Клаустрофобия костенко

Почти знаменит. Константин Костенко

Шесть материалов про талантливого драматурга Костю Костенко. Наше знакомство с ним началось в Москве, мы работали в одном Доме Радио, а теперь мы оба пишем в Москве.

1. Почти знаменитый

«Рецепт хорошей пьесы? Не знаю. Я в первую очередь думаю, что бы мне понравилось, чем бы я сам себя удивил». Константин Костенко, писатель
В 2001 году во Франции в рамках проекта «Зеркало Восток-Запад» вышел в свет сборник пьес современных российских драматургов. Автор одной из шести представленных пьес — 37-летний хабаровчанин КОНСТАНТИН КОСТЕНКО. Его «Диагноз: Happy Birthday» соседствует в сборнике с «Пластилином» Василия Сигарева и «Dostoevsky Trip» Владимира Сорокина. В 2004 году новая пьеса Костенко «Клаустрофобия» будет поставлена в Польше, Югославии и Германии.
Во Францию «Диагноз: Happy Birthday» попал с легкой руки художественного руководителя Комсомольского-На-Амуре театра КнАМ Татьяны Фроловой. Наиболее интересные, на ее взгляд, работы российских авторов она регулярно пересылает координатору проекта. Она поставила «Диагноз: Happy Birthday» сначала на французском языке с французскими актерами. Потом — с актерами своего театра. Перед глазами зрителя предстает сразу два мира: людей и тех, кто над людьми. У обоих миров одна цель — забыться. Люди «спасаются» водкой. Те, другие, — людскими страстями, которые выкачивают через глазные хрусталики жертв и торчат, как заправские наркоманы. И там, и там действие «препаратов» рано или поздно заканчивается. Дальше — по кругу. Как большинство современных драматургов, хабаровчанин не читает нотаций, не указывает «выход». Читатель сам решает, какие выводы ему делать и делать ли их вообще.
КнАм слывет странным театром. После спектаклей Татьяны Фроловой воспитанники институтов культуры жалуются: «Мы ничего не поняли». В Хабаровске непонятные не котируются. У местных театров Костенко по-прежнему в списках не значится. «Мне кажется, в Хабаровсе такое не пойдет, — с завидным хладнокровием рассуждает писатель. — Театр должен жить, кормить актеров, а такие спектакли — они не для всех». Последнюю пьесу Костенко «Клаустрофобия» поставил екатеринбургский режиссер Николай Коляда. Даже в видеоварианте спектакль раздирает душу на слезы. В тесном пространстве тюремной камере терпят друг друга образчик вшивого интеллигента, немой воришка с ангельским лицом и обезьяноподобный гопник, кричащий во сне «мама». За зарешеченными окнами театрального здания едут электрички, куда-то спешат прохожие. В какой-то момент один из «заключенных» открывает окно и выкрикивает свой текст в реальность. Реальность никак не реагирует.
«Клаустрофобия» — спектакль о детях, которые стали взрослыми и почти перестали верить в сказки, добро и счастливый конец — наделал много шума на фестивале в Польше. Там автора пьесы сравнивали с Жаном Жене. Костенко не любит Жене. Сейчас он читает Достоевского, работает на радио и к словам с корнем «слава» относится с осторожностью. Хотя в самое ближайшее время ему предстоит освоить премудрости подписания международных контрактов.

Людмила Гаврилова. На радио «Восток России» Константин Костенко ведет передачи «Времена глаголов» и «Игра в классику».

2. Наш ответ «Симпсонам» в радиоэфире

СТАРУШКА. Деньги. Доллары. Американские. Спасибо! Спасибо тебе, парень. Дай бог здоровья! Дай бог тебе… всего, чего ты только – это самое… Чего только ты не пожелаешь, — чтобы бог тебе это сразу дал.

СТАС. Бабушка. Идите… Получили – и идите…

СТАРУШКА. Вот спасибо. Дай бог.

СТАС. Бабушка. Человек ведь и передумать может! Сменить планы. Вы об этом не задумывались?! Нет. Не рассматривали такой вариант, — концепцию. (старушка уходит)

Пошла, пошла… Слишком быстро идет… Теперь и не догонишь. Даже, если захочешь…

Это не анекдот, а отрывок из радиосерила об обычной хабаровской семье «Жизнь Ерофеевых». Черный юмор сериала слушатели радио «Восток России» смогут оценить в апреле. Автор текста Константин Костенко известен как автор пьес «Клаустрофобия» и «Диагноз: Happy Birthday». Последнюю поставил абсурдистский Комсомольский-на-Амуре театр КнАМ. В радиоспектакле всего 20 серий и около 12 персонажей. Каждый со своими болячками, причудами и принципами.

