлено, что общая распространенность депрессий в старческом возрасте составляет 2 — 4% [12, 29]. Распространенность депрессивных симптомов больше — от 9,0 [13] до 16,4% [11].

К важным результатам исследований относятся данные об изменениях соотношений различных типов депрессий по мере увеличения возраста. В работах D.Blazer [13], M.Madianos [29] показано, что в популяции по мере старения снижается частота так называемых первичных (эндогенных) депрессий и возрастает частота вторичных («симптоматических») депрессий. Возможно, эти изменения отражают недостатки классификации, так как по мере увеличения возраста повышается частота соматических заболеваний и, естественно, неизбежно снижается частота случаев депрессий, не осложненных соматическими болезнями; соответственно возрастает численность депрессий, сочетающихся с различными болезнями. D.Blazer [13] указывает, кроме того, что изменение соотношений различных депрессий может быть обусловлено разным сочетанием функциональной беспомощности, когнитивных нарушений и плохого социального положения больных; действие этих факторов нарастает по мере старения.

Наконец, при анализе материалов эпидемиологических исследований обсуждается вопрос о роли пола в частоте депрессий в период старения. Четкого ответа на этот вопрос пока нет. Если по материалам M.Weissman, G.Klerman [34] депрессии встречаются относительно чаще у женщин всех возрастов, то, по данным A.Jorm [24], депрессии преобладают у женщин лишь в среднем возрасте, а в старости связанные с полом различия в распространенности депрессий практически исчезают. В работе R.Kessler и соавт. [27] различий в распространенности депрессий, связанных с полом во всех возрастных группах не было.

«Атипии»клинических проявлений депрессий старческого возраста. Как уже отмечено, на современные исследования депрессий старости влияет новый взгляд на диагностику депрессий в целом — отход от нозологического принципа диагностики в пользу синдромальной квалификации. Исследования поздних депрессий сначала были направлены на поиски клинических признаков, либо обосновывающих, либо отрицающих нозологическую самостоятельность депрессий позднего возраста. Кроме того, изучали признаки нозологического разграничения депрессий внутри группы поздних эндогенных психозов. Современные исследования ориентированы прежде всего на разработку принципов диагностики собственно депрессивных состояний в старости.

Как известно, диагностические системы (DSM-III-R, DSM-IV, ICD-1O) применительно к аффективной патологии основаны на симптоматологии депрессий молодого возраста. Ряд разработанных критериев применим и к депрессиям старческого возраста (депрессивное настроение, утрата интересов, похудание или прибавка массы тела, трудность концентрации внимания и затруднения мышления, мысли о смерти и суицидальные идеи). Однако нередко депрессии в старости проявляются многообразными атипичными симптомами, которые затрудняют распознавание соответствующих аффективных расстройств. Одно из направлений современных исследований связано с определением, чем депрессии старости отличаются от депрессий более ранних периодов жизни [30].

При анализе клинических проявлений депрессий позднего возраста под таким углом зрения можно выделить ряд симптоматологических особенностей, наиболее отчетливо связанных с возрастными изменениями психической деятельности. В структуре депрессий позднего возраста чаще встречаются тревога, ипохондрия, симптомы бреда и мнестико-интеллектуальные нарушения.

Тревога встречается в структуре старческих депрессий с частотой от 55,6 до 84% [1, 14, 21, 33]. Тревога может доминировать в картине развернутого депрессивного состояния (тревожная ажитация, острая фобическая тревога) или быть компонентом клинических разновидностей «малых депрессий» (беспокойная суетливость, тревожное движение рук и тревожные жалобы).

Ипохондрические расстройства встречаются в структуре старческих депрессий с частотой от 47 до 97% [1, 21], т.е. значительно чаще, чем у молодых больных [35]. Ипохондрия при таких депрессиях включает широкий спектр нарушений. Наблюдается тревожная фиксация на соматовегетативных компонентах самой депрессии (похудание, расстройства сна), а также на реально существующих хронических соматических заболеваниях. При более сложной психопатологической структуре депрессий в ипохондрические проявления включаются разнообразные соматические сенсации (патологические ощущения, различные алгии). Сочетание ипохондрических расстройств со снижением витального тонуса и анестезией витальных чувств придает клинической картине старческих депрессий оттенок физического страдания [19]. Наконец, при старческих депрессиях очень часто собственно депрессивные симптомы «скрыты» за массивными соматоформными расстройствами в рамках невротической ипохондрии. Такие больные, по данным T.Ban [10], составляют от 1/2 до 2/3 обращающихся к врачам общесоматического профиля.

Бредовые расстройства встречаются в клинической картине поздних депрессий с частотой от 27,9 до 37% [2, 18]. Бред включает определенную возрастную тематику: виновность, страх наказания, обнищание, нигилистические идеи, высказывания о гниении внутренних органов и предстоящей смерти. Характерно сочетание «мелкомасштабных» бредовых тем с гиперболическими бредовыми представлениями. При бредовых расстройствах формируется классическая картина «психотической депрессии», соответствующая описаниям «инволюционной меланхолии».

