Мне нужна анорексия

“Анорексия – злой и опасный протест.” Наша читательница рассказывает о том, как заставляла своё тело исчезать

Наша читательница, Арнери (псевдоним), рассказала нам о том, как анорексия стала важнейшей частью ее жизни. Как это состояние началось, развивалось и выглядело изнутри. Финал истории будет опубликован отдельно.

Анорексия, булимия и другие термины

ED в данном тексте означает Eating Disorder, расстройство питания. Это общее название для группы психических болезней. Традиционно в ED включают нервную анорексию, булимию и компульсивные переедания.

Очень важно разделять нервную анорексию и просто анорексию. Анорексия в широком смысле — синдром, отсутствие чувства голода и нежелание питаться. Если вы с похмелья и на еду смотреть не можете, у вас тоже анорексия. Просто не самостоятельная психическая болезнь, а синдром, сопровождающий похмелье, временная и неопасная штука.

Нервная анорексия же — целый комплекс синдромов и глубинное психическое расстройство. Это не только и не столько фактическая потеря веса. Нервная анорексия — в голове. Бывают толстые анорексички. Бывают средних размеров анорексички.

Как и любое психическое заболевание, нервная анорексия не всегда определяет жизнь той, которая ей болеет. И, как и любое психическое заболевание, она может быть очень разной, в разных фазах, в разной степени. Кто-то голодает приступами, кто-то совсем до нуля, кто-то все же что-то ест. У кого-то есть мания телесной чистоты, у кого-то нет. Кто-то пьет мочегонное, потому что двинута на цифре на весах, кто-то носит на талии тонкую цепочку, которая впивается в тело при малейшем увеличении объемов. Кто-то режет себе руки, а кто-то свою кожу холит и лелеит.

Булимия — тоже психическая болезнь. Это не черта характера, не способ привлечь к себе внимание и не способ похудеть, это полноценное мозговое расстройство. Заключается оно в том, что булимичка внезапно чувствует острый голод, объедается так, что в это трудно поверить, а потом стремится избавиться от съеденного — вырвать чаще всего, или принять слабительное, или и то и другое. Некоторые сразу после срывов бешено занимаются спортом. Некоторые не могут избавиться от еды, и переваривают, что съели. Это редко, и это хорошо — больше шансов выкарабкаться.

И от булимии, и от анорексии можно умереть или остаться инвалидкой. Вообще я не знаю ни одной женщины, которая бы вышла из ed без какой-нибудь физической хронической болезни. У меня лично проблемы с суставами, подпорченные зубы, гастрит и холецистит. И низкий гемоглобин, из-за которого у меня редкий час проходит без головокружения. Это, похоже, со мной навсегда.

Я сама не понимаю, почему булимию и анорексию разделяют в два разных заболевания. Я называю то, чем болею я, расстройством питания или ed. Потому что у меня булимия и анорексия — фазы одного и того же процесса. Сначала я была анорексичкой, потом стала булимичкой, потом постепенно выкарабкалась и теперь мое расстройство находится в стадии ремиссии. Я не голодала больше двух лет, булимических кризисов у меня не было больше года. Но я не верю, что я могу вообще-совсем победить свое расстройство, и тому есть причины.

Я выгляжу совершенно нормальной, мой контакт с телом лучше, чем у многих, я поддерживаю бодипозитив — и все же я анорексичка-булимичка, и я психически больна. Привет.

Я решила стать красивой

В последнем классе школы у меня появился парень сильно старше меня, которого я вовсе не любила — он мне был нужен, чтобы быть как все. В январе 2012 года он изнасиловал меня на свидании. За этим последовало подозрение на беременность, разрыв отношений с его стороны, отвратительная ссора с матерью и мой нервный срыв. Я не ела и почти не пила около десяти дней от стресса, и крайне нерегулярно, но помногу ела еще пару месяцев.

Думаю, это был первые звонки. Я разорвала отношения со всеми друзьями, ни с кем не общалась и глубоко замкнулась в себе. Мне казалось, мой мир рухнул в одну минуту, мне не к кому было пойти, нечего делать, я сама урезала общение и интересы. Потом я переживала что-то вроде ПТСР: сильная бессонница, обострение фобий, стремление то спрятаться, то выставить себя напоказ. Свободными днями я оставалась дома и ела бутерброды, смотрела мультфильмы; или уезжала в торговые центры и там бесцельно бродила по магазинам, ничего не покупая. Я сильно растолстела.

Я могу себя контролировать

К апрелю 2012 года я весила около 80 кг. Я восстановила отношения с друзьями, влюбилась. У меня появились кое-какие силы, и так уж совпало, что я посмотрела эпизод документального шоу «My shocking story» — «Сын весом в полтонны». Там целый сюжет, и он очень… Очень взял меня за душу. История совершенно здорового от рождения парня, вес которого шкалит из-за психологических проблем — его и его матери, потерявшей первенца и теперь боящейся потерять второго сына… Мальчик в шоу был моим ровесником. Мне стукнула в голову мысль: боже, у меня же есть тело. Я могу бегать, плавать, петь, заниматься сексом. Я могу жить. Я не хочу быть как этот парень, запертый в четырех стенах из-за своих травм.

Контакт с телом у меня был ужасный. Я не чувствовала холода и жары, не знала чувства голода, могла днями не ходить в туалет. Ни о каком спорте речи не шло.

Я решила взять под контроль свое тело. У меня было четкое убеждение: тело — инструмент, и мне надо его использовать как можно эффективнее. Тревога, нервное напряжение, жизнь, рухнувшая как карточный домик в один день — все это меня измучило, и My shocking story стала зажигалкой, от которой вспыхнула моя болезнь. Мне казалось, я смогу контролировать все питание и весь расход калорий, смогу знать свои объемы с точностью до сантиметра, и тогда буду счастлива. Хоть что-то я буду держать в своих руках, хоть где-то достигну успеха. Тогда я уже разочаровалась в учебе в вузе и считала себя безнадежной неудачницей.

Вот тут-то и ждала меня анорексия.

«Здоровое питание»

Я долго не признавала, что больна. Я считала, что уж со мной-то ничего особого не происходит, я не больна, я оцениваю себя в зеркале разумно — а анорексички видят себя искаженно. Кстати, вот еще факт, который здоровые люди не знают: да, мы, болезные, бредим. Это похоже на настоящие галлюцинации, и, наверное, ими является. Я считала, что я не голодаю, а наоборот, питаюсь правильно.

Я разрешала себе только «здоровую» еду. За один прием пищи я могла съесть объем не больше, чем помещается в одной ладони. Я не ела жареное на масле, то, в чем был видимый жир, исключала быстрые углеводы. Стандартное мое меню было таким:

Завтрак: тонкий ломтик черного цельнозернового хлеба с поджаренным без масла белком одного яйца. Зерновое кофе без сахара и молока. Чайная ложка оливкового масла.
Полдник: небольшое кислое яблоко.
Обед: щепотка овсяных хлопьев быстрого приготовления, залитая кипятком; в эту кашу — три небольших черносливины. Естественно, без сахара.
Ужин я часто пропускала, но если он был — это была 1/4 отварной куриной грудки и, допустим, горстка гречки без масла, тушеной моркови или салата из овощей без заправки. Одна порция — одна ладонь.