— Почему в своем творчестве ты вдруг решил обратиться к теме хабаровских семейных ценностей?

— По-моему, все логично. Москвичей мы каждый день видим по телевизору. Достали уже. О хабаровчанах, скажу честно, мне писать приятнее.

— В отрывке, который я читала, всплывает водитель-вампир. В спектакле еще много подобных импозантных персонажей?

— Случаются. Бомж, сочиняющий слоганы. Скучающая новая русская со странностями. Будет человек, который сидит в клетке в передвижном зоопарке. Человек и в то же время животное.

— В том отрывке очень много слов-паразитов. «Ништяк», «стремно», «зашибись». Думаешь, именно так разговаривают хабаровчане? Без это нельзя показать хабаровскую семью?

— Такое не во всех сериях. Просто, когда работал именно над этим эпизодом, побывал в компании, где постоянно употребляли подобные выражения. Это отразилось на тексте.

— А с другой стороны, почему нет? Книги многих современных авторов изобилуют сленгом, нецензурщиной.

— Это далеко не всегда уместно. Когда-то, возможно, мат был интересен. Когда боролись за свободу слова. А сегодня все это смотрится как дефицит словарного запаса.

— На какие сериалы ты ориентировался, на знаменитых «Симпсонов»?

— При желании можно, конечно, найти параллели с «Симпсонами». Есть шаблонные ходы комедийного сериала: дурацкие вопросы — дурацкие ответы. Плюс добавлены хабаровские реалии: площадь Ленина и т.д.

— Ты как телезритель вообще злоупотребляешь сериалами?

— Нет. То, чо сейчас показывают, мне неинтересно. Во-первых, одна тема — криминал. Во-вторых, бездарная актерская игра. В-третьих, очень скучные реплики. Такое ощущение, что либо у людей нет творческого потенциала, либо катастрофически не хватает времени.

— Но что-то тебе нравится?

— Все те же «Симпсоны» и «Футурама». Но у этих двух сериалов одни и те же авторы. Действительно профессионально сделано.

— Готовится еще какой-нибудь подобный радиопроект?

— Да. Пародия на ток-шоу. Но пока все только в планах.

3. Международный конкурс драматургов “Евразия”: трижды наш

Третий год подряд хабаровский драматург Константин Костенко становится лауреатом международного конкурса “Евразия”, который ежегодно проходит в Екатеринбурге. Очередную победу Костенко принесла работа “Гитлер и Гитлер”, стилизованные курьезные диалоги великого диктатора с парикмахерами, поварами и др. В Хабаровске — справедливости ради отмечу, неродном, сюда Костенко переехал из Артема — драматург известен мало. Здесь просто нет настолько экстремальных, “странных” театров, чтобы ставить, например, его “Клаустрофобию”, действие которой происходит в тюрьме, главные герои — зеки, а среди тем для разговоров — гомосексуализм. В 2003 году “Клаустрофобия” принесла Костенко первое место на “Евразии”, пьесу поставил один из организаторов конкурса Николай Коляда, права на постановку приобрели поляки. 12 мая на сцене драматического театра имени Стефана Яроча (г. Лодзь) состоялась премьера спектакля с участием Мариуса Якуса и других известных актеров. Якус — герой самых модных сериалов и кинофильмов, не раз работал с Кшиштофом Занусси. С Константином Костенко наш корреспондент беседует в офисе радио “Восток России”, постоянном месте работы драматурга.

— Получается зарабатывать деньги своим творчеством? Если не секрет, что ты приобрел на “польский гонорар”?

— Купил новый компьютер.

— Ты уже знаешь реакцию тамошних зрителей?

— Реакцию зрителей не знаю. Знаю реакцию прессы. Очень сильно хвалят, но в основном хвалят, конечно, игру актеров.

— Польская пресса как-то отмечает, что атор пьесы — дальневосточник?

— Везде почему-то пишут, что я учился в Новосибирске. Не знаю, откуда такая информация. Хабаровск вообще никак не упоминается.

— К слову, единственный в России институт, где учат на писателей, насколько я знаю, находится в Москве?

— После школы я пытался туда поступить, пять лет посылал свои работы. Мне приходил ответ: “Не прошел по конкурсу”. Потом мне надоело.

