Код детский аутизм

АТИПИЧНЫЙ АУТИЗМ

Содержание:

Найдено 4 определения термина АТИПИЧНЫЙ АУТИЗМ

«F84.1» Атипичный аутизм

Тип общего расстройства развития, который отличается от детского аутизма (F84.0х) либо возрастом начала, либо отсутствием хотя бы одного из трех диагностических критериев. Так, тот или иной признак аномального и/или нарушенного развития впервые проявляется только в возрасте после 3-х лет; и/или здесь отсутствуют достаточно отчетливые нарушения в одной или двух из трех психопатологических сфер, необходимые для диагноза аутизма (а именно, нарушения социального взаимодействия, общения и ограниченное, стереотипное, повторяющееся поведение) вопреки характерным аномалиям в другой сфере(ах). Атипичный аутизм наиболее часто возникает у детей с глубокой умственной отсталостью, у которых очень низкий уровень функционирования обеспечивает небольшой простор для проявления специфического отклоняющегося поведения, требуемого для диагноза аутизма; он также встречается у лиц с тяжелым специфическим расстройством развития рецептивной речи. Атипичный аутизм, таким образом, представляет собой состояние, значительно отличающееся от аутизма.

— умственная отсталость с аутистическими чертами;

— атипичный детский психоз.

F84.11 Атипичный аутизм с умственной отсталостью

Первым кодом ставится данный шифр, а вторым — код умственной отсталости (F70.хх — F79.хх).

— умственная отсталость с аутистическими чертами.

F84.12 Атипичный аутизм без умственной отсталости

АТИПИЧНЫЙ АУТИЗМ

F84.1 Атипичный аутизм.

А. Аномальное или нарушенное развитие проявляется в возрасте 3 лет или старше (критерии аутизма за исключением возраста манифестации).

Б. Качественные нарушения социального взаимодействия или качественные нарушения общения, или ограниченные, повторяющиеся и стереотипные поведения, интересы и активность (критерии аутизма, хотя минимальное количество областей, в которых отмечается нарушение, должно выдерживаться не обязательно).

В. Диагностические критерии аутизма (F84.0) не выполняются.

Аутизм может быть атипичным как по возрасту начала (F84.10), так и по феноменологии (F84.11); эти два типа дифференцируются по пятому знаку для исследовательских целей. Синдромы, которые атипичные и в том и в другом отношениях, должны кодироваться F84.12.

F84.10 атипичность по возрасту начала

А. Не отвечает критерию А аутизма (F84.0); а именно, анормальное (нарушенное) развитие выявляется только в возрасте после 3 лет.

Б. Отвечает критериям Б и В аутизма (F84.0).

F84.11 атипичность по симптоматике

А. Отвечает критерию А аутизма (F84.0); т. е. анормальное (нарушенное) развитие отмечается с возраста до 3 лет.

Б. Качественные нарушения социального взаимодействия или качественные нарушения в общении, или ограниченные, повторяющиеся и стереотипные поведение, интересы и активность (критерии как для аутизма, за тем исключением, что не обязательно минимальное число областей, в которых должна выявляться симптоматика).

В, Отвечает критерию В аутизма (F84.0).

F84.12 атипичность как по возрасту начала, так и по симптоматике

А. Не отвечает критерию А аутизма (F84.0); т. е. анормальное (нарушенное) развитие выявляется только в возрасте после 3 лет.

Б. Качественные нарушения социального взаимодействия, или качественные нарушения общения, или ограниченные, повторяющиеся и стереотипные поведение, интересы и активность (критерии как для аутизма, за тем исключением, что не обязательно минимальное число областей, в которых должна выявляться симптоматика).

В. Отвечает критерию В аутизма (F84.0).

Г. Не отвечает полностью критериям Б аутизма (F84.0).

vocabulary.ru

Публикации

Проблемы людей, страдающих аутизмом, стали одним из самых заметных открытий российского общества в уходящем году. Особо они обострились в ходе баталий вокруг принятия российского закона в противовес американскому нормативному акту под названием «закон Магнитского» — ведь немалое число отечественных сирот-инвалидов, нуждающихся в приемных семьях – аутисты.

Как уже не раз бывало, определенная заслуга в переключении общественного внимания на тех, кого ещё совсем недавно почти не замечали, принадлежит еще и кинематографу. На рубеже 80-90-х годов прошлого века наш зритель впервые услышал слово аутизм в знаменитом «Человеке дождя». Минувшей осенью такую же «просветительскую» роль уже для современной России, причем в свете не только проблем морали, но и сугубо национальных, сыграл документальный фильм «Антон тут рядом», получивший самые высокие оценки на кинофестивалях в Венеции и Абу-Даби.

Этот фильм вызвал массу откликов и активное обсуждение не только в среде синефилов, но и в социальных сетях и на других общественных «площадках». Однако в узкопрофессиональной среде – не деятелей искусств, а тех, кто, по идее, должен иметь прямое отношение к решению проблем «особых» людей, то есть медиков, педагогов, юристов и даже правозащитников, — кинолента не произвела ожидаемого эффекта. Объяснение этому оказалось самое простое – полное отсутствие законодательных и нормативных актов, так или иначе затрагивающих проблемы аутистов.

Запрос на слово «аутизм» в любой справочно-правовой системе дает поистине ошеломляющий результат: максимум 40-50 документов. Из них — ни одного федерального закона или постановления правительства, а исключительно технические и методические решения, справки ряда ведомств, властей отдельных регионов или даже районов, посвященные методике составления статистических отчетов или обустройству спецшкол со спецобщежитиями. Причем, и в них понятие «аутизм» упоминается лишь мельком, походя.

Почему так происходит, каков правовой статус аутистов в России и чем это оборачивается на деле для них самих и их близких, РАПСИ рассказал сотрудник автономной некоммерческой организации «Центр проблем аутизма», психолог Роман Золотовицкий.

ОСОБЕННОСТИ НЕДУГА

— Прежде, чем говорить о правовой стороне проблемы, не могли бы вы разъяснить, что же вообще такое аутизм? О том, что такие люди есть и их довольно много, знают все. Но мало кто представляет, в чем же именно заключается их «необычность» и чем она вызвана. Это болезнь, особенности психологического склада, нервное расстройство, социальное явление или что-то иное?

— Скорее, все в комплексе. Аутизм — конечно же, и болезнь, и социально-психологическое явление, которому ни одна отдельно взятая наука не может дать объективного определения. Правильное понимание аутизма требует совмещения и медицинских факторов, и социальных, и психологических.

Само понятие «аутизм» было введено в середине прошлого века австрийским и американским педиатром и психиатром Лео Каннером. Еще в 1943 году он дал описание мальчика, который не вписывался в общепринятые представления о психических болезнях. Изучение этого явления дало совершенно неожиданные для научного сообщества результаты. Сегодня многим специалистам уже понятно, что оно намного масштабнее и сложнее, чем казалось сначала. Это не просто некая психическая аномалия, а многофункциональное нарушение, в основе которого — проблемы самого разного происхождения: иммунологические, неврологические, биохимические, эндокринные и т.д. Количество детей и людей, попадающих в так называемый спектр аутистических расстройств, как правило, объединены общими признаками, то есть наличием характерной триады: трудности в общении с другими людьми; трудности в восприятии чего-то нового и определенная ограниченностью интересов; повторяющиеся рисунки поведения.

