Экономическая политика рузвельта в годы великой депрессии

«Новый курс» Ф.Рузвельта

«Новый курс» Ф.Рузвельта

Разработки институционализма легли в основу программы Ф.Рузвельта (1882-1945 гг.), в разгар «великой депрессии» в 1932 г. одержавшего победу на выборах. К этому времени экономическое положение было чрезвычайным, требовались кардинальные меры по выходу страны из кризиса. Огромные объемы нереализованной продукции, крах банковской системы, безработица опровергали тезисы о способности рынка к саморегуляции.

Программа Ф.Рузвельта получила название «Новый курс». Ее принципиальное отличие от предшествующих антикризисных мер было в том, что она базировалась на активном участии государства в экономике.

Основные направления «Нового курса» были таковы:

  • Оздоровление банковской и финансовой систем. В марте 1933 г. были закрыты все банки, что позволило прекратить обмен банкнот на золото. В этот период была проведена девальвация доллара, что уменьшило задолженность предпринимателей правительству и усилило экспортные возможности страны.
  • В ходе реформы около 40% старых банков было ликвидировано. Действующим банкам был предоставлен кредит, активизировавший их деятельность. Кроме того, государство ввело страхование вкладов, что способствовало повышению устойчивости банков, снизило волну финансовых спекуляций.

    1. Восстановление промышленности. В июне 1933 г. был принят закон о восстановлении национальной промышленности. Предпринимателям всех отраслей предлагалось добровольно объединяться в союзы, принимать «кодексы честной конкуренции». В соответствии с разработанными правилами предприятия, входящие в одну отрасль, должны были строго соблюдать установленные объемы производства, оплату труда, продолжительность рабочей недели. Вся промышленность была разделена на 17 групп, в каждой группе между предприятиями распределялись рынки сбыта. Действием кодексов было охвачено 99% промышленности и торговли. Кроме того, осуществлялась фиксация цен – устанавливался уровень цен на товары, ниже которого они опускаться не могли.
    2. Организация общественных работ. Целью реализации этого направления было создание новых рабочих мест и устранение безработицы. Рабочие места создавались в сфере муниципального хозяйства, строительства дорог, мостов, аэропортов и т.п. Всего на общественных работах к началу 1934 г. было занято 5 млн. человек, получавших бесплатное питание, жилье и по 1 доллару в день в качестве оплаты. Источником финансирования организации и проведения общественных работ явились предусмотренные законом о восстановлении промышленности специальные налоги, взимаемые с промышленных и торговых предприятий.
    3. Восстановление сельского хозяйства. Весной 1933 г. был принят закон о регулировании сельского хозяйства. Для преодоления кризиса перепроизводства государство скупало земли у фермеров и оставляло их неиспользованными; выплачивало премии за сокращение поголовья скота, посевов; предоставляло фермерам кредиты.
    4. Совершенствование социальных отношений. В
      1935 г. был принят закон о трудовых отношениях, вошедший в историю как закон Вагнера (по имени его автора – сенатора Р.Вагнера). В соответствии с ним рабочим разрешалось создавать профсоюзы, а администрации – запрещалось вмешиваться во внутренние дела профсоюзных организаций. Годом позже был принят закон о социальном обеспечении, согласно которому вводилась пенсия по старости (с 65 лет) и пособия по безработице. Спустя два года был принят закон, регламентирующий продолжительность рабочей недели, запрещавший детский труд и определявший пределы максимальной и минимальной оплаты труда на предприятиях федерального уровня.

    Реализация «Нового курса» Ф.Рузвельта позволила остановить падение экономики и начать ее медленное восстановление. Государство, используя административные методы регулирования, осуществляло вариант «социального контроля» над экономикой, контроля над бизнесом в общественных интересах. Не случайно Митчелл стал одним из организаторов Комитета национальных ресурсов США, предполагая превратить его в центральный орган государственного регулирования экономики; Коммонс активно сотрудничал с Американской федерацией труда и администрацией президента, разрабатывая пакет социальных законов, а близкие к институционалистам А.Берль и Р.Тагвелл вошли в «мозговой трест» президента Ф.Рузвельта, воплощая на практике идею административного капитализма, упорядочения конкурентной борьбы, поддержания социального мира на основе «коллективных договоров», формирования крупных корпораций, способных в условиях кризиса смягчать остроту депрессии и придавать устойчивость экономике.

    www.istoriya.org

    Экономическая политика рузвельта в годы великой депрессии

    &nbspЭкономическая политика / Новый курс

    Уроки Великой депрессии

    Новый экономический курс. То, о чем еще несколько недель назад говорилось шепотом, теперь стало очевидным фактом. В своем телеобращении в минувшую среду президент России произнес заветные слова: экономическая политика будет меняться. Вот только как?

    Обеспечив победу на президентских выборах Борису Ельцину, лучшие умы России постепенно начинают втягиваться в выработку долгосрочной стратегии экономического развития. Как можно догадаться, центром полемики является вопрос о роли государства. И влиятельные круги бизнеса, и региональное руководство навязывают правительству аналогию с Великой депрессией 1929-1933 годов в США. Эта аналогия усиливается еще и событийным рядом: «черный понедельник» и «черный вторник», банковские кризисы, вызванные депрессией меры по страхованию банковских вкладов, создание влиятельных инструментов контроля за фондовым рынком. Если уж России Ельцина суждено пойти путем Америки Рузвельта, то было бы нелишне посмотреть, какие уроки из событий шестидесятилетней давности могут извлечь российские власти.

    Урок первый
    За четыре года, с 1929 по 1933 год, реальный валовой национальный продукт США сократился на 30%. За чуть больший срок ВНП России упал почти вдвое. Главной причиной спада в США был жесточайший инвестиционный кризис, в ходе которого к 1933 году инвестиции упали почти до нуля. Поскольку в России кризис и спад в значительной степени носили структурный характер, обнуления инвестиционной активности здесь все же не произошло. Как-никак в ряде отраслей конъюнктура оставалась весьма благоприятной — нефтедобыча начала 90-х, строительство, металлургия и т. д.
    Говоря о страшном инвестиционном кризисе, поразившем тогда США, многие упускают из виду, что и в годы кризиса, и в годы депрессии в Америке тоже была одна отрасль, которой в сравнении с остальными кризис нанес значительно меньший урон, — автомобилестроение. Вместе с сопутствующими производствами оно представляло собой островок относительного благополучия. Однако чрезмерное развитие автомобилестроения не только не вывело экономику из кризиса, но, как убедительно доказывают исследования американских экономистов, нанесло ей косвенный ущерб: отрасль стала магнитом, притягивающим имевшиеся в наличии скудные свободные капиталы. Позднее этот эффект был подробно описан: оказывается, быстрое развитие одной-двух отраслей приводит к относительному подавлению всех других. Отсюда и первый урок, который можно извлечь из опыта Великой депрессии: представление о том, что какая-либо отрасль или группа отраслей могут вывести из кризисно-депрессивного состояния диверсифицированную экономику с емким внутренним рынком, ошибочно. Вне зависимости от того, господствует ли в отрасли частный капитал или государственный. Ставка на лидера оказывается битой.

