Истерия мкб 10

Что такое истерический невроз, как его определить и вылечить?

Истерия – одно из самых «древних» заболеваний психики, имеющее очень богатую историю наблюдений и вариантов лечения, которые в разные времена пробовали врачи по всему миру.

Интересный факт

Когда-то истерический невроз считали «болезнью матки» и объясняли его появление «блужданием» этого важного женского органа по всему телу. К счастью, с тех пор наука и медицина существенно продвинулась вперед, оставив в покое несчастных женщин и их детородные функции.

Первые упоминания об истерическом неврозе встречались еще в медицинских папирусах Древнего Египта, почти за две тысячи лет до нашей эры. А само название «истерия» (то есть – «матка») появилось в Древней Греции, где причины этой болезни видели в «бешенстве» матки, которая «не имеет возможности зачать». Примечательно, что долгое время медики считали, что мужчины вовсе не подвержены этому расстройству, поскольку соответствующего органа у них просто нет.

О том, как лечили истерический невроз в разные эпохи, можно написать не одну статью, но поскольку у нас нет цели углубляться в исторические дебри, то вернемся все-таки в наши дни.

Код по МКБ-10

Как и в случае со многими другими неврозами, диагноз «истерия» в МКБ-10 отсутствует. Однако соответствующие состояния и симптомы встречаются в других рубриках: другие уточнённые тревожные расстройства (F41.8), диссоциативные (конверсионные) расстройства (F44), соматоформные расстройства (F45), истерическое расстройство личности (F60.4).

Стоит заметить, что «истерическое расстройство личности» — это совсем не то же самое, что «истерический невроз». При неврозах имеют место физические проявления и симптомы, тогда как истерическое расстройство – это скорее особенности поведения и характера человека.

Причины развития истерического невроза

К сожалению, науке пока неизвестны точные причины, по которым люди болеют неврозами. Есть теории, объясняющие подобные состояния определенными изменениями в головном мозге, наследственностью, особенностями воспитания и так далее, но к единому мнению ни врачи, ни ученые еще не пришли.

Однако множество наблюдений доказывают, что к истерии склонны люди с незрелой психикой, имеющие множественные черты инфантильности и эгоцентризма, впечатлительные и возбудимые. Большую роль играет и родительский пример – если в семье уже есть больной истерическим неврозом, то его дети вполне могут «унаследовать» подобное поведение. Правда, генетически или всего лишь как привычную схему – этот момент пока до конца не изучен.

Как и другие неврозы, истерия может долгое время особо не проявлять себя. Но существует ряд условий, при которых возможно появления ярких симптомов – своего рода «спусковые крючки». К ним относятся:

  1. Сильные стрессы.
  2. Употребление алкоголя или наркотиков.
  3. Затяжные конфликты и ссоры.
  4. Жизненные сложности, которые кажутся больному «неразрешимыми».
  5. Повышенные нагрузки на работе в течение долгого времени.

У женщин симптомы истерического невроза могут проявиться во время беременности или после родов. Это связано с изменениями гормонального фона и с самой ситуацией, которая для современной женщины является необычной (далеко не все имеют опыт общения с младенцами) и провоцирует усиление тревоги.

Некоторые психологи считают симптомы истерии своего рода неосознанной «манипуляцией», когда больной боится взять на себя ответственность и путем развития болезни «перекладывает» то, что его мучает, на окружающих. Это своего рода крик о помощи человека, не способного справиться с трудностями взрослого мира. Недаром многие симптомы этого невроза напоминают проявления истерики у ребенка.

Психолог Вероника Степанова рассказывает о причинах и проявлениях истерического невроза во взрослом возрасте.

Истерия у детей

Кстати, у детей также возможно возникновение истерического невроза. И основной его причиной обычно является желание обратить на себя внимание взрослых, особенно – родителей. Ребенок при этом чувствует, что его как бы «не замечают», и пытается через болезнь получить внимание, ласку и понимание родителей. Кроме того, ребенок или подросток может «выдавать» истерические симптомы в стрессовых ситуациях, особенно, связанных с собственными провалами и неудачами. В этом случае юному больному просто очень трудно смириться с тем, что он оказался «не на высоте», и тело реагирует набором разнообразных пугающих реакций.

Разумеется, далеко не все дети подвержены развитию признаков истерии. Чтобы это случилось, ребенок должен быть чувствительным от природы, иметь нестабильную самооценку и зависимость от чужого мнения. Все дети от природы эгоцентричны, но иногда случается, что ребенок или подросток «слишком высокого мнения о себе», поэтому реакции на неудачи у него будут гипертрофированными.

Нередко врачи констатируют подобные расстройства у детей, перенесших серьезный стресс – развод родителей, переезд, смена детского коллектива, смерть кого-то из близких родственников и тд. Но, как и в случае со взрослыми пациентами, стрессовая ситуация – не причина развития истерического невроза, а лишь повод для его проявления.

Дети легче поддаются психотерапии, поэтому при лечении юных пациентов с истерией врачам иногда удается обойтись без серьезных медикаментов. Но для этого требуется большая работа со стороны родителей, которым приходится кардинально изменить стиль общения с ребенком, чтобы избавить его от истерических симптомов.

Симптоматика истерического невроза

Проявления истерического невроза ничего общего не имеют с обычными истериками и скандалами. Его симптомы совершенно реальны, а больной не может управлять ими, вызывая телесные страдания по собственной воле.

В то же время врачи отмечают, что практически любой симптом истерии имеет «условную желательность». То есть, в конкретной ситуации у больного чаще всего возникает именно тот симптом, который ему в этот момент «нужен» или «выгоден». Эта «нужность» определяется подсознательно, поэтому не имеет никакого отношения к осознанной симуляции.

Среди симптомов истерии присутствуют:

  • паралич конечностей и нарушения координации движений;
  • утрата или осиплость голоса, паралич языка;
  • дрожание (тремор) конечностей;
  • нервные тики;
  • мигрирующие боли разной интенсивности;
  • потеря чувствительности в частях тела (парестезии);
  • судороги;
  • нарушения сознания вплоть до галлюцинаций;
  • резкая смена настроения – от безудержного смеха до плача;
  • приступы агрессии или раздражительности, плохо поддающиеся контролю со стороны больного;
  • приступы сердцебиения и другие неприятные ощущения в области сердца;
  • головные боли;
  • нарушения слуха и зрения (обычно «слепота» распространяется на один глаз);
  • отсутствие аппетита, ощущение «кома в горле»;
  • одышка с характерными шипящими и свистящими звуками, иногда очень похожая на приступ астмы;
  • психогенная рвота и тошнота;
  • отрыжка, метеоризм, зевота, кашель.

