Марищук стресс

Марищук стресс

42. Kponomos С. П.. Цыган В. Н., Дикань В. Е. Сравнение показателей основного обмена и кровообращения здоровых лиц // Материалы XI науч. конф. молодых ученых и специалистов Академии / Воен.-мед. акад. — Л., 1990.- С.90.

43. Кудрин И. Д.. Марищук В. Л.. Алябьев А. Н., Голуб И. В. Особенности динамики функционального состояния организма спортсменов, тренирующихся на выносливость // Теоретические и прикладные вопросы обитаемости и профессионального отбора. — СПб. — Североморск, 1996. -С. 50-51.

44. Лебедев В. И. Личность в экстремальных условиях. М.: Политиздат, 3989. — 304 с.

45. Литвипцев С. В., Нечипорелко В. В. Патогенез боевой психической травмы // Общая патология боевой травмы. — СПб.: Б.и., 1994. — С. 103-111.

46. Макаров В. И. Изменение биоритмов в экстремальных условиях // Хронобиология и хропомедицина: Руководство. М.: Медицина, 1989. — С.169-183.

47. Марищук В. Л. Перераспределение функциональных резервов в организме спортсмена как показатель стресса / Стресс и тревога в спорте: Сб. статей. — М.: , 1984. С. 58-73.

48. Марищук В. Л., Пепьковский Е. А. В чем сила сильных. — М.: Изд-во ВЗПИ, 1992. — 190 с.

49. Марищук В. Л. Эмоции в спортивном стрессе. — СПб.: ВИФК, 1995.-38 с.

50. Меерсои Ф. З. Адаптация, стресс и профилактика. М.: Наука, 1981. — 278с.

51. Меерсои Ф. З. Адаптация к стрессу: механизмы и защитные перекрестные эффекты // Hyp. Med. J. — 1993. — №4. — С. 23-30.

52. Меерсои Ф. З., Пшеиникова М. Г. Адаптация к стрессорным ситуациям и нагрузкам. — М.: Медицина. 1993 — 256 с.

53. Мельник Б. Е., Кахана М. С. Медико-биологические формы стресса. — Кишинев: Штиинца, 1931. — 176 с.

54. Михайленко А. А., Бочекков А. А., Одинак М. М., Федоров А. В. Динамика личностной и реактивной тревожности у летного состава корабельной авиации // Совершенствование форм и методов медицинского контроля за функциональным состоянием и работоспособностью летного состава. — Л.: ВМедА, 1990. — С.36.

pedlib.ru

Стресс (состояние эмоциональной напряженности)

Среди эмоциональных состояний выделяют эмоциональную напряженность (Наенко, Овчинников, 1970), характеризующуюся повышенным уровнем активации (возбуждения).

В. Л. Марищук (1974) предложил разделить понятия «эмоциональное напряжение» и «эмоциональная напряженность». Первое, с его точки зрения, характеризуется активизацией различных функций организма в связи с активными волевыми актами, вторая приводит к временному снижению устойчивости психических процессов и работоспособности. Такое разделение представляется не очень логичным и прежде всего потому, что эмоциональным напряжением автор называет волевое напряжение. Большинство авторов не разводят понятия «эмоциональное напряжение» и «эмоциональная напряженность» (Человек — производство — управление, 1982; Куликов, 1997, и др.).

Л. В. Куликов вообще считает, что добавлять к слову «напряжение» определение «эмоциональное» нет необходимости, потому что трудно представить себе любое напряжение безэмоциональным. Думаю, что это заявление излишне категорично, хотя по своей сути оно справедливо. Ведь выделение эмоционального напряжения обусловлено не тем, что есть напряжение, сопровождаемое эмоциональными переживаниями, а тем, что причиной психического напряжения человека является развившаяся сильная эмоция. Недаром Н. И. Наенко и О. В. Овчинников выделили и операциональную напряженность, которая связана с высоким темпом работы. При этом виде напряженности эмоциональные переживания тоже могут иметь место, но они вторичны, а не первичны, как при эмоциональной напряженности. Собственно, и Л. В. Куликов отмечает, что у акцентуированных личностей причиной напряжения могут быть эмоции.

Эмоциональная напряженность может оказывать на эффективность деятельности как положительное, так и отрицательное действие. По данным Е. А. Иванова и др. (1969), эмоциональная напряженность перед прыжком с парашютом увеличивает мышечную силу, но расстраивает моторную координацию (Архангельский, 1934).

Э. Л. Носенко (1978) изучены изменения речи при эмоциональном напряжении, наблюдавшиеся в естественных, а не в лабораторных условиях: перед экзаменом, перед хирургической операцией у больных, у диспетчеров при выполнении ими тестовых заданий в присутствии авторитетной комиссии, у военнослужащих при выполнении профессиональной деятельности, связанной с большой личной ответственностью. Воспользуюсь описанием этих изменений, данным самим автором. «Для состояния эмоционального напряжения характерны затруднения в формулировании мыслей и выборе слов для их адекватного выражения, которые проявляются в увеличении в устных высказываниях количества и длительности пауз, нерешительности, поисковых слов, семантически нерелевантных повторений, «заполненных» пауз, поисковых и описывающих жестов, сопровождающих речь. Одним из проявлений этих затруднений является также снижение словарного разнообразия речи. Кроме того, отмечаются существенные сдвиги в осуществлении тех речевых операций, которые требуют сознательного контроля за качеством их реализации. В частности, отмечается более контрастное, чем в обычном состоянии, проявление в речи тенденций к синкретизму в области строевого синтаксиса (т. е. к незавершенности «морфологического оформления слов во фразе в соответствии с синтаксическими собязательствами») и к нерасчлененности в области актуального синтаксиса (выражающейся в том, что последовательности слов, которые могли бы быть представлены как синтаксически непрерывные цепочки, членятся на отдельные синтагмы, соединенные путем простого соположения). Об ослаблении сознательного контроля за качеством лексико-грамматического оформления высказывания в состоянии эмоциональной напряженности свидетельствует также увеличение количества синтаксически и логически незавершенных фраз, нарушение целостности сверхфразовых единств, возрастание количества некорректируемых ошибок.

В состоянии эмоциональной напряженности активизируются спонтанные речевые проявления; резко возрастает количество привычных речений, слов-«паразитов», клише. Эти привычные речения артикулируются в более высоком темпе, чем в речи, происходящей в обычном состоянии, что приводит к изменению темпа артикулирования. Существенно возрастает количество некоммуникативных жестов, сопровождающих речь, факт появления которых не осознается говорящим. Наличие затруднений в выборе слов и в формулировании мыслей, с одной стороны, и активизация спонтанных проявлений, с другой стороны, приводят к резким колебаниям общего темпа речи на отдельных участках речевой цепи, с чем, в известной степени, связаны и колебания частоты основного тона».

На основе анализа приведенных выше особенностей речи в состоянии эмоциональной напряженности Носенко выделила целый ряд показателей, поддающихся количественной оценке, которые могут использоваться при диагностике этого состояния:

1. Средняя длина отрезка речи, произносимого без пауз нерешительности. Она рассчитывается путем деления времени «чистой речи» (или количества слов в высказывании) на количество пауз нерешительности. За паузы нерешительности принимаются паузы длительностью от 250 мс и выше.

2. Темп артикулирования, т. е. отношение количества слогов в высказывании к времени, затраченному на их произнесение (т. е. количество времени «чистой речи»).

3. Латентный период речевой реакции.

А. Диапазон колебаний темпа речи в процессе устного высказывания. Этот показатель характеризует два разнонаправленных сдвига: возникновение затруднений в оперативном выборе слов в речи и оживление спонтанной речевой активности, сопровождающейся увеличением темпа речи. Чем шире диапазон колебаний темпа речи на отдельных участках речевой «цепи», тем с большей вероятностью можно утверждать, что говорящий переживает состояние эмоциональной напряженности.

5. Длительность временного интервала, по истечении которого в речевом потоке появляются зоны, где частота основного тона голоса превосходит среднюю типичную для данного говорящего частоту.

6. Количество явлений нерешительности (семантически нерелевантных повторов, переформулировок, «заполненных пауз», незавершенных слов или фраз).

7. Коэффициент словарного разнообразия речи, характеризующий отношение разных слов в высказывании к общему количеству слов.