Пила я воду, диетическую колу, кофе и зеленый чай. Воды — по четыре литра в день. Иногда ела черный шоколад — совсем черный, 99%, и не больше, чем кусочек размером с ноготь мизинца. Для меня до сих пор вкус тающего на языке черного шоколада и крепкого кофе — вкус контроля, силы, угара анорексии. Зеленый чай ассоциируется с ее адом, а черный шоколад и кофе — с ее раем.

На изменение моей диеты никто никак не отреагировал. Я не рассказывала про свои планы ни одной живой душе, а в тарелку у нас в семье заглядывать не принято. Тем более что после зимней ссоры я предпочитала не есть с матерью за одним столом — мне было психологически очень тяжело это делать. Я не ходила туда, где была еда, встречалась с друзьями для галочки, в кафе пила диетическую колу и кофе. Мне не было нужды прибегать к обычным хитростям анорексичек — размазывать еду по тарелке, чтобы казалось, что ее больше, пачкать посуду, чтобы казалось, что я поела. Всем было все равно. Никто не ожидала от меня такого.

Спорт до победного

Мне подарили велотренажер, и я стала заниматься на нем каждый день — от сорока минут до полутора часов. Я сама купила себе массажный обруч — выбрала самый тяжелый, четыре килограмма. Поначалу крутить его было очень больно. Обруч гулял по ребрам и груди, поясница, живот и бока у меня были в глубоких кровоподтеках. Но постепенно кожа привыкла. Крутила я обруч также каждый день, по полчаса. Еще я занималась с гантелями и приседала. Принимала злейший контрастный душ.

Со своего дня рождения я стала терять вес быстро. Порой у меня уходило по килограмму в трое суток. Я записалась на аэробику, на которую проходила полтора месяца — с середины августа до конца сентября. Групповые занятия у меня не пошли. Тренер оскорблял меня, кричал на всю группу, мог больно хлопнуть по плечу или спине, фамильярничал и комментировал мое тело, однако я была уже в таком психологическом состоянии, что это пролетало мимо меня. Я сама себя оскорбляла куда хлеще.

К сентябрю я сбросила больше 20 кг и стала весить 56 кг — это был мой минимум. У меня были параметры 100-64-102. При моем росте 169 см, 56 кг — не так уж мало. Скорее, средне. Однако общий ритм жизни, бессонница, постоянные скандалы с матерью и уменьшающиеся на глазах порции в сочетании с тренировками стали меня подкашивать.

Я стала падать в обмороки. Сначала головокружения бывали только по вечерам, обычно после тренировок и душа. Я присаживалась на край ванной и приходила в себя. Потом головокружения превратились в полноценные обмороки, которые все учащались и удлинялись. Тут я хочу остановиться поподробнее на том, что было у меня внутри во время анорексического периода — постоянно голодного, злого и высокомерного, периода моего успеха.

Я нашла группу поддержки

Приняв решение взять свое тело под контроль и составив график жизни — еды, сна, спорта, — я обрела поразительную, невиданную для меня уверенность в себе. Я собирала информацию, прошла онлайн-курс диетологии, и наткнулась на тусовку про-ана. Меня приняли в закрытую группу вконтакте, где анорексички-булимички делились своими трудностями и искали поддержки. Еще был сайт anorex.ru — там больше тех, кто решил выкарабкаться, но для многих анорексичек стремление победить болезнь и стремление молиться на нее перемешано в густой коктейль. В правилах было жестко прописано: нас не интересуют мужское мнение. Нас не интересуют дети. Нас не интересует, красиво мы выглядим с вашей точки зрения или нет, и не надо читать нам мораль. Мы делаем, что считаем нужным, потому что мы так решили.

«Из всех причин похудеть имеет значение только одна: я могу это сделать».

В про-ана тусовке принято поддерживать и не принято осуждать, советовать, причитать и вообще лезть не в свое дело. Там практически чисто женское пространство, много травмированных людей, с проблемами с родителями. Много людей из ЛГБТКИА+ сообщества.

Мы делились опытом, обсуждали диеты и заливали в фотоальбомы thin inspiration — фотографии красивых, тоненьких, порой откровенно костлявых женщин. Это действительно вдохновляло. У этого есть декадентский шарм. Мы говорили о музыке и моде, об учебе, о книгах, о зверях. Мы были в одной лодке, некоторые из нас голодали неделями, лежали в больницах, пили антидепрессанты, некоторые рвали по четыре раза в день. Кто-то весил 45 кг — это волшебная цифра, идеал. Кто-то больше, и они часто не озвучивали свою массу тела. Мы ругали сами себя последними словами, но никогда не ругали других анорексичек.

Если загрузить свою фотографию и спросить «сколько мне сбросить», можно получить ответ: 10, 5, 2 кг, или — не надо нисколько, ты мой идеал. В ином случае давать советы — не комильфо. Мы были нежны друг с другом. Где еще можно написать: «Я сегодня блевала, и у меня пошла горлом кровь. У кого было? Что делать?» И получить поддержку без осуждения, без криков «прекращай голодать/рвать, слезай с колес, иди к врачу». Все там знали, что это хорошие советы, которые не работают. И все просто были рядом. Говорили: держись, живи, подлечись, полощи горло хлоргексидином, я покупаю таблетки без рецепта в этой аптеке. Вот тебе картинка красавицы, не срывайся в зажор. Мы обсуждали отказывающие почки — многие пили мочегонные, чтобы разогнать отеки и снизить массу, говорили об антидепрессантах — популярен был подавляющий аппетит флуоксетин, для друзей — флу. Я не пила никаких таблеток — у меня не было денег их покупать и места их прятать, и это меня уберегло. С таблеток любого назначения слезать сложнее всего, сложнее, чем начать есть.

Мы плели красные фенечки. Красная нитка на запястье — символ анорексии там, где я тусовалась. И еще стрекоза. В адском котле, в котором мы все варились, было тепло.

Про-ана субкультура была для меня привлекательна тем, что там были люди, которые тоже чувствовали себя одинокими аутсайдерами против всего мира. Они тоже лгали, утаивали свою болезнь. И там считалось, что каждая из нас сделала свой выбор — в пользу болезни, худобы и медленной смерти, на самом деле, но это было не важно. Мне нравилось, что мой выбор считался весомым достаточно, чтобы меня в нем поддержать. Мне нравились сами идеи: очиститься до конца, стать идеальной, а потом — что потом, какое может быть потом, если ты замерла, остановила процесс взросления, избавилась от месячных, твоя кожа суха, в желудке ничего нет? Зачем нужно «потом», когда ты кукла? Потом — только смерть. Об этом не принято было говорить, но все это понимали — из тех, кто шла до конца, конечно. Кое-кто приходила к нам «просто похудеть». Их пугал экстаз, пугали диеты, пугал мрачный юмор и полное наплевательство на свое здоровье и мнение окружающих. Они быстро уходили.