Это далеко не все возможные проявления. Опытные врачи считают, что истерический невроз способен «маскироваться» практически под любое заболевание. Поскольку больные этим расстройством очень внушаемы, некоторые симптомы (или даже их большинство) могут быть и приобретенными – например, пациент увидел, как кому-то стало плохо на улице или в кино – и затем его тело бессознательно повторяет те же самые симптомы.

Иногда истерия остается «на память» после перенесенных тяжелых заболеваний. Человек, который вылечил какой-то серьезный недуг, может жаловаться на некие «остаточные» проявления или осложнения после своего заболевания. При этом врачи не находят никакой патологии, способной вызывать подобные симптомы.

Типичное проявление истерического невроза, развившегося после удаления груди и лечения онкологического заболевания. Пациентка демонстрирует типичный истерический приступ, отказываясь верить, что ее болезнь вызвана психологическими причинами.

Диагностика истерии

Поскольку симптомы истерического невроза очень часто напоминают признаки реальных соматических заболеваний, пациента необходимо тщательно обследовать, чтобы исключить возможные органические патологии. Если во время всех исследований никаких серьезных отклонений от нормы не выявлено, больного направляют на консультацию к врачу-психиатру.

Также истерия имеет характерные особенности, по которым врач может заподозрить, что речь идет именно о ней. Например, при параличах человек не может самостоятельно управлять конечностью, но объем движений и тонус мышц будет полностью сохранен. Или же больной может испытывать трудности с координацией и движениями рук и ног, находясь в вертикальном положении, но стоит ему прилечь, как все функции тут же восстанавливаются. Опытный врач-невролог обязательно отметит эти несоответствия и направит больного к специалисту по психическим расстройствам.

Характерной чертой истерического невроза является нежелание пациента верить в то, что его симптомы якобы «придуманные». Больной может долго отказываться обратиться к психиатру, утверждая, что никаких психических заболеваний у него нет. Особенно это касается случаев, когда симптомы истерии возникли после реальной тяжелой болезни – в этом случае человек до последнего верит, что имеет дело с осложнениями перенесенного заболевания, а психической составляющей в его состоянии нет.

Поэтому родственникам больного стоит набраться терпения и аккуратно подвести пациента к необходимости дополнительного обследования у профильного специалиста.

Терапия истерического невроза

Главным методом лечения истерического невроза является психотерапия, поскольку его проявления напрямую связаны с особенностями личности пациента. Человек, больной данным неврозом, нуждается в поддержке всех окружающих и в признании его значимости и «хорошести», при этом такое желание намного превышает допустимые нормы. Чтобы у пациента не было необходимости получать поддержку от окружающих через болезнь, ему необходимо психологически «повзрослеть», поверить в свои силы, научиться легко нести ответственность там, где это необходимо.

В некоторых случаях удается обойтись без лекарств, но если врач настаивает на приеме препаратов, отказываться не нужно. Обычно при лечении истерического невроза больному назначают транквилизаторы, но на непродолжительное время и в небольших дозах. Это помогает убрать трудности со сном, успокоить расшатанную нервную систему. В особо тяжелых случаях возможно назначение нейролептиков.

Хороший эффект дает общеукрепляющая терапия, курсы витаминов, физиотерапия, спорт. Как в прежние времена, так и сейчас, для лечения больных истерией используется и «терапия трудом», поскольку физические упражнения благотворно влияют как на психику, так и на весь организм.

Также больному можно рекомендовать найти себе интересное увлечение. Как это ни парадоксально, но если мысли человека заняты делом, от которого у него «горят глаза», болеть становится неинтересно и некогда. И только если старательно пестовать в себе ощущение «я больной, мне нельзя, я не могу…», то симптомы будут нарастать, а расстройство – усугубляться.

В первое время, пока идет лечение, пациенту стоит избегать резких психотравмирующих ситуаций, однако в дальнейшем избегание необходимо исключить, чтобы симптомы не вернулись. Это связано с тем, что «уход в болезнь» сам по себе является защитным механизмом, помогающим человеку избежать определенных занятий или чувств. Как только нервная система придет в относительную норму, нужно обязательно периодически переживать нормальные повседневные стрессы, чтобы психика имела возможность правильно адаптироваться к ним, не прибегая к помощи телесных симптомов.

Подведем итог

Современная психиатрия имеет достаточно много способов работы с больными истерическим неврозом. Возможно именно поэтому «ярких» истериков, бьющихся в припадках, вряд ли можно встретить на улице – тогда как во времена Фрейда это заболевание было очень распространенным. В те времена люди слабо представляли себе, как лечить подобные расстройства, но в наши дни это не является большой проблемой.

Самое главное условие успешной терапии любого невроза – желание самого пациента вылечиться и вернуться к полноценной жизни в обществе. И если такое желание есть, то никакая вторичная выгода не заставит человека снова биться в припадке, чтобы получить желаемое от окружающих его людей.

Лучшей профилактикой истерии является также психотерапия – та ее часть, которая направлена на осознание причин тех или иных поступков пациента. Если «вывести» эти предпосылки на уровень сознания, подсознание лишится необходимости «говорить» с окружающим миром на языке симптомов.

psihodoc.ru

КОНВЕРСИОННОЕ РАССТРОЙСТВО

Энциклопедия Кольера. — Открытое общество . 2000 .

