Истории людей с биполярным расстройством

Жизнь с биполярным расстройством: реальные люди, реальные истории

Диагноз «биполярное расстройство» может стать шоком. В этот момент важно понимать, что вы не одни.
В новой книге «Жизнь с биполярным расстройством: реальные люди, реальные истории» собраны истории известных и обычных людей с БАР, которые живут, работают, воспитывают детей. Это откровенные рассказы о борьбе, карьере, любви, боли и её преодолении.

В общем, не унывайте, вы в хорошей компании!

Слова, которые изменили мой взгляд на жизнь с биполярным расстройством

Меня зовут Эмили. Мне 19 лет, и у меня биполярное расстройство. В прошлом году я сбежала из дома, уехав за 254 мили от семьи и друзей. Я была готова уйти из средней школы, обходиться одеждой в своем рюкзаке и жить в машине без какого-либо дохода.

Я чувствовала себя так, словно мне не было места в этом мире, но это было не единственной причиной, по которой я уехала. Жизнь с биполярным расстройством — это не шутка.

Лучший способ описать работу моего мозга — это сравнить его с помехами на телевизоре. Постоянный белый шум с черными и белыми пикселями, которые скачут на экране и затрудняют поиск баланса между манией и спокойным состоянием.

Мои мысли скачут туда-сюда, из-за чего сложно сконцентрироваться на одном занятии или расслабиться.
В конце концов, когда я решила вернуться домой, я легла в психиатрическую клинику, где смогла найти подходящие способы помочь себе и справится с расстройством.

Мой хороший друг сказал мне за день до поступления в клинику: «Ты — не твоя болезнь. У тебя биполярное расстройство, но сама Эмили не биполярна. У Эмили есть биполярное расстройство». Эти слова нашли отклик в моем сердце. Они все еще поддерживают меня и всех остальных, кого я лично знаю и у кого есть биполярное расстройство. Я повторяю эти слова другим людям в надежде, что они помогут им так же, как когда-то помогли мне.

После недельного пребывания в клинике мое лечение еще не закончено. Я жила в стационаре, где у меня в течение трех месяцев была собственная комната и хорошие соседи. Моим первым шагом было окончить университет. По утрам я занималась с репетитором, а днем ходила в стационар и проходила там пятичасовую терапию.

Мне прописали лекарства, которые вначале я отказывалась пить. Но когда, в конце концов, я стала их принимать, то заметила, что помехи в моем головном мозге постепенно начали исчезать. Мысли наконец-то успокоились.

Терапия и лекарства оказались лучшим выбором, какой я могла сделать.
Это я, годом позже, наконец-то нашедшая свое место в мире. У меня новый взгляд на жизнь, и она больше не кажется мне никчемной. Время помогает излечится. Это был долгий, изнурительный процесс, но я это сделала. Я написала это не для того, чтобы мне сочувствовали, а чтобы улучшить понимание психических заболеваний в обществе.

Моя единственная цель в жизни — быть счастливой и играть в мире положительную роль. Я знаю, спасти мир невозможно, но если я могу помочь хотя бы одному человеку, я выполнила свою цель на земле. Не стыдно попросить помощи и для самой себя. Сдаться — это не мой выбор, и никто другой не должен делать такой выбор. Я надеюсь, моя история поможет тебе вылечится. И помни, ты – это не твоя болезнь.

Жизнь с биполярным расстройством: реальные люди, реальные истории
Читать книгу

www.bipolar.su

У людей с биполярным расстройством высокая невротичность и недостает полезных микробов

Биполярное аффективное расстройство (БАР), ранее известное также как маниакально-депрессивный психоз, достаточно распространенное психическое заболевание. По некоторым данным им страдает 5—8 человек из тысячи. О причинах расстройства среди психиатров нет единого мнения. Новое исследование американских ученых позволяет говорить о том, что не существует какой-то одной конкретной причины, но есть несколько факторов, объединяющих всех людей с биполярным расстройством.

Ученые представили результаты более чем десятилетнего наблюдения за 730 больными с диагностированным биполярным расстройством и еще за 270 людьми — без него, в качестве контрольной группы. За это время участников исследования изучили всесторонне: с точки зрения генетики, эмоциональных особенностей, жизненного опыта, истории болезни, особенностей питания, сна, характеристик мышления и так далее.

В частности, ученым удалось найти следующие основные особенности людей, страдающих биполярным расстройством, по сравнению со здоровыми людьми из контрольной группы.:

• В 3,5 раза чаще люди с БАР страдают также мигренями. Чаще у них встречаются и тревожные расстройства, алкоголизм, расстройства пищевого поведения и метаболический синдром.

• В истории жизни людей с БАР намного чаще есть серьезная детская психологическая травма.

• В питании людей с БАР обращает на себя внимание более высокий процент содержания насыщенных жиров. Причем ученые нашли связь между содержанием конкретных жировых молекул и уровнем выраженности симптомов расстройства.

• На уровне кишечного микробиома у людей с БАР обнаруживается меньшее разнообразие и меньшее содержание важных полезных бактерий.