8. Среднее количество жестов (в расчете на 100 слов высказывания), сопровождающих речь, в частности поисковых и некоммуникативных жестов.

9. Среднее количество синтаксически незавершенных фраз в устных высказываниях.

10. Среднее количество ошибок (оговорок, парафазии) в речи.

Эмоциональный стресс. В настоящее время стало модным вместо термина «эмоциональное напряжение» употреблять термин «стресс». Даже нажатие на динамометр, не говоря уже о сдаче экзамена, выступлении на соревновании, рассматривается как стресс. В результате это понятие постепенно теряет свое первоначальное предназначение, отведенное ему Г. Селье в его первых работах. Как отмечает Ю. Г. Чирков (1988), стресс противоречив, неуловим, туманен. Он с трудом укладывается в узкие рамки определений. Его слабость — в неопределенности, расплывчатости границ.

А это всегда чревато утратой существа явления, появлением неразберихи в использовании самого термина, возникновением неоправданных дискуссий по поводу его сущности. К сожалению, как это будет видно из дальнейшего, к этому приложил руку и сам Селье.

Очевидно, впервые термин «стресс», означающий не что иное, как напряжение, упоминается в 1303 году в стихотворении Роберта Маннинга Handlying Synne: «И эта мука была манной небесной, которую Господь послал людям, пребывающим в пустыне сорок зим и находящимся в большом стрессе».

Г. Селье (1982) полагает, что слово «стресс» пришло в английский язык из старофранцузского и средневекового английского и вначале произносилось как «дистресс». Затем первый слог исчез из-за смазывания или «проглатывания». Имеется и точка зрения, что слово «стресс» произошло от латинского stringere — затягивать.

Как бы то ни было, в самом слове не содержится ничего нового для обозначения состояний человека. Новым был тот смысл, который в него вложил Селье.

В законченном виде учение о стрессе как об общем адаптационном синдроме при действии повреждающих агентов было сформулировано Г. Селье, хотя и до него сходные явления наблюдали некоторые физиологи и клиницисты. Так, У. Кеннон в 1914 году описал нейроэндокринный феномен, который он назвал реакцией «бегства—защиты». Центральным органом, участвующим в этой реакции, является мозговой слой надпочечников. Сама реакция рассматривается Кенноном как мобилизация организма, подготавливающая мышцы к действию в ответ на воспринимаемую угрозу. Этот механизм дает возможность индивиду либо бороться с угрозой, либо бежать от нее.

Как указывает А. А. Виру (1980), в отдельных работах отечественных ученых раскрыты механизмы неспецифической адаптации. Так что у Г. Селье были предшественники, и его учение о стрессе как общем адаптационном синдроме создавалось не на пустом месте.

Чем более модным становилось понятие «стресс», тем больше Селье отходил от первоначального понимания этого феномена. Эта эволюция его взглядов хорошо показана в работе В. Я. Апчела и В. Н. Цыгана (1999), поэтому я воспользуюсь их описанием.

Авторы отмечают, что Г. Селье трактует понятие «стресс» по-разному. Если в его первых работах под стрессом понималась совокупность всех неспецифических изменений, возникающих в организме под влиянием любых сильных воздействий и сопровождавшихся перестройкой защитных систем организма, то в более поздних работах под стрессом стала пониматься неспецифическая реакция организма на любое предъявленное к нему требование, т. е. произошло упрощение этого феномена и соответствующего ему понятия. Очевидно, как и другие ученые, Селье не устоял перед соблазном создать «всеобъемлющее и единственно правильное» учение, тем более что критики его первоначальной концепции усиленно подталкивали его к этому (то он не учел роль центральной нервной системы, то психического фактора, то мышечной нагрузки при занятиях спортом).

Первоначально Селье и его сотрудники уделяли внимание лишь биологическим и физиологическим аспектам проблемы стресса. Поэтому традиционным стало понимание стресса как физиологической реакции организма на действие отрицательных факторов, представляющих угрозу для организма. Стресс выражается общим адаптационным синдромом, проявляющимся независимо от качества патогенного фактора (химический, термический, физический) и имеющим определенные стадии:

— реакция тревоги, во время которой сопротивление организма сначала понижается («фаза шока»), а затем включаются защитные механизмы («фаза противошока»);

— стадия устойчивости (резистентности), когда за счет напряжения функционирующих систем достигается приспособление организма к новым условиям;

— стадия истощения, в которой выявляется несостоятельность защитных механизмов и нарастает нарушение согласованности жизненных функций.

Ведущую роль в развитии общего адаптационного синдрома, по мнению Селье, играет эндокринная система, в частности гипофиз.

Важно отметить, что на первых этапах создания учения о стрессе Селье подчеркивал, что возникают не только функциональные изменения во внутренних органах, являющиеся обратимыми, но и морфологические необратимые изменения, т. е. серьезные заболевания. И этому есть много доказательств, когда в результате психической травмы у человека возникает патология внутренних органов, вплоть до онкологических заболеваний.

Эти примеры показывают слабые места в первоначальной позиции Селье — отрицание ведущей роли центральной нервной системы в генезисе стресса, на чем настаивали отечественные ученые, проповедовавшие идею центризма.

Постепенно по мере изучения стресса Селье пришел к пониманию в его развитии роли психологического фактора. Этому во многом способствовали работы ученых, обобщавших опыт Второй мировой войны. В публикациях все чаще стали появляться такие понятия, как «психический стресс», «эмоциональный стресс». Это привело к размыванию понятия «стресс», так как в их содержание стали включать и первичные эмоциональные реакции, возникающие при критических психологических воздействиях, и эмоционально-психические синдромы, порожденные телесными повреждениями, и аффективные реакции с сопутствующими им физиологическими механизмами (Китаев-Смык, 1983).

Это привело к смешению психофизиологического и физиологического подходов к изучению стресса.

Первым попытался разграничить физиологическое и психологическое понимание стресса Р. Лазарус (1970). Он выдвинул концепцию, согласно которой разграничивается физиологический стресс, связанный с воздействием реального физического раздражителя, и психический (эмоциональный) стресс, связанный с оценкой человеком предстоящей ситуации как угрожающей, трудной. Однако такое разделение тоже довольно условно, так как в физиологическом стрессе всегда есть элементы психического (эмоционального), а в психическом стрессе не может не быть физиологических изменений. Речь, следовательно, должна идти скорее о причинах, вызывающих стресс (физических и психологических), чем о различиях в наблюдающихся изменениях в организме. В этом отношении более правомерна позиция В. Л. Марищука (1984, 1995), считающего, что любой стресс является и физиологическим, и психическим (эмоциональным).

На финальной стадии разработки своего учения Г. Селье стал говорить о двух видах стресса — дистрессе, связанным с отрицательными эмоциональными реакциями, и эустрессе, связанном с положительными эмоциональными реакциями. Это привело к тому, что в сферу этих понятий вошли все физиологические явления, включая и сон. Так, Селье пишет, что даже в состоянии полного расслабления спящий человек испытывает некоторый стресс и что полная свобода от стресса означает смерть. Мне же представляется, что такое толкование означает смерть самого понятия «стресс».

Естественным становится стремление исследователей найти какие-то границы стресса как психического (эмоционального) напряжения. По мнению Л. Леви (1970), эмоциональный стресс можно рассматривать как участок своеобразного континуума эмоциональных состояний, нижней точкой которого являются небольшие сдвиги физиологического гомеостаза в условиях полного безразличия. Приятные и неприятные эмоции сопровождаются изменениями в уровнях физиологического гомеостаза.

В стрессовом состоянии, как отмечают С. Майер и М. Ланденслагер (Maier, Landenslager, 1985), в организме вырабатывается гормон кортизол, который способствует появлению дополнительной энергии (за счет расщепления белков) и поддерживает уровень артериального давления. Однако он ослабляет иммунитет, т. е. невосприимчивость к инфекционным заболеваниям.

В связи с этим говорить о том, что стресс полезен для организма, вряд ли правомерно, если иметь в виду действительно угрожающий уровень эмоционального напряжения, а не уровень, находящийся в пределах нормы и не представляющий никакой опасности. Однако стресс не следует ограничивать и рамками патологии, на что обращают внимание В. Я. Апчел и В. Н. Цыган.

