Наследуемость риска возникновения шизофрении равна

Шизофрения: причины и симптомы

Шизофрения считается тяжёлым хроническим, ведущим к инвалидности расстройством умственной деятельности.

Что способствует развитию шизофрении – причины

В возникновении шизофрении участвуют различные факторы. Почти все теории возникновения шизофрении существуют на уровне гипотез. Однако основной общепринятой гипотезой является предрасположенность к влиянию стрессов.

Ещё одной причиной является генетический фактор: если один из родителей страдает шизофренией, то риск того, что и у ребёнка будет это заболевание, составляет 12%. Если же болеют оба родителя, то риск увеличивается до 40%.

Внутриутробные и социальные факторы: риск развития шизофрении возрастает при инфекционных заболеваниях матери во время беременности, нарушениях внутриутробного развития, неблагоприятных условиях жизни в раннем детстве. Чаще всего шизофрения возникает у тех людей, которые выросли в бедности, перенесли тяжёлую психологическую травму или были подвержены насилию.

Психологические факторы: ещё до появления первых симптомов шизофрении у больных наблюдается склонность к поспешным умозаключениям, снижение концентрации внимания и чрезмерная эмоциональная реакция на психологические травмы и стрессы. Немаловажное значение имеет и бессонница – на развитие болезни могут также повлиять постоянные нарушения сна.

Наркотики и алкоголь: приступы болезни могут возникнуть под влиянием амфетаминов, мескалина, морфина, кокаина, кодеина, псилоцибина и других наркотических средств.

Симптомы шизофрении (признаки)

Во время галлюцинаций человек слышит, видит, чувствует или ощущает то, чего не могут другие. Наиболее распространённым видом галлюцинаций являются «голоса». Больные говорят, что «голоса» могут приказать им что-то сделать, комментировать их, предупредить об опасности или разговаривать с ними.

Ещё один вид галлюцинаций – видение предметов или людей, не существующих в действительности, а также воображаемые тактильные ощущения и обоняние несуществующих запахов (может свидетельствовать о симптомах опухолей головного мозга).

Во время бреда у человека возникают совершенно аномальные бредовые идеи. Бред величия – уверенность в том, что они (больные) являются знаменитой исторической личностью. Бред преследования – представления людей с параноидной шизофренией о том, что другие хотят обмануть их, пытаются отравить, плетут заговоры против них и их близких или шпионят за ними.

При расстройстве мышления человеку становится трудно систематизировать свои мысли и логически их связать. При задержке мышления он может внезапно остановиться на середине мысли и объяснить это тем, что у него как будто «вынули мысли из головы». При расстройстве мышления человек также способен создать непонятные слова («неологизмы»).

При двигательных нарушениях у больных наблюдаются неловкие, непроизвольные и несогласованные движения, странная манерность или гримасы, это явные признаки шизофрении.

Негативные симптомы – утрата или снижение способности планировать, выражать эмоции, изъясняться. Данные симптомы иногда ошибочно принимают за депрессию или проявления лени. У больных наблюдается скудная и вялая речь, даже если у них есть необходимость общения, а также монотонный голос, неподвижное выражение лица и неспособность получать удовольствие от повседневной жизни.

Когнитивные симптомы – нарушение концентрации внимания, определённых типов памяти и управляющих функций, которые несут ответственность за способность планировать и организовывать. У больных возникают проблемы с «рабочей памятью», то есть они не способны запомнить недавно полученную информацию и применить её.

Если таковы симптомы наблюдаются у человека, тогда следует приступить к методам, что предусматривают лечение шизофрении. Оно может проводиться как медикаментами, методами психологии – общением, так и с помощью народных средств.

tutknow.ru

Причины развития шизофрении все еще остаются недостаточно исследованными. В последнее время нейробиологи установили некоторые механизмы развития заболевания. Тем не менее, существуют разные предположения по поводу влияния тех или иных факторов на появление шизофрении.