Смотреть что такое «КОНВЕРСИОННОЕ РАССТРОЙСТВО» в других словарях:

Конверсионное расстройство — (conversion disorder) соматоформное расстройство, когда психосоциальная необходимость или конфликт переходят в драматические физические симптомы, воздействующие на произвольную моторную и сенсорную функцию … Общая психология: глоссарий

Конверсионное расстройство (conversion disorder) — Термин «конверсия» восходит к концепции конверсионной истерии Фрейда, согласно к рой психосексуальный конфликт трансформируется в соматическое расстройство. В настоящее время К. р. представляют собой достаточно специфическую и редкую… … Психологическая энциклопедия

СОМАТОФОРМНОЕ РАССТРОЙСТВО — Класс психических заболеваний, при которых имеются явные физические симптомы, позволяющие предположить наличие соматического расстройства, но не удается обнаружить никакого органического нарушения или нейрофизиологической дисфункции, которые… … Толковый словарь по психологии

Конверсивное расстройство (конверсионное) — (лат. conversio превращение, изменение) – 1. соматоподобное (соматоформное) расстройство, характеризуется, как предполагается, трансформацией психологического конфликта в соматический симптом, приносящий некую первичную и/или вторичную выгоду… … Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

Истерия (hysteria) — Термин И. использовался для описания паттернов дезадаптивного поведения различной степени тяжести от типа расстройства личности (истерическое расстройство личности) до формы психоза (истерический или симулятивный психоз). Однако наиболее часто И … Психологическая энциклопедия

МКБ-10: Класс V — В Викитеке есть тексты по теме МКБ 10: Класс V Класс V (F) раздел … Википедия

МКБ-10: Класс F — Список классов Международной классификации болезней 10 го пересмотра Класс I. Некоторые инфекционные и паразитарные болезни Класс II. Новообразования Класс III. Болезни крови, кроветворных органов и отдельные нарушения, вовлекающие иммунный… … Википедия

МКБ-10: Класс V Психические расстройства и расстройства поведения — Список классов Международной классификации болезней 10 го пересмотра Класс I. Некоторые инфекционные и паразитарные болезни Класс II. Новообразования Класс III. Болезни крови, кроветворных органов и отдельные нарушения, вовлекающие иммунный… … Википедия

МКБ-10: Код F — Список классов Международной классификации болезней 10 го пересмотра Класс I. Некоторые инфекционные и паразитарные болезни Класс II. Новообразования Класс III. Болезни крови, кроветворных органов и отдельные нарушения, вовлекающие иммунный… … Википедия

МКБ-10 Класс F — Список классов Международной классификации болезней 10 го пересмотра Класс I. Некоторые инфекционные и паразитарные болезни Класс II. Новообразования Класс III. Болезни крови, кроветворных органов и отдельные нарушения, вовлекающие иммунный… … Википедия

dic.academic.ru

Многоликая истерия в общей врачебной практике

Когда-то великий французский невролог Шарко назвал истерию «великой симулянткой», потому что в общей врачебной практике врачи встречают ее практически под любым диагнозом, настолько эффектно истерия способна имитировать или сильно усложнять клиническую картину заболевания. Пациент может даже иметь инвалидность, причиной которой будет не диссоциативное (конверсионное) расстройство (название истерии в МКБ-10), а другое заболевание, якобы имеющееся у пациента. Врачи шутят: «Истероидные пациенты — профессиональная вредность, порой легче уступить больному, чем доказать, что он не болен». Однако истерия не маскируется под заболевания с однозначной клинической картиной (такие как пневмония, травматические повреждения), имеющие четкие критерии диагностики. Как правило, при истерии имитируются сложно дифференцируемые патологические состояния: коллагеноз, нефроптоз, соматоформная вегетативная дисфункция или даже ложная беременность. Однако ключевым отличием истерии от симуляции является именно отсутствие последней. Истероидный пациент — не симулянт, проявления истерии обусловлены изменением деятельности вегетативной нервной системы, обеспечивающей соматическое проявление не только эмоциональных переживаний, но также нужд и потребностей организма. Это приводит к ухудшению состояния, проявляющемуся в повышении АД, возникновении боли в животе или резкой слабости в ногах — исключительно в тот момент, когда это может позволить человеку каким-то образом избежать неприятной ситуации. Подобные проявления не являются «игрой» или симуляцией — это «синдром условной приятности», потому что, несмотря на плохое самочувствие, ухудшение состояния помогает решить какую-то проблему в жизни (например, своевременный подъем температуры освобождает от нежелательной встречи, а внезапные боли в животе избавляют от работы на даче).

При назначении лекарственной терапии у таких пациентов наблюдаются все возможные побочные эффекты препаратов сразу же после приема, их очень сложно убедить в необходимости серьезного лечения. Истероидные личности не стремятся к выздоровлению, так как социальная роль «больного» очень удобна и выгодна для их жизни: наличие конкретного заболевания позволяет обосновать невозможность той или иной деятельности, достижения намеченных результатов (например, причиной незавершенной диссертации могут стать не позволяющие работать боли в руке, связанные с «писчим спазмом», а причиной несложившейся карьеры балерины — неустраняемая полнота после родов).

Истерическую личность легко узнать по характерным внешним признакам: богатой мимике, демонстративности, стремлению выглядеть и казаться моложе, приверженности к ярко-красному цвету, избыточной косметике и театральности при подаче жалоб. Контакт с истероидными личностями делают особо проблематичным разнообразные установки пациентов: «мне все должны», «надо брать от жизни всё: каждому свое, а иным -чужое», «у меня возникает сердечный приступ каждый раз, когда муж поздно возвращается» и др.

Установление причин расстройства является поворотным моментом на пути к выздоровлению. Однако истероидные личности не стремятся к выявлению причин своего состояния, так как это понимание ликвидирует удобный способ адаптации (приспособление с помощью мнимой болезни к трудностям жизни). Поэтому истероидные пациенты не стремятся к сотрудничеству с врачом, направленному на разрешение сложившейся ситуации.

Перманентная соматоформная вегетативная дисфункция дает огромный простор для самых разнообразных истерических коллизий. Основной мыслью, которая красной нитью проходит через все описания данного страдания, является сходство клинических проявлений с реальными болезнями (соматоформность) при отсутствии материального субстрата патологии. Повторяющиеся или постоянные страдания и медицинские обследования не сопровождаются подтверждением реально существующего заболевания, т.е. имеет место не поражение структуры какого-либо органа, а нарушение его регуляции (дистония, дисфункция). У больного невротическим расстройством эта соматоформная вегетативная дисфункция может быть постоянной. Неприятные симптомы различных заболеваний могут быть как связаны, так и не связаны с какими-то стрессовыми ситуациями в жизни пациента. Большинство пациентов, как правило, не расположены связывать свое состояние с «расшатанными нервами» — гораздо «престижнее» звучат кардиологические или гастроэнтерологические диагнозы. А в условиях неблагоприятной экологической обстановки и множества других негативных факторов, воздействующих на здоровье человека, признать кого-либо абсолютно здоровым представляется сложным, в особенности принимая во внимание конъюнктуру платной медицины. Все эти факторы приводят к тому, что пациенты с соматоформной вегетативной дисфункцией в течение многих лет принимают различные лекарственные препараты, воздействующие на непораженные органы и поэтому не приводящие к устранению проявлений заболевания. Несмотря на отсутствие лечебного эффекта на фоне проводимой терапии, причины заболевания часто остаются нераспознанными как пациентами, так и врачами.