    Урок второй
    Наиболее эффективными составляющими политики Рузвельта стали, во-первых, резкое усиление государственного контроля над финансовыми рынками и отказ от «золотых сертификатов» (иными словами, обеспеченных золотым запасом Государственного казначейства США бумажных денег), а во-вторых, увеличение государственного спроса. Символом этой политики стали общественные работы, и в частности строительство дорог. Увеличение спроса со стороны государства, усилив нагрузку на госбюджет, дало в то же время необходимый толчок экономике. Национальный продукт в 1937 году достиг докризисного уровня. Важно, однако, то, что как в Америке 30-х, так и в нынешней России рост государственного потребления в значительной степени происходил за счет военных заказов. Именно поэтому главной силой, ратующей за рост госзаказа в российской экономике, всегда были представители оборонных производств. Судя по телеобращению Бориса Ельцина, он не остался глух к их требованиям, пообещав предприятиям новые заказы.
    Успех рузвельтовской администрации с первых же шагов дал столь богатый материал гуру тогдашних экономистов Джону Мейнарду Кейнсу, что он подарил миру в 1936 году фундаментальный труд «Общая теория занятости, процента и денег». В нем, обращаясь к правительствам, он советует активно применять антикризисные меры фискальной политики: увеличивать трансфертные платежи, повышать расходы на оборону, развивать инфраструктуру и т. д.
    Отсюда второй урок: массированное наращивание государственных закупок даже в принципе ненужной продукции и создание рабочих мест усилиями государства способно вывести экономику из коллапса и косвенно стимулировать негосударственные инвестиции в реальный сектор. Правда, при этом следует иметь в виду, что Рузвельту потребовалось шесть лет, чтобы разогреть экономику до нужной температуры.

    Урок третий
    Но на выполнение второго урока у российского правительства просто нет денег. Уязвимость кейнсианской модели выхода из кризиса, за которую выступают многие российские промышленники и экономисты, состоит в том, что она своей предпосылкой имеет рост налогообложения. В США 30-х годов для этого имелся огромный потенциал, поскольку налоги по сравнению с нынешними временами были смехотворно низки. В России же принципиально иная ситуация — совокупный налоговый пресс столь велик, что попытка честно платить все налоги и сборы выводит российские предприятия за грань конкурентоспособности. К тому же итоги первого полугодия свидетельствуют о печальной тенденции — собираемость налогов не превышает 60%. Из этой ситуации российское правительство может самостоятельно выйти только двумя путями: либо предприняв усилия по повышению собираемости налогов (что мы сейчас и наблюдаем), либо пойдя на дополнительную денежную эмиссию (этого также не удавалось избежать в минувшие месяцы). При этом ЦБ будет пытаться ужесточить резервные требования, о чем он уже заявил.
    Отсюда третий урок: увеличение государственного спроса будет происходить в России в отличие от США времен Рузвельта в условиях ужесточения налогового режима, подавления кредитной активности банковского сектора и на инфляционной основе. В ситуации, когда, по эмоциональному заявлению пережившего финансовую проверку руководителя одной московской фирмы, «действия налоговой полиции объективно способствуют подрыву национального производства», такой путь выхода из кризиса может оказаться далеким от эффективного.

    Урок четвертый
    А собственно, почему все должно упираться только в государственные заказы, государственный спрос, государственное стимулирование и т. д., и т. п.? Этим вопросом через тридцать лет после появления «экономической Библии» Джона Кейнса задались скептики из конкурирующей экономической школы монетаристов. Острый на язык Милтон Фридман, экономический гуру 70-х, возмутился тем, с каким пренебрежением последователи Кейнса относились к деньгам. Из опыта Великой депрессии они делали весьма странный вывод, что «деньги не имеют значения».
    Имеют! И еще какое! — доказывал Фридман. Как ни удивительно, более новые исследования показали: кризис 1929 года мог быть успешно преодолен, а Великой депрессии вообще могло бы не быть, поведи себя в тот момент правильно Федеральная резервная система. Именно ее бездействие и привело к тому, что сжатие денежной массы превратило небольшой спад в национальную катастрофу. Согласно монетаристской точке зрения, в 1930 году финансовые власти США должны были активно поддержать банковские резервы. В применении к нынешней России это означало бы не ужесточение резервных требований, а их смягчение и не навязывание банковскому сектору государственных ценных бумаг, а их выкуп с целью поддержания банковской ликвидности. Деньги на это государству даст продажа ценных бумаг на зарубежных фондовых рынках, активизация которой предусмотрена в бюджетном послании Бориса Ельцина на 1997 год. Вообще же государство должно найти меры по стимулированию притока сбережений населения в банки и ссудно-сберегательные учреждения.
    Разумеется, наибольший эффект все это может дать только в том случае, если повысится привлекательность инвестирования в производство. Как ее повысить простейшим путем, не составляет секрета — надо просто снизить налоги. Собственно, так поступил в 1981 году другой известнейший американский президент — Рональд Рейган. Он снизил предельные налоговые ставки на личный доход с 70 до 50% и сократил налогообложение прироста рыночной стоимости капитала. Может быть, именно поэтому структурный кризис 70-х и кризис рубежа 80-х завершился в Америке уверенным подъемом в следующем десятилетии, а не новой Великой депрессией.
    Последний урок, таким образом, сводится к тому, что, быть может, существовал гораздо менее болезненный и более быстрый путь выхода из кризиса, чем тот, что избрали администрации американских президентов в суровое десятилетие 1929-1939 годов. Поэтому считать, что рузвельтовский «новый курс» спас одну страну и полное следование ему может спасти другую, с исторической точки зрения не совсем верно.

    Экзамен
    О том, что на самом деле изменит в экономической политике российское руководство, официально будет объявлено, судя по всему, 10 августа. На следующий день после повторной инаугурации Бориса Ельцина заседание правительства под его председательством заслушает доклад о социально-экономическом положении страны, в котором премьер и обрисует свое видение перспектив экономического курса. Оставшийся до этого месяц будет, как очевидно уже сейчас, наполнен не только научными сварами и аппаратными склоками. Предстоит и осмысление тех уроков, которые преподает нам экономическая история. Великая депрессия 30-х годов — лишь один из них.

    1. Рузвельту потребовалось почти шесть лет, чтобы разогреть экономику США до нужной температуры
    2. «Новый курс» Рузвельта не единственный путь, который может вывести Россию из кризиса

    www.kommersant.ru

    Введение
    1. США в годы экономического кризиса 1929-1933 гг.
    2. Новый курс Ф. Рузвельта и его экономическая сущность
    Использованная литература

    Концентрация производства и капитала в конце 30-х годов характеризовалась тем, что на крупных предприятиях (с производством продукции на миллион долларов и более), составлявших 5,2 % общего количества американских предприятий, было сосредоточено 55 % всех занятых рабочих и производилось 67,5 % валовой продукции промышленности. Гигантские концерны, составлявшие не более одной тысячной от общего числа американских корпораций, владели почти половиной всех их активов.
    В конце 30-х годов 1 % собственников владел 59 % национального богатства страны, в то же время 87 % — подавляющая часть населения страны — владела лишь 8% национального богатства
    Внешняя политика правительства Ф. Рузвельта отличалась большей гибкостью по сравнению с предшествующим периодом и была направлена на смягчение экономических и политических -трудностей, переживаемых США.
    В отношениях с латиноамериканскими странами была провозглашена так называемая политика «доброго соседа”.
    С начала 30-х годов США испытывали все большую конкуренцию на мировых рынках со стороны возродившейся Германии, Японии и Италии, что приводило к обострению противоречий между ними.