— Про что тебе действительно интересно писать? Можешь обобщить?

— Люди во время жуткого психологического кризиса, когда они на самой грани.

— Как выходить из ситуации, когда ты выпадаешь из формата местных театров?

— Не обязательно ждать, когда твои пьесы кто-то поставит. Надо сотрудничать с людьми, которые умеют это делать. Мы с Дмитрием Кишко сейчас делаем спектакль одного актера “Хопца-дрица-лам-ца-ца”. Там несколько персонажей, галерея совершенно разных типов, и глуповатых, и лиричных.

— На радио “Восток России” ты по-прежнему ведешь передачи “Времена глаголов”, “Игра в классику”?

— И “Кроме шуток”. Из мировой литературы берутся какие-то смешные рассказы, сюжеты. Иногда Дима читает, я комментирую.

— На данный момент какие-то твои работы участвуют в других конкурсах?

— Пьеса “Зловещие живые трупы” участвует в конкурсе современной пьесы “Действующие лица”. Как о нем пишут, это замена “Антибукера” — все члены жюри, которые были в “Антибукере”, когда он закрылся, перешли туда.

— “Зловещие живые трупы” — какое многообещающее название.

— Это соединение низкопробного трэша и “Живого трупа” Толстого. Но, я не думаю, что пьеса что-то выиграет. На “Евразию-2005” я тоже ее посылал, но она вылетела сразу.

Итоги конкуса «Действующие лица» будут известны в ноябре. Напомним, что впервые за границей пьеса Константина Костенко — “Диагноз “Happy birthday” — была представлена в 2001 году на французском фестивале “Восток — Запад — Зеркало” в постановке театра КнАМ (г. Комсомольск-на-Амуре). Один из членов жюри “Евразии-2005” известный театральный критик, арт-менеджер Театрально-культурного центра им. В. Мейерхольда в Москве Павел Руднев предложил Костенко принять участие в организации в Хабаровске постановки бродвейского моноспектакля “В защиту дикаря”. Руднев перевел пьесу на русский язык, и сейчас она с бешеным успехом идет в Москве. Если переговоры закончатся успешно, на последнем этапе из Исландии приедут обладатели авторских прав на постановку. Так что сейчас, помимо остальных проектов, Константин осваивает новую для себя профессию продюсера.

4. Диагноз «Признанный гений»

В ноябре хабаровский драматург Константин Костенко стал победителем всероссийского конкурса драматургии «Действующие лица». Первую премию в семь тысяч долларов Костенко присудили за пьесу «Гитлер и Гитлер», стилизованные курьезные диалоги великого диктатора с парикмахерами, поварами и др. Ранее эта работа принесла драматургу награду в международном конкурсе “Евразия”, который ежегодно проходит в Екатеринбурге. Олег Табаков, один из членов жюри конкурса «Действующие лица», намерен поставить пьесу хабаровчанина. На церемонию вручения призов в Мосве писатель на попал, так как был прежупрежден организаторами всего за день до события, и билетов Хабаровск-Москва не оказалось. Призовые деньги Костенко с семьей думает обосноваться в Москве: «Я бы вообще в деревню уехал. Не люблю больших городов. Жизнь вынуждает. Я здесь по всем театрам прошелся, и ни с кем мне не удалось договориться». Здесь просто нет настолько экстремальных театров, чтобы ставить, например, его “Клаустрофобию”, главные герои которой — зеки, а одна из поднятых тем — гомосексуализм. Зато он крайне востребован вне Хабаровска. Права на постановку «Клаустрофобиюи» приобрели поляки, и 12 мая 2005 года на сцене драматического театра имени Стефана Яроча состоялась премьера спектакля с участием Мариуса Якуса, героя самых модных польских сериалов и кинофильмов. Хабаровчанам Костенко больше известен по радио “Восток России”, где он ведет передачи “Времена глаголов”, “Игра в классику”, «Кроме шуток», «Продажное искусство».