Причины возникновения шизофрении

  • Наследственность. Согласно статистике, среди тех людей, родственники которых страдали шизофренией, встречается 10% случаев заболевания. Чаще всего генетическая предрасположенность наблюдается у однояйцевых близнецов. Если один из них болеет шизофренией, вероятность развития заболевания у второго равна 40-65%. Тем не менее, большинство специалистов полагают, что генетический риск должен сочетаться с дополнительными факторами, иначе развитие шизофрении маловероятно.
  • Нарушения внутриутробного развития. Различные инфекции повышают риск развития шизофрении у плода.
  • Детское воспитание. Необходимо отметить, что эта причина является лишь гипотезой. Некоторые психоаналитики полагают, что заболевание чаще развивается у тех людей, которым в детстве родители уделяли недостаточно внимания.
  • Социальные факторы. Различные стрессы, вызванные социальной жизнью (бедность, переезды, безработица, конфликты с окружающими) повышают риск развития шизофрении. По мнению ряда исследователей, повышенный риск шизофрении вызывает и одиночество.
  • Вредные привычки. Связь между шизофренией и наркоманией или алкоголизмом точно не установлена. Доказано, что амфетамины обостряют симптомы шизофрении. Различные галлюциногенные и стимулирующие вещества, в том числе и алкоголь, могут спровоцировать развитие заболевания.
  • Нарушение химических процессов головного мозга. По этой теории, болезнь развивается из-за дисбаланса процессов мозга, в которых участвуют нейромедиаторы (вещества, которые обеспечивают передачу нервных импульсов в тканях). По мнению некоторых ученых, этот дисбаланс развивается уже в утробе, но проявляется после наступления полового созревания.

Несмотря на то, что на сегодняшний день шизофрения довольно хорошо изучена специалистами, точные ее причины по-прежнему остаются невыясненными. Вышеописанные факторы риска имеют значение, но они провоцируют развитие заболевания далеко не всегда. Как правило, необходимо сочетание сразу нескольких факторов риска для появления и развития шизофрении.

zdorovye24.ru

Наследуемость риска возникновения шизофрении равна

ОРЛОВА ВЕРА АЛЕКСАНДРОВНА

КЛИНИКО-ГЕНЕТИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ОЦЕНКЕ РИСКА ПРОЯВЛЕНИЯ ШИЗОФРЕНИИ В СЕМЬЯХ

Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора медицинских наук

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность исследования

Многочисленные клинико — генеалогические работы как отечественных (И.В. Шахматова, 1972,1978; Ю.И. Полищук, 1975; В.М. Гиндшшс,1979; В.Д. Москаленко, 1980; М.Е. Вартанян, 1983 и др.), так и зарубежных (S.S . Ketyetal ., 1968; М. Baron, 1985; K .S. Kendler , S.R . Diehl, 1993 и др.) исследователей, убедительно показали существенную роль наследственных факторов в этиопатогенезе шизофрении. В последнее десятилетие значение генетического предрасположения для проявления заболевания было также подтверждено результатами молекулярно-генетических исследований (R. Sherrmgtonetal., 1988; Т. Arinamietal., 1994; J.Williamsetal., 1997; L.E . DeLisietal ., 1998 и др.). Однако на сегодняшний день механизм наследственной передачи заболевания остается невыясненным, а патологические гены, ответственные за его развитие, не найдены. Такое положение затрудняет проведение медикогенетического консультирования при шизофрении, перешедшего из области обсуждения тео­ретических возможностей к необходимости практического осуществления и являющегося основой проведения мероприятий не только вторичной профилактики (предупреждение проявления заболевания у предрасположенных лиц), но и первичной (элиминация из популяции патологических генотипов).

Методы оценки риска проявления шизофрении в настоящее время базируются только на клинико — генеалогическом анализе, заключающемся в прослеживании заболевания среди родственников больного в ряде поколений и использовании эмпирически установленных величин риска для разных групп родственников иробандов. Точность такого метода генетического прогноза яв­ляется низкой. Величины повторного риска по шизофрении, по данным современных авторов (J.L . Karlsson, 1988; P . Propping, 1988; K .S. Kendleretal., 1996 и др.), колеблются в довольно широких пределах (4-16%), а достаточно полные таблицы для их оценки отсутствуют.

В свете изложенного разработка новых методологических подходов, позволяющих повысить точность оценки генетического риска шизофрении и обеспечить надежность решения ответственных вопросов индивидуального медикогенетического прогноза является весьма актуальной задачей. Необходимость скорейшего решения этой задачи диктуется и возрастающими потребностями населения в прогнозе психического здоровья потомства, связанными с повышением образовательного уровня населения и широким распространением планирования семьи.

