Ответственность лиц заболевших психическим расстройством

§ 5. Освобождение от наказания в связи с болезнью

В соответствии со ст. 19 У К уголовной ответственности подлежат только вменяемые. Никакое лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, т.е. не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие болезненного расстройства психики, не подлежит уголовной ответственности. К таким лицам могут быть применены только принудительные меры медицинского характера (ст. 21 УК).

В статье прежнего УК, посвященной невменяемости, содержалось положение о том, что наказание не может применяться к лицам, которые после совершения преступления вследствие психического заболевания утратили способность отдавать отчет в своих действиях или руководить ими. Но в главе, посвященной освобождению от наказания, отсутствовала норма об освобождении от наказания лиц, которые вследствие психического расстройства после совершения преступления утратили способность осознавать фактический характер или общественную опасность своего деяния либо способность руководить своими действиями. Этот пробел вынужденно восполнялся Уголовно-процессуальным и Исправительно-трудовым кодексами. Действующий УК предусматривает освобождение от наказания в связи с болезнью как самостоятельный вид освобождения от наказания, посвятив ему самостоятельную норму.

Статья 81 УК предусматривает три основания освобождения от наказания: а) психическое расстройство, б) заболевание иной тяжелой болезнью, в) заболевание военнослужащих, делающее их негодными к военной службе.

Согласно ч. 1 ст. 81 УК «лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания, а лицо, отбывающее наказание, освобождается от дальнейшего его отбывания».

Основанием освобождения от наказания лиц, у которых после совершения преступления наступило психическое расстройство, является невозможность исправления таких лиц, поскольку они утрачивают способность осознавать фактический характер или общественную опасность своих действий либо способность руководить ими, поэтому не в состоянии воспринимать принудительный характер и исправительно-воспитательный смысл мер государственного принуждения, состоящих в лишении или ограничении прав и свобод. Следовательно, лица, у которых после совершения преступления вследствие психического заболевания наступили указанные в законе последствия, должны во всех случаях освобождаться от наказания независимо от тяжести совершенного преступления, от величины неотбытой части наказания и других обстоятельств.

Анализируемая уголовно-правовая норма предусматривает два возможных варианта, связанных с наступлением психического расстройства у лица после совершения преступления. Во-первых, оно наступает до вынесения приговора или до его обращения к исполнению. Во-вторых, психическое расстройство наступает во время отбывания осужденным наказания. В первом случае невозможным становится либо назначение наказания, если психическое расстройство произошло до вынесения приговора, либо исполнение наказания, если психическое заболевание наступило после вынесения приговора, но до его обращения к исполнению. Следовательно, при этом варианте возможно освобождение лица, совершившего преступление, либо от назначения либо от отбывания назначенного судом наказания. А при наступлении психического заболевания во время отбывания назначенного наказания лицо подлежит освобождению от его дальнейшего отбывания. Во всех случаях лицу, освобожденному от назначения, от отбывания или от дальнейшего отбывания наказания, на основании п. «б» ч. 1 ст. 97 УК могут быть назначены принудительные меры медицинского характера, предусмотренные ст. 99 УК.

Освобождение от наказания в связи с наступлением психического расстройства является обязательным, оно не зависит от усмотрения суда и составляет его обязанность, а не право. Суд рассматривает вопрос об освобождении от дальнейшего отбывания наказания в связи с психическим расстройством лица, совершившего преступление, по представлению специализированного государственного органа, ведающего исполнением наказания. Одновременно с представлением в суд направляется заключение врачебной комиссии и личное дело осуждённого (ч. 5 ст. 175 УИК).

Часть 2 ст. 81 УК предусматривает возможность освобождения от наказания лиц, заболевших не психической, а иной тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания. В этом случае невозможность отбывания наказания определяется, во-первых, видом назначенного наказания и, во-вторых, характером болезни. Основанием освобождения от отбывания наказания служит невозможность исправления осужденного в условиях отбывания наказания и применения средств исправительного воздействия. Статья 81 УК применяется к лицам, заболевшим одной из болезней, входящих в установленный Министерством здравоохранения Российской Федерации перечень, если стационарное лечение не дало положительных результатов. Порядок освобождения от наказания такой же, как и в отношении лиц, у которых наступило психическое расстройство. Но если при расстройстве психики освобождение от наказания является обязательным и суд не входит в обсуждение вопросов о тяжести совершенного преступления, степени исправления осужденного, сроке отбытого наказания, то освобождение от отбывания наказания лиц, заболевших иной тяжелой болезнью, носит факультативный характер. Суд выносит определение об освобождении или об отказе в освобождении от отбывания наказания с учетом всех перечисленных обстоятельств и того, в какой мере болезнь препятствует отбыванию назначенного наказания.