    2.США в годы экономического кризиса в 1929-1933 гг.

    Стабилизация экономики в США до октября 1929 г. носила временный характер. В октябре 1929 г. на американскую экономику обрушился глубокий экономический кризис, по масштабам не имевший себе равных в истории.
    Началом кризиса послужило внезапное беспрецедентное всеобщее падение курса акций, возникла биржевая паника, переросшая в дальнейшем в длительную полосу всестороннего экономического хаоса.
    Биржевая паника лишь внешне отражала наступление экономического кризиса, она сама была следствием нарушения процесса воспроизводства, вызвавшего обострение проблемы реализации и массовое относительное перепроизводство товаров. В силу трудностей сбыта и невозможности получить где-либо кредиты по всей стране прокатилась волна банкротств. Согласно официальной статистике, за годы кризиса потерпели крах более 110 тыс. торговых и промышленных фирм, 19 крупных железнодорожных компаний, разорилось свыше 5760 банков, а вместе с ними и миллионы вкладчиков.
    Падение производства в США оказалось большим, чем в других странах. Общий уровень промышленного производства в 1933 г. упал по сравнению с 1929 г. на 46%, a производственные мощности оказались загружены всего на одну треть. Промышленность страны была отброшена белее, чем на 20 лет назад, к уровню 1911 г.
    Ввиду того, что кризис был мировым и охватил все страны без исключения, резко нарушились сложившиеся внешнеэкономические связи. Обороты внешней торговли США снизились 53 1929-1933 гг. В
    3,1 раза.
    Начавшись в промышленности и кредитной системе , кризис охватил все другие отрасли хозяйства — строительство, транспорт, торговлю. Под влиянием резкого сокращения спроса на сельскохозяйственную продукцию начался сильнейший аграрный кризис. К 1934 г. сбор пшеницы упал на 36%, кукурузы—на 45%. Катастрофически сокращались посевные площади. Резко упали цены: на пшеницу и кукурузу—в 2,7 раза, на хлопок—более чем в 3 раза. На рисунке 1 показано относительное падение цен и производства в 10 отраслях промышленности с 1929 по 1933 г.
    Неизбежным следствием циклического развития явилось резкое ухудшение положения рабочих и фермеров. За годы кризиса реальная заработная плата рабочих — уменьшилась на 60%. Общее число безработных в 1933 г. достигло 17 млн. человек, что составляло четвертую
    часть всей рабочей силы в стране. Валовой доход фермеров сократился более чем вдвое. Вследствие невозможности выплатить возникшие долги разорилось свыше 1 млн. фермеров (считая членов семей), лишившихся собственности на землю. Десятки тысяч обездоленных фермеров бежали в города в поисках средств к существованию, пополняя ряды армии безработных.
    Положение безработных было отчаянным. Не получая никакой помощи от государства, при отсутствии какого-либо социального страхования, безработные вынуждены были нищенствовать и голодать. Выселенные за неплатеж из своих квартир, они селились на окраинах городов, где возникали выстроенные из ящиков и строительных отходов так называемые «бидонвилли» («поселки президента Гувера»).
    Кризис 1929-1933 гг. внешне проявлялся в перепроизводстве продукции- в чрезмерном количестве товаров, поступавших на рынок. Изобилие было лишь кажущимся. Перепроизводство возникло не в результате обеспечения потребностей, а вследствие низкой покупательной способности населения. Склады ломились от обилия нереализованных продуктов. В своих попытках сдержать падение цен и сократить товарные запасы -сжигали пшеницу, выливали цистерны с молоком.
    От кризиса пострадали главным образом мелкие и средние фирмы. Что же касается монополий, то они смогли выстоять и справиться с возникшими затруднениями. Обладая крупными капиталами и резервами, корпорации сокращали производство, приспосабливались к рынку, тормозили падение цен. При этом, воспользовавшись положением своих конкурентов, они сумели их поглотить и выйти к концу кризиса с еще более расширившимися возможностями.
    Складывалась ситуация, когда за год потребляется больше капитала, чем производится. В этих условиях, чистые инвестиции имеют знак минус, а в экономике происходит сокращение инвестиций. В США имелось больше производственных мощностей, чем она использовала в текущем производстве. Амортизация превышала валовые инвестиции и к концу года объем капитала становился меньше, чем он был в начале года. В 1933 г. валовые составляли всего 1,6 млрд. долларов, в то время как капитал, потребленный в течение года- 7,6 млрд. дол. Таким образом, чистое сокращение инвестиций, составило 6 млрд. дол.
    Валовых инвестиций недостаточно, чтобы возместить капитал, потребленный в годовом производстве.

    Мировые масштабы кризиса не позволяли маневрировать одним странам за счет других.
    3. «Новый курс” Ф. Рузвельта и его экономическая сущность

    Потрясенная произошедшей экономической катастрофой, экономисты лихорадочно пыталась выяснить причины кризиса, найти пути выхода из него и средства для предотвращения его повторения.
    Разрабатывались различные теории «оздоровления” экономики. Одной из наиболее распространенных среди них явилась — идея ограничить стихию свободной конкуренции путем государственного регулирования экономики. Подобные экономические взгляды формировались в значительной степени под воздействием теоретических идеи Дж. Кейса, видевшего пути укрепления экономики государства в активном вмешательстве государства в хозяйственную жизнь при сохранении частной собственности на средства производства. Основанные на этой теории попытки государственного вмешательства в хозяйственную жизнь США связаны с именем президента Ф. Рузвельта.
    На президентских выборах в ноябре 1932 г. Ф. Рузвельт одержал победу благодаря своим обещаниям вывести страну из кризиса и провести в целях оздоровления экономики «новый курс”. Рузвельт ни в коей мере не собирался преобразовать экономический строй США и изменить систему экономических отношений. Наоборот, вся его деятельность была направлена на восстановление и укрепление этой системы. В то же время, будучи гибким и трезвым политиком, Ф. Рузвельт был вынужден пойти на некоторые уступки, проводил социально-экономические реформы в надежде избавиться от угрозы нового кризиса, осуществил важные мероприятия в области внешней политики. Поэтому «новый курс” Ф. Рузвельта, поддерживала основная масса рабочих, фермеров и мелких компаний, и это свидетельствовало о его известной прогрессивности. Однако нельзя не учитывать, что власть монополий в стране нисколько не была ущемлена, они еще более расширили свое господство в экономической и политической жизни и увеличили получаемые прибыли.
    Вся беда современного капитализма, по мнению Ф.Рузвельта, состояла в перепроизводстве товарной продукции. Однако причину перепроизводства он видел в расстройстве сферы обращения. В связи с этим Ф. Рузвельт при осуществлении политики «нового курса” обращал особое внимание на область кредита и торговли.
    В системе «нового курса” главными мероприятиями являлись: оказание поддержки пошатнувшейся финансово-банковской системе и гибнущим промышленным и торговым предприятиям при помощи крупных займов и субсидий, стимулирование частных капиталовложений, а также попытки поднять резко упавшие цены путем девальвации доллара и усиления инфляционных тенденций.
    Для регулирования экономики были приняты «Закон о восстановлении национальной промышленности” (НИРА) и «Закон о регулировании сельского хозяйства” (ААА). В соответствии с этими законами было осуществлено принудительное картелирование промышленных предприятий и государственное регулирование уровня промышленного производства в целях его сокращения. Вся промышленность США была разделена на 17 групп, в каждой из которых были введены так называемые «кодексы честной конкуренции”, которые определяли единую политику цен, фиксировали размеры производства для каждого предприятия, распределяли рынки сбыта между участниками и устанавливали уровень заработной платы рабочих.