Решение проблемы повышения точности критериев генетического риска шизофрении может быть достигнуто путем применения в области семейных исследований шизофрении мультидисциплинарного подхода, который предусматривает наряду с использованием клинического метода, параклинических методов изучения больных к их родственников и является одним из приоритетных направлений научного подхода в области психиатрии. Такой подход диктует необходимость регистрации ииформатиннмх покупателей различных уронпсй патогенеза шоолеианим (клинического, психопогнчсского, нейрофнзиологимеского, морфологического, молскуляршыснетимсскою и др.), имеющих высокую наследуемость и корреляцию с подверженностью к болезни, и их интеграции с помощью методов многомерного генетикематематического анализа в предикторы шизофрении, что позволяет без теоретически сформулированных механизмов наследования идентифицировать носителей патологических генов. Рассматриваемый подход включает и оценку взаимосвязей между аномалиями различных уровней патогенеза, обеспечивающую лучшее понимание как отдельных характеристик генетической подверженности к шизофрении, так и совокупности широкого спектра биологических и психологических процессов, опосредующих связь между причинными генетическими механизмами и картиной заболевания на клиническом уровне.

Цель и задами исследования.

Целью настоящего исследования являлась разработка многоуроинемых предикторов генетического риска шизофрении и их интегративных систем.

В соответствии с целью исследования в работе решались следующие задачи:

1) изучение основных параметров семейного отягощения при шизофрении как в целом, так и дифференцирование — при различных ее формах (установление значений эмпирического риска);

2) определение степени генетической общности между подверженностями к проявлению различных форм шизофрении для разработки рекомендаций о раздельной или единой оценке генетического риска по данным отягощения различными формами заболевания в семьях;

3) выделение на различных уровнях патогенеза шизофрении (клиническом, психологическом, нсйрофизиологическом, морфологическом, молекулярногенетическом) набора информативных признаков, которые могут отражать генетическую предрасположенность к заболеванию;

4) оценка роли генетических и средовых факторов в изменчивости выделенных информативных признаков изучаемых уровней патогенеза шизофрении;

5) оценка взаимосвязей между установленными генетически информативными признаками различных уровней патогенеза шизофрении;

6) построение с помощью многомерных статистических методов интегративных (внутри- и межуровневых) предикторов генетического риска шизофрении в целях медико-генетического консультирования;

7) оценка вклада генетических и средовых факторов в изменчивость интегративных предикторов генетического риска шизофрении.

Научная новизна исследования

Впервые на репрезентативном материале выделена совокупность информативных признаков нескольких уровней патогенеза шизофрении (клинический, психологический, нейрофизиологический, морфологический, молекулярногенетический), характеризующихся аномальным распределением значений в группе высокого риска по этому заболеванию. Впервые дано полное разложение фенотипических дисперсий значений ряда клинических особенностей, характеризующих онтогенетическое развитие и преморбидную личность в целом, всех психологических признаков такой базальной стороны психики, как психическая активность, спектральной мощности всех ритмов спонтанной ЭЭГ, вызванных потенциалов (слуховая волна РЗОО), 25 компьютерно (КТ)- и 17 магнитно — резонансно-томографических (МРТ) признаков желудочков мозга, лобных долей и мозолистого, тела (МТ), Впервые получены данные о возможности рассмотрения ряда отдельных патогенетических признаков заболевания в качестве предиспозиционных факторов с высокой генетической детерминацией: патопсихологических признаков эмоциональности, переключаемо внимания, большинства КГ- и МРТ- признаков желудочковой системы мозга: Впервые было продемонстрировано сцепление шизофрении с маркером 11-й хромосомы Harvey -RAS 1, что свидетельствует о возможности вовлечения региона 11 -и хромосомы 11р15.1 в этиопатогенез заболевания.

Впервые установлены особенности иерархической организации межуровневых морфо- ункциональных систем у пробандов, их сибсов и родителей. Впервые выявлены взаимосвязи структурных (МРТ) и функциональных особенностей МТ у больных шизофренией и их родственников; корреляция гено­типа А2А2 гена серотонинового рецептора 5 HTR 2A с прогредиентным течением заболевания и формированием выраженных негативных расстройств; структурно-функциональные системы, перспективные для дальнейшего изучения в качестве многоуровневых маркеров генетического риска шизофрении (система, включающая характеристики ригидности психических процессов, внимания, памяти и некоторые другие психологические признаки наряду с МРТ-параметрами передних рогов боковых желудочков мозга, и ряд других систем).