Есть такой миф, что анорексички помешаны на своей внешности и цель всего — похудеть до модельных параметров, стать девушкой с обложки. Это не так. Многие из анорексичек сами считают, что они худеют ради красоты — но это обычно начинающие. Обидные замечания насчет веса и прочее подобное могут только дать повод к началу похудения. Пропаганда худобы подсказывает благословенный обществом способ саморазрушения. Потом, когда болезнь набирает силу, красота для многих становится совершенно неважна. Для меня тоже стала. Я одевалась в красивую женственную одежду, носила каблуки, ухаживала за выпадающими волосами, но во мне не было ни капли желания понравится.

Моя новая мать

Анорексия, Ана, как мы ее зовем — это внутренний Родитель. Такая вот у нас мать, зачастую совсем не похожая на наших биологических матерей. Это почти совсем отдельная часть личности — ни у кого я не встречала такой точной и яркой персонификации болезни, как у анорексичек и у себя в их числе. Ана воспринимается как отдельный голос в голове. Она хвалила меня, когда я отказывалась от еды, когда на мне внезапно начинали болтаться джинсы. Когда я занималась на велотренажере дольше, чем планировала. Она называла меня своей любимой и умничкой, когда я записалась на аэробику. Но когда я срывалась, съедая что-то запрещенное или пропуская тренировку, Ана оскорбляла меня самыми отвратительными словами и моими руками царапала мне лицо.

Я представляла себе Ану как стройную, высокую красивую девушку чуть старше меня, с умным и едким взглядом зеленых глаз. Иногда же она казалась мне змеей. В любом случае, Ана была мной, и Ана была отдельно, и она стала моей лучше подругой и моей поддержкой. Я действовала от ее лица, когда мне нужно было проявить характер. Если кто-то посторонний обижал меня, то Ана яростно становилась на мою защиту. Я сама защищала себя, но чувствовала себя при этом ею. Тренеру можно было оскорблять меня, ведь, по мнению, Аны он говорил дело. Другие анорексички были не подругами, но соратницами и поддержкой, и я тоже поддерживала их — ведь мы в некотором роде были сестрами по матери. Ана говорила мне: «Ты сможешь». Она говорила мне: «Умничка». И я готова была променять весь свет на нее, больше мне никто тогда была не нужна. В этой болезни скрыта огромная поддержка. Ана научила меня опираться только на себя.

Я никогда не сомневалась, что Ана — часть меня, и для меня было настолько вновинку найти в себе такую силу, такую независимость, такой характер и смелость, решимость, волю! Я впервые гнула свою линию до конца. Это был бесценный опыт, и вот это я хочу отметить особо.

Как бы не кощунственно это звучало, но нервная анорексия принесла мне пользу. Я уважаю себя в период болезни, уважаю все свои безумные, больные выборы и решения, истерики и голод.

Я не знаю, где была бы сейчас, не случись со мной нервная анорексия. Да, она повредила мое здоровье, да, она могла убить меня, и вообще жить в ней — это ад. Это полная правда, и я никому не пожелаю такого. Но анорексия — это защита. Как повышение температуры само по себе может убить, но служит для того, чтобы сварить вирус в собственной крови человека, так и нервная анорексия — защитный механизм. Эта защита почти никогда не срабатывает, но всегда рикошетит в больную. У меня она сработала, хотя и срикошетила знатно. Я нашла в себе силы, опору и страстное желание отстоять себя, свои личный границы.

Анорексия — злой и опасный протест против жизни во лжи, в чужих рамках, против давления, насилия и одиночества. Это попытка взять под контроль хотя бы то, что неотчуждаемо от любой личности — свое тело. Тело — последний бастион самости, последнее, за что можно зацепиться, когда живешь в постоянном обмане изнутри и снаружи, и анорексия — попытка голодовкой отстоять этот бастион.

Почему это случается?

Почему одни травматики болеют расстройством питания, а другие нет, я не знаю. Думаю, тут существует предрасположенность — и физическая, и биографическая, и личностная. Анорексички обычно контрол-фрики, послушные милые девочки, которые дико устали от того, что живут не свою жизнь, что родительская планка для них поставлена очень высоко и постоянно повышается, устали от побоев, холодности, удушающей близости, постоянного стресса. Для нас важно быть социально приемлемыми — отчасти потому мы именно худеем, ведь этот способ самоубийства поощряется нашим обществом.

У многих анорексичек есть склонность к самоповреждению, селф-харму. Боль позволяет наказать себя и одновременно дает чувствовать себя живой. Я царапала себя лицо и руки. Кто-то неумеренно пьет, вырезает на своей коже слова, как на древесной коре, и прижигает себя сигаретами. В любом случае — мы хотим умереть, но мы хотим и жить, и хотим очень страстно. Мы скучаем по материнскому теплу (или у нас его переизбыток). Мы чувствуем себя одинокими. Мы нуждаемся в силе. Мы хотим быть любимыми и тоскуем по любви и принятию нас, именно нас, не чужих фантазий на нашей основе, не идеальных детей, которые должны были бы родиться вместо нас, не журнальных красоток, не наших масок. Нас самих. Личностей. Живых людей.

Самое основное, объединяющее всех моих знакомых анорексичек — нас овеществляли. Были ли это родители, требующие от нас невозможного, мужчины, насиловавшие нас, или профессия, в которой на нас смотрят как на мясо, но в нас не видели людей. Это основа и причина. Поводом же может быть что угодно. Самый частый — стремление похудеть ради красоты, но есть и другие.

Среди поводов к наступлению анорексии я знаю, например, гендерную дисфорию: мне знакомы несколько людей, которые чувствовали себя не женщинами, но жили в женском теле, и которые мучительно пытались уничтожить свою феминность. Они хотели иметь мужское тело или «андрогинное» (растиражированный стандарт тут — тело мальчика-подростка), но в любом случае такие люди опасно бинтовали грудь и худели до последней черты. Далеко не все транссексуалы имеют склонность к анорексии, но некоторые анорексички болеют из-за невозможности иначе принять свою транссексуальность. Сюда же и трудности в признании своей ориентации: не зная, что такое асексуальность и не зная, что можно просто жить с такой ориентацией, ни перед кем не оправдываясь, женщины пытаются убить в себе все сексуальное, все, выдающее в них живое существо, а не куклу. Такое я тоже видела.

Есть еще такая предпосылка, как желание задержаться в детстве. Нежелание взрослеть, отрицание взрослости. За этим скрыто желание прожить нормальное детство, или страх одиночества, или просто родительский запрет на рост: мы любим тебя, пока ты малышка. Зачастую у таких анорексичек родители со стороны выглядят просто помешанными на своих детях. Но на самом деле — их дочери всего лишь продолжение родителей, а не отдельные личности, и это ужасно давит.

Есть, наверное, и другие поводы. Я знаю историю женщины, которая просто в какой-то момент стала забывать поесть — кажется, счастливая жизнь, все в достатке, но еда постепенно исчезала из ее расписания. То есть, анорексия может прийти вообще без повода.