Освобождение от наказания в связи с психическим расстройством или заболеванием иной тяжелой болезнью является условным. В соответствии с ч. 4 ст. 81 УК эти лица в случае их выздоровления могут подлежать наказанию, если, разумеется, не истекли сроки давности, предусмотренные ст. 78 и 83 УК.

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УК военнослужащие подлежат освобождению от дальнейшего отбывания наказания в случае заболевания, делающего их негодными к военной службе. Это положение касается только тех военнослужащих, которые отбывают наказание в виде ограничения по военной службе (ч. 1 ст. 174 УИК), ареста или содержания в дисциплинарной воинской части. Основанием их освобождения от дальнейшего отбывания наказания является невозможность исполнения наказания, связанного со строгой изоляцией от общества (арест) или с выполнением воинских обязанностей. Невозможность их выполнения обусловлена характером заболевания, которое является настолько серьезным, что больной признается полностью негодным к военной службе. Однако с учетом состояния здоровья, тяжести совершенного преступления, личности осужденного и его поведения во время отбывания наказания его неотбытая часть может быть заменена более мягким видом наказания, если суд сочтет нецелесообразным полностью освободить военнослужащего от дальнейшего отбывания наказания.

Данный вид освобождения военнослужащих от дальнейшего отбывания наказания является обязательным, поскольку составляет обязанность суда и не зависит от его усмотрения, и окончательным, безусловным, поскольку не может быть отменен по каким-либо основаниям.

www.bibliotekar.ru

Невменяемость в уголовном праве

Душевнобольной (в отличие от невменяемого) – лицо, которое по своему психическому состоянию и характеру совершенного общественно опасного деяния нуждается в больничном содержании и лечении в принудительном порядке. Уголовному (материальному и процессуальному) праву известны термины и понятия: «душевнобольной» и «невменяемый». Однако по объёму и содержанию эти понятия различаются между собой.

Понятие «душевнобольной» в уголовном праве по объёму шире понятия «невменяемый». Оно охватывает три категории психически больных лиц:

— вменяемых, заболевших психической болезнью после совершения преступления, но до вынесения судом приговора,

— совершивших преступление и страдающих психическим расстройствами не исключающим вменяемости,

— осуждённых, заболевших психической болезнью во время отбывания наказания.

Различен правовой статус «невменяемого» и «душевнобольного», установленный законодателем. Различны юридическая природа, сущность и правовой статус и каждого из трёх групп больных в уголовном праве.

К первой группе относятся психически больные, признанные невменяемыми. Это лица, неспособные во время совершения предусмотренным уголовным законом общественно опасного деяния сознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) или руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния психики. Они уголовной ответственности не подлежат. К таким лицам в целях предупреждения рецидива их общественно опасных деяний возможно применение судом в установленном законом порядке принудительных мер медицинского характера, что не является наказанием.

Вторую группу составляют психически больные лица, признанные вменяемыми, но до вынесения судом приговора заболевшие психической болезнью, лишающей возможности отдавать себе отчёт в своих действиях или руководить ими. Такие лица во время болезни наказанию не подлежат. К ним в целях предупреждения опасных деяний по назначению суда могут быть применены принудительные меры медицинского характера, а по выздоровлении они могут подлежать наказанию, если не истекли сроки давности или нет других оснований для освобождения их от уголовной ответственности и наказания. Если к такому лицу по выздоровлении применяется наказание, то время, в течение которого применялись принудительные меры медицинского характера, засчитываются в срок наказания.

К третьей группе относятся лица, которые совершили преступление и страдающие психическим расстройством, не исключающим вменяемости. Но об этой категории лиц речь будет вестись отдельно.