Впервые к анализу совокупности многоуровневых патогенетических признаков был применен подход, основанный на использовании многомерных статистических методов построения генетического прогноза заболевания. С помощью этого подхода впервые получены системы генетически информативных прогностических показателей, отражающих связи входящих в них характеристик с возможностью проявления заболевания.

Полученные результаты значительно расширяют представления как о структуре и механизмах детерминации шизофренического диатеза, так и о патогенетических механизмах текущего болезненного процесса.

Практическая значимость работы

Результаты проведенного исследования важны и для практического здравоохранения. Они предоставили для практики медикогенетического консультирования инструмент раннего обнаружения патологических генов и индивидуализации генетического прогноза шизофрении. Они могут быть использованы как для прогнозирования риска проявления и тяжести течения заболевания у предполагаемого потомства консультирующихся супружеских пар или лиц, собирающихся вступить в брак, так и выявления групп предрасположенных к шизофрении лиц в целях проведения профилактических мероприятий. Основные выводы исследования используются в работе открытой на базе лаборатории профилактической генетики НЦПЗ РАМН специализированной медикогенетической консультации при решении конкретных задач медико-генетического прогноза.

Основные положения, выносимые на защиту

1. На каждом уровне патогенеза шизофрении можно выявить специфические отклонения, связанные с заболеванием, и определить вклад генетических и средовых факторов в их вариабельность.

2. С помощью методов генетико-математического анализа возможно приближение к установлению причинноследственных взаимоотношений между разноуровневыми проявлениями патогенеза заболевания.

3. Возможно выявление не только отдельных генетически информативных предикторов шизофрении, но и их интегративных систем для целей медико генетического консультирования.

Объем и структура работы

Диссертация изложена на. страницах машинописного текста, включает. таблиц и. рисунков. Работа состоит из введения, 8 глав (обзор литературы, характеристика материала и методов исследования и 7 глав по результатам собственных исследований), выводов, библиографического указателя (. источников, . отечественных. зарубежных).

Апробация и публикация результатов исследования

Материалы диссертации опубликованы в 60 сообщениях. Они были обсуждены и одобрены на научной конференции НЦПЗ РАМН (1993 г.), 6-ом Всемирном конгрессе по психиатрической генетике (Бонн, 1998), 11-ом Всемирном конгрессе психиатров (Гамбург, 1999), научной конференции Уэльского университета (Кардифф, 2000), а также представлены на следующих совеща­ниях, конференциях, симпозиумах, съездах и конгрессах.

1-й Международный конгресс по электромагнитной топографии мозга, Осака, 1990; 2-й Всесоюзный съезд медицинских генетиков, Алма-Ата, 1990; 6-й Всероссийский съезд невропатологов и психиатров, Москва, 1990; Научно-практическая конференция, посвященная юбилею 4-й психиатрической больницы им. П.Б. Ганнушкина, 1991; 2-й Международный конгресс по элек­тромагнитной топографии, Торонто, 1991; 1-е совещание «Картирование мозга», Москва, 1991; Конференция «Геном человека-94», Черноголовка, 1993; 25-я ежегодная конференция Европейского общества генетики человека, Барселона, 1993; 3-Й съезд межрегионального общества медицинских генетиков, Москва, 1994; Медицинский коллоквиум по научным исследованиям общества II»SEN, Париж, 1994; 1-й Российский съезд медицинских генетиков, Москва, 1944; Конференция, посвященная 100-летию Московской клинической психиатрической больницы N 1 им. П.П. Кащенко, Москва, 1994; Всемирный конгресс по психиатрической генетике, Кардифф, 1995; XII съезд психиатров России, Москва, 1995; 7-й Международный конгресс ISBET, Рио-де-Жанейро, 1996; Конференция международного общества психиатрической генетики, Нью-Йорк, 1996; 28-я конференция Европейского общества генетики человека, Лондон, 1996; Российская научно-практическая конференция «Медико-генетическое консультирование в профилактике наследственных болезней», Москва, 1997; Всемирный конгресс по психиатрической генетике, Сайта Фе, 1997; Международная конференция психиатров России, стран СНГ и Балтии, Москва, 1998; Научно-практическая конференция с международным участием «Аффективные и шизоаффективные психозы», Москва, 1998; Европейский семинар по исследованиям мозга «Новые терапевтические стратегии при расстройствах спектра шизофрении и расстройствах настроения», Венеция, 1998; 11-й конгресс Европейского общества нейропсихофармакологии (приз ECNPPosterAward ), Париж, 1998; 3-я региональная конференция Европейского общества нейропсихофармакологии, Афины, 1998; 12-й конгресс Европейского общества нейропсихоформакологии, Лондон, 1999; 7-й Всемирный конгресс по психиатрической генетике, Монтерей, 1999; 1-й семинар Европейского общества нейропсяхофармакологии, Ницца, 2000; 5-я региональная конференция Европейского общества нейропсихофармакологии, Санкт-Петербург, 2000.