Характерной является реакция истероидных пациентов на результаты диагностических обследований, не подтверждающие наличие заподозренного заболевания: в отличие от больных с вегетативной дисфункцией, пациенты с диссоциативным конверсионным расстройством остаются недовольны отсутствием заподозренного заболевания.

Отличительной особенностью соматоформной вегетативной дисфункции также является наличие не только общих симптомов (сердцебиение, чувство неполного вдоха, повышенная потливость, тремор), но и симптомов поражения определенного органа, сохраняющихся на протяжении длительного времени. От генерализованного тревожного расстройства соматоформную вегетативную дисфункцию отличает отсутствие ярко выраженной общей тревожности и наличие страха конкретного заболевания; от соматизированных расстройств — отсутствие большого количества симптомов со стороны разных органов и их миграции (когда пациента по очереди беспокоят симптомы поражения различных органов).

Раньше для лечения вегетативной дистонии использовали нейролептики (аминазин, тизерцин), однако эти препараты оказывают побочное влияние на вегетативную нервную систему: вместо устранения вегетативной дистонии они вызывают усиление дисфункции. Попытка применения α- и β-адреноблокаторов также не привела к успешным результатам: препараты довольно часто уменьшали симпато-адреналовые проявления, оказывая особо выраженное влияние на состояние сердечно-сосудистой системы, а также в большинстве клинических наблюдений приводили к снижению общего тонуса, настроения, упадку сил, что было обусловлено снижением содержания адреналина и неизбежно вызывало ухудшение общего состояния пациентов.

На базе Санкт-Петербургской медицинской академии последипломного образования проведено исследование, в которое было включено 40 пациентов: 22 пациента с неврастенией и 18-с диссоциативным конверсионным расстройством. Все пациенты страдали выраженной сопутствующей соматоформной вегетативной дисфункцией в течение последних 5-7 лет. Пациентам обеих групп проводилась психотерапия и терапия Тералидженом (алимемазин) в дозе 5 мг (1 таблетка) 3 раза в день. Продолжительность терапии составила 30 дней. Для борьбы с вегетативными кризами пациентов обучали методам самопомощи, заключавшимся в приеме 0,5-1 мг Феназепама под язык и 50 капель корвалола внутрь. Возможность самостоятельного оказания «неотложной помощи» имеет большое психологическое значение для истероидной личности. Важным моментом также являются отношения пациента с врачом, в которых врач должен не опекать пациента, а строить с ним диалог «на равных».

После завершения курса терапии Тералидженом клиническое улучшение в виде уменьшения проявлений вегетативной дисфункции наблюдалось у 84% больных в обеих группах. В 4 случаях в данном исследовании доза была повышена до 4 таблеток препарата по 5 мг в сутки, что привело к положительной динамике вегето-дистонических симптомов.

Несмотря на то, что полученные данные не позволяют сделать вывод о решении проблемы лечения истерии, подтвержденная эффективность Тералиджена в отношении проявлений вегетативной дисфункции не только у больных с неврастенией, но и у большинства истероидных личностей открывает новые перспективы в лечении данной патологии. Учитывая эффективность Тералиджена при болевых расстройствах в психосоматической практике (обусловленную влиянием препарата на эмоциональное переживание боли), минимальное число побочных эффектов (очень часто осложняющих фармакотерапию истероидных больных), а также присущий Тералиджену седативный эффект, регресс тревожной мнительности представляется вполне закономерным. Необходимо отметить, что в амбулаторной практике при лечении невротических и психосоматических расстройств, сопровождающихся нарушением регуляции соматических процессов и хронизацией болезненных состояний, целесообразно частое назначение препарата в минимальных дозах.

Таким образом, препарат Тералиджен благодаря вегетонормализующему, антидепрессивному и седативному действиям создает отличный плацдарм для успеха психотерапии в очень трудном лечебном процессе — ведении пациентов с диссоциативным расстройством и соматоформной вегетативной дисфункцией.

medi.ru

Истерия мкб 10

Кодирование диагнозов из других Классов МКБ-10. Убедительно рекомендуется использование других Классов МКБ-10 в дополнение к Классу V(F).

Примечания к отдельным категориям в классификации психических и поведенческих расстройств МКБ-10

В ходе подготовки Класса по психическим расстройствам МКБ-10 некоторые категории вызвали значительный интерес и споры, прежде чем заинтересованные лица смогли достичь достаточного уровня согласия. По некоторым из обсуждавшихся при этом вопросов приводятся следующие короткие замечания.

Деменция (F01 — F03)

Хотя для диагностики деменции необходимо снижение когнитивных способностей, в качестве диагностического критерия не используется возникающее в результате этого нарушение выполнения социальной роли ни в семейной, ни в профессиональных сферах. Это частный пример общего правила, распространяющегося на дефиниции всех расстройств Класса V МКБ-10 и принятого ввиду большого разнообразия в фактически доступных и считающихся адекватными социальных и трудовых ролях между различными культурами, религиями и национальностями. Тем не менее, установив диагноз с использованием другой информации, часто бывает целесообразным оценивать тяжесть заболевания по степени нарушений в сферах профессиональной занятости, семьи и досуга.

Продолжительность симптоматики,требуемой для диагностики шизофрении (F20.-)

Продромальные состояния

Перед развитием типично шизофренической симптоматики иногда в течение нескольких недель или месяцев, особенно у молодых людей, отмечаются неспецифические продромальные симптомы (такие как сужениеинтересов, избегание общества, прогулы работы, раздражительность и повышенная сензитивность). Эти симптомы не имеют диагностического значения для какого-либо конкретного расстройства, но они не являются типичными и для состояния здоровья. Часто они настолько же тягостны для семьи и настолько же инвалидизируют больного, насколько и развивающиеся позднее симптомы с более отчетливым болезненным характером, такие как бред и галлюцинации. При ретроспективном взгляде такие продромальные состояния представляются важным этапом в развитии заболевания, но пока малоизвестно, насколько характерны подобные продромы для других психических расстройств и возникают ли время от времени сходные состояния у лиц, никогда не обнаруживающих какого-либо диагностируемого психического расстройства.