• Трудности со сном в связи с биполярным расстройством четко обнаруживаются только у женщин.

• Личностные характеристики людей с БАР связаны с высокой невротичностью (эмоциональностью).

• У пациентов с БАР часто наблюдаются нарушения в когнитивной сфере, в том числе нарушения памяти.

• Два гена — CACNA1 и ANK3, по-видимому, связаны с большей восприимчивостью к развитию биполярного расстройства, но, вероятнее всего, имеет значение сочетание нескольких генетических факторов.

• Выявлены ключевые особенности речи, связанные с эпизодами мании и депрессии.

Авторы работы подчеркивают, что из их исследования невозможно делать выводы о причинах биполярного расстройства. Но исследование со столь большой выборкой и столь всесторонне проведено впервые. Оно позволяет наметить направления будущих исследований, способов диагностики и лечения биполярного расстройства.

Статья опубликована в издании International Journal of Epidemiology.

Ранее психиатры из Иллинойского университета в Чикаго выяснили, что некоторые распространенные психические расстройства имеют очень похожую физиологическую природу.

chrdk.ru

Люди с диагностированным биполярным расстройством, расскажите — как вам живётся?

Рада за автора, который всем доволен и избавляться от БАР не желает, но вставлю свои пять копеек. Моему расстройству депрессии не свойственны, зато мании выражены отчетливо и купировать их в большинстве случаев можно только в стационаре. Почему? Потому что начало (даже спустя >10 лет после первого эпизода) отследить очень сложно, а развитие стихийно и непредсказуемо.

Что переживаю я? Представьте, что приняли запрещенный препарат (диссоциатив + амфетамин) и забыли об этом. Вполне логично, что измененная реальность кажется нормой. После недели бессонных ночей мир начинает функционировать по понятным только мне законам (“я избранная с рождения, все родные и близкие это знают, но скрывают от меня”, “мои родители — это не мои родители, и поэтому хотят моей смерти”, “мои руки обладают целительными свойствами, поэтому нужно всех трогать”). После первого эпизода больной чаще всего научается довольно успешно манипулировать окружающими, в том числе и врачами, и до поры не выдавать своих в прямом смысле наполеоновских планов, в результате чего становится совершенно неуловимым — сегодня я решаю, что должна побывать в как можно большем количестве стран с “миссией”, а завтра уже лечу бог знает куда в самолете на последние отложенные деньги. Близкие становятся врагами за то, что отказываются признать очевидное (см. “я избранная”). Экзальтация сменяется паранойей и паническими атаками. Последний мой эпизод закончился семью ночами за решеткой за нарушение общественного порядка, последующей депортацией из одной европейской страны и двумя месяцами в московском дурдоме (пребывание там описывать не буду, почитать можно, например, здесь — http://www.colta.ru/articles/society/6151).

Что переживают мои родные? Тут слова, наверное, излишни.

Дальше полгода постпсихотического депрессивного “хвоста” (вспомните свой самый сильный похмельный стыд и умножьте его на миллион). Память, к несчастью, хранит почти все детали моих маниакальных похождений. Некоторым везет больше и они почти ничего не помнят. Атипичные антипсихотики пью на постоянной основе, а это около 7-8 тысяч за упаковку (цена ремиссии), что означает, что остаться без работы — значит с большой долей вероятности снова слететь. Можно ли жить с биполяркой? Можно. Помогает ли это в моем случае жить? Едва ли.

Мне диагностировал БАР в октябре врач-психотерапевт. Я была в жуткой депрессии, не могла нормально жить, окружающие не понимали моих проблем — ведь ещё пару месяцев назад я носилась как угорелая и успевала делать сотню дел.

Я обратилась к врачу, он направил меня к психологу в той же больнице, чтобы сделать обследование.

Диаграмма, показывающая результат моих тестов, просто зашкаливала. Были завышены маниакальность, депрессивность, тревожность и шизоидность (как оказалось, повышенной шизоидностью организм защищался от депрессии).

Я пропила курс ламотриджина. Стало легче. К врачу не хожу на данный момент, потому как сейчас нахожусь в стадии ремиссии. Рядом со мной находится человек с таким же диагнозом. В начале отношений думали, что будем уравновешивать друг друга, но это оказалось слишком сложно на деле.

Биполярка в некотором роде помогает жить. Если бы мне дали возможность отказаться от расстройства, я бы вряд ли это сделала. Не так страшен диагноз, как о нем пишут на форумах. С ним вполне возможно жить.

Сложно. Особенно напрягает тот факт, что близкие не воспринимают Это серьёзно. И получаются все эти «советы» типа — или лучше делом займись/все это надуманно/сама справишься и т.д и т.п.