ХАРАКТЕРИСТИКА МАТЕРИАЛА И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Настоящая работа подводит итоги генетических исследований шизофрении, проведенных в лаборатории профилактической генетики НЦПЗ РАМН в 1988-1999 гг. Наряду с психиатрическим исследованием эта работа направлена на комплексное изучение семей больных шизофренией с использованием данных о различных уровнях выражения наследственной предрасположенности к заболеванию от молекулярно-генетического до клинического.

Клинико-генеалогические материалы исследования основаны на изучении семей 152 пробандов — больных шизофренией (107 мужчин и 45 женщин). Общее число родственников I ст. родства изученных больных составило .396 чел.(194 мужчины и 202 женщины), из них сибсов — 121 чел., родителей — 275 чел. Средний возраст пробандов составил 28.6+9.0 лет (мужчин — 28.4±9.7, женщин — 28.8±8.3), сибсов — ЗО.Ш2.3 лет (мужчин — 29.9±13.2, женщин -30.5±11.4) родителей — 56.5+9.5 лет (мужчин — 57.6±9.7, женщин — 55.4+9.2).

Отбор пробандов осуществлялся на основании критерия доступности родственников I степени родства личному обследованию («семейное обследование») и их согласия на достаточно длительное (4-5 дней) исследование. Применялся метод перекрестного сбора анамнестических сведений с использованием историй болезни психиатрических стационаров и психоневрологических диспансеров.

Для уточнения динамики заболевания и возможно более полного выявления случаев шизофрении среди родственников 40 семей прошли повторное клиническое обследование через 5-7 лет после их первичного осмотра, 10 из этих семей находятся под постоянным наблюдением в лаборатории профилактической генетики.

Клиническая диагностика шизофрении осуществлялась по критериям систематики психических расстройств, принятой в НЦПЗ РАМН (Р.А. Наджаров,

А.Б. Смулевич, 1983; М.Ш. Вроно, 1983; Р.А. Наджаров, 1985; А. С. Тиганов, 1999). При установлении диагноза малопрогредиентной шизофрении учитывались разработанные в отделе пограничной психической патологии и психосоматических расстройств НЦПЗ РАМН (Р.А. Наджаров, А.Б. Смулевич, 1983; » Э.Б. Дубницкая, 1987; А.Б. Смулевич, 1999) следующие диагностические критерии.

1. Непсихотический уровень проявлений болезни — психопатологические расстройства преимущественно невротического, психопатического, аффективного круга (за исключением паранойяльных психозов, соответствующим критериям 2-6).

2. Относительная неизменность осевой симптоматики, представляющей собой единый психопатологический ряд на всем протяжении болезни.

3. Тенденция к циркулярности (атипичные аффективные фазы) в течении болезни.

4. Характерный, отражающий дебют, активизацию и стабилизацию патологического процесса стереотип развития болезни.

5. Признаки прогредиентности, свидетельствующие об эндогенно-процессуальной природе болезни:

а) нозологически-специфическая трансформация психопатологических расстройств с рудиментарными субпсихотическими проявлениями в картине экзацербаций (оклики, эпизоды «звучания мыслей», обонятельных, гаптических галлюцинаций, идей отношения, особого значения, аутохтонного бредового восприятия);

б) наличие расстройств мышления по шизофреническому типу; когнитивные нарушения (в том числе снижение концентрации внимания, затруднение в образовании понятий, нечеткость и расплывчатость умозаключений, склонность к резонерству);

в) последовательное нарастание негативных изменений с деформацией преморбидной личностной структуры, обеднением эмоциональной жизни, интровертированностью, сужением круга интересов.