В общем виде причиной стресса, по А. Уэлфорду (Welford, 1973), является несоответствие возможностей организма предъявляемым к нему требованиям, например при высокой эмоциональной насыщенности деятельности, т. е. большом количестве эмоциогенных ситуаций (Витт, 1986). По П. Фрессу (1975), стресс также могут вызывать личные и социальные конфликты, не находящие своего разрешения. Возникает вопрос: какие сдвиги можно считать стрессовыми, а какие нет?

В. Л. Марищук полагает, что стрессом можно назвать лишь такое состояние, которое характеризуется значимым выбросом стероидных гормонов (не менее чем на величину вероятного отклонения от исходных показателей). Следует все же признать, что любая установленная исследователями граница будет условна, так как нельзя забывать, что стресс — это напряжение, а последнее имеет только степень выраженности. Ученые же пытаются придать стрессу как эмоциональному состоянию определенную модальность, качественное специфичное содержание, что, с моей точки зрения, не корректно. Ведь сильное эмоциональное напряжение (возбуждение) может быть и при гневе, и при ужасе, и при горе, и при экстазе. (В связи с этим не вполне понятна попытка В. В. Суворовой отделить стресс от эмоции, когда она пишет: «В отличие от эмоций стресс — это чрезвычайное состояние» [1975, с. 19].) Все эти состояния различны по качеству переживаний, но сходны по их степени. Такие переживания приводят к появлению общего адаптационного синдрома, поскольку сильное эмоциональное возбуждение становится угрозой для организма и личности.

Понимание стресса как чрезвычайного, угрожающего состояния, как общей защитной реакции присуще большинству отечественных авторов (Абрамов, 1973; Апчел, Цыган, 1999; Бодров, 1995,2000; Вальдман и др., 1979; Суворова, 1975; Уколова и др., 1973; Чирков, 1988; и др.).

Читатели, которых эта тема интересует специально, могут найти полезную информацию в работах Дж. Виткина (1995, 1996), Б. А. Вяткина (1981), Л. П. Гримака и В. А. Пономаренко(1971), Ю. М. Губачеваи др. (1976), В. И. МясниковаиМ. А. Новикова (1975), К. В. Судакова (1981), а также в книгах «Актуальные проблемы стресса» (1976), «Психический стресс в спорте» (1973), «Психоэмоциональный стресс» (1992), «Стресс и тревога в спорте» (1983), «Эмоциональный стресс» (1970).

www.emotionlabs.ru

Акмеологическая профилактика стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений тема диссертации и автореферата по ВАК 05.26.02, 19.00.13, кандидат психологических наук Гущин, Дмитрий Михайлович

Оглавление диссертации кандидат психологических наук Гущин, Дмитрий Михайлович

1. Теоретико-методологические проблемы профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений.

1.1. Состояние проблемы исследования.

1.2. Характеристика психологической устойчивости к стресс-фрустрационным состояниям.

1.3. Организационно-ориентированные основы преодоления стресс-фрустрационных состояний .

1.4. Критерии, показатели и индикаторы акмеологческого уровня профилактики стресс-фрустрационных состояний.

Выводы к разделу

2. Пути акмеологической профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений.

2.1. Модели сопровождения профилактики стресс-фрустрационных состояний.

2.2. Мониторинг профилактики стресс-фрустрационных состояний

2.3. Условия использования акмеологических программ профилактики безопасности специалистов спецподразделений

2.4. Акмеологические технологии повышения профилактики стресс-фрустрационных состояний.

Выводы к разделу 2.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему «Акмеологическая профилактика стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений»

Актуальность темы исследования определяется необходимостью поиска интегральных методов анализа, мониторинга и управления профилактикой фрустрационных состояний специалистов спецподразделений.

Проблема безопасности фрустраций заключается не только в необходимости сохранения здоровья специалиста в опасной ситуации, но и в оценке и прогнозировании его психического состояния, в том, чтобы научить его использовать свои психофизиологические резервы, обеспечивать профилактику надежности выполнения профессиональных задач в условиях стресса. Прогноз фрустрационных ситуаций является конечным и наиболее важным этапом акмеологии формирования готовности к безопасному для специалиста выполнению задач.

Акмеологический анализ профилактики стресс-фрустрационных состояний важен не только для сохранения и укрепления психического здоровья субъекта на этапах специальной подготовки, но и для формирования навыков преодоления фрустраций, новых поведенческих навыков и стереотипов после коррекции, которые необходимы для выживания и выполнения поставленных служебных задач.

В целом решение проблемы безопасности специалиста во фрустрирующих ситуациях связано с необходимостью устранения следующих противоречий:

— между необходимостью интегрированного подхода к пониманию причин возникновения и развития фрустрационных состояний в стресс-фрустрирующих ситуациях и применения психолого-акмеологических методов их профилактики;

— между задачами обеспечения индивидуально-личностной безопасности и сложившейся системой обучения психолого-акмеологическим навыкам преодоления условий и факторов фрустрации;

— необходимостью акмеологической профилактики фрустрационных состояний и существующими образовательными программами, не учитывающими методы акмеологии в подготовке к таким ситуациям.

Состояние разработанности проблемы. Данная проблема исследуется преимущественно медицинской наукой ( Колычева И.В., Матюшин A.B., ПорошинА.А., Бояринцев В.В. и др.) и ведомственными центрами оказания психологической помощи. Эффекты воздействия в плане психологических взаимосвязей активно изучаются и используются в разных областях нейрокомпьютерной теории и техники ( Горбань А.Н., Россиев Д.А.). В психологии они применяются для решения задач диагностики (АндрюнькинаЕ.В., Журова О.В.), прогнозирования (Тетюшкина Е.В., Белялов Ф.И.) и анализа информации ( Артюхов П.И., Бесько В.А.), прогнозирования заболеваемости ( Парпара О.С., Поступайло В.Б.), развития адаптационного потенциала ( Лукашенко Д.В.).

Теоретико-методологические вопросы акмеологического обеспечения задач прогнозирования поведения личности рассматриваются в работах сотрудников кафедры акмеологии и психологии профессиональной деятельности РАНХиГС. Раскрыты предмет, понятийный аппарат и методы изучения акмеологии безопасности человека ( Деркач A.A., Казаков Ю.Н.), алгоритмы социально-психологической оценки персонала ( Анцупов А.Я.); определено содержание медицинской акмеологии как одного из направлений психолого-акмеологического исследования ( Казаков Ю.Н.). Рассмотрены проблемы личностно-профессионального потенциала ( Марков В.Н.) и профессионализма деятельности в особых и экстремальных условиях ( Зазыкин В.Г.). Выявлены варианты компетенций в обеспечении безопасности сотрудников охраны ( Чернов A.B.), пограничников (Радушинский A.C.), военнослужащих ( Заковряшина С.Е.). Рассмотрены феноменология безопасности (Деркач A.A., Секач М.Ф.) и мотивация поведения личности ( Асеев В.Г.). Обеспечение безопасности личности рассматривается в акмеологии и санапсихологии (Казаков Ю.Н.) в контексте феномена био-психосоциального здоровья ( Ломов Б.Ф.). Однако в условиях специфического труда в спецподразделениях проблема не исследовалась.

В целом исследуемая проблема заключается в отсутствии целостного представления об акмеологической профилактике стресс-фрустрационных состояний и соответствующего уровня акмеологического знания, направленного на развитие теории и практики тренингов безопасности. Это требует разработки модели феномена устойчивости психического здоровья в условиях непредсказуемости стресс-фрустрирующей среды. Актуальной представляется задача создания программы, направленной на профилактику фрустраций, удовлетворяющей потребности безопасности специалистов спецподразделений.

Цель исследования — разработать программу формирования акмеологической профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений.

Объект исследования — стресс-фрустрационное состояние специалистов спецподразделений.

Предмет исследования — акмеологическая профилактика стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений.