Если бы могло быть выявлено и описано в воспроизводимых критериях типичное и специфичное для шизофрении продромальное состояние, которое было бы нехарактерно для других психических расстройств и для людей без психических расстройств, то было бы оправданным включить продромальное состояние среди факультативных критериев шизофрении. Учитывая задачи МКБ-10, имеющаяся в настоящее время информация по этой проблеме была расценена как недостаточная для того, чтобы оправдать включение продромального состояния в число диагностических критериев шизофрении. С данной проблемой тесно связана другая еще неразрешенная проблема: в какой мере подобные продромальные состояния могут быть отдифференцированы от шизоидных и параноидных расстройств личности.

Дифференциация острых и преходящих психотических расстройств (F23.-) от шизофрении (F20.-)

В МКБ-10 диагноз шизофрении зависит от наличия типичных симптомов бреда, галлюцинаций и других, приведенных в рубрике F20.-, а в качестве минимальной продолжительности симптоматики определен период в 1 месяц.

В ряде стран прочные клинические традиции, основанные на описательных, хотя и не эпидемиологических исследованиях, приводят к заключению, что, какова бы ни была природа ранней деменции Крепелина и шизофрений Блейлера, она (или они) представляет собой не то же самое, что и очень острые психозы с внезапным началом, краткосрочным течением за несколько недель или даже дней и благоприятным исходом. В соответствии с установившимися традициями на разнообразие мнений по этой широко признанной проблеме указывают такие термины как «бредовые вспышки», «психогенный психоз», «шизофреноформный психоз», «циклоидный психоз» и «короткий реактивный психоз». Существующие данные и, соответственно, мнения относительно возможности развития при этих расстройствах транзиторной, но типичной шизофренической симптоматики и характерности или обязательности сочетания их с острым психологическим стрессом (бредовые вспышки, во всяком случае, первоначально описывались как чаще не связанные с явными психологическими провоцирующими факторами) также очень разнятся.

Учитывая, что знания о шизофрении и этих более острых расстройствах в настоящее время недостаточны, в МКБ-10 было решено предусмотреть такой необходимый для диагностики шизофрении период времени, который позволил бы симптоматике острых расстройств возникнуть, быть распознанной и в значительной мере уменьшиться. По сообщениям большинства клиницистов в подавляющем числе случаев этих острых психозов психотические симптомы возникают в течение нескольких дней, самое большее в течение 1-2 недель и многие больные выздоравливают в течение 2-3 недель независимо от проведения терапии. Поэтому представляется целесообразным определить 1-месячный период в качестве переходной точки между острыми расстройствами, при которых шизофренические симптомы были лишь одним из признаков, с одной стороны, и самой шизофренией, с другой. Для больных с психотическими, но нешизофреническими симптомами, которые сохраняются более одного месяца, нет необходимости изменять диагноз пока продолжительность состояния не достигает срока (3 месяца, смотри ниже), регламентируемого для бредового расстройства (F22.-).

О сходной продолжительности речь идет при острых симптоматических психозах (лучшим примером являются амфетаминовые психозы). Отмена токсического вещества обычно сопровождается исчезновением симптоматики в течение 8-10 дней, но поскольку часто требуется 7-10 дней, чтобы симптоматика проявилась и стала причинять неприятности (и чтобы больной обратился в психиатрическую службу), то в общем итоге продолжительность психоза составляет 20 дней и более. Таким образом, для определения расстройства в качестве шизофрении представляется адекватным исходить из необходимости примерно 30-дневного или одномесячного периода наблюдения (проспективного или ретроспективного) за сохраняющейся типичной симптоматикой. Принятие в качестве обязательного диагностического критерия шизофрении одномесячного периода типичной психотической симптоматики противоречит мнению о том, что шизофрения должна иметь относительно большую продолжительность. Не в одной национальной классификации минимальная длительность шизофрении принята за 6 месяцев, но при недостаточности современных знаний подобное ограничение диагноза шизофрении не представляется имеющим каких-либо преимуществ. В двух проводившихся под эгидой ВОЗ крупных международных мультицентровых исследованиях шизофрении и близких к ней расстройств (второе из этих исследований осуществлялось на основе эпидемиологического подхода) было выявлено, что у значительной части больных с отчетливой и типичной шизофренической симптоматикой длительность психоза составляла более месяца и менее 6 месяцев и наблюдалось хорошее или даже полное выздоровление. Поэтому для задач МКБ-10 представлялось целесообразным избегать каких-либо предположений о непременно хроническом характере шизофрении и рассматривать этот термин как описательный, соответствующий синдрому с разнообразными причинами (многие из которых до сих пор неизвестны) и с разнообразием исходов, зависящих от соотношения генетических, физических, социальных и культуральных воздействующих факторов.

Широкую дискуссию вызвал также вопрос о том, какую продолжительность симптоматики следует определить в качестве обязательной для диагностики хронического бредового расстройства (F22.-). В конечном итоге как наименее неудовлетворительный срок выбрали три месяца, поскольку откладывание принятия решения до 6 месяцев или более обусловливало бы необходимость введения другой диагностической категории, промежуточной между острыми и транзиторными психотическими расстройствами (F23.-) с одной стороны и хроническим бредовым расстройством с другой. Вся проблема взаимоотношений между обсуждаемыми расстройствами нуждается в получении более детальной и качественной информации, чем имеющаяся в настоящее время; сравнительно простое решение, в соответствии с которым диагностическое предпочтение отдается острым и транзиторным состояниям, представлялось наилучшим выходом из положения и способствующим дальнейшему развитию исследований в этой области.

Для острых и транзиторных психотических расстройств (F23.-) был использован такой принцип описания и классифицирования расстройства или группы расстройств, который скорее показывал бы возможные варианты решения, нежели опирался бы на традиционные посылки; эти и связанные с ними вопросы коротко обсуждаются во введении к рубрике F23.

В данной классификации термин «шизофреноформное» не использовался для какого-то определенного расстройства. Это связано с тем, что за последние несколько десятилетий он применялся в нескольких различных клинических концепциях и определялся различными характеристиками, такими как острое начало, относительно небольшая продолжительность, атипичная симптоматика или атипичное сочетание симптомов и относительно благоприятный исход. Ввиду отсутствия данных, которые указывали бы на предпочтительность того или иного использования данного термина, его диагностическое применение было оценено как недостаточно обоснованное. Более того, необходимость в промежуточной рубрике такого типа устранена за счет использования F23.- и ее подрубрик наряду с требованием наличия психотической симптоматики в течение месяца для диагноза шизофрении. Для тех, кто использует термин «шизофреноформное» в качестве диагностического термина даны указания по его включению в те расстройства, которые по своему значению совпадают с ним больше всего. К ним относятся: «шизофреноформный приступ» или «шизофреноформный психоз БДУ» в F20.8- (другие типы шизофрении) и «кратковременное шизофреноподобное расстройство или психоз» в F23.2х (острое шизофреноформное психотическое расстройство).