К четвертой группе относятся лица, которые были признаны вменяемыми, виновными в совершении преступления и осуждены, но заболели душевной болезнью во время отбывания наказания. К таким лицам после их выздоровления судом может быть применено наказание при тех же условиях, что и ко второй группе, если не истекли сроки давности или нет других оснований для освобождения их от уголовной ответственности и наказания. В случае их выздоровления к таким лицам может быть применено наказание, но время, в течение которого к ним применялись принудительные меры медицинского характера, засчитывается в срок наказания. В тех случаях, когда осужденный во время отбывания наказания заболел хронической душевной болезнью, препятствующей отбыванию наказания, суд по представлению начальника органа, ведающего исполнением наказания, на основании заключения врачебной комиссии вправе (но не обязан) вынести определение об освобождении такого лица от дальнейшего отбывания наказания (ч.1ст.362 УПК) и применить к нему принудительные меры медицинского характера или передать его на попечение органам здравоохранения.

Законодатель стремится четко очертить круг тех лиц, которые отнесены к той или иной группе. К первой группе законодатель относит лиц, страдающих хронической душевной болезнью, временным расстройством душевной деятельности, слабоумием или иными болезненным состоянием. Это, пожалуй, наиболее многочисленная группа. Ко второй группе законодатель отнес лишь лиц, страдающих душевной болезнью, не включая, например, в нее лиц с иными болезненными состояниями и слабоумием. Более уже очерчен законодателем круг лиц, отнесенных к четвертой группе. К ним относятся только лица, заболевшие не вообще психической, а хронической «душевной болезнью».

azps.ru

Уголовная ответственность лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемость, и психическими расстройствами, наступившими после совершения преступления

Рубрика: 17. Уголовное право и процесс

Дата публикации: 07.02.2015

Статья просмотрена: 9967 раз

Библиографическое описание:

Трошина О. Н. Уголовная ответственность лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемость, и психическими расстройствами, наступившими после совершения преступления [Текст] // Актуальные вопросы юридических наук: материалы II Междунар. науч. конф. (г. Челябинск, февраль 2015 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2015. — С. 138-141. — URL https://moluch.ru/conf/law/archive/140/7326/ (дата обращения: 27.06.2018).

Ст. 22 уголовного кодекса Российской Федерации закрепляет уголовную ответственность лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемость. В этой статье закрепляется как уголовная ответственность, так и наказание лиц, в том числе и назначение принудительных мер медицинского характера. То есть мы говорим о том, что лицо, у которого есть психическое расстройство подлежит и уголовной ответственности, и уголовному наказанию.

В соответствии с ч.1 ст. 81 «лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействий) либо руководить ими, освобождается от наказания, а лицо, отбывающее наказание, освобождается от дальнейшего его отбывания. Таким лицам суд может назначить принудительные меры медицинского характера». В этой статье речь идет об освобождении лица от наказания, но не от уголовной ответственности.

Уголовная ответственность наступает в каждом случае совершения определенным лицом или определенными лицами общественно опасного деяния, запрещенного уголовным кодексом РФ, а наказание, его вид определяется судом в каждом конкретном случае и в отдельном уголовном процессе по рассмотрению уголовного дела. В случае с лицами, у которых психическое расстройство наступило после совершения преступления до вынесения приговора, уголовное наказание отсутствует вовсе. Судом могут быть назначены принудительные меры медицинского характера.

Нести уголовную ответственность за совершенное общественно опасное деяние и тем самым быть субъектом преступления могут лишь вменяемые лица, т.е. обладающие сознанием и волей. В соответствии со ст 19 УК РФ уголовной ответственности подлежат только вменяемые физические лица, достигшие возраста, с которого наступает уголовная ответственность. В ряде преступлений 14 лет (убийство, изнасилование, кража и т.д), 16 лет или совершеннолетие. И только если соблюдены данные условия, лица способны сознавать содеянное ими и руководить своими действиями (бездействиями). Лица, лишенные такой способности, т. е. те, кто не осознает опасность совершенного ими деяния, а если и осознает, то не может руководить своими действиями (бездействиями), признаются невменяемыми и не подлежат уголовной ответственности. К ним могут быть применены только принудительные меры медицинского характера.

Для того, чтобы рассмотреть вопрос об уголовной ответственности лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемость и лиц, у которых психическое расстройство наступило после совершения преступления необходимо определить понятие термина «невменяемость», ее критериев, а также какие именно расстройства психики человека, какие психические аномалии рассматриваются в качестве основания освобождения от уголовной ответственности и от уголовного наказания.