    В области сельского хозяйства «новый курс” состоял в попытках остановить процесс разорения фермеров, и поднять цены на сельскохозяйственную продукцию путем сокращения производства и уменьшения посевных площадей, за что фермерам выплачивались премии. Аграрная политика Ф. Рузвельта была на руку крупным фермам, которые могли сравнительно безболезненно сократить часть своих посевных площадей. Эти фермы, пользуясь правительственными субсидиями, в большом количестве приобретали сельскохозяйственные машины и химические удобрения, что повышало производительность труда и урожайность, и позволяло сохранить размеры производства на прежнем уровне. Благодаря этому процесс концентрации земельной собственности усилился, о чем свидетельствовало сосредоточение к 1940 г. в руках 1,6% общего числа ферм 34 % сельскохозяйственных площадей. В то же время 38% ферм использовало менее 5 % этих площадей, и эту группу ферм правительственная помощь, как правило, обходила.
    «Новый курс” предусматривал также ряд социальных мероприятий, направленных, прежде всего на сокращение безработицы. Была принята программа общественных работ (строительство автострад, аэродромов, мостов и т.д.) с привлечением безработных. Была введена система выдачи минимальных пособий бедствующим безработным.
    В июне 1935 г. был принят закон Вагнера «О трудовых отношениях”, который запрещал преследование рабочих за создание профсоюзов и участие в стачках и подтверждал право рабочих заключать с предпринимателями коллективные договора. Для урегулирования споров между рабочими и предпринимателями вводился принудительный арбитраж.
    Экономическая политика Ф.Рузвельта оценивается весьма противоречиво. Сторонники свободной конкуренции ее безудержно ругают за нарушение старых принципов свободного предпринимательства. Защитники идеи регулируемого капитализма столь же безоговорочно ее хвалят и критикуют лишь недостаточно решительные действия в этом направлении. В годы президентства Ф. Рузвельта федеральное правительство впервые в условиях мирного времени стало играть в экономике значительную роль. Ограниченность проведенных в соответствии с «новым курсом” мероприятий не позволила добиться сколько-нибудь ощутимого хозяйственного подъема США. Что же касается введения планового хозяйства, о чем нередко говорил Ф. Рузвельт, то реально речь могла идти лишь о некоторых ограниченных регулирующих мероприятиях. Мероприятия «нового курса” были в дальнейшем постепенно отменены.
    Вырвавшись из тисков экономического кризиса 1929— 1933 гг., американская экономика сумела к 1937 г. вновь достигнуть уровня 1929 г., понизить долю безработных в рабочей силе, увеличить реальный валовой национальный продукт.
    Национальный доход и другие статистические показатели отображены в таблице 1. (данные округлены).

    Экономическая политика Ф. Рузвельта не смогла спасти страну от очередного экономического кризиса, наступившего в 1937 г. и вновь поразившего экономику США сильнее других стран. За два года уровень промышленного производства в США упал на 21 %. Кризис 1937—1938 гг. вновь отбросил американскую экономику на полтора десятка лет назад.

    1. Экономикс: Макконнелл К.Р., Брю С.Л., М., Республика, 1992 г.
    2. Экономическая история: Учебное пособие/ В.Г. Сарычев, А.А. Успенский, В.Т. Чунтулов- М., Высшая школа, 1985 г.

    alfa2omega.ru

    Экономическая политика Ф.Д. Рузвельта

    Великая депрессия в США. Первые проявления кризиса. Политика президента Герберта Гувера и его республиканского кабинета. «Новый курс» Рузвельта. Приход Ф.Д. Рузвельта к власти. Борьба нового правительства с кризисом.

    Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

    Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

    на тему: Экономическая политика Ф.Д. Рузвельта

    по дисциплине «Экономическая история»

    Перечень сокращений и условных обозначений. . 3

    1 Великая депрессия в США. 5

    1.1 Первые проявления кризиса. 5

    1.2 Политика президента Герберта Гувера и его республиканского кабинета. 7

    2 «Новый курс» Рузвельта. 11

    2.1 Приход Ф.Д. Рузвельта к власти. 11

    2.2 Борьба нового правительства с кризисом. 12

    Список использованной литературы. 17

    Первые удары кризиса разразились 24 октября 1929 г., когда в США началась беспрецедентная биржевая паника. В тот день на нью-йоркской бирже было продано 12,8 млн. акций, т.е. в 1,5 раза больше, чем когда-либо ранее. Через несколько дней, 29 октября, был достигнут новый пик спекулятивного ажиотажа, когда из рук в руки перешли 16,4 млн. акций. Курс ценных бумаг на нью-йорской бирже стремительно покатился вниз. Открывалась новая страница в истории Европы.

    По своему характеру и происхождению в целом мировой экономический кризис начала 30-х гг. был циклическим кризисом перепроизводства. Однако его исключительная разрушительная сила объяснялась тем, что к действию традиционного механизма циклического развития капиталистического хозяйства присоединились новые факторы долговременного характера, отражавшие глубокие сдвиги в капиталистическом способе производства на стадии империализма. Главным из них был общий кризис капитализма, начавшийся в годы первой мировой войны.

    Война нанесла большой урон капиталистической экономике. Ускорив развитие одних отраслей промышленности и затормозив развитие других, она деформировала сложившуюся хозяйственную структуру капиталистических стран. В годы войны оказались нарушенными мирохозяйственные связи, существенной перестройке подверглись торговые и финансовые отношения капиталистического мира.

    Ускоренное первой мировой войной развитие государственно-монополистического капитализма повлекло за собой быстрый рост концентрации производства и капитала. На этой основе произошло новое громадное усиление позиций монополий и их роли в хозяйственной жизни, что обусловило невозможность восстановления в полном объеме довоенных экономических отношений даже после ликвидации военного механизма государственного регулирования экономики. В обстановке кризиса начала 30-х гг. вполне проявились как отрицательные последствия анархии нерегулируемого капитализма, так и результата засилья монополий в экономике.

    Таким образом, уникальность мирового экономического кризиса 1929 — 1933 гг. вследствие действия всех вышеперечисленных факторов была выражена в редком сочетании ряда черт: 1) его необычайной глубины, 2) его продолжительности и 3) всеобщего характера.

    Продолжительность кризиса была невиданной. Возникнув осенью 1929 г., он достиг пика своего развития лишь к середине 1932 г., но и после этого потребовалось два — три года, а в отдельных странах — и более продолжительный срок для возврата к докризисному уровню.