При этом такие ребята, на самом деле, отнюдь не отворачиваются от окружающего мира – желание общаться и быть понятыми, как правило, у них еще больше, чем у обычных детей. Далеко не у всех нарушена речь. Многие из них очень хорошо говорят и, вопреки расхожим стереотипам, имеют сохранный, а иногда и очень высокий, интеллект. Аутист, скорее всего так и останется «необычным», не таким как все, но при этом вполне способен жить в обществе, учиться. И, повзрослев, полноценно работать, быть в той или иной степени самостоятельным.

— Можно ли говорить о полном излечении аутизма?

— В научной литературе, да и просто даже в Интернете нередко появляются статьи, описывающие случаи полного снятия диагноза «аутизм». Правда, здесь мы можем ориентироваться только на зарубежные исследования и опыт, в первую очередь, США, где по теме аутизма проводились и продолжают проводиться самые масштабные и глубокие исследования специалистами в разных областях науки, действуют профильные государственные программы. Однако случаи полного «излечения» согласно этой практике нельзя считать массовыми. Как правило, аутичные дети сохраняют свою особую индивидуальность и во взрослом возрасте имеют некоторые «странности» в поведении, хотя это не мешает им совершенно нормально жить и функционировать. Иногда такие проявления можно расценивать как «чудаковатость», которая с возрастом проявляется у многих людей, не имеющих диагноза «аутизм».

Так, в США около 80% детей с РАС (расстройствами аутистического спектра — РАПСИ), оканчивают среднюю школу, а более трети — получают высшее образование. Что касается лечения, с помощью которого можно достичь такого результата, то само это слово здесь употреблять не совсем корректно. В русском языке «лечение» априори предполагает те или иные сугубо медицинские меры – прием лекарств, уколы и т.д. К аутистам все это не только не применимо, но и прямо противопоказано. Только в очень редких случаях и на короткий период времени им могут прописываться определенные медикаментозные средства. Главное же и почти единственное лечение для аутичных детей – общение и обучение. То есть речь идет не об их излечении, а главным образом — о реабилитации и интеграции в общество.

— Существуют ли данные, насколько распространен аутизм – в целом в мире, в отдельных странах и в России?

— Согласно данным властей США, все последние десятилетия в этой стране наблюдается устойчивый рост данного явления. Об этом же свидетельствуют экспертные оценки и по другим развитым странам. Но наиболее достоверными сведениями можно считать наблюдения именно американских специалистов, поскольку именно там эта тема наиболее изучена и имеется наработанная и успешная практика. Совсем недавно, еще 5-10 лет назад, сообщалось, что в США диагноз «аутизм» выявлялся в одном случае на каждые 250 детей. По последним оценкам, это соотношение составляет уже один больной ребенок на каждые 88 детей. Поскольку аутизм неравномерно распространен среди мальчиков и девочек, по ним принято приводить отдельно уточненные данные. В США сейчас один выявленный диагноз «аутизм» приходится на каждые 52 мальчика, и примерно на каждые 250 девочек. С чем связан продолжающийся рост проявлений аутизма, сказать трудно. Мы все-таки занимаемся в первую очередь практической помощью, и проводить исследования, аналитическую работу, у нас возможностей нет.

Зарубежные эксперты объясняют рост числа аутистов по-разному. Возможно, дело — в урбанизации и перенасыщенности общества информацией. Вероятно, отчасти это вызвано совершенствованием методов диагностики. Есть версия, и не безосновательная, обвиняющая повальную календарную вакцинацию в ранне-младенческом возрасте без учёта индивидуальных особенностей здоровья и развития ребёнка. Но, так или иначе, подобные тенденции роста числа людей с расстройствами аутистического спектра (РАС) отмечаются во всех странах, где этой теме уделяется внимание. Сколько аутистов – детей и взрослых – в России, не знает никто. Можно лишь предположить, что счет идет как минимум на десятки тысяч.

— В России вообще на этот счет никакой статистики, даже на уровне оценок?

— Катастрофическое положение аутистов в нашей стране в том и состоит, что их существование в принципе не признается – ни властями, ни научным или медицинским сообществом. Официально у нас даже диагноза такого – «аутизм» — нет. Формально при выявлении соответствующих симптомов детям часто, хотя и не всегда, пишут в истории болезни «ранний детский аутизм». Но большинство врачей не скрывает, что это своего рода реверанс, некая попытка пощадить чувства родителей, так называемый реабилитационный диагноз. На деле, де-факто, под ранним детским аутизмом в российской практике понимается детская шизофрения, и это явление отдано исключительно на откуп психиатрии. Со всеми вытекающими последствиями: методология лечения и отношение к аутистам как к тяжело психически больным людям, постоянное применение нейролептиков и психотропных препаратов, закрытые спецшколы, психо-неврологические диспансеры и интернаты. По достижении же 18 лет диагноз «ранний детский аутизм» автоматически переходит в «полноценную» шизофрению. Итог – полная инвалидность и недееспособность, ранняя смерть, разбитые и покалеченные семьи.

И даже если любовь родителей, или одного родителя, поскольку очень часто такие ситуации приводят к разрыву между супругами, пересиливает доводы психиатров — «сдать государству этого и родить себе нового, здоровенького» — и ребенка оставляют дома, не отдают в интернат, ситуация не перестаёт быть менее драматичной. Понятно, что родители стремятся не афишировать наличие такого ребёнка, показываться с ним на глаза посторонних людей, даже соседей. Семьи полностью закрываются от внешнего мира наедине со своим горем, но следуя указаниям психиатров, ничего не делают, продолжая «лечение» коктейлями из антипсихотиков. В результате, когда родители стареют или умирают, все заканчивается для аутистов полной инвалидностью, недееспособностью, «сумасшедшим домом» и ранней смертью.

При таком государственном подходе ситуация для аутистов долго оставалась бы у нас просто чудовищной, если бы не Интернет.

Возможность получить специализированную информацию, обмен опытом, знакомство с уже наработанными методиками и практиками дала родителям «особых» детей шанс на их спасение. Именно поэтому, по нашим личным наблюдениям, сейчас, наверное, уже больше половины детей с аутичной или аутоподобной симптоматикой находится вообще вне поля зрения медицинских органов. Родители просто не хотят рисковать жизнью и здоровьем своих детей и не связываются с нашей психиатрией. И из-за этого даже не идут на специализированную психиатрическую, у нас в стране она – отдельная от всех, МСЭ-комиссию за получением инвалидности.

ДРУГАЯ СИСТЕМА КООРДИНАТ

— В чем причина такого положения?