БАР доставило мне и моим близким немало проблем. Заболевание у меня дебютировало депрессией. Изначально депрессию классифицировали, как экзогенную, т.е. вызванную внешними факторами. Действительно, я сначала потеряла ребёнка (психологическая травма + гормональный стресс), потом были стрессы на работе, экзамены на соответствие, на категорию. Пока сдавала экзамены, учила ночами, а днём работала, я не замечала, как ухудшалось моё состояние. И вот стресс позади, вроде можно расслабиться, а не получается. Потеряла сон и не смогла выйти на работу, были и суицидальные мысли, а как же без них то. Месяц лечения в стационаре вернул меня к жизни. Но антидепрессанты надо было принимать ещё долго — 9 мес. Нормотимики, которые являются неотъемлемыми в лечении БАР, разумеется, мне никто не прописывал, ведь речь шла просто о депрессии.

На антидепрессантах меня быстро вынесло на пик мании. В чём коварство заболевания, так это в том, что ты не замечаешь что с тобой что-то не так, даже если обладаешь познаниями в медицине. Во всяком случае пока у тебя не будет личного опыта распознавания «первых звоночков», таких как повышенная разговорчивость, восторженность, влюбчивость, энергия бьющая через край и, что очень важно, сниженная потребность во сне. Если вовремя не принять меры — воронка мании утащит тебя за грань разумного, и есть вероятность, что ты сам уже не пойдёшь за помощью, а, скорее, тебя повезут на карете.

Первую манию я прозевала. Мои восторженные чувства я приписала влюбленности, которая нежданно не гаданно возникла прямо на работе. Воспылала чувствами к своему коллеге. В этот же период начала писать стихи и песни. На день медика организовала концерт у себя в учреждении, даже уговорила известного певца выступить, причём бесплатно, даже нашла по своим каналам звукорежиссёра (у знаменитости в этот период звукорежиссёр был в отъезде). Ну и, разумеется, записала фонограмму и спела сама две шуточные «переделки» на день медика (раньше когда-то занималась на фано и вокалом). Концерт получился великолепный. Это был мой триумф. В этот же день поехали коллективом на экскурсию в Питер, и в своём «великолепном» состоянии я зажигала. Во первых оббегала весь город, знакомилась с людьми, люди быстро шли на контакт (маниакальные быстро знакомятся и располагают к себе), меня даже замуж звали, в любви признавались. У меня с собой было немного денег, пришлось отдолжить у коллег, чтобы сходить в бассейн, сауну, спа, треножерный зал. Ночью не спала, разговаривала с охранником о политике, о питерцах, об искусстве (он оказался ещё и художником). Подбила коллектив на шашлыки, причём за меня опять заложили деньги. Деньги вообще не казались проблемой. Весело было неимоверно.

Но, когда я вернулась из поездки и начала реорганизацию своего кабинета: натощила туда кучу ненужных вещей, дорогих моему сердцу, но неположенных по санэпидрежиму — вот тогда коллеги и «заподозрили меня» в неадеквате.

Уехала я тоже весело, диагноз, кстати поставила себе сама, но уже в карете скорой помощи. Он подтвердился.

Не смотря на лечение пережила ещё две парализующие депрессии и одну сильную манию. Мы врачи всегда болеем хуже, чем обычные смертные. Но сдаваться болезни не собираюсь! Сейчас в ремиссии, мне подобрали хорошую схему лечения.

С БАР можно жить и работать, ведь живут же люди с бронхиальной астмой и сахарным диабетом. Главное понимать, что нужно лечиться, обращать внимание на первые симптомы и вовремя принимать меры по их коррекции.

Ну, про манию уже достаточно сказано.

Про депрессию тоже.

Но никто из вас ещё не сказал про такое «замечательное» и умопомрачительное (тут уже без кавычек, да) приключение, как «смешанные состояния»!

Мания, с заторможенностью и худшайшей реакцией? Проще простого! Непродуктивная мания — ваш (мой) выбор.

Или, например, жуткая эмоциональность и энергичность вперемешку с подавленностью и тревогой? Очень крутой коктейль, вы обязаны попробовать!

А если честно — это всё просто ужасно. Люди, которые жалуются на одну манию знайте, вам очень сильно повезло. Депрессии и смешанные состояния переносятся гораздо сложнее.

И самое страшное, что это сложно диагностируемое заболевание, к которому никто не относится, как было сказано в ответах, с полной серьёзностью.

А стоило бы, потому что БАР медленно и верно разрушает твою личность, эмоции и отдаляет тебя от людей.

Как уже кто-то писал выше, жить сложно. У меня очень затяжная стадия депрессии и короткая, но фееричная стадия гипомании.

Депрессия просто погружает в пучину страданий и апатии, каждая секунда существования приносит ужасные, почти физические, страдания. Жить становится невыносимо. А потом, в один прекрасный день, ты ощущаешь невероятный прилив сил. Готов сделать все дела, которые вот только что себе придумал, и все они наполеоновские! Мне «повезло», и БАР осложнялся тревожным расстройством, так что примерно через пять минут я высаживалась на измену. То есть как тут выше писали, как будто употребил, но словил бэдтрип. Вариации были самые разные, от панической мысли «все могут читать мои мысли, нужно перестать думать, перестать думать, перестать думать, ля-ля-ля-ля», до совсем жестких случаев с галлюцинациями. Сосредоточиться на чем-то почти невозможно, ни что-то прочитать, ни посмотреть, мысли движутся хаотично и только твои мании с тобой. Ну и панические атаки, разумеется.