Простая шизофрения (F20.6-)

Эта рубрика сохранена в связи с ее продолжающимся использованием в некоторых странах и неопределенностью природы простой шизофрении и ее взаимоотношения с шизоидным расстройством личности и шизотипическим расстройством, разрешение которых потребует дополнительных данных. Предлагаемые критерии выделения простой шизофрении выдвигают проблемы определения в практическом аспекте границ всей этой группы расстройств.

Шизоаффективные расстройства (F25.-)

В настоящее время данные о целесообразности отнесения шизоаффективных расстройств (F25.-) в дефиниции МКБ-10 к разделу F20-F29 (шизофрения, шизотипические и бредовые расстройства) или к разделу F30-F39 ((аффективные) расстройства настроения) уравновешивают друг друга довольно точно. Окончательное решение поместить их в раздел F20-F29 было принято на основании испытания в национальных центрах проекта МКБ-10 за 1987 год, а также комментариев на этот проект, поступивших со всего мира от обществ-членов Всемирной психиатрической Ассоциации. Очевидно, что существуют широко распространенные и прочные клинические традиции, способствующие сохранению шизоаффективных психозов среди шизофрении и бредовых расстройств. В связи с этой дискуссией следует отметить, что при наличии набора аффективных симптомов добавление только неконгруентного аффекту бреда недостаточно для изменения диагноза на рубрику шизоаффективного расстройства. Во время того же эпизода расстройства наряду с аффективной симптоматикой должен присутствовать по меньшей мере один типично шизофренический симптом.

Расстройства настроения (аффективные расстройства) (F30 — F39)

Видимо, дискуссия о классификации расстройств настроения будет продолжаться среди психиатров до тех пор, пока не будут разработаны такие методы подразделения клинических синдромов, которые хотя бы частично основывались бы на физиологических или биохимических измерениях и не ограничивались бы клиническими описаниями эмоций и поведения, как это имеет место в настоящее время. Пока сохраняется это ограничение, выбирать приходится главным образом между относительно простой классификацией, включающей несколько степеней тяжести, и более детализированной классификацией с более дробными подразделениями.

Использовавшийся в испытаниях национальными центрами проект МКБ-10 1987 года отличался простотой, включая, например, лишь легкие и тяжелые депрессивные эпизоды, отсутствовала дифференциация гипомании и мании и не выделялись известные клинические понятия, такие как «соматический» синдром или аффективные формы галлюцинаций и бреда. Тем не менее, результаты испытаний этого проекта МКБ-10 во многих центрах и другие комментарии от клиницистов показали потребность многих психиатров иметь возможность выделять несколько степеней тяжести депрессии и отмечать другие вышеуказанные особенности клинической картины. Кроме того, из предварительного анализа данных, полученных в ходе испытаний, стало ясным, что рубрика «легкого депрессивного эпизода» часто характеризуется сравнительно невысокой воспроизводимостью заключений разных клиницистов.

Выяснилось также, что мнения клиницистов относительно требуемого количества подрубрик депрессии в значительной мере зависят от клинического материала, с которым они чаще всего имеют дело. Те из них, кто работает в первичном здравоохранении, амбулаторной практике и в психиатрических кабинетах общесоматических учреждений, нуждаются в выделении рубрик, соответствующих легким, но клинически значимым состояниям депрессии, тогда как те врачи, которые работают с госпитализированными пациентами, нуждаются в использовании рубрик, предусмотренных для более тяжелых состояний. Дальнейшие консультации с экспертами по аффективным расстройствам привели к созданию версии, использованной в настоящем издании МКБ-10. В эту классификацию были включены варианты, учитывающие несколько аспектов клиники аффективных расстройств,которые, несмотря на отсутствие полной научной обоснованности, рассматриваются психиатрами во многих частях света как клинически полезные. Можно надеяться, что включение в МКБ-10 этих вариантов будет стимулировать дальнейшие дискуссии и исследования по их истинной клинической значимости.

Нерешенными остаются проблемы оптимального определения и диагностического использования неконгруентности бреда настроению. Имеющиеся по этой проблеме данные и клиническая потребность в подрубриках конгруентного и неконгруентного настроению бреда представляются достаточными, чтобы ввести их в МКБ-10 по крайней мере в качестве «дополнительного варианта» кодирования аффективных расстройств.

Рекуррентное кратковременное депрессивное расстройство

Со времени введения МКБ-9 накопились достаточные данные, обосновывающие включение специальной рубрики для кратковременных эпизодов депрессии, которые отвечают критериям тяжести, но не длительности депрессивного эпизода (F32.-). Эти рекуррентные состояния имеют неопределенное нозологическое значение и введение для них специальной рубрики должно способствовать сбору информации, которая приведет к уточнению их частоты и долгосрочного прогноза.

Агорафобия и паническое расстройство

В последнее время широко дискутировался вопрос о возможности рассматривать агорафобию и приступы паники в качестве первичных расстройств. Имеющийся в различных странах опыт, учитывающий кросс-культуральный аспект проблемы, не оправдывает отказ от все еще широко принятого мнения о том, что фобическое расстройство лучше всего рассматривать как первичное, при котором приступы паники свидетельствуют о его тяжести.

Смешанные категории тревоги и депрессии

Психиатры и другие медицинские работники, принимающие пациентов в системе первичного здравоохранения, будут особенно активно пользоваться рубриками F41.2 (смешанное тревожное и депрессивное расстройство), F41.3 (другие смешанные тревожные расстройства), различными подрубриками F43.2х (расстройство приспособительных реакций) и F44.7 (смешанные диссоциативные (конверсионные) расстройства). Назначение этих рубрик заключается в том, чтобы упрощенно описать расстройства, проявляющиеся таким смешением симптоматики, для которого неадекватны более простые и традиционные психиатрические рубрики, но которое, тем не менее, представляет собой значительно распространенные и тяжелые состояния, приводящие к нарушению функционирования. Эти состояния приводят также к частым обращениям в систему первичного здравоохранения, медицинские и психиатрические службы. Могут возникнуть трудности с использованием этих рубрик с достаточной степенью воспроизводимости диагностики, поэтому важными будут апробация их и, при необходимости, исправление дефиниций.