Понятие невменяемости раскрывается в ст. 21 УК РФ: «не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло осознавать фактический характер или общественную опасность своих действий (бездействий) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния психики».

Понятие невменяемости складывается из двух критериев, совокупность которых и характеризует это состояние: юридического (психологического) и медицинского.

Юридический критерий определяется двумя признаками: интеллектуальным и волевым. Интеллектуальный признак предполагает невозможность (неспособность) лица осознавать опасность своего действия (бездействия). Это качество психики означает отсутствие у лица способности понимать как фактическую сторону совершаемого деяния, так и его социальный смысл. Непонимание содержания фактической стороны своего действия или бездействия обычно означает непониманием им причинной связи между совершенным деянием и наступившими последствиями, не сознает, что лишает потерпевшего жизни, отнимает у него имущество и т. д. однако главное в содержании интеллектуального признака заключается в непонимании лицом социального смысла деяния, т.е в отсутствии понимания его общественно опасного характера. В связи с эти вполне возможны случаи, когда лицо, сознавая фактическую сторону своего поведения, не осознает его общественной опасности. Так, страдающий определенным психическим заболеванием, например, шизофренией может осознавать, что лишает жизни человека, например, путевого рабочего, производившего осмотр или ремонт железнодорожного полотна, но воспаленное психической болезнью воображение субъекта связывает это не с совершением преступления, в данном случае убийства, а с предупреждением им, например, актом мнимого терроризма — крушение поезда. В связи с этим лицо считает свои действия выполнением им своего общественного долга, а не совершением преступления.

Другим признаком юридического критерия является волевой, т.е неспособность лица руководить своими действиями (бездействием). Подобное бывает при некоторых видах болезненного расстройства психической деятельности. Например, расстройство волевой сферы при относительной способности осознавать общественную опасность своего действия (бездействия) наблюдается у наркоманов в состоянии абстиненции, т.е наркотического голодания. В этих случаях лицо осознает уголовную противоправность, допустим, незаконного проникновения в аптеку и завладения лекарством, содержащим наркотические средства, но не может воздержаться от совершения этих действий. Подобное же расстройство волевой сферы возможно также при таких заболеваниях, кА эпидемический энцефалит, эпилепсия и др. уголовный закон для признания наличия юридического критерия требует установления не обязательно обоих признаков, а хотя бы одного из них — либо интеллектуального, либо волевого.

Наличие одного лишь юридического критерия не является основанием для признания лица невменяемым. Необходимо установить, чтобы юридический критерий был следствием медицинского, чтобы лицо не сознавало опасности своего действия (бездействия) или не могло им руководить по причинам, относящимся к медицинскому критерию. Последний представляет собой обобщенный перечень психических расстройств и заболеваний, способность привести к наличию у лица психического юридического критерия. Это — хроническое психическое расстройство, слабоумие или иное болезненное состояние психики (ч.1 ст. 21 УК РФ).

Хроническое психическое расстройство представляет наличие у лица прогрессирующего психического заболевания, не поддающегося или трудно поддающегося излечению. Болезнь может протекать и приступообразно, т.е с улучшением или ухудшением психического состояния, однако всегда оставляет после себя стойкий психический дефект. К таким психическим заболеваниям относятся: шизофрения, эпилепсия, прогрессивный паралич, паранойя, маниакально-депрессивный психоз и другие болезни психики. Временное психическое расстройство- это психическое заболевание, продолжающееся тот или иной срок (относительно быстро) и заканчивающееся выздоровлением. Сюда относится: патологическое опьянение (белая горячка), реактивные симптоматические состояния, т.е. расстройства психики, вызванные тяжкими душевными потрясениями и переживаниями.

Слабоумие — это различного рода снижение или полный упадок психической деятельности, связанный с поражением интеллектуальных способностей человека. Слабоумие связано с понижением или потерей умственных способностей лица и является врожденным либо приобретенным в результате того или иного прогрессирующего психического заболевания. Различают три степени слабоумия: легкое (дебильность), среднее (имбицильность) и глубокая, тяжелая степень поражения умственной деятельности (идиотия).