Лежала в ПНД, пила много лекарств, закидывалась транквилизаторами как витаминами. Жить можно, да. Но лучше без этого.

Как ни странно, тяжелее переносится мания, а не депрессия — невозможно сосредоточиться на простейших вещах, прочитать три строчки текста, вышел из дома и забыл, куда шел. Если несколько дней подряд, очень неприятно. Но если понимать, что происходит, все это можно держать на поводке.

Советы бывалого биполярника

Болен этой болезнью с 1992 года, диагноз поставили в 2000 году, серьёзно относится к лечению и доверять своему лечащему участковому врачу стал лет 10 назад. В следствии этого была только одна принудительная госпитализация в 2011 году в маниакальной фазе. Появилась она из-за того что прекратил принимать лекарства. Из своего жизненного опыта хотелось бы дать следующие советы молодым биполярникам

1. Сдавать на права и садится за руль т. к. контролировать себя какая у тебя фаза трудно, она может через пол часа поменяться. В 2000 году я сбил сидя за рулём авто насмерть человека. В результате суд и 2 года химии.

2. Регистрироваться индивидуальным предпринимателем и планировать какой то бизнес полагаясь только на себя. Как правило это желание приходит ( как правило всегда фонтан идей) в фазе возбуждения, т. е. маниакальной фазе которая может длится и несколько месяцев. В результате наберёте долгов или кредитов, а тут в самый неподходящий момент бац и накроет депресуха и вам всё будет поверьте до лампочки. Пожалейте своих родных и близких.

3.Для разрешения своих проблем и непоняток обращаться к гадалкам, разным бабкам, астрологам и экстрасенсам. Пустая трата времени и денег. В первые лет 10 болезни обошёл около 10 таких разных советчиков и помощников для решения своих проблем.

Девизом биполярника должна быть на мой взгляд фраза из песни Виктора Цоя » Следи за собой! Будь осторожен! Следи за собой!»

Жить последние 10 лет без сильных перепадов то в депрессию то в манию с этим диагнозом лично мне помогает выполнение рекомендаций моего участкового лечащего врача и следования православному образу жизни, под чем я понимаю хотя бы раз в месяц причащения Святых Христовых Тайн, чтения поучений святых отцов Православной церкви о том как жить и бороться со своими недостатками.

Недавно отлежала в психбольнице, боролась с булимией, с наркозависимостью, всё те же всем БАРщикам знакомые перепады: пару месяцев ты король мира, пробегающий по 30 км в день с одной работы на другую, почти не устающий, мало спящий, все быстро схватывающий и преуспевающий;четыре- шесть месяцев сидения дома, страха перед окружающими, ненависти к себе, суицидальных мыслей. Сейчас исправно пью лекарства, работаю, не употребляю. но это длится всего третью неделю.

Некоторые писали выше, что тяжелее всего когда ты в мании, но для меня лично больнее всего «падать с высоты», то есть находиться в депрессивной фазе. Кажется, что мир не просто отвернулся от себя, но и ты сам себя предал, унизил, впечатал в грязь. Все идеи, которые держали твои крылья в воздухе и были попутным ветром в маниакалочке, дают тебе в морду каждый час каждого дня в депрессии. Во время депрессивной фазы в моей голове с частотой примерно каждые 10 мин (не преувеличиваю) проносится: «ты должна умереть, мир ненавидит тебя, ты чужая», «прямо сейчас это дерево упадёт на тебя, богу противно что ты ходишь по его земле», «твой самый близкий человек рядом с тобой только потому ненавидит себя» — и тому подобная ересь. Закрываться в себе начинаешь не потому что тебе не нравятся люди, тебе тупо страшно и страшно ПОСТОЯННО. Во время эйфории от мании же кажется, что абсолютно любой человек может подхватить твой мотив и открыться тебе. КАЖДЫЙ на твоём пути — это прекрасная книжка, которую ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно прочесть.

Вообще вся эта болезнь похожа на приём экстази и жёсткий отходос с него. Намылить, смыть, повторить. Намылить, смыть, повторить.

Ну и стоит ли говорить, что друзей почти нет, не каждый поймёт, простит и примет такое поведение.

Ещё очень важно «простить» себя за болезнь. Чувство вины очень часто гложет меня после маний, а это только продлевает последующую депрессию.

В моём случае из препаратов хорошо помогает сераквель во время маний. Во время депрессий не помогает ничего.

Да, я тоже напишу про себя. Потому что вариант, как у Элины довольно редок, ей крайне повезло и так везёт единицам.

У меня было уже больше 10 депрессий. Во время каждой из них, я теряю работу и учёбу. Я не в состоянии выходить из дома, а иногда и вовсе не в силах встать с кровати.

Развернутых маний у меня не бывает, бывают гипомании — лёгкие степени мании, но и во время них я успеваю натворить дел и наломать дров — наркотики, бессонница, безудержный шоппинг и миллион начатых дел. Всё это было много раз.