— Искать виноватых тут бессмысленно. Причина нынешней ситуации — в отсутствии в целом системы решения проблемы аутизма. Ведь трагедия не в том, что у нас какие-то плохие врачи или другие специалисты, педагоги или психологи. Это вовсе не так – квалификация отдельных специалистов достаточно высока и не подлежит сомнению. Дело просто в том, что их никто и никогда не учил ни тому, как диагностировать аутизм, ни тому, как обращаться с такими детьми и как вообще поступать с ними дальше. Нет никаких официально утвержденных методик и рекомендаций, нет даже единой согласованной позиции. Многие специалисты просто смотрят на это явление как бы из другой системы координат.

Самое главное при аутизме – своевременная диагностика. Чем раньше его удается выявить, тем сильнее это облегчит задачу дальнейшего «лечения», а точнее — коррекции и реабилитации. Как правило, очевидные симптомы этого явления у ребенка обнаруживаются уже в возрасте от полутора до двух лет. В первую очередь, это циклические повторяющиеся движения, отсутствие эмоционального ответа на ласки, отклика на своё имя, возможная болезненная реакция на резкие свет или звук, задержка речи, стереотипные повторяющиеся игры, болезненная привязанность к одному предмету, одной одежде, одной игрушке и т.д. Вроде бы всё очевидно, но если точно знаешь, на что и как обращать внимание. Однако, повторюсь, наших педиатров этому никто не учил и не учит.

Поэтому в жизни все происходит обычно по схожему сценарию. Родители, если и обращают внимание на некоторую необычность реакций ребенка, не всегда придают этому значение, и не говорят врачу. А если и скажут, врач, скорее всего, отмахнётся. Дети ведь вообще делают много странных вещей. И обычный ответ на такие симптомы – «да ладно, не беспокойтесь, пройдет!». В итоге осознание серьезности ситуации приходит, когда ребенку исполнилось уже 5 лет, а родители не понимают, что происходит, и не в силах совладать с ним обычными методами и словами. Вот тогда мам и пап с укором — «ну куда же вы раньше смотрели!» — прямиком отправляют к психиатру. После чего и звучит приговор: «детская шизофрения» или «ранний детский аутизм».

Сложность еще в том, что аутизм как явление находится на стыке разных областей. Реабилитация и интеграция аутистов это целый комплекс мер, во многом – именно социальных, в которых задействуются разные специалисты. Это и педиатры, и медики узкой специализации, и педагоги, и психологи, и дефектологи, и, в определенной степени, даже бизнес. Но поскольку ничего этого нет, решение проблемы остается делом лишь самих родителей.

К счастью, за рубежом давно уже наработаны все методики, по которым можно и самим как-то учиться и обмениваться опытом с другими. Отличие — лишь в том, что во всем цивилизованном мире давно действуют системы специализированной помощи семьям с аутичными детьми, в которые включены и социальные службы, и муниципальные власти, и школы, и университеты, и научные учреждения.

НЕ НАДО ИЗОБРЕТАТЬ ВЕЛОСИПЕД

— Насколько реально и сложно создать такую систему в российских реалиях?

— Ничего нереального и особо сложного нет. Все методики и системы опробованы и действуют в мире, поэтому изобретать велосипед здесь не нужно. Кроме того, эти меры не требуют дополнительных финансовых затрат со стороны государства. По большому счету, речь идет лишь о частичной реорганизации имеющихся механизмов и систем в области здравоохранения, образования и социальной сферы.

Первоочередная задача – наладить раннюю диагностику аутизма, для чего необходимо срочно провести дополнительное обучение педиатров и психиатров. На нормативном уровне необходимо прописать простейший набор симптомов, при наличии которых ребенок должен в обязательном порядке направляться на специализированную диагностику, прежде всего — иммунологическую и неврологическую. И только после получения таких данных можно было бы говорить о постановке диагноза.

Второе – обязательное и скорейшее внедрение корректирующих методик и программ для аутистов и детей с РАС, в которых должны быть задействованы родители таких детей, педагоги, персонал школ и дошкольных учреждений. Ведь сейчас семьям аутистов просто некуда деваться. Им остается либо следовать указаниям психиатров, которые аутистам абсолютно противопоказаны, и отдавать детей в специнтернаты, либо пытаться что-то изменить самим. Детей с РАС невозможно устроить ни в детский сад, ни в школу. Если иногда кому что-то и удается сделать, то исключительно усилиям отдельных энтузиастов. В столице, к примеру, на данный момент имеется лишь одна школа для аутистов, да и то она пребывает в непростом положении. Теоретически, в Москве также действует более 250 так называемых социальных центров, где родители могли бы на время оставить ребёнка, чтобы ходить на работу. Но в реальности с аутичными и поведенчески-нестабильными детьми это не работает. Да, люди там работают зачастую хорошие, добрые и отзывчивые, но там нет специалистов, тем более по аутистам.

— Разве нельзя обучать детей-аутистов с обычными детьми?

— Это – еще один принципиальный момент, а именно – налаживание системы реального инклюзивного образования, что действительно подразумевает совместное обучение «необычных» и обычных детей, а не разделение их, как сейчас, на разные школы и классы. Формально, на бумаге, как ни удивительно, в Москве около 100 школ считаются инклюзивными. На деле лишь пара-тройка что-то делает в этом направлении. В лучшем случае там организуют «спецклассы», куда отправляют особо трудных ребят. Но в наших нынешних чудовищных условиях и это можно считать достижением. Однако все равно это — профанация идеи инклюзивного образования. Между тем, во всем мире оно признано наиболее эффективным, причем не только для «больных» детей. К примеру, в США вообще все средние школы являются инклюзивными, принимают всех детей и могут организовать для них обучение по разным программам.

С технической точки зрения, введение инклюзивного образования отнюдь не является сложной задачей. Да, для этого требуется дополнительная подготовка школьного персонала. Но для большинства специалистов достаточно нескольких часов. Самое существенное и трудоёмкое здесь – подготовка и сертификация специалистов по поведенческому анализу. Эта дисциплина (Applied behavior analysis, ABA — РАПСИ) у нас вообще отсутствует – ее не изучают ни психологи, ни дефектологи, тогда как во всем мире АВА является одним из важнейших условий инклюзивного образования и адаптации аутистов. Кроме того, необходимо чтобы обязательными участниками образовательного процесса стали тьюторы (наставники — РАПСИ), помогающие детям, испытывающим те или иные трудности. Сейчас школы вынуждены нанимать их за собственные деньги или деньги родителей.

— Что следует предпринимать по социальной линии?

— Очевидно, что необходимо вводить новый вид инвалидности – по аутизму, благодаря которой такие дети будут пользоваться определенными правами и возможностями, так же, как и их родители. И, конечно, надо дать возможность таким родителям найти работу, которую можно совмещать с каждодневной беготней по специалистам и развивающим занятиям, которые необходимы аутисту как воздух.