    1 ВЕЛИКАЯ ДЕПРЕССИЯ В США

    1.1 Первые проявления кризиса

    Биржевой крах 1929 г. был одним из первых внешних проявлений глубочайших кризисных процессов, происходивших в экономике капиталистического мира. Он вызвал огромные потрясения во всей хозяйственной жизни страны. Гигантская разрушительная сила экономического кризиса проявилась прежде всего в падении промышленного производства.

    По сравнению с докризисным уровнем 1929 г. общий объем продукции американской промышленности упал в 1930 г. до 80,7%, в 1931 до 68,1% и в 1932 до 53,8%. Период с лета 1932 г. до весны 1933 г. стал периодом наибольшего углубления кризиса. И только весной 1933 г. уровень промышленного производства США начал медленно расти, знаменуя собой начало перехода экономики из кризиса в длительную депрессию.

    Самое сильное падение выпуска продукции в годы экономического кризиса имело место в отраслях тяжелой промышленности. Это объяснялось прежде всего тем, что позиции монополий были там особенно прочными и сокращение производства в их руках явилось основным средством не допустить чрезмерного падения цен и поднять на высокий уровень свои прибыли. В результате добыча угля сократилась за 1929 — 1932 гг. с 543 млн. до 321 млн. т, или на 42%, а выплавка стали упала за эти годы с 61,7 млн. до 15,1 млн. т, т.е. более чем в 4 раза История США. Т.3, 1918 — 1945 / Под ред. Севостьянова. С. 152. . Летом 1932 г. сталелитейная промышленность была отброшена к уровню 1901 г., а выплавка чугуна упала даже до отметки 1896. Из 285 доменных печей, числившихся тогда в стране, действовали всего 46 Там же. .

    Широчайшие размеры приобрели в годы кризиса разорение и банкротство промышленных, торговых и финансовых предприятий и фирм. По официальным данным, в 1929 — 1933 г. произошло около 130 тыс. коммерческих банкротств Там же. . Кризис с огромной силой ударил и по банковской системе страны. За 4 года кризиса прекратили существование 5760 банков, т.е. пятая часть всех банков США, с общей суммой депозитов в 3,5 млрд. долл.

    Невероятно тяжелы были социальные последствия кризиса. Национальный доход страны, составлявший в 1929 г. 86, 8 млрд. долл. упал в 1933 г. до 40,3 млрд., т.е. более чем вдвое. Удары кризиса в той или иной степени ощутили даже монопольные объединения. Уже в 1931 г. американские корпорации подвели свой баланс с потерей в 487 млрд. долл. В 1932 г. эти потери увеличились до 3511 млн. долл. История США. Т. 3, 1918 — 1945 / Под ред. Севостьянова. С. 152.

    Но, несомненно, наибольшая тяжесть экономического кризиса объективно легла на плечи рядовых граждан. Сильнейшее падение промышленного производства, закрытие десятков тысяч заводов, фабрик, шахт, огромные недогрузки производственного аппарата — все это привело к колоссальному росту безработицы. Армия безработных, весьма значительная и в период капиталистической стабилизации 20-х гг., возросла теперь во много раз. По данным правительственной статистики, в 1933 г. в США насчитывалось 12 830 тыс. полностью безработных, а их доля в общей численности рабочей силы составляла 24,9 % Там же. С. 153. .

    Однако прогрессивная общественность расценивала эти данные как значительно заниженные. Так, по подсчетам прогрессивной организации американских экономистов — Ассоциации по исследованию проблем труда, число безработных в США к началу 1933 г. составила 16,9 млн. Это означало, что в период наибольшего обострения экономического кризиса каждый третий рабочий был лишен занятости. Очень широкое распространение получила частичная безработица. По данным Американской Федерации труда (АФТ, образованная в 1886 г.), в 1932 г. полностью занятыми оставались только 10 % рабочих.

    Массы безработных и члены их семей лишились всяких средств к существованию. И если сюда добавить еще тот факт, что в США отсутствовала система государственного социального страхования и многие банки лопнули, унося с собой вклады граждан, то можно сказать, что у людей не оставалось никаких надежд ни на помощь со стороны государства ни на то, чтобы вернуть свои деньги. Многие люди оказались перед реальной угрозой голодной смерти. Сюда нужно также прибавить психологическое состояние людей. В стране, где было принято работать и самому решать свои проблемы, ни на кого не надеясь, люди не могли реально помочь себе сами. Они оказались как бы в положении слепых котят, тыкающихся носами в поисках пути. Люди теряли веру в себя, свои силы. Начиналась психологическая депрессия, которая была во сто крат хуже экономической.

    Однако положение людей, сохранивших работу, было не лучшим. К постоянному гнетущему чувству неуверенности в завтрашнем дне и боязни потерять работу, примешивалось то, что им постоянно понижали зарплату. Это имело место во всех отраслях промышленности. Даже по данным официальной статистики, среднегодовой заработок рабочего сократился в 1933 г. по сравнению с 1929 г. на 30%. Таким образом, сокращался общий фонд заработной платы американских рабочих, который за годы кризиса сократился реально примерно на 60%. Это означало, что процесс обнищания вновь возобновился с наступлением кризиса.

    Не лучшим был и удел фермеров. С наступлением промышленного кризиса и новым еще большим обострением кризиса перепроизводства в сельском хозяйстве, большинство из них оказалось на грани полного разорения. Цены на важнейшие продукты земледелия и животноводства упали в 1932 г. в 2 — 3 раза по сравнению с 1929 г. Соответственно денежные доходы фермеров упали за эти годы с 11 312 млн. до 4748 млн. долл., или на 58 % Там же. С. 154. . Многие фермы оказались в крайне тяжелом положении. Они были десятки раз заложены и перезаложены. Кредиторы начали распродавать эти фермы за долги.

    На Юге землевладельцы начали выгонять со своих земель кропперов-издольщиков (в США так называли арендаторов земли), большую часть которых составляли бывшие рабы. Были случаи линчевания.

    Таким образом обстановка в стране была крайне тяжелая. И перед правительством стояла задача выхода из создавшегося положения.

    1.2 Политика президента Герберта Гувера и его республиканского кабинета

    С самого начала экономического кризиса, в 1929 г. президент Гувер провел ряд деловых встреч с лидерами делового круга. Он убеждал представителей крупного бизнеса не прибегать к узкоэгоистическим мерам, не свертывать производство, не увольнять рабочих и сохранять прежний уровень зарплат. Со своей стороны он добился от лидеров АФТ официального отказа от стачек на период кризиса во имя достижения «национального единства».

    Президент и члены его кабинета, основываясь на идеологии «твердого индивидуализма», решительно возражали против использования государства для непосредственного регулирования экономики и социальных отношений. Они отвергали все предложения о государственной помощи безработным и тем более введении федеральной системы страхования. В лучшем случае деятели республиканской администрации соглашались с тем, что в экстраординарных условиях кризиса для помощи безработным могут быть использованы средства муниципалитетов и штатов, обычно же они возлагали эти функции исключительно на частную благотворительность. Вся практическая деятельность республиканского правительства в этой сфере свелась к организации в небольших размерах общественных работ.