Гипотеза исследования. Интеграция возможностей акмеологической профилактики стресс-фрустрационных состояний может обеспечить безопасность личности в служебной деятельности. Профилактика учитывает способности личности и потребность прогнозировать опасность возникновения фрустраций, предупреждать возможные риски, противодействовать и преодолевать их без внутреннего психологического рассогласования (рисков психического здоровья — тревоги, рассеянности, страха, депрессии), вызывающего психическое напряжение; стресс преодолевается без деструкций психики. Однако фрустрации и возникновение рисков для жизни могут приводить к принятию неадекватных решений. По этим причинам в основе профилактики безопасной и продуктивной деятельности специалистов спецподразделений определена необходимость развития возможностей нейтрализации фрустраторов и преодоления негативных факторов развития стресс-фрустрационных состояний. Развитие таких возможностей лежит в разработке акме-ориентированной программы тренинга и обучения акме-саморазвитию (санапсихологии). В итоге алгоритмы мониторинга и тренинга подготовки к действиям в условиях опасности формируют навыки профилактики даже к непрогнозируемым фрустрирующим ситуациям риска для здоровья и жизни.

1. Обобщить состояние проблемы исследования.

2. Дать характеристику психической устойчивости к стрессфрустрационным состояниям.

3. Определить истоки формирования стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений.

4. Обосновать критерии, показатели и индикаторы акмеологической профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений.

5. Разработать модель сопровождения профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений.

6. Разработать акмеологические технологии профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений.

Теоретико-методологическую базу исследования составили: системный, субъектный и деятельностный подходы; принципы детерминизма, развития, социальной обусловленности саморазвития личности, единства сознания и деятельности ( Асеев В.Г., Иванников В.А., Климов Е.А., Ломов Б.Ф., Рубинштейн C.JT. и др.); научные положения о развитии личности ( Ананьев Б.Г., Давыдов В.В.), о взаимовлиянии личностного и профессионального развития (Ананьев Б.Г., Бодалёв A.A., Деркач A.A.,

Сластёнин В.А., Шадриков В.Д.); принцип целостного изучения личности во всём многообразии ее проявлений ( Мясищев В.Н., Платонов К.К.); принцип активности субъекта деятельности (Абульханова-Славская К.А., Выготский JI.C., Леонтьев А.Н.); перехода развития в саморазвитие ( Деркач A.A., Селезнёва Е.В., Синягин Ю.В.); акме психического здоровья ( Казаков Ю.Н.).

Исследование строилось на позициях анализа развития человека как био-психо-социальной системы, нашедшей отражение в направлениях научных разработок психологов и медиков ( Амосова Н.М., Бехтерева В.М., Зинченко Ю.П., Маслоу А., Рубинштейна С.Л., Юнга К.Г. и др.).

— общенаучные методы: теоретико-методологический анализ и интерпретация результатов исследований, контент-анализ литературы, сравнительный анализ, обобщение;

— эмпирические методы: индивидуальное собеседование, наблюдение, тестовые оценки уровня развития эмоционально-волевой сферы, качественный и количественный анализ готовности личности к фрустрационным ситуациям, формирующий эксперимент профилактики стресс-фрустрационных состояний, интерпретация полученных результатов.

Статистическая обработка результатов исследования производилась с помощью программы Microsoft 2007.

Эмпирическую базу исследования составили данные государственной статистики и ведомственной отчётности. Кроме того, в 2009-2012 гг. было проведено выборочное исследование специалистов спецподразделений, выборка из 123 специалистов спецподразделений была пропорциональная, квотная, гнездовая.

Надёжность и достоверность исследования определяется обоснованностью исходных теоретико-методологических положений, разнообразием и надёжностью использованных методик оценки стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений, компьютерной обработкой полученных результатов, надёжностью санапсихологической методики профилактики фрустрационных состояний.

Основные научные результаты, полученные лично соискателем, и их научная новизна

1. Обобщено состояние проблемы исследования, уточнены теоретико-методологические понятия по проблеме профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений. Уточнено понятие « фрустрации » как явления, препятствующего деятельности; понятие фрустрационного состояния как характеризующегося особенностями эмоциональных переживаний и поведения, вызываемых объективно непреодолимым фактором. Систематизированы акмеологические основы профилактики стресс-фрустрационных состояний, вызываемых трудностями достижения безопасности личности.

2. Раскрыта сущность устойчивости психики к стресс-фрустрирующим влияниям, зависящей от переменных характеристик психического напряжения, интенсивности проявления психофизиологических механизмов адаптации к фрустрирующим ситуациям, от особенностей личности (адаптационных резервов истощения психики) и типа воздействующих фрустраторов: физических (препятствий), биологических (нарушение здоровья), психических (страх, тревога), социальных (нарушения норм, правил).

Выявлены типичные проявления не-психотических расстройств на различных уровнях устойчивости психики при развитии фрустраций в чрезвычайных ситуациях, проявляемых в виде острых реакций на стресс, в виде адаптационных (приспособительных) невротических реакций, неврозов (истерический, фобический, депрессивный, ипохондрический, неврастения, тревога).

3. Показана организационная основа профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений, которая включает предварительный анализ условий и факторов — фрустраторов ситуации. Организационно ориентированная основа профилактики позволяет определять вариабельность мотивированности в обеспечении безопасности при решении профессиональной задачи в данной ситуации.

Выявлено отличие ситуации, вызывающей фрустрацию, от ситуации затруднительности исполнения профессиональной задачи — предфрустрации, что позволило сформировать необходимый уровень акмеологической профилактики реагирования личности на стресс-фрустрированность (двигательное возбуждение, апатия, агрессия и деструкция, стереотипизация, регрессия).

Спецификой акмеологического уровня профилактики безопасного поведения во фрустрирующей ситуации является « мотивосообразность » обеспечения безопасности: наличие осмысленной перспективной связи поведения с мотивом его безопасности, развертывание психологических конструктов преодоления фрустраций и направленность поведения на успешное решение служебной задачи. Акмеологический уровень профилактики позволяет системно учитывать факторы фрустрационного поведения и условия развития фрустрационных нарушений психики на уровне самоконтроля при преодолении нарастающей фрустрации: от мотивосообразного (предфрустрационного поведения) до потери контроля своих действий (фрустрационно-катастрофического поведения).

4. Разработаны критерии, показатели и индикаторы акмеологического уровня безопасности личности в преодолении стресс-фрустрационных состояний специалистами спецподразделений, где основным выступает когнитивный критерий, а также ценностно-смысловая направленность когнитивно мотивированного поведения при преодолении фрустраций.

Выделены показатели трех уровней безопасности при преодолении фрустрационных состояний: первый уровень — показатели образов представляемого результата преодоления фрустраций; второй уровень -показатели ресурсов, необходимых для достижения целей психологической устойчивости к фрустрациям; третий уровень — показатели формирования целевой стратегии преодоления фрустраций. Последний уровень предполагает формирование алгоритмов самосовершенствования компетенций личности в выработке навыков преодоления фрустраций. Индикаторами акмеологического уровня безопасности в преодолении фрустраций являются способности длительное время выполнять однообразные действия, выносить большие физические нагрузки, выдерживать эмоциональные нагрузки; работать в неудобных позах и т.д. Эти способности в определенной степени формируются в итоге когнитивно-акмеологических тренингов самосовершенствования ценностно-смысловой направленности на безопасность личности при преодолении стресс-фрустрационных состояний.

5. Разработана модель сопровождения профилактики стресс-фрустраций специалистов спецподразделений. Основой модели является санапсихологическая методика акмеологического комплекса личностной санагигиены фрустраций — психолого-акмеологической гигиены самооздоровления аудиовизуального и образно-мониторингового уровней. Эта методика является активной акмеологической образовательной методикой психологической разгрузки в акме-тренингах.

Разработана акме-регулирующая программа профилактики фрустраций служебной среды специалистов спецподразделений, которая позволяет регулировать повседневное и оперативное самочувствие и работоспособность практически здоровых специалистов, деятельность которых проходит в условиях нервно-психического напряжения; восстанавливать их функциональное состояние после перенесенных стрессоров — фрустрационных состояний и психотравм; осуществлять профилактику и акме-коррекцию нарушений функционально-психического состояния у специалистов с психосоматическими расстройствами.

По форме воздействия программа разделена на два направления -релаксирующее и мобилизующее. Релаксирующая акме-подпрограмма отличается санапсихологическим уровнем профилактики фрустраций. Мобилизующая модифицирует и нейтрализует эмоциогенные образы, вызывающие стресс-фрустрационные состояния, активирует внутренние ресурсы поддержания безопасности к фрустрациям в работоспособности специалистов спецподразделений.