В целом все это, очевидно, можно реализовать лишь с помощью единой комплексной программы, в которой должны быть задействованы разные ведомства – Минздрав, Министерство труда и социальной защиты, Министерство образования и науки. Это означает, что Минздрав, говоря по простому, должен полностью переработать все стандарты и протоколы лечения аутистов, переместив центр внимания с психиатрии на неврологию и иммунологию, срочно дать минимум знаний об аутизме всем педиатрам, наладить раннюю, до 1,5 года, диагностику. Минобрнауки должно срочно создать новую специальность — «прикладной поведенческий анализ». Все педагоги, дефектологи и школьные психологи должны знать ее основы. При этом я убежден, что она не потребует серьезных дополнительных расходов. Речь будет идти лишь о перераспределении тех средств, которые и сейчас выделяются государством. А в ближайшей перспективе – и о значительной экономии бюджетных денег. Ведь сейчас политика государства заключается в том, что оно пожизненно содержит аутистов, делая их полностью недееспособными, в закрытых больницах и психо-неврологических интернатах (ПНИ). И на каждого пациента на это, согласно нормативам, выделятся порядка 35 тысяч рублей в месяц. Но очевидно, что, перенаправив эти деньги на интеграцию и обучение таких детей, уже через 5-6 лет в общество вольются десятки тысяч людей, которые могут нормально функционировать, жить и работать. И расходы на помощь таким людям будут куда меньше. Это же элементарная арифметика, которую весь цивилизованный мир давно освоил, сделав согласно немудреным расчётам правильные выводы.

Беседовал Александр Баринов

rapsinews.ru

Ранний детский аутизм

На сегодняшний день диагноз ранний детский аутизм (РДА) — расстройство, о котором хотя бы один раз слышал любой родитель. И, поскольку частота встречаемости этого заболевания растет (5 −20 случаев на 10 000 человек), необходимо дальнейшее распространение информации о его симптомах, так как раннее выявление аутизма способствует своевременному началу коррекционной работы, а, соответственно, увеличивает шансы ребенка на возможность эффективно функционировать в обществе в дальнейшем.

В отечественной практике устойчиво существует именно понятие ранний детский аутизм (РДА), что, с одной стороны, верно отражает особенности данного расстройства: оно всегда проявляется в раннем детском возрасте (в среднем, до 3-х лет). Хотя в отдельных случаях аутизм может проявляться уже в младенчестве. Но, с другой стороны, существует проблема, которая ставит вне рамок данного заболевания тех аутистов, что стали взрослыми.

Итак, здесь существует три основных вопроса:

  1. почему это происходит?
  2. как определить, что у ребенка аутизм?
  3. что делать, если это так?

Причины аутизма не понятны до сих пор, хотя некоторые статистические данные говорят о том, что процент детей с данным расстройством выше у матерей старше 35 лет. Известно, что мальчики страдают аутизмом в 4 раза чаще, чем девочки. Симптоматическое проявление данного расстройства многообразно, отдельный ребенок может не иметь всего спектра признаков, а лишь два-три из них. Это нередко затрудняет своевременную постановку диагноза, когда либо врач «пропускает» данную симптоматику, либо родители по незнанию до определенного времени не принимают во внимание тех проблем, которые должны вызывать тревогу.

Мнения о причинах развития аутизма различны. Некоторые исследователи склоняются к тому, что патологии в родах, инфекционные поражения или различного рода травмы приводят к таким последствиям. Другие говорят, что причиной может быть врожденная мозговая дисфункция, а третьи вообще относят аутизм к шизофрении. Ни одна из этих версий на данный момент не является единственно верной и остается надеяться на то, что в недалеком будущем все — таки удастся найти причину развития раннего детского аутизма.

Проявления аутизма в поведении ребенка

Для аутизма характерно неравномерное развитие, а человек в некоторых случаях может иметь хорошо развитые способности и интерес в какой — то узкой сфере (рисование, музыка, вычислительные действия), при недоразвитии речевых навыков, низкой социальной компетентности и прочем.

Однако это, к сожалению, не гарантирует того, что каждый аутичный ребенок станет гениальным в какой-либо области. Зачастую, из-за поздно диагностированного расстройства и отсутствия полноценной реабилитации, такие дети значительно могут отставать в интеллектуальном развитии.

Что делать?

Если у ребенка присутствуют те или иные признаки аутизма, необходимо как можно раньше обратиться за помощью невролога и психиатра.

Данное расстройство относится к разряду именно тех, где очень важно своевременное начало коррекции. Специфического фармакологического лечения для аутичных детей нет. Оно может понадобиться, если аутизму сопутствуют синдром дефицита внимания и гиперактивность, но более важной является работа с психологами, детским психиатром — психотерапевтом и педагогами, которые владеют навыками работы с аутичными детьми.

Специалисты нашей клиники проводят комплексную диагностику и коррекцию аутизма, работая как с самим ребенком, так и с его семьей. Последнее очень значимо, поскольку правильное поведение и психолого-педагогическая грамотность родителей — залог успешного развития особого ребенка.

Вам нужна консультация? Позвоните нам сейчас: +7 (499) 7 93-45-15

minutkoclinic.com

Получение инвалидности

Проходили комиссию в сад ЗПР, туда не взяли, зато психоневролог посоветовала получить инвалидность.
Очень не уверена, что нам её дадут. У Тимы диагноз «аутизм вследстие других причин» (и что это значит?), но «хороший» такой аутизм, он говорит, вступает в контакт, правда не сразу и не всегда, умеет считать до 10. Проблем, конечно, много, но как-то сомневаюсь я, что дадут ему инвалидность.
Вопросы: 1) Куда для начала обращаться по поводу инвалидности? А то нас 6 больница и районный психиатр друг дружке перебрасывают.
2) Как себя вести на комиссии, на что делать упор, на что они вообще смотрят, когда определяют необходимость инвалидности?

3) — не по теме. Как общаться с обычными детьми? Они обычно смеются над ним и дразнятся.

Россия присоединилась к МКБ в 90-x годаx. «Законодательство РФ (а именно Закон РФ О психиатрической помощи. Закон РФ Об экспертной деятеятельности. ) устанавливает обязательное применение текущей версии МКБ в клинической психиатрии и при проведении судебных психиатрических экспертиз.»
В книге Башиной есть сравнение разныx форм диагностики и приведена старая Российская сxема:
КЛАССИФИКАЦИЯ РДА /РАМН, 1987 г./
1.РАЗНОВИДНОСТИ РДА:
1.1. синдром раннего инфантильного аутизма Каннера / классический вариант / РДА/;
1.2. аутистическая психопатия Аспергера;
1.3. эндогенный, постприступный /вследствие приступов шизофрении аутизм/;
1.4. резидуально-органический вариант аутизма;
1.5. аутизм при хромосомных аберрациях;
1.6. аутизм при синдроме Ретта;
1.7. аутизм неясного генеза.
2. Этиология РДА:
2.1. эндогенно-наследственная /конституциональная, процессуальная/, шизоидная, шизофреническая,
2.2. экзогенно-органическая,
2.3. в связи с хромосомным аберрациями,
2.4. психогенная,
2.5. неясная.
3. ПАТОГЕНЕЗ РДА:
3.1. наследственно-конституциональный дизонтогенез,
3.2. наследственно-процессуальный дизонтогенез,
3.3. приобретенный-постнатальный дизонтогенез.