Началась болезнь ещё в школе. Тогда, конечно, ещё никто не подозревал, что это такое и я в том числе. Просто в течение нескольких недель у меня было очень плохое настроение и я ходила на крышу, пытаясь прыгнуть вниз. Много раз стояла на парапете, считала до трёх и говорила себе: вот будет три и я прыгну.

Следующая депрессия настигла меня в университете. Сначала было тяжело ходить на пары — не было сил, не было мотивации и желания, способность быстро соображать тоже покинула меня. А потом я проснулась и не пошла. И на следующий день не пошла. И так несколько месяцев, пока меня не отчислили.

С каждым разом депрессии утяжелялись и удлинялись. Я бросала работу, не выходила из дома, не ела, не отвечала на звонки. А главное — не понимала, что со мной происходит и во всем винила себя, свою лень и несобранность. У депрессий и у маний, впрочем тоже, есть такая особенность — сразу теряется критика. Поэтому как бы странно ты себя не вёл и не чувствовал, это не кажется болезнью.

Однажды во время депрессии я пыталась повеситься. Как-то в голове сформировалась теория, согласно которой мне было необходимо это сделать. Но мысли в таких состояниях ворочаются крайне медленно и я так не смогла соорудить правильную петлю. После того, как меня немного отпустило, я ужаснулась. И решила, что надо, наконец, с этим разобраться.

Я пошла к психологу. Она быстро меня раскусила и сказала, что это очень похоже на биполярное расстройство, именуемое в недалёком прошлом — маниакально-депрессивный психоз. Это всё не укладывалось у меня в голове, я не хотела идти к врачу и принимать диагноз и очень-очень долго барахталась в этом отрицании и закрывала глаза на проблему. Несколько лет. Всё казалось, я как-нибудь сама справлюсь. Пока меня не настигла одна из самых тяжелых депрессий в моей жизни — когда не ешь, не пьёшь, не выходишь из дома, ни с кем не разговариваешь, а только лежишь и барахтаешься в своем мрачном сознании или, если повезет, спишь. Я долго после неё приходила в себя, месяцев на 8-9 она меня подкосила, пришлось в очередной раз вернуться к родителям.

И вот спустя много лет после начала болезни, я дошла до врача. С тех пор исправно пью таблетки. Они помогают, но не так быстро и не так ощутимо, как мне хотелось бы. Я до сих пор проваливаюсь в депрессии, конечно, они теперь намного легче и короче и невероятно боюсь осени и ещё больше зимы, меня до сих пор вышвыривает в гипоманию и порой в смешанное состояние — недавно я месяц спала по 4 часа, у меня было много сил, но мерзейшее настроение. Я до сих пор не могу найти идеальную терапию, от большинства препаратов либо набираю вес, либо мучаюсь головными болями. Но это лучше. Намного лучше того, что было. У меня впервые за несколько лет есть работа, я чувствую твёрдую почву под ногами и снова живу отдельно от родителей.

Все началось чуть больше полугода назад. Я начал замечать, что со мной происходит какая-то фигня. Скачки настроения, я их замечал, но контролировать никак не мог. Я пошел к психотерапевту, который через 10 минут понял, что со мной происходит. Посоветовал свою коллегу психиатра. Я пошел к этой тетеньке, мы побеседовали и в конце беседы она поставила диагноз — Аффективное биполярное расстройство. У меня будто земля из под ног ушла. Мне стало страшно, потому что я знал, что это такое. Мне прописали курс таблеток(которые не особо-то помогали).

Но у меня были люди которые меня поддерживали, помогали. В общем я стал принимать таблетки и ходить к психотерапевту, одно время все было хорошо, но потом у меня окончательно поехала крыша, был резкий скачек из депрессивной стадии маниакальную и я начал творить полную ахинею. Я побрился на лысо, начал плохо обращаться со своей девушкой, начал бухать в перемешку с таблетками и в конечном итоге расстался со своей девушкой с который были вместе полтора года. Я думал мне свобода нужна, че я на нее время буду тратить, пошел дальше бухать и спать с другими девками, потом меня резко переклинило и я опять вошел в стадию депрессии. Начал осознавать что я не так делаю. Пытался вернуть девушку, но было поздно. Она не хотела ко мне возвращаться потому что ей было тупо страшно со мной. Тогда я пытался покончить жизнь самоубийством несколько раз. Начались дикие истерики, нестабильность в поведении. Крыша ехала по полной. Я не знал что мне делать и как жить. Начал во всем винить себя. В мою голову стали приходить наязчивые идеи. Мне было банально страшно находиться с самим собой, хотелось отделиться от себя.

Самое ужасное, что большинство людей которые спрашивали что со мной, что за болезнь такая — просто мне не верили и говорили, что я притворяюсь, что я только жалею себя, но никто не понимал, что это такое, когда твое настроение резко скачет и ты ничего с этим поделать не можешь и тебе тупо страшно.

Конечно, бывали моменты, когда становилось лучше, обычно состояние, не грустно и не весело, но это крайне редко.