6. Сформированы алгоритмы мониторинга профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений. Они включают анализ акме-функций психологического состояния и акмеологической профилактики фрустраций, контроль проведения акме-коррекционных и реабилитационных мероприятий с обязательной психотерапевтической программой тренингов, применение фармакологических и других средств.

Выявлено, что признаки личностной дезадаптации, склонность к аффективной неустойчивости, эмоциональная напряженность, социальная неадаптированность, озабоченность, тревожность наиболее выражены у лиц с коротким (до 3 лет) и длительным (свыше 6 лет) профессиональным стажем. Проведение курса акме-коррекции улучшает самочувствие и психологические показатели у подавляющего большинства (95%) обследованных специалистов спецподразделений, снижает уровень тревожности.

Теоретическая значимость исследования состоит в разработке теоретической модели и программы формирования способов и навыков профилактики безопасного поведения, которые позволяют существенно повысить уровень психической устойчивости и безопасности в условиях фрустрационных ситуаций.

Практическая значимость результатов исследования

Результаты исследования могут применяться при организации акмеологического мониторинга психологической устойчивости безопасности специалистов и профилактики эмоциональных проявлений личности в условиях стресс-фрустрирующих ситуаций, а также при проведении дополнительных акмеологических спецкурсов по безопасности здоровья при формировании кадрового резерва. Разработанные методические рекомендации акме-ориентированного санапсихологического саморазвития могут использоваться в целях самопознания ресурсов и возможностей психических резервов здоровья при противодействии фрустрациям для всех профессиональных типов служебной деятельности, а также для разработки психолого-акмеологических программ акме-коррекции и профилактики фрустраций личности в профессиональной деятельности.

Апробация и внедрение результатов исследования. Результаты исследования докладывались на IX Международной научно-практической конференции « От кризиса к росту: стратегия инновационного развития » (Москва, декабрь 2009); международной конференции ЮНЕСКО «Устойчивое развитие в условиях глобализации: реализация стратегии ЮНЕСКО по образованию для устойчивого развития (2010-2015)» (Москва, декабрь 2010). Основные положения диссертационного исследования обсуждались на заседаниях проблемных групп и кафедры акмеологии и психологии профессиональной деятельности РАНХиГС при Президенте РФ (2009-2013), на V съезде Российского психологического общества (14-18 февраля 2012).

Положения, выносимые на защиту

Фрустрация определена как расстройство психики в стрессовой ситуации; как нарушение отношения к барьерам деятельности; как формирующая фрустрационное состояние, проявляющееся в особенностях переживаний и поведения, вызванных непреодолимыми (в субъективном представлении) трудностями.

Характеристика психологической устойчивости (толерантности) к стресс-фрустрационным состояниям определена как переменная, зависящая от уровня психического напряжения, особенностей личности и типа фрустрационной ситуации. Организационные и специально ориентированные меры профилактики стресс-фрустрационных ситуаций включают анализ и определение воздействующих на личность факторов-фрустраторов, определение опасности, внезапность, неопределенность, новизну их проявления, увеличение темпа действий в условиях дефицита времени для достижения цели. К реакциям, влияющим на характер состояния, относятся затруднительность действий и фрустрированность. Организационные мероприятия формируют конструкты безопасного поведения, включая реализацию целей обеспечения безопасности в условиях чрезвычайной ситуации.

Критерии, показатели и индикаторы акмеологического уровня безопасности стресс-фрустраций в служебной деятельности специалистов спецподразделений отражают когнитивные особенности их отношения к фрустрационным ситуациям. Критерии основываются на ценностно-смысловом отношении к профессии, чувстве удовлетворения и осмысленности безопасности. Показатели профилактики безопасности включают умения длительное время выполнять однообразные движения; выносить большие физические и эмоциональные нагрузки; работать в неудобных позах. Профилактика имеет три уровня: уровень предполагаемого результата; уровень имеющихся ресурсов для достижения целей профилактики безопасности; уровень принятия решения о достижении безопасности в деятельности и действиях.

Содержание модели сопровождения профилактики стресс-фрустраций специалистов спецподразделений связано с возможностями саморегуляции личности, с мерами организационного сопровождения безопасности. Основой модели является методика акмеологической программы санапрофилактики фрустраций, включающая: психологическую гигиену самооздоровления на аудиовизуальном и образно-мониторинговом уровнях; воздействие на эмоциональную сферу в акме-тренинговом процессе и на подсознательные механизмы, психическую активность в процессе обучения. Воздействие осуществляется через алгоритмы релаксации и мобилизации. Релаксирующие алгоритмы отличаются санапсихологическим подходом к профилактике фрустраций, тогда как мобилизующие строятся на активно-динамическом образовательным сюжете, акмеологическом сопровождении акме-тренингов.

Мониторинг профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений включают анализ психологической устойчивости, контроль соблюдения режима труда и отдыха, проведение реабилитационных мероприятий с обязательной коррекцией стресс-фрустраций.

Условия применения программы профилактики фрустраций и обеспечения безопасности специалистов определены исходя из ее методологических аспектов, которые включают основные компоненты образовательных стратегий акме-тренинга: когнитивный (знание основ обеспечения безопасности); аффективный (эмоционально-оценочное отношение к акме-тренингам) и конативный (определяющий потребности в углублении, расширении, систематизации знаний о безопасности личности).

Акмеологические методы повышения профилактики стресс-фрустрирующих состояний специалистов включают следующие структурные компоненты модели профилактики безопасного поведения во фрустрационных ситуациях:

— ценностно-мотивационный, обусловливающий приоритетность ценностей безопасности и потребности в обеспечении личной безопасности;

— когнитивный, заключающийся в выявлении причин возникновения опасности, применении правил и способов безопасного поведения в условиях стресса;

— предметно-деятельностный — формирование умений предвидеть опасные ситуации;

— регулятивный — формирование способностей эмоционально-волевой регуляции поведения;

— оценочно-рефлексивный, представляющий собой формирование умений оценивать опасность ситуации.

Заключение диссертации по теме «Безопасность в чрезвычайных ситуациях», Гущин, Дмитрий Михайлович

Выводы к разделу 2

1. Разработана модель сопровождения профилактики стресс-фрустраций специалистов спецподразделений. Она отражает уровни корреляции санапсихологического подхода профилактики преодоления стресс-фрустрационных состояний с возможностями личности в навыках саморегуляции и с организационными мерами сопровождения безопасности.

Основой модели является санапсихологическая методика акмеологического комплекса личностной санагигиены фрустраций -психолого-акмеологической гигиены самооздоровления аудиовизуального и образно-мониторингового уровней. Эта методика является активной акмеологической образовательной методикой психологической разгрузки в акме-тренингах.

Акме-регулирующая программа профилактики фрустраций служебной среды специалистов спецподразделений позволяет регулировать повседневное и оперативное самочувствие и работоспособность практически здоровых специалистов, деятельность которых проходит в условиях нервно-психического напряжения; восстанавливать их функциональное состояние после перенесенных стрессоров-фрустрационных состояний и психотравм; осуществлять профилактику и акме-коррекцию нарушений функционально-психического состояния у специалистов с психосоматическими расстройствами.

По форме воздействия программа разделена на две подпрограммы -релаксирующую и мобилизующую. Релаксирующая подпрограмма отличается санапсихологическим подходом к профилактике фрустраций. Мобилизующая подпрограмма позволяет модифицировать или нейтрализовать эмоциогенные образы, вызывающие стресс-фрустрирующие состояния, индуцирует внутренние ресурсы для поддержания безопасности специалистов спецподразделений.

2. Сформированы алгоритмы мониторинга профилактики стресс-фру стрирующих состояний специалистов спецподразделений. Они включают анализ акме-функций психологического состояния и акмеологической профилактики фрустраций, контроль проведения акме-коррекционных и реабилитационных мероприятий с обязательной психотерапевтической программой тренингов, применением фармакологических и других средств, обладающих стресс-фрустрирующим действием.