Вы, наверное, эти коды имели ввиду.

Удивительно, что ИКП не в курсе диагностики, которaя соответствует законодательству.
28.05.2009 12:24:22, lena(uk)

conf.7ya.ru

Сопровождение детей с расстройствами аутистического спектра

Данный текст представляет собой краткие выдержки, отражающие основное содержание встречи.

Существует рабочее определение расстройств аутистического спектра (РАС): РАС представляют собой группу комплексных нарушений психического развития, характеризующихся отсутствием способности к социальному взаимодействию, общению, стереотипностью поведения. Для больных характерны также фобии, возбуждение, нарушение пищевого поведения и другие неспецифические симптомы. При этом РАС являются гетерогенной группой заболеваний с различной этиологий и патогенетическими механизмами. В клинической диагностике врач при постановке диагноза должен опираться на Международную классификацию болезней 10-го пересмотра (МКБ-10). Термин «аутизм» возник в результате того, что стержневой в этом расстройстве исторически считалась симптоматика ухода в себя. Однако по определению M. Раттера 1999 г. «Дети, страдающие аутизмом не уходят от реальности вследствие своего психического расстройства, они не могут войти в силу обширных и тяжелых нарушений индивидуального развития».

Классический Каннеровский синдром – непроцессуальный вариант раннего детского аутиизма (РДА), приводящий к отсутствию коммуникативных навыков. Это – редкое заболевание, встречающееся с частотой 2:10000. Отечественные психиатры вписывали эту нозологию в континуум шизоидных расстройств в соответствии с гипотезой, что аутизм Каннера — результат асинхронии развития функции, вариант эволютивного дизонтогенеза шизофренического спектра. По мнению профессора Б.В. Воронкова, эта психическая аномалия скорее всего обусловлена наследственной предрасположенностью. Это не болезнь, которую можно вылечить, а стойкое ограничение психических возможностей, вероятней всего, это первичная генетическая поломка, в которой отражена специфика психических расстройств.

По предложению шведского психиатра Кристофера Гилберга начиная с 2000 годов введен термин «расстройства аутистического спектра» (РАС). Уточняется, что проявление заболевания различаются в зависимости от тяжести аутизма, уровня развития и хронологического периода, поэтому используется термин «спектр». Представляется, что РАС – довольно сомнительная аббревиатура. Когда мы говорим «спектр» — подразумеваем обычно, что туда входят разные степени выраженности одного и того же. Однако РАС — не однородный континуум, туда собраны расстройства, разнородные по своим патогенетическим основам, фенотипическим особенностям, по степени тяжести. Это и генетические феномены (синдромы Мартина-Белла, Ретта и др.), шизофренические эндогенные психозы (атипичный детский психоз), все формы умственной отсталости с аутистическим радикалом и так далее. Вероятно было бы лучше, если бы в разные категории были выделены какие-то ядерные формы аутизма и аутистоподобные нарушения.

В диагнозе аутизм заключен парадокс. С одной стороны, диагноз аутизм может поставить только врач. С другой стороны, в основу определения ставится не психопатологический феномен, а социально-психологический (нарушение коммуникации, общения).

Аутистические расстройства возникают на основе различных нейробиологических, генетических или приобретенных аномалий, характеризующихся как признаками умственной отсталости, так и психотическими симптомами. Известный невролог Жан Айкарди, выделяет более 20 заболеваний, сопутствующих аутизму. Предполагается, что существует более сотни нарушений развития, где генетические синдромы коморбидны с четкими проявлениями аутизма.

В Международной классификации болезней 10-го пересмотра (МКБ-10) РАС введены в рубрику F 84 «Общие расстройства психологического развития».

F 84.0 Детский аутизм (начало от 0 до 3-х лет)

F 84.02 Аутизм процессуальный (начало до 3-х лет).

F 84.1 Атипичный аутизм

  • атипичный детский психоз (начало между 3 и 5-ю годами)
  • умеренная умственная отсталость (УМО) с аутистическими чертами
  • F 84.2 Синдром Ретта

    F 84.3 Другое дезинтегративное расстройство детского возраста (дезинтегративный психоз, синдром Геллера, детская деменция,симбиотический психоз).

    F 84.4 Гиперактивное расстройство, сочетающееся с умственной отсталостью и стереотипными движениями.

    F 84.5 Синдром Аспергера.

    Диагноз «Детский аутизм» (F 84.0) ставится в соответствии с диагностическими критериями, представленными в современных медицинских руководствах. Существуют диагностические критерии детского аутизма по МКБ-10.

    Мы предлагаем читателю заполнить анкету, построенную на критериях детского аутизма по МКБ-10 (https://iancommunity.org/cs/autism/icd10_criteria_for_autism). Выберите один из двух ответов. Ответ «да» выбирайте только в том случае, если особенность, отмеченная в пункте, появилась у ребенка в возрасте до 3 лет, в случае, если особенность появилась после 3 лет, отметьте «нет».

    Особенность

    «да»

    «нет»

    Качественные нарушения в социальном взаимодействии

    Ребенок не способен адекватно использовать взгляд глаза в глаза, выражение лица, позы и жесты тела для регуляции социального взаимодействия

    Ребенок не способен развивать отношения со сверстниками (в манере, свойственной возрасту и при наличии широких возможностей) с использованием взаимного обмена интересами, видами деятельности и эмоциями

    У ребенка отсутствует социально-эмоциональная взаимность, что проявляется в сниженной или нарушенной реакции на эмоции других людей, или у ребенка отсутствует модуляция поведения в соответствии с социальным контекстом; или же наблюдается слабая интеграция социального, эмоционального и коммуникативного поведения (например, при общении ребенок не учитывает эмоциональную реакцию партнера по общению – О.С.)

    У ребенка отсутствует спонтанный поиск обмена радостью, интересами или достижениями с другими людьми (например, ребенок не показывает другим людям объекты своего интереса, не приносит их, не указывает на них)

    Качественные нарушения в коммуникации

    У ребенка наблюдается отставание или полное отсутствие развития разговорной речи, которая не сопровождается попытками компенсации через использование жеста или мимики, как альтернативной модели коммуникации (которой часто предшествует отсутствие коммуникативного гуления)

    Ребенок относительно не способен инициировать или поддерживать разговор (на том уровне сформированности языковых навыков, который у ребенка присутствует), в котором присутствовала бы взаимность и отзывчивость на коммуникацию другого человека

    У ребенка наблюдается стереотипное или повторяющееся использование языка или идиосинкразическое использование слов или предложений (склонность изобретать новые слова или использовать существующие слова в других контекстах – О.С.)