    Мне кажется, что нельзя так прямолинейно осуждать президента Гувера и его администрацию. Во-первых, мировой экономический кризис был беспрецедентным в истории капиталистического мира. А следствием этого стали два явления: 1) республиканцы сразу не осознали того, что происходило на их глазах, они думали, что это просто временная «заминка» в развитии американского капитализма. Поэтому бороться с этим они пытались старыми методами, методами старых экономических школ (либеральная школа Адама Смита и т.д.). Также сыграли неблаговидную роль стереотипы мышления: с самого детства людям внушали мысль о том, что американская система капитализма будет всегда процветать, что «твердый индивидуализм» — это все для страны. На основе этого республиканцы и говорили: индивидуализм спасет бизнесс и государство. 2) Говорят, что большое видится на расстоянии. И я думаю, что именно на расстоянии, т.е. через какой-то минимальный промежуток времени, можно было в полной мере понять, что же произошло, каковы причины и следствия произошедшего. Поэтому-то Ф. Рузвельту и удалось хотя бы отчасти вывести страну из кризиса, т.к. он мог оценивать ситуацию, чего нельзя было сделать во время самого кризиса. А что у него получилось, это уже зависело от него самого и его личных качеств.

    Гувер являлся сторонником индивидуалистического рыночного хозяйства. И республиканское правительство какое-то время не прибегало к государственному регулированию. Однако уже в 1929 г. были приняты срочные меры к активизации ФРС (Федеральная резервная система) и существенному удешевлению кредита, в декабре того же года президент провел через конгресс очередное снижение налогов на доходы корпораций. В июне 1930 г. вступил в силу новый тарифный закон Хоули — Смита, еще раз увеличивший размеры импортных пошлин и ставший поистине апогеем протекционизма. Таким образом, экономическая политика президентства Гувера в первые же месяцы кризиса была далека от принципов политики laissez-faire (невмешательства государства в экономические дела).

    Осенью 1931 г. в связи с резким ухудшением хозяйственной конъюнктуры и участившимися крахами крупных банков правительство было вынуждено еще более отступить от канонов «твердого индивидуализма». Г. Гувер выступил с предложением создать Национальную кредитную корпорацию с капиталом в 500 млн. долл., который предполагалось собрать путем добровольных взносов банковских групп. Когда же оказалось, что владельцы крупнейших банков не намерены расходовать средства на помощь своим коллегам, попавшим в беду, на спасение монополий, оказавшихся перед угрозой краха, были брошены крупные государственные средства. В январе 1932 г. конгресс принял закон об основании Реконструктивной финансовой корпорации (РФК). Всего за один год РФК распределила субсидий и займов на 2 млрд. долл.

    Деятельность этой организации свидетельствовала о том, что в период кризиса 1929 — 1933 гг. в США вновь началось усиление государственно-монополистических тенденций. Однако пока у власти находилась республиканская администрация, эти тенденции обнаруживались лишь эпизодически, а главное, они проявлялись в форме государственного субсидирования, а не в форме непосредственного государственного регулирования. Они не распространялись на сферу социальных отношений.

    В аграрном секторе также были предприняты некоторые меры. В 1929 г. было создано Федеральное фермерское управление, которое начало скупку сельскохозяйственных товаров, чтобы не допустить слишком сильного падения цен. Таким образом правительство пыталось вывести из кризиса аграрный сектор. К середине 1931 г. на правительственных складах скопились огромные запасы пшеницы и хлопка. Операции этой организации принесли немалые выгоды верхушке крупного фермерства и особенно монополистическим посредническим компаниям, в распоряжении которых находились основные запасы продукции. Однако сосредоточение крупных товарных запасов без надежды на выгодный сбыт оказывало крайне неблагоприятное влияние на рынок. Когда же во второй половине 1931 г. фермерское управление прекратило закупки и начало распродажу своих собственных запасов, это привело к полной дезорганизации сельскохозяйственного рынка и к еще большему ухудшению положения основной массы фермерства.

    В период кризиса наблюдалось резкое обострение социальной активности людей. Рабочие, фермеры, студенты, женщины, просто неработающая молодежь, афроамериканцы — вот далеко не полный список участников этих движений. Рабочие заявляли о себе путем стачек. Всего за 1930 — 1932 гг. в стране бастовало около 850 тыс. рабочих. После некоторого спада стачечное движение возобновило свою деятельность со второй половины 1933 г.

    Еще более интенсивно развивалось в этот период движение безработных. Что интересно, что именно Коммунистическая партия взяла в свои руки организацию масс, хотя в то время она насчитывала не более десятков тыс. членов. За время «великой депрессии» усилились социалистические воззрения людей на волне безработицы, нищеты. Рядовые американцы разочаровывались в капиталистической идеологии, которая пока не смогла помочь им. В июле 1930 г. прошел первый общеамериканский съезд безработных. Съезд создал Национальный совет безработных, который объединил деятельность советов безработных на местах. Летом же 1930 г. Коммунистическая партия предложила законопроект о социальном страховании, получивший название «рабочего билля». Он предусматривал выплату пособий по безработице, старости или болезни в размере средней заработной платы промышленного рабочего. Эти требования нашли отклик у людей, т.к. выражали желания большого количества людей.

    Другим важным событием социальных движений стал поход ветеранов первой мировой войны летом 1932 г. Бывшие солдаты потребовали выплаты бонуса, т.е. компенсации за их службу в армии во время военных действий. В июне 1932 г. в Вашингтоне собралось по разным оценкам около 25 тыс. ветеранов и членов их семей. Палата представителей решила удовлетворить их требования. По настоянию президента сенат отверг билль о выплате бонуса. Это всколыхнуло движение ветеранов — они стали требовать еще и введения системы социального страхования. Тогда по приказу Гувера войска разогнали ветеранов. Участников похода разогнали, а их лагерь сожгли.

    Наряду с коммунистами в движении безработных приняли участие Социалистическая партия и левая оппозиционная группа в рядах АФТ, оформившаяся в 1929 г. в Конференцию за прогрессивное рабочее действие.

    К социальному движению нужно еще добавить активную деятельность фермерства, которое боролось против принудительной распродажи ферм за неуплату долгов и налогов. Это имело место особенно в конце 1932 — начале 1933 г. Активную роль в этой борьбе играла Лига объединенных фермеров, руководимая коммунистами. На Юге с 1931 г. действовал Союз кропперов-издольщиков (арендаторов земли в США, главным образом в южных штатах, в то время среди них было много бывших рабов).

    Молодежь проявила также исключительную активность. В основном ее борьба сосредоточилась вокруг закона о молодежи, который был внесен в конгресс, но так и не был принят. Центром молодежного движения стал Конгресс американской молодежи, в котором руководящую роль играл Коммунистический союз молодежи.

    В этой обстановке развернулась избирательная кампания 1932 г. Каждая партия хотела притянуть на свою сторону людей. Но республиканцы не предложили что-нибудь существенно новое. В отличие от них, платформа демократической партии содержала в себе программу так называемого «нового курса» и, что немаловажно, обещание отменить «сухой закон», действовавший тогда в США. Поэтому некоторые политические аналитики того времени просто делили республиканцев и демократов на «сухих» и «мокрых». К тому же у демократов было большое поле для критики, что помогло им одержать победу на выборах 1932 г. За Рузвельта проголосовали 22,8 млн. человек, что дало ему 472 выборщика, тогда как Гуверу удалось получить только 15,8 млн. голосов и всего лишь 59 выборщиков. Демократы получили также большинство в обеих палатах конгресса. После 12-летнего перерыва власть снова оказалась в их руках.