Иное болезненное состояние психики — это те болезненные явления, которые не являются психическими заболеваниями в точном значении этого понятия, но тем не менее также сопровождаются нарушениями психики. Например, ни брюшной, ни сыпной тиф не являются заболеван6иями психики. Однако и они могут сопровождаться помрачением сознания, галлюцинациями, во время которых у больного может быть снижена или даже нарушена способность к умственной или волевой деятельности. Подобной может наблюдаться и при травмах головного мозга, опухолях мозга и других в принципе непсихических заболеваниях.

Само по себе наличие медицинского критерия также не является достаточным для признания лица невменяемым. Например, не всегда та или ирная степень слабоумия предполагает наличие юридического критерия. Если, допустим, слабоумие у лица не выражено столь значительно, чтобы оно не осознавало опасности своего поведения и не могло руководить своими поступками, такое слабоумное лицо может быть признано вменяемым в связи с отсутствием именно юридического критерия. Точно также возможны и случаи, когда лицо не осознает опасности своих действий (бездействий) и не может руководить ими вследствие, например, опьянения. Такое лицо не может быть признано невменяемым и освобождено от уголовной ответственности. Только совокупность юридического и медицинского критериев дает основание для признания лица невменяемым и не подлежащим уголовной ответственности.

Таким образом, вменяемость — предпосылка к конкретного вида юридической ответственности.

В соответствии с ч.1 ст. 81 УК РФ мы можем сделать вывод о наличии медицинского и юридического критериев. Но они не идентичны таким же критериям, указанным в ст 21 УК РФ, определяющей формулу невменяемости, по своему содержанию. Медицинский критерий ч.1 ст 81 отражает один признак: «Психическое расстройство», которое включает в себя все формы психической патологии. А юридический критерий определен по аналогии со ст. 21 УК РФ, как возможность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководит ими. Однако, при применении данной статьи речь идет не о вменяемости, так как лицо, заболевшее психическим заболеванием после совершения преступления, согласно ст. 21 УК РФ должно быть признано вменяемым, а о процессуальной дееспособности — способности обвиняемого по своему психическому состоянию участвовать в судебно-следственных действиях, т.е. в деятельности органов дознания, следствия, в судебном процессе и осуществлять самостоятельно свое право на защиту.

Психические расстройства, исключающие уголовно-процессуальную дееспособность обвиняемого. Согласно закону, лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействий) либо руководить ими освобождается от наказания (ч.1 ст. 81 УК РФ).

В отличие от невменяемых, не подлежащих уголовной ответственности, лица, заболевшие глубоким психическим расстройством после совершения преступления, не подлежат наказанию. Деяние невменяемого не являются преступлением, в связи с чем исключена и постановка вопроса об уголовно ответственности. Единственное ее основание — состав преступления. Лица, о которых идет речь в ст. 81 УК РФ, преступление совершили и ответственности подлежат. Но она не может быть реализована в наказании, которое в данном случае неприменимо по двум основаниям: во-первых, предварительное или судебное следствие (в зависимости от времени начала заболевания) без участия заболевшего, который занимает в деле процессуальное положение обвиняемого, не могут быть проведены, а дело не может быть окончено вынесением приговора (уголовно-процессуальное препятствие); во-вторых, само наказание нельзя ни назначить, ни исполнить по отношению к субъекту с глубоким психическим расстройством (уголовно-правовое препятствие).

В связи с этим содержащаяся в УК РФ формулировка юридического критерия психического расстройства, призванная определить его глубину (тяжесть), представляется не слишком удачной. Так как в рассматриваемом случае суть дела не в том, что расстройство не позволяет обвиняемому осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействий) либо руководить ими. Раз преступление было совершено во вменяемом состоянии, то данный субъект не был лишен указанной способности. Но возникшее после этого психическое расстройство не позволяет ему самостоятельно участвовать в судопроизводстве. Он не может в силу болезни адекватно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства, понимать сущность своих процессуальных прав и обязанностей, совершать действия, в которых реализуются его права. Так, обвиняемый с глубоким психическим расстройством неспособен правильно понять суть предъявленного обвинения и значение обосновывающих его доказательств, он не в состоянии, защищая свои права, представить свои доказательства, заявить ходатайства, принести жалобу и пр. иными словами, психическое расстройство делает обвиняемого процессуально недееспособным.