Диссоциативные и соматоформные расстройства,их отношение к истерии

Ни в одном из названий рубрик Класса V МКБ-10 термин «истерия» не употреблялся из-за многочисленности и разнообразия его значений. Вместо него предпочтение было отдано термину «диссоциативный», который объединил расстройства, считавшиеся ранее истерическими, причем как собственно диссоциативного, так и конверсионного типов. Во многом это связано с тем, что больные с диссоциативным и конверсионным типами расстройств часто обнаруживают и ряд других общих характеристик, а кроме того, у них нередки проявления обоих этих типов симптоматики одновременно или в разное время. Представляется также оправданным считать, что диссоциативные и конверсионные симптомы имеют одни и те же (или очень близкие) психологические механизмы развития.

В различных странах мира уже достаточно широко принята целесообразность объединения нескольких расстройств с преимущественно физическими или соматическими проявлениями под названием «соматоформные». Однако, по вышеуказанным причинам это новое понятие было сочтено недостаточным основанием для отделения амнезий и фуг от диссоциативной потери чувствительности и движений.

Если расстройство множественной личности (F44.81) действительно существует не как культурально специфическое или даже ятрогенное состояние, тогда можно предполагать, что его лучше всего поместить среди расстройств диссоциативной группы.

Неврастения

Хотя в ряде классификационных систем неврастения уже не упоминается, в МКБ-10 для нее сохранена рубрика, поскольку в некоторых странах этот диагноз используется еще достаточно широко. Проводившиеся в различных условиях исследования показали, что значительная часть случаев, диагностированных в качестве неврастении, может быть также классифицирована под рубриками депрессии или тревоги, однако имеются случаи, в которых клиническое состояние не отвечает описанию любой другой рубрики, но соответствует критериям синдрома неврастении. Можно надеяться, что включение неврастении в МКБ-10 в качестве отдельной рубрики будет способствовать ее дальнейшему изучению.

Культурально специфические расстройства

В последние годы все реже выражалась потребность в отдельной рубрике для таких расстройств как лата, амок, коро и ряда других возможно культурально специфических расстройств. Не увенчались успехом попытки обнаружить хорошие описательные исследования, предпочтительно с эпидемиологическим подходом, которые обосновывали бы включение этих расстройств в психиатрическую систематику в качестве отличающихся от других известных классификационных рубрик, поэтому в МКБ-10 они отдельно не кодируются. Имеющиеся в настоящее время в литературе описания этих расстройств предполагают, что они могут рассматриваться как варианты тревоги, депрессии, соматоформного расстройства или адаптационного расстройства; поэтому следует использовать наиболее близкий эквивалентный код с дополнительным указанием на конкретное культурально специфическое расстройство. Могут иметь место выраженные элементы поведения, направленного на привлечение внимания, или принятие роли больного по типу описанного в F68.1 (умышленное вызывание или симулирование симптомов или инвалидности физического или психологического характера ), что также может регистрироваться при диагностике.

Психические расстройства и расстройства поведения, связанные с послеродовым периодом (F53.-)

Эта рубрика выглядит необычной и пародоксальной ввиду имеющейся рекомендации использовать ее только при невозможности иной диагностики. Ее включение в МКБ-10 является признанием весьма реальных практических проблем во многих развивающихся странах, заключающихся в фактической невозможности сбора детальной информации о случаях послеродового заболевания. Все же предполагается, что несмотря на отсутствие информации, позволяющей провести диагностику одного из подтипов аффективного расстройства (или, реже, шизофрении), она все же будет достаточной, чтобы установить наличие легкого (F53.0) или тяжелого (F53.1) послеродового расстройства; такое подразделение целесообразно при оценке рабочей нагрузки и при принятии решений относительно организации медицинского обслуживания.

Включение этой рубрики в МКБ-10 не должно подразумевать, что при наличии адекватной информации значительная часть случаев послеродовых психических заболеваний не может быть классифицирована в других рубриках. Большинство экспертов в этой области придерживаются мнения, что клиническая картина послеродовых психозов столь редко (если это вообще возможно) может быть надежно отграничена от аффективного расстройства или шизофрении, что введение специальной рубрики не оправдано. Любой психиатр, придерживающийся точки зрения, что на самом деле существуют особые послеродовые психозы, может использовать эту рубрику, имея при этом в виду ее истинное назначение.

Специфические расстройства личности (F60.-)

Во всех современных психиатрических классификациях разделы, посвященные расстройствам зрелой личности, содержат ряд значительных проблем, решение которых потребует информации, полученной в ходе широких и долговременных исследований. При попытках изложить детальные диагностические критерии этих расстройств возникают особые трудности, связанные с различием между наблюдениями и интерпретацией; в свете современных знаний остается нерешенной проблема ряда критериев, которые должны быть удовлетворены прежде, чем диагноз будет считаться установленным. Тем не менее, сделанные попытки определения критериев для этой рубрики могут помочь продемонстрировать, что для описания расстройств личности требуется новый подход.

После первоначальных сомнений в качестве подрубрики эмоционально нестабильного расстройства личности (F60.3-) было включено короткое описание пограничного расстройства личности (F60.31х), что также вызывает надежды на стимулирование исследований по этой проблеме

Другие расстройства личности и поведения в зрелом возрасте (F68.-)

Сюда включены две рубрики, которые отсутствуют в МКБ-9: F68.0 (преувеличение соматической психопатологии по психологическим причинам) и F68.1 (умышленное вызывание или симулирование симптомов или инвалидности физического или психологического характера (поддельное нарушение)) . Учитывая, что эти рубрики, строго говоря, соответствуют расстройствам ролевого поведения, психиатрам было бы удобно объединить их с другими расстройствами поведения у взрослых. Вместе с симуляцией (Z76.5), которая всегда помещалась вне психиатрического Класса МКБ, эти три диагностические рубрики часто должны рассматриваться вместе. Основным различием между первыми двумя и банальной симуляцией является очевидная мотивированность последней, которая обычно ограничивается ситуациями, включающими опасность лично для индивидуума, угрозу вынесения приговора в связи с криминальным деянием или заинтересованность в крупной сумме денег.

Умственная отсталость (F70 — F79)

Позиция создателей Класса V МКБ-10 всегда заключалась в том, чтобы изложить раздел, посвященный умственной отсталости, как можно короче и проще, признавая при этом, что адекватная классификация здесь возможна только при использовании всеобъемлющей, предпочтительно многоосевой, системы. Такая система нуждается в специальной разработке и в настоящее время создаются адекватные предложения для международного использования.