***

Заканчивать такие посты принято рекомендациями родным и близким: что делать, как помочь. Я мало что могу тут сказать. Меня бы не остановили никакие разговоры по душам, а любое давление и насилие бы только подтолкнуто идти дальше. Но, думаю, если бы кто-то каждый вечер настырно варила лично для меня чашку какао и ставила на мою тумбочку, ничего не говоря, не объясняя и не требуя, я бы однажды перестала игнорировать эту чашку.

pics.ru

Диагностика первых признаков анорексии. Лечение болезни нервная анорексия

Анорексией называют отсутствие позыва к приему пищи. Известно о ней еще со времен Древней Греции, когда молодые люди, стремящиеся добиться идеальной фигуры, садились на диету и так ею увлекались, что наступало истощение. Психиатры впервые упомянули в своих трудах об анорексии в конце восемнадцатого века. Тогда французские медики описали данный недуг и его симптомы. Необходимо серьёзное лечение анорексии.

Анорексия – это психическое заболевание, характеризующееся нарушениями в приеме пищи, самостоятельного жесткого ограничения в еде или вовсе отказа от нее. При этом человек стремится даже не просто похудеть, а уменьшить параметры фигуры путем голодания, с помощью приема слабительных или рвотных средств.

Виды и причины

«Болезнь манекенщиц», как часто именуется анорексия, последние 30-40 лет стала просто мировой напастью. Обилие глянцевых изданий, телевизионных программ, снимков успешных людей с красивыми фигурами, их популярность и спрос на них, заставляют девушек от 14 лет, женщин до 35 и даже больше, да и некоторых мужчин, прибегать к крайним мерам, чтобы быть очень худыми.

Также данная болезнь может развиться при стрессовых ситуациях и гормональных сбоях.

Существуют разные виды анорексии, каждый из которых зависит от определенных причин:

• лекарственная или медикаментозная.

Рассмотрев причины появления данных разновидностей опасного недуга, можно понять, от чего появляется анорексия. Самая редкая из них – психическая форма, развивающаяся вследствие таких заболеваний психики, как депрессия, паранойя, шизофрения. Что же касается симптоматического и медикаментозного вида, то в их основе лежат такие физиологические факторы:

1. Злоупотребление медикаментами (антидепрессантами).

2. Изменение нормального уровня гормонов мозга – норадреналина, серотонина, кортизола.

3. Болезни каких-либо органов.

Наиболее распространенная форма анорексии — нервная, причины ее кроются в психологии человека:

1. Непреодолимое желание соответствовать навязываемым обществом и СМИ стандартам.

2. Любое насилие – сексуальное и физическое.

3. Стремление к идеалу – перфекционизм.

4. Психологическая травма.

5. Строгий контроль своей жизни.
6. Привитый в детстве комплекс неполноценности.

От анорексии страдают не только юные девицы с комплексами, не имеющие перспектив и конфликтующие с родителями. Среди селебрити, вполне состоявшихся, известных и богатых людей, тоже таких немало: Виктория Бэкхем, Анджелина Джоли, Рэйчел Зоуи, Мэри-Кейт Олсен.

Стадии анорексии

Данная болезнь делится на три стадии:

• первичная. Человек выражает недовольство собственным телом, у него появляется желание как можно быстро его изменить в лучшую сторону. Именно в этот период появляется отвращение к пище и полный отказ от нее;

• аноректическая – активная фаза. Происходит активное похудение разными способами, теряется 20-50% веса. Появляется булимия – пища поглощается в больших количествах и тут же провоцируется рвота;

• кахетическая – потеря веса уже происходит неконтролируемо, начинаются проблемы с сосудами и сердцем, происходит дистрофия органов.

Третья фаза очень опасна, так как справится с ней весьма сложно и чаще всего больной умирает. Например, мир был шокирован смертями двух 22-х летних сестер-моделей Рамос. Они умерли от этой болезни с разницей в год, при росте 175 см имея вес 40 кг. Диагноз – сердечный приступ. И это далеко не единичный случай.

Симптоматика и яркие признаки

Болезнь анорексия имеет ряд признаков, которые следует знать, чтобы определить наличие такого недуга у своих близких и вовремя принять меры. Дело в том, что страдающий ею сам не признает этого и всячески пытается скрыть факт присутствия данного расстройства.

• кожа становится сухой, на ней появляются раздражения, ногти ломаются, волосы ужасно выглядят;

• снижение массы тела происходит быстро и не прекращается;

• проблемы с пищеварением;

• постоянно вздут живот;

• нарушение половых функций;
• обмороки и головокружения;

• плохо «работает» голова, появляется рассеянность, потеря памяти, скорость реакции замедляется.

Явные признаки анорексии у девушек – сбой менструального цикла.

При наличии вышеупомянутых признаков, следует обратить особое внимание и на поведение человека. Он может быть болен анорексией, если:

• постоянно сидит на диете, подсчитывает калории;

• неудовлетворен своим весом, хотя он вполне нормален или даже понижен;

• отказывается от любой пищи, ссылаясь на разные причины; • взвешивается по несколько раз в день;

• внимательно читает этикетки на продуктах;

• получает удовольствие от ощущения пустого желудка;

• пережевывает пищу и выплевывает, сразу чистит организм после еды;

• после каждого приема пищи нагружает себя тяжелой физической работой, упражнениями;

• становится необщительным, замкнутым.

Совпадение от пяти до восьми пунктов из обоих списков свидетельствует о наличии анорексии. Следует насильно отвести больного к специалисту, так как сам анорексик, как уже упоминалось, вовсе не считает себя больным. Он думает, что все делает правильно, и награда за это – стройность. Но анорексия весьма опасна, известны летальные случаи.

Лечение анорексии в Москве

Психиатр выстраивает стратегию лечения, опираясь на фазу заболевания. Это может быть диетическое питание, медикаментозная и психологическая помощь. Прежде всего, больной должен признать наличие анорексии и проявить желание избавиться от нее. С помощью специалиста он переоценивает свои идеалы и формирует другое отношение к собственному телу и к себе.

Как правило, лечение происходит амбулаторно, в крайних случаях требуется госпитализация. В своей работе с пациентом врачи опираются на помощь близких больного, которые должны всячески его поддерживать.

arbat25.ru

Анорексия – что это за опасная болезнь и как ее избежать?

Как говорит Кейт Мосс: «Нет ничего вкуснее худобы».

С 2005 года 16-го ноября мир отмечает Международный день борьбы с анорексией. В этом материале ElleGirl.ru разбирается, что такое анорексия и чем она опасна.

Что такое анорексия?

Анорексия – греческое слово, которое дословно означает «нет аппетита»: отрицательная приставка an и orexis – аппетит. В основе анорексии – нервное заболевание, навязчивое стремление к похуданию и страх ожирения. Больные анорексией стараются снизить свой вес с помощью жестких диет, высоких физических нагрузок, промывания желудка, клизм, вызова рвоты после еды.