    2 «НОВЫЙ КУРС» РУЗВЕЛЬТА

    2.1 Приход Ф.Д. Рузвельта к власти

    На выборах, состоявшихся 8 ноября 1932 г., демократы во главе с Франклином Д. Рузвельтом завоевали Белый дом и обеспечили себе большинство в обеих палатах конгресса. Однако президентом до 4 марта 1933 г. оставался Г. Гувер. А новый состав законодательного корпуса мог собраться на первую регулярную сессию лишь в декабре 1933 г. Эта процедура была изменена XX поправкой к конституции, ратифицированной 23 января 1933 г. Согласно этой поправке вновь избранный конгресс начинал работу через два месяца — 3 января, а дата вступления нового президента в исполнение своих обязанностей переносилась на 20 января. Пока же, в 1932 — 1933 гг., действовало старое конституционное правило, что осложняло и без того критическую социально-политическую обстановку в стране.

    «Итак, прежде всего, позвольте выразить мое твердое убеждение, что единственно, чего нам следует бояться,- это самого страха (. ), который способен парализовать усилия, так необходимые, чтобы превратить отступление в наступление, — сказал 32-й президент США Франклин Делано Рузвельт, принимая присягу утром 4 марта 1933 г.» Мальков В. Л. «Франклин Рузвельт. Проблемы внутренней политики и дипломатии». — М., 1988. С. 30. .

    К марту 1933 г. в США сложилась крайне напряженная обстановка. Вслед за новым углублением промышленного и аграрного кризиса начался полный развал банковской системы страны. К тому времени, когда Рузвельт стал главой государства, кризис достиг своего апогея и преодолел свою критическую точку и уже вошел в стадию депрессии, что в какой-то мере помогало президенту вывести страну из того тяжелого положения, в котором она оказалась.

    «Проблему реализации», как считал Рузвельт, можно было разрешить путем сокращения избыточного производства и повышения цен, а также путем достижения «полной занятости», т.е. ликвидировав безработицу, благодаря чему увеличился бы покупательский спрос. Однако «полную занятость» возможно было обеспечить, лишь полностью загрузив имеющиеся производственные мощности, что зависело, в свою очередь, от наличия у предприятий необходимых финансовых средств и достаточно емкого внутреннего рынка. Тяжелый циклический кризис 1929 — 1933 гг., разразившийся в условиях общего кризиса мирового капитализма, оказался более глубоким, а способность капиталистической системы слишком ослабленной для того, чтобы кризис мог разрешиться обычным путем. Поэтому правительство было вынуждено выступить со своей программой оздоровления экономики.

    2.2 Борьба нового правительства с кризисом

    Правительство Рузвельта прибегло к чрезвычайным мерам. 9 марта 1933 г. была созвана специальная сессия конгресса. За три месяца работы законодательный корпус принял ряд важных законов. Так в течение «ста дней» были заложены основы политики «нового курса».

    Все эти законы преследовали конкретные экономически цели:

    а) восстановить расстроенную финансово-банковскую систему;

    б) поддержать потрясенную кризисом промышленность при помощи крупных займов и субсидий;

    в) стимулировать частные капиталовложения;

    г) поднять низкие цены путем поощрения инфляционных тенденций;

    д) преодолеть перепроизводство сельскохозяйственных продуктов путем сокращения посевных площадей и уничтожения излишков зерна;

    е) защитить фермеров и домовладельцев от потери имущества в результате просрочки платежей по закладным;

    ж) ликвидировать безработицу и повысить покупательскую способность населения путем организации общественных работ;

    з) обеспечить минимальную помощь голодающим безработным.

    Теоретической базой «нового курса» явилось экономическое учение кейнсианства. Отражая глубокие изменения в экономике капитализма в эпоху господства монополий, Джон М. Кейнс и его последователи утверждали, что для обеспечения нормального хода производства необходимо активное государственное регулирование экономики. Сам Рузвельт просил конгресс дать ему более широкие полномочия для борьбы с бедствием, охватившим страну, как если бы это было в военное время.

    Первоочередной проблемой, которой вынужден был заняться новый кабинет, был банковский кризис. 5 марта декретом президента было объявлено о четырехдневном принудительном закрытии всех банков. Одновременно правительство наложило запрет на вывоз золота, серебра и бумажных денег из страны. 9 марта, в первый же день работы специальной сессии конгресса, был поставлен проект закона о банках. В тот же день билль был принят и подписан президентом. По условиям этого закона разрешение на открытие и получение правительственных займов давалось только «здоровым», т.е. наиболее крупным банкам. Операции Реконструктивной финансовой корпорации, начатые Гувером, были значительно расширены. За первые два года «нового курса» сумма займов РФК превысила 6 млрд. долл. Результатом этой политики была дальнейшая концентрация банковской системы. К середине 30-х гг. из 25 тыс. банков, функционировавших в США в 1929 г., осталось только 15 тыс.

    Другие мероприятия правительства в финансовой сфере (расширение полномочий ФРС, отмена золотого стандарта, девальвация доллара) способствовали увеличению финансовых ресурсов государства и усилению его регулирующих функций. Одновременно были приняты меры к успокоению мелких акционеров и вкладчиков: ограничены масштабы биржевой спекуляции и создана корпорация по страхованию банковских вкладов.

    Крупные преобразования были проведены и в других сферах экономики. Важнейшей частью «нового курса» стал закон о восстановлении промышленности, или NIRA, вступивший в силу 16 июня 1933 г. Он вводил систему государственного регулирования промышленности. Ассоциациям предпринимателей было предписано выработать так называемые «кодексы честной конкуренции». После утверждения их президентом они приобретали силу закона. В кодексах определялись условия и объем производства, а также минимальный уровень цен. На основании НИРА администрация Рузвельта санкционировала 750 кодексов во всех отраслях промышленности. Это укрепило положение монополий. Результатом этого было вытеснение более слабых компаний и принудительное картелирование промышленности. Закон предусматривал также либеральные реформы в области трудовых отношений. В разделе 7а НИРА провозглашалось право рабочих на коллективный договор и организацию профсоюзов.

    Вторая часть закона предусматривала и меры помощи безработным. Конгресс создал Администрацию общественных работ во главе с министром внутренних дел Икесом. В ее распоряжение было ассигновано 3,3 млрд. долл. Кроме мер, предписанных НИРА, использовались и другие средства борьбы с безработицей. Весной 1933 г. началось создание трудовых лагерей для безработной молодежи. Тогда же администрация чрезвычайной помощи во главе с Гопкинсом приступила к выдаче дотаций штатам для помощи безработным. Наконец, основанная в 1933 г. администрация гражданских работ предоставляла безработным временное занятие на зимние месяцы. Масштабы организованных правительством общественных работ были значительными: на них было занято 2,5 — 3 млн. человек.