При оценке фрустрационных состояний и состояния психического здоровья специалистов нередко наблюдаются признаки личностной дезадаптации, склонность к аффективной неустойчивости, эмоциональная напряженность, социальная неадаптированность, озабоченность, тревожность. Наиболее выражены эти изменения у лиц с коротким (до 3 лет) и длительным (свыше 6 лет) профессиональным стажем. Проведение курса акме-коррекции улучшает самочувствие и настроения у подавляющего большинства (95%) обследованных специалистов спецподразделений, оптимизацию психологических показателей, существенное снижение уровня тревожности.

3. Основой акмеологической программы обеспечения безопасности специалистов спецподразделений во фрустрирующих ситуациях являются методологические аспекты акмеологической профилактики фрустраций по когнитивному, аффективному, конативному направлениям образовательных стратегий акме-тренинга и на овладение компетенций санаций и аутосанаций .

4. Разработаны алгоритмы профилактики стресс-фрустрирующих состояний специалистов спецподразделений, включаемые в структурные компоненты модели профилактики к безопасному поведению во фрустрационных ситуациях. К ним отнесены ценностно-мотивационный, когнитивный, предметно-деятельностный, регулятивный и оценочно-рефлексивный способы.

Исследована проблема, заключающаяся в отсутствии целостного представления об акмеологической профилактике стресс-фрустрационных состояний, формируемого путем достижения нового уровня акмеологического знания, которое дополняет теорию и практику тренингов безопасности в модели сущности и содержания развития феномена устойчивости психического здоровья специалистов спецподразделений в условиях непредсказуемости стресс-фрустрационной среды.

С учетом практической востребованности и недостаточной разработанности проблемы акмеологической профилактики стресс-фрустрационных состояний актуальной представлялась задача создания программы, направленной на профилактику фрустраций, удовлетворяющей потребности обеспечения безопасности специалистов спецподразделений.

Рассмотрено состояние проблемы исследования и уточнено понятие « фрустрация ». Оно понимается как расстройство психики в стрессовой ситуации; как явление, представляющее собой барьер при выполнении деятельности; как состояние, выражающееся в переживании, которое вызывается (субъективными) трудностями. Систематизированы также методологические основы профилактики стресс-фрустрационных состояний.

Дана характеристика психологической устойчивости к стресс-фрустрационным состояниям. Определены типичные переменные проявлений не психотических расстройств на различных уровнях устойчивости психики и этапах развития стресс-фрустрационных состояний — острые реакции психики, адаптационно-невротические реакции, неврозы. Выявлены наиболее вариабельные проявления устойчивости к фрустрирующим ситуациям, определены соответствующие адаптационные реакции.

Определены факторы-фрустраторы, воздействующие на личность; реакции, влияющие на ее состояние. Организационные основы профилактики формируют конструкты безопасного поведения: « мотивосообразность » безопасности, осмысленность перспективной связи поведения с мотивом, обеспечивающим безопасность ситуации; « организованность » достижения цели безопасности.

Разработана модель сопровождения профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений, являющаяся активной коррекционной методикой психолого-акмеологической разгрузки.

Разработаны алгоритмы мониторинга стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений, позволяющие выявлять наиболее часто встречающиеся психологические нарушения, осуществлять контроль соблюдения режима труда и отдыха, проводить акме-реабилитационные мероприятия с психотерапевтической коррекцией, а также другие средства совершенствования профилактики фрустрационных состояний.

Определены условия, обеспечивающие применение акмеологической программы профилактики безопасности специалистов, разработаны методологические аспекты основных компонентов образовательных стратегий акме-тренинга: когнитивного, аффективного и конативного.

Разработаны акмеологические способы совершенствования профилактики стресс-фрустрационных состояний специалистов спецподразделений, включаемые в структурные компоненты модели обеспечения безопасного поведения во фрустрирующих ситуациях: ценностно-мотивационный, когнитивный, организационно-деятельностный, регулятивный и оценочно-рефлексивный. По итогам формирующего эксперимента применения разработанных методов выявлены позитивные изменения, в частности, уменьшилось число специалистов, находившихся на критическом уровне фрустраций, и увеличилось число специалистов на уровне акме психического здоровья.

В целом деятельность специалистов спецподразделений, рискующих жизнью в повседневной практике, связана со стресс-фрустрационными ситуациями, с воздействием на них большого числа фрустраторов, поэтому в процессе их профессиональной подготовки, наряду с требованиями высокого уровня профессиональных знаний и умений, требуется формирование акмеологических навыков преодоления стресс-фрустрационных состояний.

Список литературы диссертационного исследования кандидат психологических наук Гущин, Дмитрий Михайлович, 2013 год

1. Акмеологическая концепция деятельности кадров управления в кризисных ситуациях: коллективная монография / A.A. Деркач , Л.Г. Лаптев, Е.Б. Перелыгина. М.: Альтекс, 2006. — 450 с.

2. Андреев, А. А. Состояние здоровья профессиональных спасателей МЧС России и направления оптимизации лечебно-профилактической помощи http://dlib.rsl.rU/01004303 823.

3. Андреева, Г.М. Социальная психология / Г.М. Андреева. М.: Аспект Пресс, 2003. — 364 с.

4. Артемьева , Е.Ю. Основы психологии субъективной семантики / Е.Ю. Артемьева, под ред. И.Б. Ханиной. М.: Наука; Смысл, 1999. — 350 с.

5. Асеев, В.Г. Личность и значимость побуждений: монография / В.Г. Асеев. М.: Институт психологии РАН , 1993. — 223 с.

6. Баевский , P.M. Оценка адаптационных возможностей организма и риск развития заболеваний / P.M. Баевский, А.П. Берсенева . М.: Медицина,1997.-265 с.

7. Балин, В.Д. Психическое отражение: Элементы теоретической психологии / В.Д. Балин. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2001. — 376 с.

8. Баркер, Роджер (Roger Barker). « Один день мальчика » «One Boy’s Day» (1951).

9. Безносов, С.П. Профессиональная деформация личности / С.П. Безносов. СПб.: Речь, 2004. — 272 с.

10. Березин , Ф.Б. Психологические механизмы психосоматических заболеваний / Ф.Б. Березин, Е.В. Безносюк , Е.Д. Соколова // Рос. мед. журнал.1998.-№2.-С. 43-49.

11. Бигунец, В.Д. Физиолого-гигиеническая характеристика профессиональной деятельности спасателей МЧС России http://dlib.rsl.ni/01004066362.

12. Бояринцев, В.В. и др. ФГУЗ «Всеросийский центр экстренной и радиационной медицины им. A.M. Никифорова» МЧС России, 1999 г. 110 с.

13. Бубнова, С.С. Ценностные ориентации личности как многомерная нелинейная система / С.С. Бубнова // Психологический журнал. 1999. — № 5. -С. 38-44.

14. Бурлачук , Л.Ф. Психология жизненных ситуаций / Л.Ф. Бурлачук, Е.Ю. Коржова . -М.: Российское педагогическое агентство, 1998. 263 с.

15. Бусыгина, И.С. Акмеологическая трактовка корпоративной безопасности организации / И.С. Бусыгина. Екатеринбург: Изд-во « Литика », 2004 — 9 п.л.

16. Бусыгина, И.С. Методологические основы концепции корпоративной безопасности / И.С. Бусыгина // Ученые записки РГСУ . 2008. — № 8. — 1 п.л.

17. Былим, А.И. Психические нарушения у беженцев и их терапевтическая коррекция (на примере беженцев Северного Кавказа): автореф. дис. . канд. мед. наук / А.И. Былим. М., 1997. — 22 с.

18. Василюк, Ф.Е. Психология переживания (анализ преодоления критических ситуаций) М.: МГУ , 1984. — С.25.

19. Волович, В.Г. Человек в экстремальных условиях природной среды / В.Г. Волович. 2-е изд., испр. и доп. — М.: Мысль, 1983. — 224 с.

20. Горбань , А.Н. Нейронные сети на персональном компьютере / А.Н. Горбань, Д.А. Россиев . Новосибирск: Наука, 1996. — 276 с.

21. Грачев , В.В. Психология безопасности: оптимизация психической устойчивости кадров военного управления: монография / В.В. Грачев, М.Ф. Секач , В.Г. Шевченко, Е.Б. Перелыгина. -М.: Альтекс, 2004. 320 с.

22. Гриффин, Э. Управление репутационными рисками: Стратегический подход / Э. Гриффин; пер. с англ.. М.: Альпина Бизнес Букс, 2009. — 237 с.