1. Уголовный кодекс РФ от 13.06.1996 № 63-ФЗ

2. Дмитриева А. С., Клименко Т. В., Судебная психиатрия, Москва, 1998

3. Колосова В. И., Поднебесный А. Н. Проблема уголовной ответственности лиц с психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, в современном уголовном праве России.

4. Еникеев М. И. Общая и юридическая психология. Часть 1. Общая психология: учебник. Москва: Юрид.лит., 1996.

moluch.ru

Национальный центр законодательства и правовых исследований Республики Беларусь

Республика Беларусь
220050 г. Минск, ул. Берсона 1а
Телефон: (017) 200-12-25
Факс: (017) 222-40-96
E-mail: center@pmrb.gov.by
Режим работы: пн.-пт. 9.00–18.00,
перерыв: 13.00–14.00

Освобождение от уголовного наказания лиц, заболевших психическим расстройством (заболеванием) после совершения преступления: проблемы теории и практики

Бородулькина Е.С.
аспирант Национального центра законодательства и правовых исследований Республики Беларусь

Наказание является одним из основных средств осуществления уголовной политики государства и служит целям восстановления социальной справедливости, исправления преступника, предупреждения совершения новых преступлений. Однако для достижения целей уголовной ответственности не всегда требуется реальное отбывание назначенного судом наказания. Излишний акцент на мерах государственного принуждения при игнорировании прочих элементов способен вызвать противоположный эффект. Именно поэтому в отдельных случаях уголовный закон, руководствуясь прогрессивными принципами гуманизма и экономии мер уголовной репрессии, позволяет не только смягчить наказание, но иногда и вовсе освободить от него лицо, совершившее общественно опасное деяние.

Действующий Уголовный кодекс Республики Беларусь (далее – УК) содержит довольно широкий перечень оснований освобождения от наказания. Отдельного внимания заслуживает вопрос об освобождении лиц, в отношении которых применение наказания нецелесообразно ввиду имеющихся у них заболеваний, не позволяющих больным воспринимать принудительный характер применяемых к нему мер государственного принуждения. Речь пойдет о тех, кто совершил общественно опасное деяние в состоянии вменяемости, однако заболел психическим расстройством (заболеванием) после совершения преступления. В статье будут рассмотрены перспективы раздельной регламентации в рамках УК освобождения от наказания в случае психического расстройства и соматического заболевания, влияние время наступления психического расстройства на установление судимости, особенности медицинского и юридического критериев данного вида освобождения от наказания.

Представление о том, что лица, заболевшие психическим расстройством не способны адекватно воспринимать исправительное воздействие наказания, и значит, могут быть освобождены от него, находит свое отражение в международных актах. В частности, в правиле 82 (1) Минимальных стандартных правил обращения с заключенными содержится положение о том, что лица, сочтенные душевнобольными, не должны подвергаться тюремному заключению, а также необходимо принимать меры для их скорейшего перевода в заведения для душевнобольных (правило 82 (1)) [1].

Значение данной идеи подкрепляется национальным законодательством. В Республике Беларусь до принятия действующего УК 1999 г. вопрос об освобождении от наказания в случае психического расстройства регулировался совместно уголовным и уголовно-процессуальным законодательством. В УК БССР 1960 г. освобождение от наказания в связи с душевной болезнью предусматривалось в рамках одной уголовно-правовой нормы наряду с институтом невменяемости (ст. 11) [2]. Такая регламентация выглядела довольно спорной, так как речь идет о качественно разных правовых категориях – о невменяемом лице и вменяемом субъекте, совер­шившем преступление, которые имеют разный уголовно-правовой статус и совершение ими общественно опасного деяния влечет разные уголовно-правовые последствия [3, с. 59]. Кроме того, ч. 2 ст. 11 УК распространялась лишь на тех лиц, которые заболевали душевной болезнью до вынесения судом приговора. Норма, предусматривающая освобождение лиц, заболевших хронической душевной болезнью во время отбывания наказания, была закреплена в ст. 370 УПК БССР 1960 г. [4]. Недостатком такого законодательного решения являлось то, что уголовно-правовое, материальное основание освобождения от наказания было закреплено в УПК, а это, безусловно, не соответствовало юридической природе данного института.