    Важной частью «нового курса» Рузвельта стал и закон о помощи фермерам, или ААА, принятый 12 мая 1933 г., т.к. на 13 мая была назначена всеобщая акция протеста фермеров. В первой части закона излагались меры по сокращению посевных площадей и поголовья скота в интересах восстановления цен. Во второй — предусматривались чрезвычайные меры по рефинансированию государством фермерской задолженности, и в третьей объявлялось о том, что доллар больше не привязан к золоту. Президент встал таким образом на путь инфляции. Проведением ААА занялось министерство сельского хозяйства. Фермерам давались огромные кредиты, продлевались закладные, почти прекратились продажа с аукциона.

    После страшной засухи весной 1934 г. положение в сельском хозяйстве улучшилось. Задолженность фермеров была рефинансирована более чем на 1 млрд. долл. Товарное фермерское хозяйство встало на ноги. Рузвельта превозносили спасителем. Но 600 тыс. фермеров, или 10% всех фермеров, потеряли свои фермы за время действия ААА, т.е. примерно за 3 года.

    Активное государственное регулирование начального этапа «нового курса» способствовало некоторому ослаблению кризисных явлений. Однако депрессия, наступившая весной 1933 г., оказалась необычайно длительной. Объем промышленного производства составили 1935 г. только 79% от уровня 1929 г., армия безработных насчитывала около 11 млн. Только в 1936 г. началось некоторое промышленное оживление. Однако уже в 1937 г. разразился новый экономический кризис, и производство, едва достигнув уровня 1929 г., вновь покатилось вниз.

    В 1935 г. в политике «нового курса» обозначился сдвиг влево, что явилось началом второго этапа. На втором этапе большую роль играло социальное и трудовое законодательство. В 1935 г. был принят закон Вагнера, явившийся ответом на отмену НИРА. Он закрепил за рабочими право на вступление в профсоюз, на заключение коллективного договора между выборными представителями рабочих и предпринимателем, на проведение стачек и пикетирования. 14 августа 1935 г. вступил в силу закон о социальном страховании. Он вводил систему пенсий по старости и пособий по безработице. Страхование по безработице строилось на федерально-штатной основе.

    На втором этапе произошло и значительное увеличение масштабов общественных работ. Была создана Администрация по реализации общественных работ во главе с Гопкинсом. Также была создана Администрация долины реки Теннесси, которая приступила к гидроэнергетическому строительству в одном из самых отсталых районов Юга и тем самым в известной мере способствовал социальному прогрессу живущего там населения.

    Но несмотря на все усилия ФДР, «новый курс» не принес коренных улучшений. В стране насчитывалось около 10 млн. безработных. «Заправка насоса» создала для них искусственную занятость. За это пришлось расплачиваться чудовищным ростом государственного долга, достигшим 34,7 млрд. долл. в 1938 г. против 18,7 в 1932 г. В 1939 г. США занимали 17-е место среди основных капиталистических стран по восстановлению уровня производства 1929 г. А ведь только в США проводилась политика «нового курса».

    Каковы же были итоги «нового курса» в США?

    Осуществляя экономические реформы, ньюдиллеры руководствовались прежде всего прагматическими соображениями. Однако в их действиях вырисовывалась определенная объективно-историческая закономерность: они подталкивали и форсировали государственно-монополистические тенденции в развитии американского капитализма.

    Степень эффективности финансово-экономических мер «нового курса» как средства выведения экономики из кризиса и как барьера против спадов была далекой от того, на что рассчитывали их инициаторы. Неожиданное для ньюдиллеров наступление нового экономического кризиса в 1937 г. — лучшее тому доказательство.

    Итогов периода 1933 — 1937 гг. было несколько. Во-первых, реформы оказались орудием усиления государственно-монополистического характера американского капитализма. Расходы федерального правительства в 1932 — 1940 гг. выросли с 4266 млн. до 10 061 млн. Государственные расходы — один из важнейших институтов государственно-монополистического капитализма. Их резкое и устойчивое возрастание за относительно короткий срок и есть одно из доказательств перерастания американского монополистического капитализма в государственно-монополистический.

    Во-вторых, социальные реформы «нового курса», давшие объективный результат долгосрочного действия, и формирование обособившейся функции социальной деятельности государства. Если «новый курс» рассматривать как единство двух линий: с одной стороны государственно-монополистического регулирования, а с другой, — проведение социальных реформ, то можно считать, что в 1939 г. эта страница закрывается. В социальном реформаторстве «новый курс» после победы ньюдиллеров на выборах 1936 г. продвинулся незначительно. В их актив можно записать лишь принятие закона о регулировании условий труда в 1938 г. и расширение ассигнований на помощь безработным.

    В-третьих, изменение в годы реформ идейно-политических устоев двух основных партий. Демократическая партия стала прибежищем неолиберализма, а республиканцы начали переориентироваться в неоконсервативном направлении.

    Позиции ньюдиллеров были основательно подорваны кризисом 1937 — 1938 гг. новый кризис подорвал веру в эффективность реформ. Ньюдиллеры все более теряли инициативу. В кулуарах власти многие стали понимать, что на путях внутренней политики невозможно было вывести страну из кризиса, а продолжение его, вопреки всем усилиям Рузвельта, ставило под сомнение жизненность капиталистической системы. Многие промышленные магнаты начинали внутренним чутьем понимать, что Рузвельт ведет дело к войне. Не зря же он использовал все общественные работы для строительства аэродромов, линкоров и др. Военных кораблей и т.д. Американские монополии оказывали финансовую поддержку германской индустрии.

    Итак, закончилась полоса социальных реформ, но государственное регулирование экономики продолжалось и после 1938 г. Государственно монополистическая сущность «нового курса» оказалась явлением необратимым. Важнейшим итогом «нового курса» было также и то, что он ознаменовал серьезный сдвиг в социальном развитии страны.

    СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

    1. Учебная литература:

    1. История новейшего времени стран Европы и Америки: 1918 — 1945 гг.: Учебник для студентов историч. спец. вузов / Под ред. Е. Ф. Язькова. М.: Высшая школа, 1989. С. 204 — 299. Экономическая история капиталистических стран: Учебное пособие для эконом. спец. вузов / Под ред. В. Т. Чунтулова, В. Г. Сарычева. — М.: Высшая школа, 1985. С. 152 — 183.

    2. История США . Т. 3, 1918 — 1945 / Под ред. Г. Н. Севостьянова. — М.: «Наука», 1985. С. 151 — 176, 213 — 283.

    3. Экономическая история капиталистических стран: Учебное пособие для экон. спец. вузов / Под ред. В. Т. Чунтулова, В. Г. Сарычева. — М.: Высшая школа, 1985. С. 148 — 183.

    1. Мальков В. Л. Франклин Рузвельт. Проблемы внутренней политики и дипломатии. — М.: «Мысль», 1988. С. 3 — 102.

    2. Яковлев Н. Н. ФДР — человек и политик. Загадка Перл-Харбора: Избранные произведения. — М.: «Международные отношения», 1988.

    Яковлев Н. Н. Франклин Рузвельт: человек и политик. Новое прочтение. — М.: «Международные отношения», 1981.

    knowledge.allbest.ru