23. Дембо Т. Гнев как динамическая проблема // Левин К. Динамическая психология: Избранные труды. М.: Смысл, 2001. — С. 534-570.

24. Деркач , A.A. Акмеологическая концепция деятельности кадров управления в кризисных состояниях: коллективная монография / A.A. Деркач, Л.Г. Лаптев , Е.Б. Перелыгина. М.: Альтекс, 2006.

25. Деркач , A.A. Акмеологическая культура личности: содержание, закономерности, механизмы развития: монография / A.A. Деркач, E.B. Селезнева . М.: Изд-во МПСИ; Воронеж: НПО « МОДЭК », 2006. — 496 с.

26. Деркач, A.A. Акмеологические основы развития профессионала / A.A. Деркач. М.: Изд-во МПСИ; Воронеж: НПО « МОДЭК », 2004. — 298 с.

27. Деркач , A.A. Модель социально-перцептивной компетентности современного руководителя /A.A. Деркач, A.B. Евсеев , М.И. Мусатов // Материалы научной сессии, посвященной 75-летию академика A.A. Бодалева. Под общ. ред. A.A. Деркача. М.: Луч, 1998. — 248 с.

28. Деркач , A.A. Профессионализм деятельности в особых и экстремальных условиях / A.A. Деркач, В.Г. Зазыкин . М.: Изд-во РАГС, 1998. — 178 с.

29. Деркач , A.A. Социальная психология и акмеология: формирование имиджа: монография / A.A. Деркач, Е.Б. Перелыгина . М.: Изд-во НОУ СГИ, 2006. — 479 с.

30. Дзлиев , М.И. Основы обеспечения безопасности России / М.И. Дзлиев, А.Д. Урсул . М.: Экономика, 2003. — 423 с.

31. Дмитриева, Т.Б. Готовность населения к чрезвычайным ситуациям / Т.Б. Дмитриева // Медицинская газета. 2001. — 28 ноября.

32. Доктрина информационной безопасности Российской Федерации / Независимая газета. 2000. — 15 сентября.

33. Есипов , В.Е. Внутренние и внешние угрозы продовольственной безопасности России Электронный ресурс. / В.Е. Есипов, Г.А. Маховикова . Режим доступа: www.geopolitika.narod.ru/new/ugrozi.htm.

34. Журавлева, И.В. Социальные факторы ухудшения здоровья населения / И.В. Журавлева / Россия: трансформирующееся общество; под ред. В.А. Ядова. М.: Канон-Пресс-Ц, 2001. — С. 506-519.

35. Зазыкин, В.Г. Деятельность специалистов в особых условиях (психолого-акмеологические основы) / В.Г. Зазыкин; отв.ред. A.A. Деркач. -М.: НИИВО , 1994.-267 с.

36. Зинченко Ю.П. Основы безопасности личности и общества: монография / Ю.П. Зинченко, О.Ю. Зотова . М.: Альтекс, 2010.

37. Зинченко, Ю.П. Психологический портрет терроризма: истоки терроризма как социальной формы идентичности / Ю.П. Зинченко // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. 2007. — № 4. — С. 3-7.

38. Зотова, О.Ю. Концептуальные представления о социально-психологической безопасности личности / О.Ю. Зотова // Ученые записки РГСУ.-М., 2010.-№ 11.-С. 118-120.

39. Иванов, В.К. Глобализация и социальная безопасность / В.К. Иванов // Социологические исследования. 2002. — № 3.

40. Иванов, С.Б. Обеспечение национальной безопасности как необходимое условие развития России / С.Б. Иванов; сост. М.И. Герасев , С.К. Ознобищев. М.: КомКнига, 2006. — 224 с.

41. Ильин Ю.Д. Право человека и государства на безопасность в современном мире / Ю.Д. Ильин. М.: Норма, 2007. — 288 с.

42. Индивидуальная воспитательная работа в образовательных учреждениях МВД России с использованием методов практической психологии: метод, пособие. М.: ЦИиНМОКП МВД России, 2000. — 133 с.

43. Информационная и психологическая безопасность в СМИ : В 2-х т. Т. II: Феномен « разорванной коммуникации »: Сб. статей под ред. Я.Н. Засурского , Ю.П. Зинченко, JI.B. Матвеевой, E.JI. Вартановой, А.И. Подольского . М.: Аспект Пресс, 2008. — 399 с.

44. Кабаченко, Т.С. Методы психологического воздействия: учебное пособие / Т.С. Кабаченко. М.: Педагогическое общество России, 2000. -Формат: СНМ. — Размер: 1,1 MB.

45. Кабаченко, Т.С. Нарушения психологической безопасности в контексте активности профессионала: дис. . д-ра психол. наук: 19.00.03 / Т.С.Кабаченко. М., 2000. — 409 с.

46. Казаков , Ю.Н. Акмеологические тенденции формирования уверенности сотрудников пограничной службы / Ю.Н. Казаков, A.C. Радушинский . М.: РАСН, 2010.-109 с.

47. Казаков , Ю.Н. Акмеология безопасности психического здоровья / Ю.Н. Казаков, О.В. Чернов ; под ред. A.A. Деркача. М.: РАСН, 2010.-120 с.

48. Казаков, Ю.Н. Психология безопасности. Устойчивость «акме» психического здоровья субъекта в стрессах чрезвычайных ситуаций / Ю.Н. Казаков. М.: РАСН 2012. — 288 с.

49. Казаков, Ю.Н. Психология и акмеология безопасности / Ю.Н. Казаков. М.: РАСН, 2011. — 123 с.

50. Казаков , Ю.Н. Психолого-акмеологические основы формирования безопасного поведения в местах массового скопления / Ю.Н. Казаков, А.В. Горячев . M.: РАСН, МПГУ, 2011. — 4,3 п.л.

51. Калшед, Дональд. Внутренний мир травмы: Архетипические защиты личностного духа / Дональд Калшед. Пер. с англ. — М.: Академический Проект, 2001.-368 с.

52. Караяни, А.Г. Приемы психической саморегуляции: практическое пособие для телохранителей / А.Г. Караяни. М.: ЦНИИС , 1992. — 21 с.

53. Катанджян, Г.С. Грани согласия-конфликта: цивилизованные проблемы теоретической и прикладной политологии. -М.: Луч, 1992.-183 с.

54. Киршбаум, Э.И. Психолого-педагогческий анализ конфликтных ситуаций в педагогическом процессе: дис.канд.псих.наук. JI.,1986.- 252 с.

55. Кобринский, Б.А. Состояние и перспективы развития телемедицины в России / Б.А. Кобринский // Российский медицинский журнал. 2001. — № 4. — С. 33-36.

56. Кобринский, Б.А. Телемедицина в системе практического здравоохранения / Б.А. Кобринский. М.: МЦФЭР, 2002.

57. Ковалев, C.B. Исследование эффективности деятельности операторов под влиянием стрессорных факторов / C.B. Ковалев // Гигиена и санитария. -1995.-№5.-С. 28-30.

58. Ковтунович, М.Г. Мировоззренческие компоненты и специфика « образа мира » у представителей экстремальных профессий / М.Г. Ковтунович // Мир психологии. 2010. — № 2 (62). — С. 241-250.

59. Козырева, Л. В. Функциональное состояние вегетативной нервной системы у спасателей МЧС России http://dlib.rsl.ru/01004061656.

60. Колычева , И.В. Оценка риска профессиональных и производственно обусловленных заболеваний у пожарных / И.В. Колычева, B.C. Рукавишников // Мед. труда и пром. экология. 2005. — № 12.

61. Коробейников, Г.В. Физиологические механизмы мобилизации функциональных резервов организма человека при напряженной мышечной деятельности / Г.В.Коробейников // Физиология человека. 1995. — № 3. — С. 81-86.

62. Корпоративная безопасность как основа социально-психологической и организационной стабильности: коллективная монография / И.С. Бусыгина , Н.М. Перелыгин, Е.Б. Перелыгина. М.: ИЦ « ИЭТ », 2008. — 433 с.

63. Коррекция гомеостаза при экстремальных состояниях: Сб. науч. тр. / под. ред. В.П. Нефедова // Сиб. отд-ние РАН. Новосибирск: Наука, 2000.