Сейчас я все еще продолжаю пить таблетки, почти прошел курс лечения, но я понимаю, что они не помогают, но допить надо, потому что нельзя резко прекращать пить антидепрессанты. Один или два раза в неделю хожу к психотерапевту. Часто после сеанса с ним становится очень легко на душе и чувствую себя нормальным.

А теперь хочу обратиться к людям, которые думают, что БАР всего лишь глупости, самовнушение и люди с таким синдромом просто притворщики. Это дикий ад, когда ты не знаешь, что от себя ожидать, когда тебя переклинит, что с тобой будет через час. Твое состояние дико не стабильное. И не смейте, слышите? Не смейте говорить людям с БАР, что они притворщики и давят на жалость, если человек покончит из-за вас жизнь самоубийством, это будет исключительно на вашей совести. Так что дважды подумайте, что говорить стоит, а о чем следует промолчать.

Если кого-то интересуют какие нибудь еще подробности — пишите мне в личные сообщения вконтакте.

Биполярное мне диагностировали в 15 лет, но первый приступ был в 13, и потом вроде ремиссировала. Второй приступ случился в 14, но это был депрессивный период — депрессия, так депрессия, думала я. К слову, депрессивный синдром более развит, чем маниакальный. Мании случались 4 раза за историю болезни. Но, как говорится, тогда я шла в отрыв. Все как в тумане, помню, что в период мании довелось полежать в психушке, опыт не из лучших. Мне казалось, что все кошки сговорились, они посланы на землю для ее завоевания, они такие милые, чтобы их не заподозрили, и только я знаю как остановить их, и если я срочно не уничтожу их всех, то земле конец. Что было дальше говорить не хочется, как и вам слышать этого. Но в депрессивной фазе, после этого, для меня наступил ад. Животных я очень люблю, и то, что произошло заставило меня чуть ли не повеситься, в прямом смысле.

Мне 16, за период болезни потеряла всех друзей, соц.контакты, а про бурную молодость можно только помечтать. Уже не говорю про то, как чувствуют себя мои родители, ведь до этого я была относительно нормальным ребенком, а вот в период полового созревания получила «букет» психиатрических болезней. Вот так вот(

Ребята, я с вами. У моего отца БАР. Диагностировали еще до моего рождения, в 80-ых годах. Долгое время находился в ремиссии, а когда мне исполнилось 13, его накрыла депрессия. Чередование фаз продолжается уже почти 9 лет, когда началась маниакальная — никто из нас даже не подумал ничего плохого, мы решили, что лечение помогло и он снова стал собой — общительным, легким на подъем и невероятно трудолюбивым человеком. Только через месяц мы заподозрили неладное: он стал агрессивным, обвинял в том, что его никто не понимает, стал мало спать. Еще позже выяснилось, что он затеял новый бизнес и набрал кучу кредитов. После попытки объяснить ему, что не все в порядке и стоит сходить к врачу, он чуть не избил маму, после чего пришлось вызвать санитаров. Может быть, это было не самое правильное решение, так как он попал в ужаснейшее отделение к зэкам, маньякам и реально неадекватным людям. Его обкалывали галоперидолом, не пускали нас к нему, еле его оттуда вытащили, но было поздно. Неквалифицированная медицинская помощь до сих пор сказывается на его состоянии, из-за галоперидола он вошел в ту самую «смешанную фазу», в которой он испытывает жуткое чувство собственного ничтожества, бессилия вместе с желанием постоянно что-то делать. Он не может сосредоточиться, боится общаться с людьми. Эта болезнь сильно повлияла на его личность, и это меня расстраивает. Я не уверена, что в силах ему помочь, и к своему ужасу чувствую, что иногда просто не хочу ничего делать: не хочу к нему ехать, гулять с ним, разговаривать. Я чувствую за это вину и отвращение к себе, и в тоже время понимаю, почему это происходит со мной. Я очень хочу, чтобы мы все вместе смогли изменить ситуацию, чтобы ему не было так тяжело. Сейчас я ищу способы для того, чтобы он не чувствовал себя одиноким с этой проблемой, хочу, чтобы знал, что есть люди, которые научились справляться, имея такой диагноз.