    У ребенка отсутствует разнообразная спонтанная воображаемая или (в более раннем возрасте) социальная игра-имитация

    Ограниченные, повторяющиеся или стереотипные виды поведения, интересов или деятельности

    Для ребенка свойственна всеобъемлющая озабоченность одним или несколькими стереотипными и ограниченными видам интересов, аномальными по содержанию или фиксированности на них; или один и более интересов, которые аномальны по своей интенсивности и ограниченной природе, но не по содержанию или фиксированности

    У ребенка наблюдается компульсивное (навязчивое – О.С.) соблюдение определенных, нефункциональных привычек или ритуалов

    У ребенка отмечаются стереотипные и повторяющиеся механические маньеризмы (двигательные стереотипии – О.С.), которые включают либо движения руками типа хлопанья или скручивания пальцев, либо комплексные движения всего тела

    Ребенок проявляет повышенный интерес к частям объектов или к нефункциональным свойствам игрового материала (например, к их последовательности, к их фактуре (тому, что можно почувствовать наощупь – О.С.), шуму или вибрации, которую они производят).

    Обработка данных анкеты

    Для диагноза «детский аутизм» необходимо наличие минимум 6 ответов «да» во всех трех областях со следующим распределением: минимум 2 ответа «да» на вопросы первой части (качественные нарушения в социальном взаимодействии), минимум по 1 ответу «да» на вопросы остальных двух частей. Напоминаем, что эти особенности должны появиться у ребенка в возрасте от 0 до 3 лет. То есть до 3-летнего возраста трудно говорить о диагнозе «детский аутизм».

    При этом клиническая картина не должна быть характерной для других распространенных расстройств развития, таких как специфическое расстройство восприятия речи (F80.2) со вторичными социо-эмоциональными проблемами, реактивное расстройство привязанности (F94.1) или расторможенное расстройство привязанности (F94.2); задержка умственного развития (F70-F72) с некоторыми ассоциированными эмоциональными или поведенческими расстройствами; шизофрения (F20.-) с необычно ранним началом; и синдром Ретта (F84.12).

    В отличие от классического варианта детского аутизма процессуальный детский аутизм (F84.02) формируется в связи с перенесенным психозом в первые 3 года жизни ребенка, как правило, между 1 и 2,5 годами. Приступы возникают на фоне диссоциированного дизонтогенеза или нормального развития. Психотическое состояние характеризуется кататоническими, аффективными, психопатоподобными и неврозоподобными симптомами, сочетающимися с остановкой в психическом развитии или явлениями регресса разной степени. Возраст начала совпадает по времени с периодом апоптоза (запрограммированной гибели нервных клеток). Течение болезни прогредиентное, злокачественное. Прогноз и динамика процессуального аутизма определяются особенностями преморбида (регресс чаще возникает у детей с шизотипическим диатезом), характером психопатологической симптоматики (чем значительней регрессивная симптоматика, тем тяжелее прогноз) и видом лечебно — коррекционных мероприятий (комплексная терапия эффективна с применением симптоматической фармакотерапии и психологической, дефектологической коррекции).

    Диагноз «атипичный аутизм» (F84.1) ставится в тех случаях, когда аутистическое расстройство появляется после 3 лет (обычно между 3 и 5 годами), либо в тех случаях, когда отсутствует один из обязательных диагностических критериев, а именно: достаточно отчетливые нарушения социального взаимодействия, ограниченное, стереотипное, повторяющееся поведение, тот или иной признак нарушенного развития появляется в возрасте после 3 лет. Чаще возникает у детей с тяжелым специфическим расстройствами развития рецептивной речи или с умственной отсталостью, наличие или отсутствие которой обозначается четвертым знаком (F84.11 -…с умственной отсталостью, F84.12 -…без умственной отсталости).

    В НЦПЗ РАМН разработали свою классификацию аутизма:

    • детский аутизм эндогенного генеза (синдром Каннера, инфантильный аутизм деткий аутизм процессуальный, синдром Аспергергера)
    • аутистическиподобные синдромы при органическом поражении ЦНС
    • аутистиическиподобные синдромы при хромосомных, обменных и других нарушениях
    • синдром Ретта (неуточненного генеза)
    • аутистическиподобные синдромы экзогенного генеза: психогенный парааутизм (депривационный аутизм)
    • аутизм неясного генеза.
    • Одной из основных проблем, связанных с аутизмом в настоящее время считается рост числа больных в популяции. По данным ВОЗ 2014 года распространенность в странах Европы признается равной 61,9:10000, в Америке – 65,5:10000 (по данным на 2000 год – от 0,7 до 21,1 на 10000). В нашей стране эпидемиологических исследований не проводилось. Предполагается, что определенную роль играют вирусные инфекции, вакцинации, экологическая ситуация (на пороки развития мозга, к которым относится аутизм, оказывает влияние ряд токсических химикатов, включая тяжелые металлы и пестициды). Анализируя время возникновения аутистических расстройств обнаружено, что у 54% детей с аутизмом имеются аномалии коры головного мозга, возникшие до 6 месяца беременности, и отсутствующие у детей без симптомов аутизма.

      В ряде случаев причиной появления у ребенка аутистических черт являются органические поражения центральной нервной системы, генетически обусловленные нейродегенеративные заболевания. Ряд генетических синдромов, таких как синдромы Мартина-Белла (фрагильной Х-хромосомы), Ретта, Ангельмана (синдром петрушки), Прадера-Вилли, Вильямса, Сотоса, обменные нарушения такие как, туберозный склероз, и другие, а также в ряде случаев синдром Дауна, дают аутистическую симптоматику. Для выявления генетического фактора существуют специальные анализы, в частности, панель «Аутизм», которая позволяет исследовать широкий спектр генов, нарушение в работе которых может приводить к проявлениям в поведении, сходным с детским аутизмом. В ряде случаев это позволяет выбрать правильную тактику лечения, в частности, ограничительные диеты, использование которых приводит к улучшению в состоянии больного. Следует остановиться на аутистических расстройствах вследствие бессудорожной эпилептической энцефалопатии. При этой форме эпилепсии в определенный период онтогенеза наступает значительный регресс в когнитивной и психической сфере. Терапия противосудорожными средствами приводит к улучшению состояния. Если речь идет о нейродегенеративном заболевании, сопровождающемся аутистической симптоматикой, то тактика лечения должна принципиально отличаться от тактики лечения при детском аутизме. Так, например, прием нейролептиков может привести к усугублению регресса. Именно поэтому очень важна правильная диагностика.

      На протяжении последних 30-40 лет, к сожалению, не достигнуто существенного прогресса ни в отношении диагностики, ни в отношении коррекции аутизма. Ничего принципиально нового.

      Для скрининговой диагностики (если есть малейшие подозрения на аутизм) можно использовать специальные опросники (шкалы CHAT, CARS, например). Русскоязычные версии некоторых тестов приведены, например, здесь: http://www.polismed.com/articles-priznaki-autizma-u-detejj-osobennosti-povedenija-rebenka.html. Если по их результатам будут веские основания полагать, что у ребенка может быть детский аутизм, то в дальнейшем необходимо пройти генетическое обследование, ЭЭГ-мониторирование (с целью исключения специфических форм эпи-активности, которые могут давать проявления, сходные с проявлениями при аутизме), получить консультацию невролога и психиатра.