6. Особенности картины дефекта с признаками базисных расстройств типа ver-schroben (патологическая аутистическая активность, неадекватность внешнего облика, поведения и всей психической жизни), либо с объективно регистрируемой утратой активности, дефицитом побуждений, витальности (аутохтонная астения).

В изученной группе пробандов 11 были отнесены к злокачественной шизофрении (F 20.1)*, 27 — к параноидной (F 20.x 0), 45 — к приступообразно -прогредиентной (шубообразной) (F 20. х 1, F 20. х 2), 17 — к рекуррентной (F 20. х 3), 52 — к малопрогредиентной (F 21 х 3, F 21 х 4).

Как свидетельствуют многочисленные данные (И.В.- Шахматова, 1972; М.Е. Вартанян, 1983; Е. Bleuler , 1911; S.S . Kety, 1983 и др.), в семьях больных шизофренией наблюдается весьма широкая гамма стертых, неразвитых форм болезни. Такие формы примыкают, с одной стороны, к малопрогредиентной шизофрении, с другой — к стойким врожденным аномалиям, не обнаруживающим признаков процессуальной динамики. Диагностика стертой (латентной) формы шизофрении проводилась в соответствии с критериями НЦПЗ РАМН (Н.А. Мазаева, 1981; А.Б. Смулевич, 1999). В соответствии с этими критериями к стертой (латентной) шизофрении относились особенно благоприятно протекающие формы малопрогредиентной шизофрении, клинические проявления которой на всем протяжении заболевания относительно стабильны и исчерпываются позитивными симптомами, свойственными пограничным состояниям (реактивные состояния, аффективные фазы) и неглубокими (психопатоподобный уровень), но отчетливыми изменениями личности по шизофреническому типу. Учитывался как вариант латентной шизофрении, являющийся отражением стабилизации процесса после стертых болезненных состояний в детском и подростковом возрасте, так и вариант, характеризующийся стационарным течением, не обнаруживающим явных признаков нарастания темпа прогредиентности и остающийся на всем протяжении преимущественно на субклиническом уровне («pathos», патологические состояния, лишенные процессуальной динамики).

При описании пограничных психических расстройств среди родственников больных шизофренией использовался глоссарий, принятый в генетической-группе НЦПЗ РАМН (1975). Для оценки указанных расстройств у сибсов младше 15-летнего возраста, применялись классификации детских психиатров (Т.Е. Сухарева, 1959; В.В. Ковалев, 1981; А.Е. Личко, 1983), 16-18-летнего возраста — дифференциально-диагностические критерии психопатологических синдромов пубертатного возраста (Л.Г. Пекунова, 1974;МЛ. Цуцульковская, Г.П. Пантелеева, 1986) и типологиия психопатий юношеского возраста (В.А. Гурьева, В.В. Гиндикин, 1980).

Стандартизация данных клинического обследования, необходимая для проведения генетического анализа, проводилась на основе специальной карты, разработанной в генетической группе НЦПЗ РАМН и включающей оценку как преморбидных характеристик личности, так и степень выраженности симптомов и синдромов болезни в динамике от ее начальных этапов до момента обследования, а также характеристики социальной адаптации.

Для оценки тяжести позитивной и негативной психопатологической симптоматики применялись как отечественные (А.В. Снежневский, 1983), так и зарубежные (PANSS) шкалы.

Наряду с клинико-генеалогическим исследованием в работе использовались параклинические методы, позволяющие получать объективные количественные оценки характеристик психической деятельности (психологический, нейрофизиологический, психофизиологический), методы объективной оценки нейропатологических изменений ( компьютерно — томографический и магнитно — резонансно — томографический), а также молекулярно-генетический метод.