В какой-то момент я перестала отделять себя от болезни, трудно сказать как мне живётся с БАР, ведь это часть меня. И иногда я склонна считать, что БАР большая часть меня. Я заболела подростком, когда характера как такого ещё не было. Была безысходность и постоянная физическая боль в каждой части тела. Никто не знал, что со мной. через почти 3 года обследований мне поставили диагноз. По поведению одни думали, что у меня переходный возраст задержался навсегда, другие, что я ненормальная, несдержанная, так или иначе за примерно 5 лет борьбы с болезнью я потеряла всех до последнего друзей и большую часть семьи. В мои 18 мой отец, болеющий БАР тоже, повесился и даже самая терпеливая часть семьи занесла нас в черный список людей ни на что не годных. Но я упорно продолжала верить во что-то, продолжала скрывать болезнь от новых знакомых, врать о госпитализациях, о попытках суицида и в принципе обо всем. Превратилась в человека о котором говорят «темная лошадка» и как следствие своими руками разрушила личную жизнь, потом суицид и смерть ребёнка. Пытаясь справится с этим и не проходящими болями я замкнулась, превратилась в отшельницу, переехала за 7000 км от дома, оборвала все контакты и как только набралась сил начала жить заново. Через время ко мне переехала мать, которая немного заботится обо мне, когда я не могу этого делать и посещает в ПНД. Отшельничество изменило меня внутри. Я приняла решение не скрывать и не врать больше, другие не виноваты, что встретили меня. Теперь я сразу говорю и работодателю и новым знакомым о своей болезни, особенностях своего поведения и здоровья. Я все так же страдаю от внутреннего эйблизма и каждый день сталкиваюсь с внешним пренебрежением, но я убежденна, что правда на пользу общему спокойствию. Мою жизнь можно назвать одним словом — режим. Свежий воздух, пп, отказ от всех вредных привычек. Я регулярна в лекарствах и постоянно пробую новые методы, поддерживаю общение с людьми БАР моего типа. За 13 лет болезни мне удалось чего-то достичь , хоть зыбкой, но почвы. А цена этого достижения? Я не завожу близких друзей, не делюсь чувствами со знакомыми, не завожу романтических отношений и не рожу ребёнка. Минимализированные потери со стороны окружающих. Если завтра я не выйду на связь, лишь пара человек заметят моё отсутствие. А кто заметит, сошлётся на болезнь.

То же самое, что и вышеописанное. С этим жить можно. Нужно только подстраиваться под своё самочувствие, а его под себя. Этакая золотая середина.
Очень много таблеток пила, где-то каждые полгода приходилось новые пить. Назначали психологов, но вместо них у меня родители, друзья, хобби. И всё замечательно, если есть поддержка и отдушина.

Я узнала о своем диагнозе очень поздно, а именно после последних 2,5 лет мучений и почти удачной попытки суицида. Отравилась сильным антидепрессантом, который был у друга. Очень страшно ощущение приближающейся смерти. Вдобавок к этому — сильнейший тремор, галлюцинации, дереализацию вообще не описать словами. В итоге 3 дня в коме, 2 месяца в психиатрической больнице. В больнице поставили диагноз биполярное аффективное расстройство смешанного типа с дисфорической (гневливой) манией. Для понимания, коротко, маниакальный и депрессивный эпизод протекают одновременно, при этом мания проявляется не в энергичности, а в агрессии и раздражительности. Депрессия имеет обычные симптомы тревожности, подавленности, уныния и тоски.

Предрасположенность досталась от родного отца, предположительно имевшего аналогичный диагноз (точно не выявлено, т.к. его попытка суицида была удачной и единственной. мне было тогда 2 года. и вообще в семье третье поколение суицидников). По этой причине я серьезно настроена на то, что не буду иметь детей, т.к. вероятность «плохой наследственности» составляет 50%. А я очень не хочу, чтобы еще кто-то (даже не важно родной или не родной) будет испытывать такие мучения.

Какими же были эти 2,5 года болезни? Начну с того, что я начала заливать все страдания алкоголем. Я пила всегда одна, часто даже вне дома, шатаясь на улице. Постоянные слезливые истерики, крики, драки (я могла наброситься с кулаками на молодого человека), убегания из дома (днем и ночью, летом и зимой , одетая и раздетая, близко и далеко — было все), паранойя о своем статусе в глазах других людей и полное от них отчуждение, ночные кошмары и конечно же постоянная мысль о суициде. Из физических изменений — это заметная потеря веса и оооочень быстрая утомляемость.

А сейчас самое удивительное. На все се мои призывы родных и близких помочь мне, я слышала: «Всем тяжело, но все справляются». Конечно же, произошедшее ввергло всех в шоковое состояние, особенно мой вид после реанимации. Неоднократные лекции врачей, о том как сложно добиться устойчивой ремиссии в моем запущенном состоянии помогли родным понять, насколько серьезно мое заболевание.

Сейчас я могу нормально существовать благодаря высокой дозе нормотимика, нейролептика и антидепрессанта. Пожизненный запрет на алкоголь, не только из-за таблеток, но и склонности к алкоголизму. И каждый раз, когда накатывает тоска, тут же я испытываю ужас от мысли, что весь этот кошмар может вернуться.

Не очень живётся. Всё вышеперечисленное + навязчивая идея заставить кого-нибудь из моих лучших друзей убить меня. Они от этого в шоке, но они сразу поняли, что я человек с некоторыми странностями, и поэтому относятся ко мне лояльно и стараются вытянуть из этого болота. Только благодаря их поддержке мои периоды сумасшествия довольно коротки и протекают почти без физического ущерба для себя. Другое дело, что иногда я внушаю себе совершенно бредовые мысли — что я умираю от рака, но врачи от меня это скрывают, потому что они все злые — эта мысль в моменты здравомыслия кажется мне забавной.

Единственная польза от этого в том, что в моменты депрессии я закрываюсь дома, и занимаюсь математикой, чтобы не думать о том, как бы себя убить. Такие периоды в научном плане для меня вполне плодотворны. А минус в том, что мешает учёбе в ВУЗе и работе.