При анорексии наблюдаются следующие симптомы:

  • Потеря мышечной массы и болезненные мышечные спазмы
  • Стремительная потеря веса
  • Переломы костей, частое появление синяков
  • Проблемы с сердцем, аритмия
  • Выпадение и сухость волос, ломкость ногтей и изменение их структуры
  • Бледность и сухость кожи
  • Рвота, запоры или жидкий стул
  • Отсутствие аппетита
  • Проблемы с менструальным циклом или его полное отсутствие
  • Запавшие глаза и синева под ними
  • Депрессия и апатия
  • Повышенная раздражительность
  • Стремление к уединению, избегание общества
  • Нежелание признать проблему, отказ от любой помощи в ее решении
  • Неадекватная оценка своих веса и внешности
  • Чувство вины при приеме пищи и голодании
  • Панические атаки до или после приемов пищи
  • Бессонница
  • Чрезмерная озабоченность массой своего тела и потребляемой пищей Нездоровая тяга к слабительным средствам и таблеткам для похудения
  • Виды анорексии

    Психическая – возникает на фоне психических заболеваний. Часто симптомы этого вида появляются у людей, страдающих шизофренией, паранойей, депрессией в ее тяжелой стадии – у них появляются бредовые и навязчивые мысли, что они непременно отравятся, если будут кушать. Сопровождается яркими психическими вспышками и реакциями: боязнь всего нового, повышенные тревожность и возбудимость, нерешительность и уязвимость, потеря самоконтроля, частые мысли о суициде.

    Лекарственная – возникает, когда больные нарушают дозировку принимаемых лекарственных препаратов. Нередко у больных нет цели снизить вес и полюбить свое тело, они стремительно теряют в массе из-за неправильного приема лекарств. Они могут злоупотреблять психостимуляторами, антидепрессантами, специальными средствами, которые блокируют чувство голода. Обычно последние не являются лекарствами, но их можно свободно купить в аптеках. Многие наркозависимые больны лекарственной анорексией.

    Нервная – возникает у тех, кто стремится ослабить чувство голода или полностью от него избавиться. Обычно единственная цель больных – похудеть до максимально идеальных размеров.

    Они чрезмерно ограничивают себя в пище, постоянно думают о своем внешнем виде, о теле и о пище, они недовольны своим телом и отражением в зеркале, думая, что на них смотрит жирное существо.

    Сегодня это наиболее распространенный вид анорексии. Больные снижают весом путем жестких диет, голодания, вызывания рвоты после еды, принимают препараты для снижения аппетита, изнуряют себя физическими упражнениями, злоупотребляют слабительными и жиросжигательными препаратами.

    Причины возникновения и развития анорексии

    Тяжелые отношения внутри семьи. Если в семье родственники часто раздражены, постоянно ругаются, манипулируют друг другом, оказывают сильное психологическое давление, то самый внутренне слабый и ранимый член такой семьи непременно пострадает от нездорового климата в его доме. Из-за трудных отношений с близкими родственниками и давящей атмосферы в семье многие подростки (а они наиболее восприимчивы и эмоционально нестабильны) отказываются от пищи и начинают голодать. Это может быть их протестом, их криком о помощи, их способом сбежать от реальности, их собственным наказанием. На фоне регулярного отказа от пищи, сильных гормональных изменений, ежедневных психологических потрясений, неустойчивой нервной системы развиваются психическая или нервная анорексия. Примером может служить история Кары Делевинь. В своем интервью британскому Esquire Кара рассказала, что в восемь лет перестала есть. Ее мама принимала наркотики и часто подолгу не приходила домой, а Кара не понимала, где ее мать.

    «Мне казалось, что в своей жизни я не могу ничего контролировать, поэтому я устроила что-то вроде голодной забастовки. Я решила, что не буду есть, пока кто-нибудь не объяснит мне, где мама».

    Заниженная самооценка. Когда человек постоянно критикует свое тело, он недоволен отражением в зеркале, он уделяет чрезмерно много внимания своим жировым отложениям (как естественным, так и излишним), то это тревожный сигнал. Значит, он чересчур озабочен своей внешностью и готов пойти на крайние меры, чтобы в корне изменить ситуацию, которая его не устраивает. Также некоторые склонны переносить недовольство параметрами своего тела на другие сферы жизни, усугубляя свое депрессивное состояние. Они думают, что в их жизни все не ладится, потому что у них такое, якобы, ужасное и неидеальное тело. Вдобавок люди начинают анализировать свою внешность, исходя из популярных в поп-культуре и обществе идей красоты, они находят явные несоответствия и решают, что с ними что-то не так. «90-60-90» – уже пережиток прошлого, современные успешные модели и актрисы должны быть еще худее. Люди в стремлениях к заветному идеалу внешности переходят за грань разумного, доводя себя до истощения. Они заметно слабеют физически, их тело становится катастрофически непривлекательным, проблем в жизни накапливается еще больше, а значит, депрессия усиливается, вес, соответственно, стремительно снижается. Остановить этот снежный ком с каждым днем становится все сложнее.

    Неудовлетворенность личной жизнью. Частая причина похудения – желание понравиться другим людям, обычно своим любимым. Люди слышат замечания по поводу лишнего веса от самых близких и зацикливаются на этом. Есть мнение, что именно близкие и родные люди скажут нам правду, которую мы не хотим слышать, ведь они нас любят, они хотят помочь и говорят это из лучших побуждений, но порой их навязчивость, их «желание помочь», когда их об этом и не просили, приводят к ужасным последствиям. Мы хотим, чтобы нас любили и принимали такими, какие мы есть, но когда самые любимые нами люди постоянно говорят нам, что с нами что-то не так, мы хотим себя изменить любой ценой.

    Навязчивость идеи. Нередко человек настолько зависим от идеи похудеть, что он перестает себя контролировать. От соблюдения щадящей диеты он переходит к радикальным мерам, которые обещают принести скорый результат. При первых успехах в снижении веса человек понимает, насколько действенны его методы, и продолжает голодать и мучать свой организм. Идея похудеть становится самоцелью, она начинает контролировать его мысли и организм, а все в его жизни ей подчиняется. В итоге человек теряет ощущение реальности, он уже не может адекватно относится к себе, своему телу и своему питанию, он лишь лихорадочно считает калории и пьет зеленый чай.

    Последствия анорексии

    • Развитие хронических недугов: язвы желудка, сердечной аритмии, панкреатита, остеопороза.
    • Нарушение обмена веществ: снижение гормонов, уровня белка, гиповитаминоз.
    • Булимия.
    • Кахексия – последняя стадия истощения.
    • Бесплодие и отсутствие месячных.
    • Снижение иммунитета, постоянные инфекционные патологии.
    • Летальный исход.
    • Лечение анорексии

      Лечение анорексии – длительный и сложный процесс. Не стоит лечить ее в домашних условиях. Необходимо обратиться к врачам, диетологу и психологу, чтобы диагностировать верную стадию развития анорексии и выработать индивидуальный курс лечения. Важно понять, что в первую очередь нужно исправлять голову, хотя во многих случаях необходимо для начала вернуть больному здоровую массу тела, чтобы не допустить летального исхода. Проблемы идут от головы, от мыслей, от психологического нестабильного состояния.

      Терапия состоит из:

    • Психотерапии
    • Витаминных комплексов
    • Специального питания
    • Общеукрепляющих препаратов
    • Белковых растворов
    • Психологи помогают пациентам: принять болезнь и осознать ее масштабы, причины и последствия; скорректировать мышление и избавиться от навязчивых мыслей; сформировать новое отношение к телу и к пище; устранить чувство неполноценности и повысить самооценку; определить новые интересы, которые позволят больному в будущем развиваться как личность, вне зависимости от питания и внешности. При лечебном питании больному дают жидкую, кашеобразную пищу, кормят его высококалорийными продуктами, которые легко усваиваются (овощи, фрукты, икра, нежирное мясо). Порции небольшие, чтобы не допустить переедания. Больной также должен много спать, чтобы его организм отдыхал и усваивал пищу.