Мнестико-интеллектуальные изменения встречаются в клинической картине поздних депрессий с частотой от 5 до 25% [20]. Обычно в период старения при депрессиях нарушена концентрация внимания и есть затруднения в принятии решений. В значительном числе случаев пациенты сами жалуются на ухудшение памяти и интеллектуальных способностей. Однако психометрические исследования и тесты, непосредственно направленные на способность к репродукции, чаще не выявляют значительных отличий от здоровых пожилых людей [32]. Изредка пожилых депрессивных больных, трудно отграничить от пациентов с деменцией.

Поскольку вопрос о соотношении депрессивных и психоорганических симптомов является кардинальным в проблеме депрессии и старения, ему будет посвящен отдельный раздел.

Когнитивные нарушения при депрессиях позднего возраста. Когнитивные нарушениях при поздних депрессиях стали объектом многочисленных специальных исследований. Актуальность вопроса определяется, во-первых, накопившимися данными о высокой распространенности таких нарушений, особенно у «очень старых» депрессивных больных, во-вторых, требующей клинического изучения гетерогенностью когнитивных нарушений при депрессиях ( некоторые нарушения полностью обратимы, а другие обратимы лишь частично). Наконец, интерес к когнитивным расстройствам связан с их ролью в хронификации поздних депрессий с ухудшением общего прогноза [3, 6, 8].

Когнитивные нарушения при поздних депрессиях изучала О.Б.Яковлева [3]. Обследован 31 больной поздними депрессиями, которые отвечали критериям «большого депрессивного эпизода» DSM-III-R. Рассмотрены выраженность и структура когнитивных нарушений (по шкале MMSE) на последовательных этапах развития депрессивного состояния (с использованием шкалы HAMD). Выраженность нарушений познавательной деятельности были различной. У 22 пациентов отклонения когнитивных функций оказались незначительными, у других 8 пациентов нарушения соответствовали легкому и среднему снижению познавательной деятельности (14 — 23 балла по MMSE), а у 1 достигали глубокого снижения (ниже 14 баллов). По мере обратного развития депрессивного состояния выраженность психоорганических расстройств уменьшалась. Однако в 2 случаях обратимость нарушений оказалась лишь частичной.

Анализ феноменологической структуры когнитивных нарушений (на основе использования пунктов шкалы MMSE) показал, что на высоте депрессивных состояний наиболее часто выявлялись симптомы, связанные с нарушениями концентрации внимания: нарушения обратного счета (в 82,1% случаев) и повторения без ассоциаций (61,3%). Несколько реже встречались нарушения в воспроизведении запоминаемых предметов и ориентировке во времени (42%), копировании геометрических фигур (22,6%) и письме (16%). Наконец, в редких случаях (10%) были отмечены нарушения ориентировки в месте и определении названия предмета. Между тем именно при таких более тяжелых когнитивных нарушениях психический статус приобретал черты «депрессивной псевдодеменции» с резким нарушением памяти по типу фиксационной амнезии, дезориентировкой в окружающем и во времени при общей психической беспомощности.

Таким образом, полученные результаты показывают, что познавательные расстройства у больных позднего возраста на высоте депрессии не ограничиваются нарушениями концентрации внимания, которые встречаются в большинстве случаев и клинически наиболее заметны. Достаточно часто выявляются и другие явления, относящиеся к легким органическим симптомам [17] (нарушение ориентировки во времени, воспроизведении предметов, копировании геометрических фигур).

При анализе структуры и динамики когнитивных расстройств при обратном развитии депрессивных состояний отмечено, что ряд когнитивных нарушений полностью обратим. Это наиболее «тяжелые» симптомы, возникающие при развитии «депрессивной псевдодеменции» (нарушение ориентировки в месте, определение названия предмета). Полностью редуцируются также нарушения, относящиеся к категориям «воспроизведения запоминаемых предметов» и «ориентировки во времени». Вместе с тем наиболее часто встречающиеся когнитивные расстройства, связанные с нарушениями концентрации внимания, обнаруживают лишь незначительную обратную динамику. Когнитивные нарушения, относящиеся к категориям «копирование геометрических фигур» и «расстройство письма» остаются неизменными и после полного исчезновения депрессивной симптоматики.

Полученные данные свидетельствуют в первую очередь о гетерогенности психоорганических симптомов (их феноменологической структуры и механизмов развития) в клинической картине поздних депрессий. Очевидно, что ряд психоорганических симптомов генетически связан с симптомами депрессии, эти симптомы возникают в период депрессии и полностью редуцируются по мере исчезновения аффективных расстройств. При интерпретации рассматриваемого феномена можно согласиться с тем, что дисфункция познавательной деятельности при поздних депрессиях — это специфическая реакция стареющего мозга [1, 15, 20]. Наряду с этим можно допустить, что ряд когнитивных расстройств, встречающихся в период депрессии, генетически с ней не связан, а представляет собой отдельные дефицитарные симптомы индивидуального процесса психического старения.

Вертоградова О.П., Войцех В.Ф., Краснов В.Н. Журн невропатол и психиатр 1986; 9: 1380-1384.

Штернберг Э.Я., Рохлина М.Л. Журн невропатол и психиатр 1970; 9: 1356-1364.

Яковлева О.Б. Журн невропатол и психиатр 1995; 5: 62-68.

www.psychiatry.ru