5. Действующее лицо

Много ли вы знаете дальневосточных писателей, пьесы которых ставят в Польше и планирует поставить Олег Табаков? Лично я знаю только одного. Это Константин Костенко, автор абсурдистской пьесы «Гитлер и Гитлер», в ноябре победившей на престижном всероссийском конкурсе драматургии «Действующие лица». Впрочем, если вы не слушаете радио «Восток России», где Костенко ведет несколько культурологических программ, и не являетесь поклонником комсомольского авангардного театра КнАМ, который ставил одну из его пьес «Диагноз: Happy Birthday», вы не можете знать это имя. Для благополучного Хабаровска его пьесы слишком бьют по нервам, чтобы оказаться на одной из местных театральных площадок. Довольно неожиданно, но в жизни автор безжалостных к человеческой ограниченности пьес — спокойнейший человек. Пьет только чай, ни одной вредной привычки, кроме интернета. И та скорее полезная, потому что позволяет не быть привязанным к Хабаровску. Не смотря на неприветливость города-отчима — сюда писатель переехал из Артема — 2005 год Костенко удался. 12 мая на сцене драматического театра имени Стефана Яроча в городе Лодзь состоялась премьера спектакля по его пьесе “Клаустрофобия” с участием Мариуса Якуса, героя самых модных польских сериалов. Кроме того, по условиям конкурса «Действующие лица», победившие в конкурсе пьесы обязательно должны быть поставлены на сцене. Олег Табаков, один из членов жюри, положил глаз на «Гитлер и Гитлер».

— «Клаустрофобию» также ставил Николай Коляда в Екатеринбурге. Какая постановка тебе больше понравилась: его или польская?
— Я, к сожалению, не видел польскую постановку, только фотографии.
— Насколько я знаю, была идея привезти польский спектакль сюда в Хабаровск. Что с ней сталось?
— Актер, режиссер были не против, но директору театра эта идея показалась неинтересной. Что он от этого не получит ни особой выгоды, ни большого приза.
— Как я понимаю, знакоство с КнАМ, Колядой, «Действующие лица» — это все благодаря использованию интернета?
— Да. На поляков меня Коляда вывел.
— Ты в день, наверно, пишешь уйму е-mail’ов.
— Иногда много, иногда совсем ничего.
— А когда ты решил, что ты — писатель?
— Серьезно это началось, наверно, с «Диагноз: Happy Birthday». Я учился в местном Институте культуры. Мы там собирались сделать постановку, для этого надо было написать свою эксклюзивную пьесу. В Институте культуры ничего не получилось, все распалось, и я отослал пьесу Татьяне Фроловой в КНАМ, она ее оценила. «Гитлер и Гитлер» — тоже один из нереализованных здесь проектов.
— Как ты терпишь эту неопределенность?
— Допустим, Гомера вообще никогда не печатали. Из тех, кто ждет обязательного результата, как правило, получаются очень посредственные писатели. Мне кажется, должен быть в первую очередь внутренний результат. Ты должен сам стремиться к лучшему образцу литературы, который сущствует у тебя в голове. Мне до него еще тянуться и тянуться.
— У тебя диплом Хабаровского Института культуры?
— Нет, я там не доучился. В какой-то момент я почувствовал, что это не мое.
— В жизни тебя часто посещает это чувство? И ты сразу бросаешь?
— Моя юность прошла все-таки в другой стране, в ней не так было важно наличие диплома о высшем образовании. У нас поколение несколько другое, более раздолбайское.
— Что варится в твоей голове сейчас?
— Мы с Дмитрием Кишко сейчас делаем моноспектакль “Хопца-дрица-лам-ца-ца”. Премьера состоится в январе 2006 года, если удастся найти площадку. Там будет шесть персонажей, в которые Дима будет перевоплощаться.
— Похоже на то, что делал Аркадий Райкин.
— Да. Только у Райкина была все же эстрада, а у нас театр. Если все получится, нам готовы под этот спектакль предоставить площадки в Москве.
— То есть есть планы переехать в столицу?
— Я бы, наоборот, в деревню уехал. Не люблю больших городов. Жизнь вынуждает.
— Из Артема ты вынужден был перебраться в Хабаровск поэтому?
— Нет. Я как раз тогда бросил писать. Там просто работы не стало.
— А кем ты работал?
— Барменом.
— Неужели? Ты прямо как голливудская звезда! Брэд Питт! Кем еще ты таким интересным работал?
— Грузчиком работал. Ветбратом. Здесь я попал сначала в клуб «Б-52», потом — в газету, где возобновил свои литературные занятия. А потом ушел на радио.
— Ты много читаешь? Следишь за модными книжными новинками?
— Нет. Я в основном старые книги читаю. И не художественную литературу, а философию, социологию, психологию.
— То есть ты не пытаешься ухватить какую-то модную тенденцию?
— Одно время пытался и так запутался, что в конце-концов решил делать, что хочется. Лучше всего ориентироваться на себя. Тенденции меняются, а вдруг ты сам будешь тенденцией? Каждый человек неповторим, и если найти в себе эту неповторимость и суметь выразить, — это может быть интересным другим. Да и просто унизительно — подделываться под кого-то. Гораздо больше кайфа быть самим собой.
— Кто твой первый читатель: жена, лучший друг? Или ты никому не показываешь свою работу, пока не получишь какую-нибудь премию?
— Члены жюри обычно мои первые читатели.
— Ты настолько самодостаточный?
— Наверно, я себе только доверяю.
— Жена разделяет твои литературные вкусы? Или она читает, скажем, модную сегодня Дарью Донцову?
— Если она читает, то скорее пособие по воспитанию детей.
— Как ты расслабляешься, когда не пишешь?
— Бегаю.
— Бегаешь? И часто?
— Каждый день. У меня есть свой маршрут.
— И какой? Где тебя могут поймать поклонники?
— Если бы они были, я бы им тоже пожелал, чтобы они бегали. Могут вместе со мной. Это действительно очень полезно. И расслабляет, и дает энергию.
— Где ты подсматриваешь своих персонажей? Тоже идешь в интернет?
— Зачем? Вот — в жизни.
— То есть моя ухмылочка может вылезти в очередной твоей пьесе?
— Все может быть.
— Я буду ждать.