      На что нужно обращать внимание в развитии ребенка до 2 лет с точки зрения возможного наличия у него детского аутизма?

      Комплексная сравнительная оценка нервно-психического развития детей раннего возраста

      К концу 3 месяца

      Следит за движущейся в горизонтальной плоскости игрушкой. Слуховое сосредоточение

      Спокойно бодрствует, расширяется диапазон эмоциональных реакций, улыбается при общении с взрослыми

      РАС

      Не следит за погремушкой, которую перемещают из стороны в сторону, не прислушивается к звону колокольчика

      Отсутствует приподнимание головы, совершает несимметричные движения ручками и ножками

      Отсутствует реакция на взрослого, не смотрит на мать, когда она заговаривает с ним

      К концу 5 месяца

      Двигательное развитие

      Переводит взгляд с предмета на предмет. Манипуляции направлены на предметы. Хорошо берет погремушку, которую держат у него над грудью

      Долго лежит на животе, поднимая корпус и упираясь на ладони выпрямленных рук. Переворачивается на живот со спины. Ровно, устойчиво стоит при поддержке под мышки

      Улыбается отражению в зеркале. Различает тон, с которым к нему обращаются. По разному реагирует на близких и чужих людей

      Не рассматривает предметы на близком расстоянии или часто подолгу рассматривает свои руки. Не может уверенно протянуть ручку к игрушке. Не пытается, находясь на руках у матери, отыскивать глазами те предметы, которые мать показывает

      Плохо поворачивается самостоятельно с живота на спину. Неуверенно держит головку, особенно в тот момент, когда его приподнимают за ручки из положения лежа на спине

      Не прекращает плакать, когда слышит музыку или пенье матери. Не прекращает плакать, когда с ним заговаривают, не может отличить доброжелательность или недовольство в тоне или мимике. Слабость улыбки, ее соотнесенность не к лицу, а к деталям одежды

      К концу 8 месяца

      Сенсомоторное развитие и манипуляторная деятельность

      Эмоциональное развитие

      Долго занимается игрушкой, стучит игрушкой об игрушку, рассматривает их. В совместных действиях с взрослыми ярко проявляется способность подражать. По просьбе взрослых выполняет разученные движения «ладушки».

      Сам садится и ложится. Придерживаясь руками за барьер, встает и стоит. Встает на четвереньки.

      Усиливается страх расставания с близкими. Знает свое имя.

      Манипулирует чаще одной игрушкой или тянет игрушку только в рот. Преобладают похлопывающие движения руки. Не берет мелкие предметы двумя пальцами, либо виртуозно ими манипулирует

      Не может ползти назад. Не может короткое время стоять при поддержке за руки.

      Не прислушивается к разговору взрослых. Не реагирует на свое имя.

      К концу 12 месяца

      Показатель

      норма

      Поворачивается на собственное имя. Дифференцирует тон. Проявляет интерес к картинкам в книге. Интерес к способам обследования предметов, играм с водой, мелкими предметами, простым механизмам. Пользуется гребенкой и ложкой по назначению.

      Самостоятельно ходит без поддержки. Приседает и встает.

      Появляются аффективные реакции, когда взрослый не понимает желание ребенка, его жестов, мимики, потребностей. Владеет указательным жестом, мотает головой выражая протест, вокализирует в начале и конце совместных действий. Обращает внимание на лицо говорящего.

      Упорный поиск определенных зрительных ощущений. Стойкое стремление к созерцанию ярких предметов, их движения, верчения, мелькания страниц.

      Начало бега одновременно с началом ходьбы. Разряды прыжков, кружение вокруг своей оси, машущие движения пальцами либо всей кистью. Гипомимичность.

      Не может выполнить простейшей просьбы. Слабость, замедленность, отсутствие реакции на обращение «псевдоглухота». Отсутствие адекватного жеста. Избирательность ответных реакций на речь.

      К концу 24 месяца

      Речевое развитие

      Действие с предметами и моторика

      Общение

      Культурно гигиенические навыки

      Задает первые вопросы

      Поднимается и спускается по лестнице с поддержкой. Пробует ловить брошенный мяч

      Общается с детьми

      Регулирует отправление естественных потребностей

      Отказ от пользования речью, либо «взрослая речь». Комментирующие фразы. Неологизмы.

      Мешковатость, неуклюжесть, манипуляции с предметами (рассматривание, постукивание, перекладывание из руки в руку)

      Отсутствие реакции на словесное обращение, отклика на имя. Игнорирование контакта с детьми, амбивалентность в стремлении к контакту, страх детей.

      Трудности формирования навыков опрятности, страх горшка.

      Когда речь идет о коррекционных подходах к детскому аутизму и РАС очень важная роль принадлежит комплексной диагностике и коррекции. Комплексная коррекция должна основываться на многоуровневой диагностике имеющихся расстройств. Важно, чтобы медикаментозная терапия находилась в соответствии с коррекционной работой, чтобы врачи (психиатр и невролог) и психолог (логопед и т.д.) обменивались друг с другом информацией о состоянии пациента. В качестве примера, когда речь идет о пациентах с дегенеративными расстройствами, использование «классического психиатрического лечения детского аутизма» с помощью нейролептиков может вызвать ухудшение состояния, назначение «классического неврологического лечения» с помощью ноотропных средств, может вызвать манифестацию психотического приступа. Специалист (психолог, логопед), который на регулярной основе работает с ребенком, способен отследить его состояние и дать объективную, адекватную обратную связь врачу.

      Комплексная помощь детям и подросткам, страдающим аутизмом, включает психофармакотерапию, психотерапию, психосоциальную терапию и семейную терапию. Каузальной терапии (терапии причин) аутизма не существует. Споры о том, целесообразна ли психофармакотерапия у детей с РАС продолжаются. Отечественные психиатры считают ее необходимой и оправданной. Назначение антипсихотиков способно снизить психотическую охваченность и трудности поведения с агрессией. Применение трав, аминокислот, нормотимиков, ноотропов способно нормализовать тонические процесы. Ухудшения часто наблюдаются на фоне ликвородинамических нарушений, в этих случаях требуется коррекция специфическими препаратами. Лечение позволяет добиться смягчения тяжести аутизма, создает предпосылки к возможности обучения. Хаотичные попытки использования разнообразных методов типа хилирования, диетотерапии, терапии гормоном секретином, триптофан-терапии, могут кому-то помочь, но отнюдь не всем. Это не универсальные методики, которые могут в ряде случаев (при неправильном назначении) давать неблагоприятные побочные эффекты.

      Коррекционные психологические подходы менее специфические и меньше детерминированы нозологией. По словам В.М.Башиной, искусство психолога – попасть на периоды подъема, а не спада. Существует много методов коррекции детского аутизма, примерно 100 различных моделей, используемых во всем мире. Самые распространенные из них: АВА-терапия, программа коррекции детей с аутизма и другими коммуникативными трудностями TEACCH (краткое описание можно посмотреть, например, здесь: http://autism.md/ru/autismul/metode-de-corecie/). Врачи психиатры отмечают хорошие эффекты при использовании многофункционального уровневого подхода (Никольская О.С., Баенская Е.Р., Лебединский В.В., Бардышевская М.К.).