      Как не допустить рецидива анорексии в будущем

      Отказаться от жестких диет. Лучше всего перестать мучать свой организм изнуряющими диетами; надо составить с врачом индивидуальный режим питания и четко ему следовать. Тогда удастся избежать опасной худобы и неконтролируемого поедания пищи.

      Принимать лекарства, предписанные врачом. Не стоит увеличивать или уменьшать дозировку. Самолечение никогда не приводило ни к чему хорошему.

      Как можно больше общаться с другими людьми. Конечно, очень сложно разговаривать с теми, кто постоянно делает замечания о внешности больного, о его психическом и физическом состоянии, но именно общение позволяет отвлечься от навязчивых мыслей. Человек, который не замыкается в себе и не позволяет мыслям контролировать его жизнь, намного счастливее. А общение помогает переключиться.

      Не расстраиваться из-за стрессов. После того, как больной пережил сильнейшую депрессию, а его нервная система была сильно повреждена, ему крайне необходимо научиться иначе смотреть на жизнь и стрессовые ситуации. Чтобы не винить себя и не наказывать свое тело голодовками, надо постараться видеть лучшее и стремиться позитивно смотреть на проблемы в жизни.

      А еще нужно запомнить, что голодание ничего не решит, а лишь усугубит и без того тяжелое психологическое состояние.

      Книги про анорексию

      Нижеследующая литература поможет больным анорексией и тем, кто хочет резко перестать кушать, понять, что такое анорексия и почему не стоит доводить свой организм до терминальной стадии этой болезни.

    • Жюстин «Этим утром я решила перестать есть» – это автобиография девочки-подростка, пережившей анорексию.
    • Анастасия Ковригина «38 кг. Жизнь в режиме 0 калорий». Книга написана на основании дневника девушки, которая соблюдала жестокие диеты и голодала долгое время.
    • Татьяна Забзалюк «Анорексия – быть пойманной и выжить». Автобиография, рассказывающая о симптоматике, протяжении и лечении болезни.
    • Редакция ElleGirl.ru рассказывает истории некоторых девушек, которые больны анорексией сейчас или сумели ее победить.

      Алена, 19 лет:

      Когда мне было 13 лет, я поехала в детский лагерь, где жила в комнате с девочками из одной школы, у них была большая компания, мне так хотелось с ними подружиться, но в ответ постоянно слышала только унижения по поводу лишнего веса, внешности, одежды. По возвращению домой меня постоянно мучили мысли: действительно ли я такая страшная и некрасивая – как следствие, я начала носить мешковатую одежду и стала меньше есть. Потом, несколько месяцев спустя я поссорилась с парнем своей подруги, и он в порыве злости сказал, что я такая злая, потому что ЖИРНАЯ. Я не понимала, как это взаимосвязано, но это очень меня задело. Еще сыграл фактор первой влюбленности, когда мне только исполнилось 15, это было еще одной причиной худеть.

      Первой серьезные изменения заметила моя мама, мы с ней начали постоянно ссориться. Это сказалось и на наших отношениях сегодня. Сначала она пыталась помочь просто словами, узнать, что случилось. Потом она начала замечать, что я ем катастрофически мало и каждый прием пищи она наблюдала лично. Я думаю, она и мои родные усугубляли ситуацию тем, что очень редко говорили мне, что я и так хорошо выгляжу, что во мне есть что-то большее, чем внешность. Наоборот, мне каждый раз говорили, что этими вечными голодовками я загоню себя в могилу.

      Все началось с уменьшения порций, исключения продуктов из рациона, дальше пошли диеты, питьевая диета, голодовки, монодиеты. В те дни, когда мама заставляла меня есть, я старалась компенсировать лишние калории в спортзале или выходила на пробежку, старалась довести себя до истощения физической нагрузкой. Я любила не кушать после 15:00, чтобы ложиться спать с пустым желудком и чувствовать ноющую боль.

      А однажды вечером почувствовала жуткую боль, всю ночь меня тошнило, и это продолжалось несколько дней. Несколько раз я падала из-за того, что темнело в глазах.

      Естественно, испортились волосы, они лезли клочками, всегда крепкие ногти стали ломаться, едва успев отрасти, кожа стала сухой и появился целлюлит, которого не было даже с большим весом. Меня расстраивало то, что хоть я и похудела с 64 кг до 50, я не видела результат, и хотелось большего, но вес стоял. Я ненавидела свое отражение в зеркале. Все раздражало, от цвета волос до формы ногтей на ногах. На замечания других отвечала грубо, говорила, что это только мое дело и если бы хотела себя убить (как часто говорила моя бабушка), то это давно бы уже свершилось, а так, я сама буду решать, что делать со своим телом. Я с детства была полненькой, а с началом переходного возраста у меня заметно округлились формы и это заставляло меня вечно стесняться своего тела. Платья я не носила, так как тяжело было найти такое, чтобы подошло мне. Джинсы, юбки, кофты, куртки, майки – все было в темных тонах или, если и яркое, то без принта, неброское.

      Я не обращалась за медицинской помощью, потому что боялась, что меня будут считать сумасшедшей, что об этом узнают все и мне было очень стыдно.

      Однажды у меня случился срыв. Я не помню как, но он был началом компульсивного переедания, которое закончилось булимией. Как раз в тот период я начала готовить, чтобы сделать видимость нормальности, мама не переживала, что я мало ем, наоборот, она видела, что я начала есть все, что раньше себе запрещала. Начало булимии выпало на конец 11 класса. Выбор будущей профессии, экзамены, ссоры в классе и желание быть худенькой и красивой на выпускном – все влияло на психическое состояние. Я начала вызывать рвоту. Это было 1-2 раза в неделю в моменты перееданий. Все закончилось сразу после выпускного.

      Это очень странно и не укладывается у меня в голове до сих пор, но я поступила в училище на повара-кондитера. Вторая волна булимии началась за месяц до начала учебы, я вызывала рвоту ежедневно по несколько раз в дней. Я ела все и много, а потом стала есть меньше, а потом и вовсе мало, но рвоту продолжала вызывать после каждого приема пищи . После Нового Года я вышла на практику, начала готовить много и лучше, чем раньше, меня поставили в смену и вместо желания худеть и вызывать рвоту появилось желания побороть проблему. Моя работа, моя мечта были противоположностью моей болезни. И я поняла, что не хочу больше так жить, я поняла, что это моя жизнь, и я не буду убивать себя сама. В тот момент я осознала, что я себя убиваю. И этот ад, длившийся почти 5 лет, закончился, словно его и не было. Я начала много читать про анорексию и булимию, про другие расстройства пищевого поведения. Я всегда любила читать, и это стало главной мотивацией для возвращения к нормальной жизни. Точнее для ее создания, потому что я убила в себе ребенка, убила подростка, а проснулась уже взрослой. Мои комплексы убили во мне меня.

      Я не хочу вернуться к худобе. Я люблю свое тело и принимаю его таким, какое оно есть.