Пьесы Константина Костенко «Клаустрофобия» и «Гитлер и Гитлер» можно прочесть на сайте международного конкурса “Евразия”, лауреатом которого он также является: http://kolyada-theatre.ur.ru/evrasia2006.php

6. Хопца-дрица-лам-ца-ца как двигатель.

В жизни, бывает, наступает такой момент, когда все опостылело и хочется хлопнуть себя ладонью по коленкам, выбить из них пыль, вскочить и заорать всему миру: «Вот он я! Существую!» И вот если такое случается, сесть снова на пятую точку совершенно невозможно. Девятого февраля на сцене театра «Триада» состоялась премьера спектакля по миниатюрам хабаровского драматурга Константина Костенко «Хопца-дрица-лам-ца-ца».
С самим писателем хопца-дрица-лам-ца-ца случилась в самом начале 2000-х, когда одну из своих нереализованных пьес он отправил режиссеру по-европейски незаштампованного комсомольского тетра КнАМ Татьяне Фроловой. Сумасшедший спектакль «Диагноз: Happy Birthday» про инопланетян, которые смотрят нас, как мы реалити-шоу, хабаровчане смогли посмотреть в рамках Дней немецко-российской культуры. Другой пьесой Костенко «Клаустрофобия» заинтересовался екатеринбургский режиссер, организатор литературного конкурса «Евразия» Николай Коляда. Позже права на пьесу купили поляки, в Польше спектакль идет с 12 мая прошлого года с участием известного актера Мариуса Якуса. В отличие от обескураживающе абсурдистского дебюта, «Клаустрофобия» реалистична до сердечной боли. Действие проходит в тюремной камере и заканчивается изнасилованием и убийством. Польские критики сравнили Костенко с поэтом трущоб, смерти и секса Жаном Жене. Костенко не любит вычурного Жене, он читает книги по психологии, философии, социологии. Своих героев подсматривает прямо в жизни, в которой ему довелось поработать и барменом, и грузчиком, и ветбратом, и газетчиком. Сейчас на радио «Восток России» Костенко ведет несколько программ, в том числе «Времена глаголов» на пару с актером Дмитрием Кишко. Вместе они и поставили театральный проект «Хопца-дрица-лам-ца-ца», где Кишко играет шестерых героев спектакля. На процесс перевоплощения у него уходит всего несколько секунд — столько, сколько нужно, чтобы застегнуть на все пуговицы рубашку или надеть темные очки. Вся шестерка страдает от своих недостатков или достоинств: ядовитого чувства юмора, неистребимой инфантильности, ликвидной красоты, нестерпимой прямолинейности, душевной неполноценности. Последний, шестой, персонаж, актер ТЮЗа, страдает от эпизодической роли Северного ветра. Однажды на сцене, когда он по сюжету бежит из одного конца сцены в другой, его настигает хопца-дрица-лам-ца-ца, и он шлепается на пятую точку, встает и проделывает это еще несколько раз — зал визжит от восторга, сотня маленьких бесенят топает ногами. Северный ветер снова падает и снова поднимается, и никакой режиссер не может его успокоить и не пытается, потому что это феноменальный успех.
В ноябре 2005-го пьеса «Гитлер и Гитлер» принесла Костенко победу во всероссийском конкурсе драматургии «Действующие лица». По правилам, выигравшая работа должна быть обязательно поставлена на одной из московских площадок, но пока организаторы безмолвствуют. Для Костенко это не повод просиживать, потому что хопца-дрица-лам-ца-ца.