Расстройства с началом, специфическим для детского возраста

F80 — F89 Расстройства психологического (психического) развития

Расстройства детского возраста, такие как детский аутизм и дезинтегративный психоз, классифицировавшиеся в МКБ-9 в качестве психозов, теперь более адекватно помещены в F84.- (общие расстройства психологического (психического) развития). Информация о синдромах Ретта и Аспергера считается теперь достаточной, чтобы включить их в эту группу в качестве специфических расстройств, хотя и сохраняются некоторые сомнения относительно их нозологического положения. В эту же группу включено и гиперактивное расстройство, сочетающееся с умственной отсталостью и стереотипными движениями (F84.4), несмотря на смешанную природу расстройств этой рубрики, создание которой обосновывается данными, предполагающими ее большую практическую полезность.

F90-F98 Эмоциональные расстройства и расстройства поведения, начинающиеся обычно в детском и подростковом возрасте

В течение многих лет хорошо известна проблема расхождения во взглядах между различными национальными школами относительно границ гиперкинетического расстройства. Эти различия детально обсуждались на встречах советников ВОЗ и других экспертов. В МКБ-10 гиперкинетическое расстройство определяется более широко, чем в МКБ-9. Другое отличие дефиниции МКБ-10 заключается в выделении относительного значения отдельных симптомов, образующих гиперкинетический синдром; поскольку в качестве основания для дефиниции использовались последние эмпирические данные, то можно обоснованно полагать, что в МКБ-10 она значительно улучшена.

Гиперкинетическое расстройство поведения (F90.1) является одним из немногих примеров комбинационной категории, сохранившейся в Классе V(F) МКБ-10. Использование этого диагноза указывает, что выполняются критерии одновременно гиперкинетического расстройства (F90.-) и расстройства поведения (F91.-). Эти несколько исключений из общего правила были сочтены оправданными, исходя из клинического удобства ввиду частого сосуществования этих расстройств и показанного позднее значения смешанного синдрома. Тем не менее в Исследовательских диагностических критериях МКБ-10 вероятно будет дана рекомендация для исследовательских целей описывать отдельно случаи, соответствующие этим категориям, в терминах гиперактивности, эмоциональных нарушений и тяжести расстройства поведения (в дополнение к комбинационной категории, используемой как общий диагноз).

В МКБ-9 не было оппозиционно-вызывающего расстройства (F91.3), но оно включено в МКБ-10, учитывая данные о его прогностическом значении: в этих случаях позднее развиваются проблемы поведения. При этом имеется предупреждающее замечание, рекомендующее использование этой рубрики главным образом у детей младшего возраста.

Рубрика 313 из МКБ-9 (нарушения эмоций, специфические для детского и подросткового возраста) разделена в МКБ-10 на две отдельные категории, а именно: эмоциональные расстройства, начало которых специфично для детского возраста (F93.-), и расстройства социального функционирования с началом, специфическим для детского и подросткового возраста (F94.-). Это связано с сохраняющейся потребностью в дифференциации различных форм болезненной тревоги и связанных с ней эмоций у детей и у взрослых. Отчетливыми показателями такой потребности являются частое начало невротических расстройств в зрелом возрасте, а также та частота, с которой наблюдаются эмоциональные расстройства в детском возрасте,при фактическом отсутствии сходных расстройств у взрослых. Ключевым критерием дефиниции этих расстройств в МКБ-10 является адекватность обнаруживаемой эмоции стадии развития ребенка плюс необычная степень ее стойкости с нарушением функции. Другими словами, эти расстройства детского возраста, представляют собой значительное усиление эмоциональных состояний и реакций, которые рассматриваются в качестве нормальных для данного возраста, если только они возникают в легкой форме. Если необычно содержание эмоциональных переживаний или если эмоциональное состояние развивается в необычном возрасте, то следует использовать общие категории из других разделов классификации.

Вопреки названию новая категория F94.- (расстройства социального функционирования с началом, специфическим для детского и подросткового возраста) не противоречит общему правилу МКБ-10 не использовать нарушения социальной роли в качестве диагностического критерия. Дело в том, что аномалии социального функционирования, о которых идет речь в F94.-, являются ограниченными по количеству и касаются только взаимоотношений ребенка с родителями и его непосредственного семейного окружения; эти взаимоотношения имеют совсем не то же значение и обнаруживают совсем не те же культуральные вариации, что и взаимоотношения, формирующиеся на работе или при обеспечении семьи и не использующиеся в качестве диагностических критериев.

Ряд категорий, которыми будут часто пользоваться детские психиатры, такие как расстройства приема пищи (F50.-), расстройства сна неорганической природы (F51.-) и расстройства половой идентификации (F64.-) находятся в общих разделах классификации, поскольку они часто начинаются и обнаруживаются как у детей, так и у взрослых. Тем не менее, было решено, что специфичные для детского возраста клинические признаки оправдывают введение дополнительных рубрик расстройства приема пищи в младенческом и детском возрасте (F98.2) и поедания несъедобного младенцами и детьми (F98.3).

Психиатры, использующие разделы F80-F89 и F90-F98 должны знать также содержание неврологического Класса МКБ-10 (Класс VI(G)). В этом Классе содержатся синдромы с преимущественно физическими проявлениями и отчетливой «органической» этиологией, среди которых особый интерес для детских психиатров представляет синдром Кляйн-Левина (G47.8).

Неуточненные психические расстройства (F99.х)

Имеются практические причины, по которым потребовалось включение в МКБ-10 рубрики для «неуточненного психического расстройства»; тем не менее, это ставит проблему, связанную с тем, что все классификационное пространство Класса V разбито на 10 разделов, каждый из которых охватывает особую область психической патологии. Было решено, что наименее неудовлетворительным вариантом будет использование для неуточненного психического расстройства последней цифровой рубрики классификации, то есть F99.-.

Ликвидация категорий, предлагавшихся в предыдущих проектах МКБ-10

В ходе консультаций с экспертами и обзора литературы, которые предшествовали разработке проектов Класса V МКБ-10, были сделаны многочисленные предложения по изменению классификации. Целый ряд факторов повлиял на принятие решений по включению этих предложений в классификацию или отвержению их. К ним относились результаты апробации классификации в национальных центрах, консультации с руководителями сотрудничающих центров ВОЗ, результаты переводов классификации на другие.

pryazka.narod.ru