      Я думаю, что на развитие и возникновение анорексии влияют воспитание и отношения ребенка с родителями. Я выросла в семье, где мои интересы и желания не ставились на важное место. Мама всегда говорила, что творческая профессия не принесет нормального дохода, красивая одежда непрактична, проявления любви, ласки и понимания происходили только, когда я приходила к ней в слезах. Потом мне стало легче хранить все в себе и ничего не рассказывать, так как это поддавалось критике. Всем людям нужна доброта и понимание.

      Анорексия – важная проблема. Но нужно позиционировать ее не как вину человека, мол, он такой плохой, потому что он анорексик-идиот, сам себя до смерти загоняет. Это психологическая проблема, и в ее основе могут лежать детская травма, или несчастная любовь, или неумение выражать свои чувства, или действия других людей.

      Анна, 20 лет:

      Причина у анорексии может быть только одна: человек теряет контроль над своей жизнью и компенсирует это за счет контроля своего веса. В какой-то момент у меня тоже все вышло из-под контроля. Я никогда не заморачивалась по поводу своего веса, я никогда не была жирной и худеть я начала не для того, чтобы привести себя в форму. Дело в том, что у меня были неудачные отношения с парнем, и чтобы не думать о них, я начала голодать. То есть я компенсировала мысли о проблемах мыслями о еде. Я начала потреблять около 600 ккал в день и пила слабительные, спортом не занималась. Меня никто не критиковал. Все просто удивлялись тому, как я похудела и что мне пора завязывать с диетами; родители насильно меня не кормили, просто ворчали.

      Анорексия сопровождалась слабостью, головными болями, депрессией, постоянным голодом. Потом анорексия переросла в булимию, от которой я до сих пор не до конца избавилась.

      При росте 150 я весила 32 кг, объем бедер 75, груди вообще не стало; самое ужасное – то, что мой кишечник просто перестал работать из-за отравления слабительными средствами. И теперь мне всю жизнь придется пить слабительные (уже другие, поддерживающие) каждый день, чтобы хоть как-то жить.

      Психиатр сказал, что все симптомы указывали на анорексичные проявления:

      • трепетное и в то же время нервозное отношение к еде; каждый прием пищи был манной небесной
      • приём сильнейших слабительных в огромных дозах (ну, это аналог приёма «два пальца в рот»)
      • недостаток массы тела; слабость
      • аменорея (то есть отсутствие месячных)
      • депрессия
      • После этого меня госпитализировали. Меня кормили, проводили курс психотерапии, я снова начала принимать нейролептики и антидепрессанты. Я наблюдалась у психиатра уже давно, у меня помимо анорексии имеется еще немалый букет заболеваний. И я прекрасно понимала, что если не обращусь за помощью, всё окончательно выйдет из-под контроля и плохо закончится.

        После клиники я начала ходить в спортзал, нарастила мышечную массу. Но недавно я заболела булимией, из-за этого подсела на эфедрин, потому что он подавляет чувство голода. Булимия после анорексии – это абсолютно закономерное явление. Так вот, я подсела на эфедрин, совмещала его с огромными дозами алкоголя. Летом я практически ушла в запой, потому что эмоциональное состояние было на нуле. Мне нужен был ресурс для того, чтобы как-то жить. Я снова обратилась к врачу, меня снова госпитализировали, но уже с другим диагнозом. Сейчас все нормально. От булимии я почти избавилась, она дает о себе знать, но уже не так сильно.

        Я избавилась от всех зависимостей. На данный момент прохожу курс психотерапии, принимаю препараты, посещаю групповую терапию. Мое тело меня полностью устраивает.

        Анорексия – психическое заболевание. Это как шизофрения, биполярное расстройство и т. д. Психически здоровый человек никогда не заболеет анорексией. Нынешнее поколение молодых людей и девушек действительно подвержено разного рода психическим расстройствам и это зависит от множества факторов. Экология, генетика – все это влияет на психоэмоциональный фон.

        Это одна из важных проблем наряду с другими психическими заболеваниями. И ее, безусловно, стоит решать. Решать с помощью грамотной, вовремя оказанной психиатрической помощи. Надо дать людям понять, что психиатр – это не страшно, что в хорошей клинике тебя не превратят в растение, что таблетки надо пить! Ведь когда у нас болит голова мы пьем таблетки? Пьем. А когда у нас в голове каша, суицидальные мысли и чувство безысходности и постоянной тревоги, мы думаем, что все само пройдет. Нет, не пройдет.

        Ирина, 15 лет:

        Лишний вес у меня был с детства, так что фразу «Тебе не мешало бы похудеть» я слышала многие годы, но как-то не обращала внимания. Мне нравилось есть, и есть очень много. Да, были попытки сесть на какую-то диету, но все это заканчивалось в первый же день. Потом, зимой 2015-го года я перешла на домашнее обучение из-за своей инвалидности (к слову, на вес заболевание не влияло), так что у меня появилось много свободного времени, которое я проводила либо в одиночестве, либо в окружении исключительно близких родственников. Поэтому я решила худеть. И, возможно, все и закончилось бы в тот же день, если бы кто-то из родственников не сказал мне максимально снисходительным тоном: «Ну-ну, посмотрим, как ты похудеешь». С того момента я хотела «показать им всем, доказать, что смогу». Сначала никто не верил, что я смогу хоть как-нибудь похудеть, но когда мой вес резко уменьшился на 10-15 кг, начали останавливать. Сначала уговорами, после дошло до скандалов. В частности, со стороны мамы. А те жуткие слова в мой адрес и вспоминать не хочется, хотя сейчас я понимаю, что она просто была обессилена, ведь ее ребенок таял на глазах.

        За все время похудения каких только диет я не перепробовала. Было все: от относительно безвредной ABC Superlight вплоть до голода. Спорт был, конечно. Сотня приседаний, бесчисленное количество скручиваний и выпадов – ежедневная норма. Несмотря на все, похудела я всего до 45 кг, что относительно нормально для роста в 157 сантиметров. Однако выглядела я ужасно. Для себя я, конечно была еще неизмеримо толстой, но, пересматривая фотографии того периода, я вижу лишь огромные синяки под глазами, обвисшую кожу (ведь, несмотря на спорт, она не успевала подтягиваться как надо) и сгорбленную спину.

        Все время болезни я ощущала постоянную слабость, руки и ноги мерзли в жару, а волосы сыпались, даже если я просто быстро шла. Депрессии не было, однако я заметила, что не могла плакать. Как бы мне плохо не было, я просто не могла выдавить и слезинки, хотя до этого была известной плаксой и заставить меня разрыдаться буквально ничего не стоило.

        Думаю, осознание проблемы пришло ко мне еще где-то в сентябре 2015-го. На тот момент я худела всего месяцев 5, но за это время скинула почти 30 кг, да и здоровье уже было изрядно подпорчено. Но мысли о том, что я больна появились тогда, когда я не смогла съесть помидор, потому что он весил больше, чем я думала, и когда накричала на бабушку из-за того, что она налила ложку растительного масла в овощной салат. Агрессия была только в случаях, когда действия родных отличались от моих планов. Я хотела иметь полный контроль над питанием, и если этому мешали, я начинала злиться, но не всегда конкретно на родных. Я просто превращалась в какое-то животное: начинала бить в стену, даже рычать. Страшно вспомнить.