Хабаровск, для еженедельника «ТВР — Телевидение и Радио» и журнала «Лучшее в Хабаровске»

www.proza.ru

Клаустрофобия костенко

Место жительства: Хабаровск.

Черты творчества: тема «сексуальных меньшинств», драматургичность (:P), пост-модернизм.

Константин Станиславович Костенко, драматург, прозаик. Родился 23 января 1966 года. Окончил среднюю школу, литератор-самоучка. С детства увлекается театром и литературой. Работал редактором в издательском доме «Пронин».

С 1999 года перешел на драматургию, на начало 2004 года написал 18 пьес.

Впервые одна из них, «Диагноз «Happy birthday» 102-я серия», была представлена в 2001 году на французском фестивале «Восток-Запад-Зеркало». В том же году состоялась литературная премьера Костенко в сборнике, приуроченном к фестивалю.

В 2002 та же пьеса была поставлена театром КнАМ (г. Комсомольск-на-Амуре).

Костенко — автор пьес «Номер 6», «Чайка А.П.Чехова (remix)», «АЕЯОНГБНМВМШЕ», «Даун-таун», «Нетимен». «П и М», «Пурга» и других.

Сам Константин Костенко описал свою биографию следующим образом: «Примерно с 1982 года началось мое внутреннее разложение. Примерно в 1988 году пережил личный ренессанс. Примерно с 1995 года и по этот день медленно умираю, при этом стараясь убедить себя в том, что я — это не я».

Известность принесла Костенко пьеса «Клаустрофобия» — об одном дне из жизни опедоращенных в тюрьме. Впервые в постановке Николая Коляды (осень 2003 года, «Коляда-театр» и «Театрон», г. Екатеринбург).

Костенко финалист конкурса драмы «Евразия-2003» («Клаустрофобия») и лауреат конкурса «Евразия-2004» (радиосериал «Жизнь Ерофеевых»).

Пьесы Костенко переведены на иностранные языки. Премьеры спектаклей по его произведениям прошли в нескольких театрах Европы, в том числе в мае 2005 года в театре г. Лодзь (Польша).

Живет в Хабаровске.

Пьеса «АЕЯОНГБНМВМШЕ» (рунет) 2002

Пьеса «Даун-Таун» (рунет) 2002

Пьеса «CHANEL №6» (рунет) 2002

Пьеса «П и М» (рунет) 2002

Пьеса «Чайка» А.П.Чехова (remix) (рунет) 2002

Пьеса «Клаустрофобия» (рунет) 2003

Рассказ «Ништяк» (рунет) 2003

Повесть «Педерасты» (рунет) 2005

Как думаешь, для чего женщины губы красят. Ярко, броско. Для чего они это, а. Слушай… Слушай меня… У них это, как влагалище, понимаешь? Как влагалище… Они его наружу выносят. На лицо… На них уже и белье надели, и юбку до земли. И они… все равно, все равно природа прорывается. Программа компьютерная… Завлекают своими губами… Срамными… У них, понимаешь у баб, у женщин, они даже за себя не отвечают, по большому счету. Сами за себя не отвечают. За свои действия… У них матка… Это их мозг, можно сказать… Она может говорить тебе что-то красивое, хорошее, и при этом она совершенно не подозревает, совершенно может не подозревать, что в ней программа действует, что это не ее слова не от нее зависит… У нее просто, понимаешь, все рассчитано на то, чтобы рожать, плодиться, чтобы оплодотворяли ее… Мы ее… (фрагмент текста «Клаустрофобия»)

Пьеса «Клаустрофобия» (word-файл, заархивированный в формате zip)

Рассказ «Ништяк» (word-файл, заархивированный в формате zip)

www.drugoi-rusart.narod.ru

Спектакль «Клаустрофобия» в постановке «Коляда-театра»

Этот спектакль известен не только театралам Екатеринбурга. Огромный успех на фестивале в Польше, на фестивале «Новая драма» в Санкт-Петербурге, приглашение на гастроли в Париж…Спектаклем «Клаустрофобия» «Коляда-театр» завершил свои московские гастроли. Причем, если посмотреть всю гастрольную афишу – такое завершение наиболее логично. «Клаустрофобия» — этой квинтэссенция той шоковой терапии, которую проповедует «Коляда-театр». Рассказывают «Новости культуры».