Экспериментально — психологическое исследование (проводилось совместно с к.п.н. Т.Д. Савиной) было направлено на изучение системы характеристик психической активности. Использовались известные методики (К. Дункер, 1965; Б.В. Зейгарник,1986), а также ряд методик, разработанных в лаборатории патопсихологии НЦПЗ РАМН (Т.Д. Савина, 1980; Т.Д. Савина, Т.В. Серебрякова, 1985). Исследование когнитивных процессов включало изучение мышления, памяти и внимания. При исследовании мыслительной деятельности оценивались как операциональный уровень мышления, так и способность к обобщению, образованию понятий (методики классификации предметов, «переключение классов», «пиктограмм»). Учитывалась также выраженность тенденции к актуализации нестандартных свойств и отношений предметов (оценивалась в основном по «слоговой методике» и методике «пиктограмм»). Изучение мнестической деятельности проводилось с помощью методики «пиктограмм», а также продуктивности произвольного узнавания и воспроизведения. При изучении внимания оценивались такие его параметры, как устойчивость и переключаемость (методика «счет с переключением»), объем (методика «поиск зашумленных слов»), нарушение в условиях длительного сосредоточения (тест Виттенборна в модификации В.Ф. Эль — Беблави, 1974).

Изучение формально-динамических показателей психической активности включало оценку темпа и скорости психических процессов и эргических характеристик (способность к длительному напряжению), а также параметров интеллектуальной активности (методика «узнавание — воспроизведение»). Динамические характеристики психической активности оценивались по показателям темпа, скорости и продуктивности выполняемой деятельности.

Исследование личностных характеристик включало изучение эмоциональ­ных особенностей (методика «распознавание эмоций» как по невербальной экспрессии, так и с введение вербального канала), показателей социабельности (методика М. Kuhn, 1972), коммуникативности (I.B . Carroletal , 1994), самооценки (А. Уэссман, Д. Рикс, 1976). Изучалась также такая характеристика личности, как ригидность, отражающая трудности переключения способов выполняемой деятельности с учетом изменившихся условий, затруднения при вхождении в задание. Мотивационные особенности личности изучались по изменению продуктивности выполняемой деятельности при повышенной стимуляции.

Нейропсихологичекское исследование (выполнено совместно с Н.П. Щербаковой под руководством к.п.н. Н.К. Корсаковой) проводилось по традиционным методикам, разработанным школой А.Р. Лурии, и включало исследовпание функциональных особенностей подкорковых, подкороковолобных, подкороково-теменно-затылочных и подкорково-височных структур обоих полушарий по показателям слухоречевой и зрительной памяти.

Нейрофизиологическое исследование проводилось совместно с к.м.н. Л. Г. Уваровой и к.б.н. И. С. Лебедевой. Компьютерный анализ спектральной мощности ЭЭГ был выполнен с помощью 20-канальной системы для топографического картирования ЭЭГ и вызванных потенциалов «Neuromapper 2050» фирмы «NeuroscienceLtd .» (Великобритания). Регистрировали ЭЭГ в состоянии спокойного бодрствования с закрытыми глазами. Большинство больных были исследованы после отмены терапии на 4-7-й день. Электроды располагались на поверхности головы по международной системе 10-20 (Н. Jasper) билатерально над фронтальными, височными, центральными, теменными и затылочными регионами коры, а также по среднесагитгальной линии. В качестве референтного были использованы объединенные ушные электроды. Эпоха анализа составляла 2с с частотой отсчетов 256 Гц и разрешающей способностью 0,5 Гц. Анализ проводился для величин энергии дельта (0,5-4 Гц), тета (4-8 Гц), альфа (8-13-,Г,ц), бета 1 (13-17 Гц) и бета 2 (17-30 Гц) диапазонов, а также более узких частотных полос, а именно поддиапазонов альфа-ритма (7, 5 — 9, 9 -11, 11-13 Гц).

Регистрация слуховых вызванных потенциалов проводилась в стандартной парадигме oddball с вероятностью предъявления целевого стимула (тон, частота 2 кГц, интенсивность 60 дБ) — 0.2 и нецелевого (тон, частота 1 кГц, интенсивность 60 дБ) — 8.

Компьютерно — томографическое (КТ) и магнитно — резонансно-томографическое (МРТ) исследование было выполнено совместно с Н.Ю. Савватеевой и Н.А. Одинцовой под руководством проф. С.Б. Вавилова. КТ-обследование проводилось на компьютерном томографе «Somatom -CR» фирмы «Сименс» (Германия) срезами толщиной 4,8 мм в аксиальной проекции. Анализу подвергались линейные (ширина) и объемные параметры боковых и Ш желудочков, их индексы, объем субарахноидального пространства, а также отношения индивидуальных признаков лиц основной группы к соответствующим средним значениям в контрольной группе (в процентах). Объемы желудочковой системы, субарахноидального пространства, мозговой ткани определялись на уровне передних рогов боковых желудочков.