Это действительно страшно. Я не знаю, как у других, а сейчас могу поехать в Исландию на оставшиеся копейки. Или вскрыть вены после недельных рыданий и депрессии. От частых перепадов окружающие люди считают странной. Друзей практически нет, ибо тяжело общаться с человеком, который сегодня собрался поступать в МГУ, а через несколько дней уходит в себя и двух слов связать не может. Я их не осуждаю. По поводу родственников сказать нечего, так как осталась без попечения родителей. Им такого счастья не надо. А вот «гениальные» идеи приходят часто. Кто я?От родственницы потерянной Анастасии Романовой до потомственной ведьмы. Извиняться перед людьми и объяснять, что я не долбонутая, а это БАР тяжело. Поэтому лучше держаться подальше. Я понятия не не имею всегда ли это было. Большинство воспоминаний исчезает.

Мои БАР университеты: БАР второго типа, дебют весной 2000-го, светлый промежуток до 2007, резкое ухудшение с 2010, подтвержденный диагноз осенью 2015-го, ремиссия с лета 2016-го по настоящее время. Наблюдения через призму опыта и исследовательского рвения по вопросу (очень сильно хотелось выздороветь):

1. Медики часто путают БАР с депрессиями, т.к. не видят гипоманию, а для носителя она уж что что, но только не патология. Итого, до постановки корректного диагноза проходит 7-10 лет от первого обращения (статистика по Западной Европе, где mental health менее табуированная тема). Мне не подтвердили (само)диагноз в 2010 году, что усыпило мою бдительность на N лет. От назначенных антидепрессантов происходит раскачивание качелей, болезнь начинает набирать амплитуду: и депрессии и (гипо)мании тяжелеют.

Если интуиция подсказывает, что у вас БАР, или вы прочитали автора с БАР и чувствуете что-то похожее, или.. Не слушайте первого врача (они тоже люди и могут ошибаться), идите ко второму, третьему, пятому. А лучше — найдите НИИ в пределах досягаемости, где изучают БАР и идите туда сдаваться с поличным.

2. Еще сложнее, чем диагностировать — принять факт, что БАР болезнь и ее необходимо лечить. Среди соратников по БАР во время двух курсов лечения в НИИ, участников многочисленных форумов и групп поддержки встречала один и тот же лейтмотив: когда уже можно перестать пить таблетки, это убивает мою индивидуальность, без БАР я ничего выдающегося из себя не представляю..

Далеко ходить не надо — британский инфант террибль Стивен Фрай гордо несет знамя принципиально не лечащегося обладателя БАР. Цитату не приведу, но смысл примерно — это питает мою творческую натуру и т.п. Я Фрая не читала, но за данную пропаганду осуждаю! 🙂 Ничего хорошего от нелечения тяжелого хронического заболевания в 20-30% приводящему к преждевременной смерти (увы, это так) нет и быть не может.

Даже если вы найдете тысячи способов романтизации БАР: в товарищах по диагнозу, в одаренных БАР персонажах, оставивших след в истории, в ощущении пробуждения в фазе подъема и страхе потерять его навсегда.. Ваши друзья и родственники будут говорить, что все это ерунда, вы сами себе все придумали, а мозгоправам лишь бы кого упечь 🙂

Попытайтесь добровольно-осознанно принять БАР, как опасный для вашей жизни фактор. Как — не знаю. Лично мне сие не удалось и потребовалось дважды очутиться в шаге от смерти, чтобы, наконец, дошло.

3. Пройдя через терни первых двух пунктов мы имеем факт — БАР высоко курабельное заболевание (легко излечимое)и не оставляющее деформаций. Даже если последние N лет вас выбивало из неадеквата в неадекват и жизнь ваша превратилась в груду обломков кораблекрушения — ваша личность, таланты, способности, ясность ума остались в целости и сохранности. Этим отличается БАР от большинства других заболеваний психики. Если вас корректно диагностировали и вы осознали всю серьезность ситуации — шансы на ваше выздоровление (стойкую ремиссию т.к. болезнь эндогенная и генетически обусловленная избавиться от нее нельзя) близки к 146%.

Нежелание поддерживать терапию после выписки, как я заметила, часто связано с неподходящей фармой и ее неприятными побочными. Мне самой подошла только третья итерация препаратов, сейчас принимаю один нормотимик (не психотроп) ламотриджин. Фармой дело не заканчивается, нужно поддерживать упорядоченный образ жизни (что не очень то привычно для БАР публики): омега-3 питание (плюс животные жиры) без инсулиновых скачков (минус углеводы), воздерживаться от ПАВ (алкоголь в меру можно), объявить войну источникам хронического стресса (от телевидения и приятелей средней приятности до офисных междоусобиц) ну и «о душе думать» 🙂

А оптимизм, жизнелюбие, коммуникабельность, креативность — все за что мы так любим БАР в его светлой фазе, никуда не пропадает, даже наоборот, пускает крепкие корни на стабильной почве. Все остается на месте и даже лучше прежнего, но без адовых качелей.

thequestion.ru