Эту пьесу Николай Коляда нашел на конкурсе молодой драматургии «Евразия». На последнем заседании жюри заслуженные и уважаемые критики сошлись во мнении, что пьеса талантливая, но первое место ей присуждать никак нельзя – слишком все черно, а местами даже натуралистично. Жюри присудило «Клаустрофобии» драматурга Константина Костенко третье место, но Коляда заявил, что она лучшая. Мало того – он обязательно ее поставит.

Тюрьма. Трое заключенных – инженер- интеллигент, посаженный за ограбление сберкассы, убийца таксиста и детдомовский немой мальчик, который пытался обокрасть палатку. Трое в камере, играющие в гомосексуальные игры, хотя бы потому, что надо кого-то любить. Они все мечтают о свободе, а по ночам, когда все равны, во сне зовут маму. Но игры наяву заканчиваются убийством. Спектакль настолько жесток и жесток, что у очень многих вызывает неприятие.

Николай Коляда, драматург, режиссер, руководитель «Коляда-театра»: «На «Новой драме» два года назад в Петербурге мы играли в театре Ленсовета, прошло минут 15 или 20 после начала и вдруг с верхнего ряда пошли бабушки, театралки, 5 или 6, и стали стучать каблуками и кричать «позор, вон, скандал, как не стыдно, бессовестный».

А пьеса, вообще-то о любви. О потребности, которая живет в каждом человеке.

Николай Коляда, драматург, режиссер, руководитель «Коляда-театра»: «Я считаю, что любовь строит, а ненависть – разрушает. И тут уже не важно, какая любовь. Люди ищут просто любовь».

Этот спектакль об одиночестве, которое всегда возникает, когда нет любви и нежности. Три фразы на языке глухонемых, которые выучили все обитатели камеры – «мне страшно, мне одиноко, я боюсь смерти». Клаустрофобия – боязнь замкнутого пространства. Не клетки, не тюремной камеры – пространства внутри себя. Спектакль, как впрочем, и все спектакли «Коляды-театра» — об этом.

Гастрольный марафон подошел к концу. Но, как утверждают артисты, они не просто не устали – у них, и пусть это прозвучит пафосно, – выросли крылья.

Николай Коляда, драматург, режиссер, руководитель «Коляда-театра»: «Эти шесть дней в Москве – они не потрясли, наверное, Москву, но они потрясли нас – это точно. Это было замечательно. Потому что мы многое поняли. Во-первых, мы поняли, что мы на верном пути. Мы занимаемся хорошим делом. Хуже, лучше. Один спектакль так, другой – так. Но мы на верном пути. И это – замечательно».

tvkultura.ru

Лауреатом всероссийского конкурса драматургии «Действующие лица» стал Константин Костенко

Дмитрий Волчек, Прага

Константин Костенко получил первую премию конкурса драматургии «Действующие лица» за пьесу «Гитлер и Гитлер». По условиям конкурса участвовавшие в нем пьесы не должны быть поставлены. Средства на постановку пьесы будут выделены в следующем году федеральным агентством по культуре и кинематографии. Константину Костенко 39 лет, он живет в Хабаровске. Пьесы пишет с конца 90 годов. О конкурсе и его победителе говорит член жюри «Действующих лиц» Григорий Заславский:

— Константин Костенко, и это стало понятно на церемонии, наверное, житель немного другой страны, чем мы, москвичи. Он живет в Хабаровске и, к сожалению, не приехал просто потому, что у него не было денег на такую дальнюю дорогу. А не в Москве ему премию дать не могли. Короче говоря, у него не было денег, чтобы добраться до столицы. А прислать ему деньги по почте так быстро не удалось.