МРТ-обследование проводилось на магнитно-резонансном томографе «Образ-1» 0,12 Т (Россия) по стандартной методике. Из числа МРТ-признаков анализировались линейные размеры (ширина) III желудочка, различных отделов (передние рога в области хвостатого ядра и после изгиба, центральные отделы, задние рога) боковых желудочков, а также их индексы.

Молекулярно-генетическое исследование (проводилось совместно с к. б. н. В.Е. Голимбет) использовало генетический анализ сцепления шизофрении с маркерами хромосом 2 (HARVEY -RAS1) и 11 (YNH 24), а также анализ ассоциации аллельного полиморфизма гена дофаминового рецептора DRD2 и гена серотонинового рецептора 5HTR2A с шизофренией.

Клинико-генеалогические и клинико-биологические материалы исследования были проанализированы с помощью методов многомерного генетико-математического анализа.

Методология генетикоматематического исследования опиралась на комплексное применение методов, разработанных как для анализа структуры предрасположения, так и методов, позволяющих интегрировать полученные результаты в критерии для диагностики и выявления лиц с высоким риском по шизофрении.

На первом этапе тестировались генетические модели для установления механизмов наследования как клинического фенотипа в целом, так и отдельных патогенетических проявлений.

Определение степени влияния генетических и средовых факторов на проявление тех или иных характеристик больных и их родственников проводилось методом компонентного разложения общей фенотипической дисперсии признаков. Полная схема разложения общей фенотипической дисперсии признаков предполагала получение оценок Ga и Gd, обусловленных соответственно аддитивным взаимодействием и эффектами доминирования аутосомных генов, Ее — средовой компоненты ковариации между родственниками, обусловленной принадлежностью к общему дому и одному поколению, и Ew -случайной средовой компоненты. Разложение осуществлялось на основании корреляций в парах родительпотомок и сибс — сибс. Для получения корреляций родитель — потомок вычислялись коэффициенты межклассовой корреля­ции для каждого из видов пар (мать — дочь, отец — сын, мать — сын, отец — дочь), которые затем усреднялись.

Полученные результаты определяли стратегию построения интегральных критериев диагностики и профилактики заболевания. На этом этапе в зависимости от тех или иных конкретных целей использовались различные виды генетико-математического анализа. Так, тестирование различных гипотез о структуре генетической гетерогенности шизофрении, установление возможных взаимосвязей между изучаемыми признаками различных уровней патогенеза проводилось с помощью генетико-корреляционного и кластерного анализа. Для оценки факторов риска различных уровней патогенеза шизофрении в качестве прогностических показателей тяжести заболевания использовались множественный регрессионный и линейный дискриминантный анализы.

Заключительный этап представлял собой генетический анализ интегральных критериев -целью определения стратегии их применения. Обработка всех данных проводилась на ЭВМ с использованием программного обеспечения, разработанного в лаборатории профилактической генетики НЦПЗ РАМН. В проведении комплексного генетического анализа большая помощь была ока­зана заведующим лабораторией профилактической генетики НЦПЗ РАМН доктором биологических наук В.И. Трубниковым.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Анализ клинико-генеалогических данных исследования семей больных шизофренией. Клинические факторы генетического риска шизофрении.

В обследованной выборке семей выявлялся континуум от стертых к манифестным проявлениям шизофрении, который ранее описывался в литературе (И.В. Шахматова 1972; М.Е. Вартанян, 1983; S .S. Ketyetal. 1968 и др.). Всего среди 396 родственников 1-й степени родства было выявлено 78 (19.7%) случа­ев шизофрении, среди которых манифестные шизофренические психозы составили 4.5%, малопрогредиентные и стертые (латентные) (суммарно) — 15.2% (табл. 1).

Выявленная частота манифестных форм шизофрении среди родственников находится в диапазоне, установленном многочисленными европейскими семейными исследованиями шизофрении (4.4 — 16%) (J . L. Karlsson , 1988; Р. Propping, 1988; Р. Воуег, 1990 -и др.) и значительно превышает соответствующий Популяционньш показатель (0.8 — 1%), что подтверждает значение генетических факторов в патогенезе шизофрении.

Таблица 1 Распределение манифестных и малопрогредиентных форм шизофрении среди родственников I степени родства в разных группах пробандов.

www.ncpz.ru