64. Котик , М.А. О конфликте мотивов и безопасность труда / М.А. Котик, Э.М. Мюрк // Психика человека в единстве теории и практики. Тарту, 1975.-97 с.

65. Котик, М.А. Психология и безопасность / М.А. Котик. Таллин: Валгус, 1989.-448 с.

66. Кочетов, Э.Г. Национальная безопасность и её военная составляющая в геоэкономическом измерении / Э.Г. Кочетов // Безопасность Евразии. 2004. — № 4.

67. Кочунас, Р. Психологическое консультирование. Групповая психотерапия / Р.Кочюнас. -М.: Академический проект, 2010. 463 с.

68. Креч, Д. Фрустрация, конфликт, защита / Д. Креч, Р. Кратчфилд, Н. Ливсон // Вопросы психологии. 1991. — № 6. -С. 69-82.

69. Крюкова , М.А. Экстренная психологическая помощь: практическое пособие / М.А. Крюкова, Т.Н. Никитина , Ю.С. Сергеева. М.: НЦ ЭНАС, 2001. -64 с.

70. Кузнецов, А.Г. Адаптация человека к экстремальным условиям среды / А.Г. Кузнецов. М.: Наука, 1979. — С. 5-21.

71. Кузнецов, И.Н. Бизнес-безопасность / И.Н. Кузнецов. М.: Дашков и Ко, 2007.

72. Кучер, A.A. Теория и практика психологической коррекции и реабилитации при посттравматическом стрессовом расстройстве / A.A. Кучер. -СПб.: ИОВ РАО, 2002. 132 с.

73. Лапкин , М.М. Программно-аппаратный комплекс для оценки неспецифических адаптационных возможностей человека / М.М. Лапкин, Ю.Н. Семенов , П.В. Шалкин // Вестн. новых мед. технологий. 1995. — № 3-4. — С. 122-125.

74. Леваков, A.B. Анатомия информационной безопасности США / A.B. Леваков // Jet Info. 2002. — № 6. — С. 12-14.

75. Левашов, В.К. Глобализация и социальная безопасность / В.К. Левашов // Социологические исследования. М., 2002. — № 3. — С. 19-27.

76. Левитов, Н.Д. Фрустрация как один из видов психических состояний /Н. Д. Левитов //Вопросы психологии. 1967. — № 6.

77. Левин, К. Разрешение социальных конфликтов / Пер. с англ. И. Ю. Авидон. — СПб.: Речь, 2000.

78. Линдерман, X. Система психофизического саморегулирования / Ханнес Линдеман // В сб. Система психофизического саморегулирования / X. Линдеман; Когда стресс не приносит горя / Г. Селье. М.: РЭНАР, 1992. — 160 с.

79. Ломов, Б.Ф. Проблема психического отражения в трудах А.Н.Леонтьева. //Психологический Рубинштейн, С.П. Принципы и пути развития психики. М., 1957. — С.38.

80. Макеев, A.B. Политологические аспекты обеспечения безопасности Электронный ресурс. / A.B. Макеев. Режим доступа: http://www. ksdi.ru/polittec/200014/makeev.htm

81. Маколкин В.И. Нейроциркуляторная дистония (клиника, диагностика, лечение). Пособие для практических врачей / В.И. Маколкин, С.А. Аббакумов , A.A. Сапожникова. Чебоксары, 1995. — 249 с.

82. Малкина-Пых, И.Г. Справочник практического психолога: техники гештальта и когнитивной терапии / И.Г. Малкина-Пых. М.: Эксмо, 2004. — 384 с.

83. Марищук, B.JI. Поведение и саморегуляция человека в условиях стресса / B.J1. Марищук, В.И. Евдокимов . СПб.: ИД « Сентябрь », 2001. — 259 с.

84. Медико-биологические и социально-психологические проблемы безопасности в чрезвычайных ситуациях / Научный рецензируемый журнал. -2008. № 3. Что это за ссылка на целый номер журнала? Либо нужен автор, либо исключить эту позицию.

85. Моховиков , А.Н. Кризисы и травмы / А.Н. Моховиков, Е.А. Дыхне // Методические материалы к учебному курсу «Теория и практика гештальт-терапии». Выпуск первый. — М., 2007.

86. Муздыбаев, К. Переживание времени в период кризисов / К. Муздыбаев // Психологический журнал. 2000. — Т. 21. — № 4. — С. 5-21.

87. Налчаджян, A.A. Личность, психическая адаптация и творчество. -Ереван: Издательство «Луйс», 1980. 264 с.

88. Налчаджян, A.A. Психологическая адаптация. М.: « ЭКСМО », 2010.- 368 с.

89. Налчаджян, A.A. Социально-психическая адаптация личности (формы, механизмы и стратегии). Ереван: Изд-во АН Арм. ССР , 1988. 263 с.

90. Никогосян, А., Киселев , A.A. Телемедицина в экстремальных ситуациях / А. Никогосян, А.А.Киселев // Военно-медицинский журнал. 1990.- № 8. С. 40-43.

91. Новиков , B.C., Смирнов, B.C. Иммунофизиология экстремальных состояний / В.С.Новиков, В.С.Смирнов. СПб.: Наука, 1995. — 157 с.

92. Новиков, Г.И. Психогенные ситуации ожидания: автореф. дис. . д-ра мед. наук / Г.И.Новиков. СПб, 1992.

93. Носков, Ю.Г. Опасность и безопасность с позиции деятельностного подхода / Ю.Г.Носков // Безопасность. 1998. — №1-2. — С. 170-179.

94. Ньюэлл, А., Саймон, Г. Решение проблем человеком (Human Problem Solving). 1972.

95. Общая теория национальной безопасности: Учебник. 2-е изд. / Под общ. ред. А. А. Прохожева. — М.: Изд-во РАГС , 2005.

96. Огнев, А. С. Субъектогенез и психотренинг саморегуляции / А.С.Огнев. Воронеж: Изд-во Воронежского гуманитарного института, 1997. -336 с.

97. Огнев, И. Психологическая безопасность / И. Огнев. Ростов-на-Дону: Феникс, 2007.

98. Олбрайт, М. Религия и мировая политика / М. Олбрайт; пер. с англ. -М.: Алышна Бизнес Букс, 2007.

99. Ольшанский, Д. В. Психология масс / Д.В.Ольшанский. СПб: Питер, 2001.

100. Орлов, А. Угрозы в социальной сфере: их диагностика и возможности предупреждения / А.Орлов //Вопросы экономики. 1995. — № 1. -С. 107-119.

101. Павлов И.П.Один из очередных вопросов физиологии больших полушарий. Полн.собр.соч.- Т.З. Кн.2.- М.: Изд.АН СССР ,1951. — С.18.

102. Панкратов, В.Н. Саморегуляция психического здоровья. Практическое руководство. М.: Изд-во Института психотерапии, 2011. -С.111.

103. Парпара, О.С. Компьютеризированная система прогнозирования инфекционной заболеваемости в регионе 2006 г.

104. Партыка , Т.JI. Информационная безопасность /Т.Л. Партыка, И.И. Попов М: ФОРУМ: ИНФРА-М, 2007.

105. Перелыгина , Е.Б., Зотова, О.Ю. Теоретико-методологические основания социально-психологической безопасности / Е.Б.Перелыгина, О.Ю.Зотова. М.: Альтекс, 2009. — 206с.

106. Перминова, И.В. Оптимизация организаторской деятельности кадров управления в особых условиях: дис. канд. психол. наук / И.В.Перминова. -М.: РАГС, 1997.

107. Ш.Петровский, В. А. Психология неадаптивной активности / В.А.Петровский. -М.: Горбунок, 1992.

108. Петухов, В.В. Новые поля социальной напряженности /В.В.Петухов // Социс. 2004. — № 3.

109. ПЗ.Плюснин, Ю. М. Социальная напряженность в Новосибирске. 1999 год / Ю. М. Плюснин. Новосибирск: ЦСА, 1999.

110. Пономаренко, В. А. Психология человеческого фактора в опасной профессии / В.А. Пономаренко. Красноярск: Вектор, 2006.

111. Поступайло, В.Б. Особенности использования автоматизированной базы данных при анализе инфекционной и неинфекционной заболеваемости / В.Б. Поступайло//Современные наукоемкие технологии. -2010. № 12. — С. 51-52.

www.dissercat.com