Теперь о пьесе «Гитлер и Гитлер». И я всячески отстаивал именно ее, как пьесу, которая более остальных достойна стать лауреатом этого конкурса. «Гитлер и Гитлер» — это не пьеса в традиционном смысле слова. В ней на сцене одновременно присутствуют всего два героя. Один обязательно Гитлер, другой — это какой-нибудь человек, из того, что можно назвать сферой обслуживания. Это может быть портной, повар, кто-то еще. Этот второй человек почти бессловесный. Он только выслушивает абсолютную белиберду из уст вот этого нафантазированного Гитлера. Но эта пьеса на такую важную, на мой взгляд, сегодня тему, как рождение диктатора, рождение тирана. И естественной готовности мещанина, обывателя, милого сегодня нашему сердцу, согласиться и принять его именно как диктатора и как тирана, даже испытывая некоторое удовольствие, что наконец-то пришел человек, который готов решить все наши проблемы. Именно то, что человека, живущего вдали от Москвы, эта тема, казалось бы, обитающая в пределах Садового кольца, заинтересовала, и что он ее так интересно воплотил в этом небольшом сочинении, мне показалось заслуживающим премии, заслуживающим того, чтобы на эту пьесу обратили внимание и поставили. Потому что, в конечном счете, только спектакль может доказать или опровергнуть, правы ли были мы, когда дали этой пьесе премию.

Николай Коляда поставил в Екатеринбурге пьесу Константина Костенко «Клаустрофобия». Он так рассказал о драматурге:

— Я ему написал первым. Еще до того, как объявили решение о премии, хотя меня попросили молчать до 1 ноября. Но я ему написал, естественно: «Костя, поздравляю от всей души! Ты получил первую премию». Прежде всего, он получает 7 000 долларов. Это огромные деньги. Деньги на проведение этого конкурса дает Чубайс.

Костя Костенко, написал огромное количество пьес. Пьесы его не ставят, его все ругают, говорят что это ненормативная лексика, это грубо, зло, сердито. В городе Хабаровске, Богом забытом, на него смотрят, как на чудовище. Он какой-то отверженный, никому не нужный. Я ему еще много лет назад писал: «Костя, у тебя будут тяжелая судьба, и ты решайся — либо ты подстраиваешься под стиль, который называется «крутим задом», либо ты остаешься верен себе и продолжаешь писать. Это не принесет денег, это будет обидно, но ты, во имя искусства, во имя литературы, во имя всего святого, ты останешься честен перед самим собой. Потому что ты останешься честен в своей теме и будешь делать только то, что у тебя получается». И, слава тебе, Господи, что он не свернул налево или направо, не начал писать телесериалы или еще какую-нибудь чушь несусветную, а продолжает заниматься своим делом. И то, что он получает эти деньги, это прекрасно. Он мне написал: «Николай Владимирович, я не могу поехать в Москву, потому что никто из моих знакомых не даст мне 40 000 рублей на самолет. Просто не у кого уже занимать». И он не мог поехать на вручение премии, занять не мог, хотя ему обещали оплатить дорогу на конкурс. И то, что человек хотя бы год или полтора и себя и свою семью будет поддерживать материально, слава тебе, Господи. Пусть он ест хлеб не с ливерной колбасой, а действительно с колбасой хорошей. Это очень здорово, что человек какое-то время будет свободен от материальных забот и будет заниматься творчеством.

Неблагодарное дело пересказывать сюжет. Надо просто взять и прочитать на сайте Коляда-театр, в разделе Евразия 2005 эту пьесу. Там, кстати, много талантливых пьес. И его пьес много и много разных других. Читайте, интересуйтесь. Сегодня современная драматургия очень заявляет о себе. Вот эта новая волна, новая драма. Чувствуется, что это поколение, может быть, говорить очень красиво или складно не умеет, но им есть, что сказать. Это очень чувствуется и это очень важно. Потому что «как» — это уже дело второе. Просто нужно прочитать много учебников хороших, интересных, где обучают драматургии и тогда написать пьесу. А когда у человека нечего сказать — вот это ужасно, тогда появляются драмоделы, чудовищные драмоделы. А этим молодым людям есть, что сказать. Все пьесы Костенко обжигают. Мне кажется, что это очень хорошо, потому что театр, вообще, искусство и творчество — это всегда некая провокация. Провокация читателя, зрителя. Он умеет провоцировать. Причем делает это не придуманно, а это все имеет почву, основу. Он поразительно честный художник. Это надо уметь так взять и увлечь зрителя. Испугать, вызвать какие-то дикие эмоции, ненависть, отвращение, восхищение. Полное приятие. Вот когда такие эмоции вызывает театр или какое-то произведение искусства — это очень хорошо. Потому что там появляются настоящие произведение искусства, где искры летят. Одни кричат, что это гениально, а другие кричат, что это барахло несусветное. Но тогда есть хотя бы попытка движения вперед в искусстве. А когда всем нравится или всем не нравится, это странно.

www.svoboda.org