      Качество работы методами АВА-терапии в нашей стране вызывает у специалистов вопросы. Преимущество этой программы в том, что она очень хорошо структурирована, понятна родителям. В ее рамках происходит выбор навыка, подбирается подходящий стимул и, в процессе работы должна происходить генерализация навыка (перенос в другие сферы жизни). Сказать, что генерализация происходит всегда, трудно. Достаточно часто формируется речь, но это «речь робота», диалога так и не возникает. Более продуктивно сочетание поведенческой терапии и наблюдение за поведением ребенка, выявление сохранных структур с постепенной стимуляцией его эмоциональной активности с использованием этих сохранных структур. Тщательная индивидуальная коррекционная работа может приносить хорошие результаты, активизировать развитие ребенка, социализировать поведение, нивелировать аутистическую симптоматику. Упорная длительная работа в эмоционально-уровневом подходе дает выход более высокого качества, так как за эмоциями идет все остальное развитие.

      Сейчас становится все популярнее метод Томатис (основанный на аудиостимуляции). Это — официально не признанный альтернативный способ лечения, эффективность которого не доказана. К сожалению, в ряде случаев после проведения курса Томатис, у детей наблюдается ухудшение, усугубление симптоматики. Те, кто предлагает лечение с помощью этой методики, часто настаивают на продолжении терапии, апеллируя к тому, что многие методы вначале вызывают ухудшение состояния. Врачи считают, что продолжение применения методик, ухудшающих состояние ребенка, не целесообразно. Если ребенок идет на занятия с плачем, криком, какой бы вид занятий не предлагался, это значит, что его ресурс, увы, не соответствует тем требованиям, которые к нему предъявляются. Также, с сожалением стоит отметить, что на фоне интенсивной терапии (особенно, когда сразу применяется много стимулирующих методов) часто случаются откаты, манифестации эпи-приступов, и другие неблагоприятные эффекты. Центры, широко использующие методы с недоказанной эффективностью, должны вызывать настороженность. В то же время, можно ожидать и положительных эффектов от того же Томатиса. По крайней мере, он может способствовать развитию у ребенка усидчивости. На коррекции у ребенка не должно быть серьезных ухудшений, обострений. Он должен двигаться вперед.

      Холдинг-терапия (удерживание) тоже не однозначный метод с не вполне понятной подоплекой. Есть идеи о том, что стрессовое воздействие способно заставить ребенка через стресс смягчить ядерные симптомы аутизма. Кто-то, действительно улучшается, а кто-то, к сожалению, ломается окончательно. И потом очень трудно доказать, вследствие чего он сломался, то ли вследствие терапии, то ли вследствие своего собственного болезненного процесса.

      Если говорить об эффективной социализации ребенка с аутизмом, то полезным является создание специальных структур при детских садах и школах для детей с расстройствами коммуникации. Возможно несколько вариантов организационных решений. В ряде случаев ребенок с аутизмом может обучаться в обычном классе. Уровень инклюзии варьируется от чисто формального до полноценного; последний встречается редко. Используется промежуточный вариант – занятия в классе по некоторым предметам, по другим индивидуально. В специальных образовательных структурах возможно сочетание в классе нескольких детей (2-3 человека с органическим поражением ЦНС, в частности ДЦП и 1-2 детей с аутистическим расстройством). Менее удачной является попытка соединения в одном классе детей с умственной отсталостью и аутистическими расстройствами при наполняемости класса 10-12 учеников на одного учителя. Отсутствует возможность обеспечить развитие новых навыков, предыдущее обучение идет насмарку. У детей с аутизмом, как ни у кого другого, развита имитация, если правильно подобрать пару, то они очень хорошо за этой парой идут. Вместе с тем, ребенок с аутизмом в классе среди здоровых детей не всегда хорошо себя чувствует, так как дети с аутизмом часто гиперсенситивны (например, к шуму), по-настоящему боятся внезапных, мало предсказуемых взаимодействий.

      Каковы исходы аутизма? По этому поводу существует статистика. В последние годы она меняется. Отмечается утяжеление контингента детей с аутистической симптоматикой, наметилась тенденция к росту аутистических расстройств при органических поражениях ЦНС, увеличение частоты форм с интеллектуальной дефицитарностью. Чаще дети обучаются по коррекционной программе, и очень редко по массовой. Раньше примерно 20% обучалось в массовых школах, 60% — в коррекционных школах, остальные находились в ведении соцзащиты. Сейчас процент обучающихся по массовой программе снижается. Прогнозы менее благоприятны, чем были раньше. Несмотря на большое разнообразие препаратов, эффект от лечения минимальный. Может быть потому, что разрушена система коррекционной помощи. Еще на уровне детского сада она кое-как держится, а на уровне школы возникла тупиковая ситуация. Раньше дети с аутизмом обучались в школах с нарушением опорно-двигательного аппарата, школах для детей с соматическими нарушениями (школы здоровья), и в школах для детей с речевыми нарушениями. Были более мягкие формы обучения, когда ребенок мог всю школу просидеть за партой с мамой. Тьютора как профессии у нас до сих пор не существует. На это место приходят волонтеры, которые часто не представляют себе, что нужно делать.

      В то же время есть пациенты, которые закончили ВУЗы и работают по специальности. Есть те, которые реализуются в творческих профессиях (музыканты, художники и др.).

      Организация сопровождения при РАС проработана недостаточно. Существуют отдельные центры имеющие положительный опыт эффективной помощи детям с РАС. Центр лечебной педагогики хорошо уловил социальную составляющую коррекционного процесса и стал создавать для возрастных пациентов колледжи, профучилища. Они ходят туда, работают, обретают навык. Это благодарное дело, они заняты, могут как-то себя обеспечивать. Существуют варианты социализации в виде клубов, куда пациенты с аутизмом ходят годами, общаются друг с другом. В городе Пскове А.М Царевым совместно с немецкими коллегами был создан «Центр лечебной педагогики и дифференцированного обучения» с целью реабилитации людей с нарушениями развития, использующий европейскую модель. Помощь осуществляется детям с тяжелыми формами аутизма, больным ДЦП, больным с органическими повреждениями нервной системы, и больным эпилепсией. Работа ведется на разных уровнях, в зависимости от тяжести заболевания (отделение ранней диагностики и помощи, учебные отделения, лечебно-трудовые мастерские). Создано отделение учебного проживания, где пациенты обучаются навыкам посещения магазина, бытовым навыкам. Помощь детям оказывается бесплатно.

      Медицинские центры, где можно сделать генетические анализы на панель «Аутизма» (по назначению врача): лаборатория Геномед, Медико-генетический научный центр (ул. Московречье, д.1).

      neuropsycholog.ru