        В начале болезни я, естественно, считала себя очень толстой, но надеялась, что похудею на несколько килограмм и все изменится, тогда были более-менее щадящие диеты. Со временем я считала себя все более страшной по разным признакам, появилось больше комплексов и ограничений в еде. В кризис же я думала, что только избавилась от большего слоя жира, и останется мне похудеть еще килограмм на 7-8 и я добьюсь идеала, тогда же питание на 100 калорий, голод казались для меня неотъемлемой частью похудения. Благо, до «веса мой мечты» – 38 кг – я так и не добралась.

        Во время болезни я упорно считала себя вполне здоровой. Когда же стало понятно, что похудение превращается во что-то маниакальное, пришлось заниматься эдаким самолечением, так как живу я в маленьком городе, где нормального психотерапевта найти сложно. Но организм лечить самой не решилась, ведь лучше довериться профессионалу, чтобы не доводить до точки невозврата. В большей степени мне помог коллектив, когда я перешла с домашнего обучения на обычное. Появилось активное общение, меньше места осталось для мыслей о еде и об ограничениях. Конечно, мне не раз хотелось снова похудеть, я лелеяла мысль о стройном теле и контроле над питанием, но когда я вспоминала все ужасы и последствия, мысли как-то сами собой исчезали.

        Честно говоря, форму сейчас я не поддерживаю. Я перестала думать о еде.

        В отличии от того, что было в 2015-м году, когда я могла четко отчитаться о своем питании за последний месяц, сейчас я не смогу сказать, что ела на завтрак, настолько еда перестала быть важной. Хотя, думаю, это тоже не очень хорошо, но все же лучше, чем бесконечные мысли о калорийности и времени приёма пищи. Но и это пришло не сразу. Сначала был период булимии, когда я каждый день съедала огромное количество еды, а потом гнобила саму себя и принимала горстку слабительного. Сейчас же такого нет, вес держится стабильно на отметке 55, что немало, конечно, но и не критически много и, несмотря на некоторые свои недостатки я полностью довольна своим телом.

        Я считаю, что все ментальные проблемы являются важными, и в особенности те, что доводят молодежь, еще подростков, до физических болезней и даже смерти. Бороться с анорексией надо, конечно, и начинать стоит с той же моды и красоты. Да, сейчас есть модели размера плюс, но ведь они совершенно не похожи на обыкновенных девушек на фотографиях, их нещадно фотошопят. Да, красивая картинка прежде всего, но сколько таких картинок привело к страшной болезни?

        Мария, 20 лет:

        Я очень чувствительный человек и на все всегда остро реагирую. Абсолютно незначительная мелочь способна вывести меня из состояния внутреннего равновесия. В 14 лет начался переходный возраст, много чего неизведанного, много чего нового. Еще я упрямая. И в один момент в мою голову пришла мысль – твоя внешность должна быть идеальной. А что это значит? Какие могут быть представления об этом понятии в этом возрасте? И в один день я резко начала есть в 2 раза меньше своего привычного рациона и активно изнурять свой организм физическими нагрузками. Еще повлияли экзамены ГИА. Мне так хотелось сдать их хорошо, что кроме учебы для меня перестало что-либо попросту существовать. Я перестала есть, только обедала (в основном, гречкой). Спортом занималась постоянно (ходила в зал).

        Все началось довольно спокойно, не было цели стать анорексиком, просто хотелось начать питаться меньше.

        Потом меня не покидало чувство, что я много ем и нужно уменьшать порции. Так и началось: с каждым днем ела все меньше и меньше. Спустя пару месяцев началось постоянное головокружение, где-то в это же время начали выпадать и тускнеть волосы. Постоянно ныли кости. Через 7-8 месяцев перестали идти месячные. Депрессия была, однозначно. Я замкнулась в себе. Чувствовала себя одинокой. Если кто-то выводил меня из привычного состояния – провоцировалась агрессия.

        Я ненавидела то, что я видела в зеркале. Чем худее я становилась, тем более мешковатые вещи я выбирала. На замечания других я не обращала никакого внимания, мне было не до них. Сначала окружающие, естественно, не понимали, что со мной происходит. В их глазах постоянно был шок и страх. Мне попался не самый дружный класс. И я знала изначально, что меня обсуждать будут. И будут делать это самым грязным способом (сплетнями и небылицами). Но тогда я настолько была погружена в самокопание, в свой маленький мирок, что мой мозг блокировал все, что происходит вокруг. Помню, что на линейке 1 сентября ко мне подошла учительница и сказала:

        «Ой, а я уже думала, что ты до осени не дотянешь».

        Не могу сказать, что было легко, но всё-таки эти люди ничего для меня не значили, и поэтому их слова меня не задевали. Родители же прошли со мной через ад, мы кричали друг на друга, плакали, когда у меня получалось смеяться – они и это делали со мной. У моей мамы есть вид самого тяжёлого (для меня) наказания – она смотрит мне в глаза настолько грустными и разочарованными глазами и молчит, не говорит ни слова, и тебе жить не хочется от чувства вины.

        К врачам я не обращалась, потому что не считала, что у меня есть какие-то проблемы. И я никогда не доверяла врачам. Повторюсь, благодаря родителям я справилась. Они в один момент перестали меня осуждать, а начали говорить, что они со мной, и что вместе мы все сможем преодолеть. Видимо, именно это мне было так необходимо, чтобы найти в себе силы что-то поменять. Курс реабилитации был очень тяжёлым. Я бы даже не смогла назвать его так. Просто в один момент мой организм решил, что ему СРОЧНО необходимо восполнить все, чего он был лишен практически год. И я начала бесконтрольно сметать любую пищу, которую только видела (особенно сладости, естественно). Поэтому за пару месяцев из 39 кг получилось 78 кг. И этот вес держался практически год. В этом весе мне было очень некомфортно, настроение постоянно скакало. И я поняла, что так с собой поступать нельзя. Перешла на здоровую пищу и спорт. К той худобе, которая была однозначно не хочу возвращаться. Мне хватило.

        Сейчас я вешу свои старые добрые 55-57 кг, питаюсь правильно, соблюдаю во всем баланс. Не для стройности, а потому что мой организм больше любит здоровую еду, чем фаст-фуд.

        Я закончила эту гонку за идеалом и стала наслаждаться собой и своей жизнью.

        Когда сильный стресс, я перестаю есть, к сожалению, такая жизнь сумасшедшая, что он случается нередко. Но мозг все равно дает сигналы о том, что что-то нужно в себя запихнуть. В такие моменты я пью горячее молоко. Я наконец-таки полюбила свое тело. Конечно, бывают периоды, когда хочется что-то исправить, но если хочется – беру и делаю, без фанатизма только.

        Если ты хочешь похудеть, обратись к диетологу, который поможет составить индивидуальный план питания и тренировок, не истязай себя голоданием и жестким диетами. Это того не стоит! Побереги себя, потому что анорексия – это не скорый путь к идеальному телу, а страшная болезнь, которая ломает жизни. Все, что ты получишь в итоге – изможденное тело, психические проблемы, обвисшую кожу и ослабленный иммунитет.

        www.ellegirl.ru