Впоследствии норма об освобождении от наказания в случае психического расстройства (заболевания) претерпела изменения. Ст. 92 действующего УК 1999 г. содержит в себе два самостоятельных основания освобождения от наказания – психическое расстройство (заболевание) и иное тяжелое заболевание (соматическое), препятствующее отбыванию наказания, обоснованность объединения которых в одной норме вызывала споры в юридической литературе.

Так, В.К. Дуюнов называет данные основания освобождения близкими, но все же самостоятельными, поскольку их объединяет лишь условие применения – факт заболевания лица [5]. Мнение С.Н. Сабанина выглядит более радикально, ученый видит два принципиально отличных по основаниям применения вида освобождения, объединенных в одну статью [6, с. 207]. К подобной позиции склоняются большинство ученых, аргументируя это тем, что психическое расстройство и соматическое заболевание имеют самостоятельные основания освобождения, влекущие разные меры, применяемые к лицу в случае освобождения и порядок исполнения [3, с. 60]. Считаем возможным согласиться с данной точкой зрения и отметим, что раздельная регламентация указанных двух видов заболеваний представляется на сего­дняшний день обоснованной.

Важной особенностью нормы ч. 1 ст. 92 УК является то, что время заболевания психическим расстройством должно наступить после вынесения приговора. В данной норме не урегулирован случай, когда психическое расстройство (заболевание) возникает у лица до вынесения приговора, но после совершения преступления. Однако в ст. 101 УК Республики Беларусь указано, что «лицам, совершившим предусмотренные УК общественно опасные деяния в состоянии невменяемости или совершившим преступления, но заболевшим до постановления приговора или во время отбывания наказания психическим расстройством (заболеванием), лишающим их возможности сознавать значение своих действий или руководить ими, если эти лица по своему психическому состоянию и с учетом характера совершенного ими деяния представляют опасность для общества, судом назначаются следующие принудительные меры безопасности и лечения». На наш взгляд, вопрос об отнесении к видам освобождения от уголовного наказания назначения принудительных мер безопасности и лечения к лицу, заболевшему психическим заболеванием после совершения преступления, но до вынесения приговора, является дискуссионным и заслуживает самостоятельного рассмотрения. Если дополнить норму внесением изменений в ст. 92 УК лишь посредством замены выражения «после вынесения приговора» на «после совершения преступления», то это приведет к несоответствию названия статьи ее содержанию. Вряд ли можно говорить в этом случае об «освобождении от наказания», поскольку лицо не было еще подвергнуто мерам уголовно-правового воздействия. Психическое расстройство (заболевание) не является основанием освобождения от наказания, а, пожалуй, является препятствием для окончания производства по делу. Такое лицо лишено возможности из-за психического расстройства осознавать совершенное общественно опасное деяние, предъявленное обвинение, показания свидетелей и иные обстоятельства.

Свое решение проблемы предлагает О.В. Жданова, которая рекомендует закрепить отдельную статью «Наступление психического расстройства после совершения преступления» в УК, предусматривающую освобождение от уголовной ответственности лиц, страдающих психическим расстройством, у которых такое расстройство наступило после совершения преступления, но до вступления приговора в законную силу [7, с. 36].

Позволим себе не согласиться с мнением автора. Более верным, на наш взгляд, было бы указание на то, что наступление у лица психического расстройства после совершения преступления и до вынесения приговора делает невозможным привлечение лица к уголовной ответственности и назначения ему наказания. В подтверждение сказанного обратимся к обзору судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 2002 г. по уголовным делам, где в п. 11 содержится положение о том, что лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания, а не от уголовной ответственности. Не подлежит уголовной ответственности за совершение общественно опасных деяний лишь лицо, которое непосредственно во время совершения этих деяний находилось в состоянии невменяемости [8]. Эту же позицию поддерживает ряд ученых. В.К. Дуюнов отмечает невозможность и бессмысленность возложения уголовной ответственности на лицо, у которого психическое расстройство наступило до момента его осуждения обвинительным приговором суда [5]. С.Н. Шишков полагает, что положение об «освобождении от наказания» лица, которого еще не признали виновным, и вовсе является нарушением презумпции невиновности. Автор предлагает закрепить в УК новую самостоятельную статью, которая носила бы до некоторой степени процессуальный облик – «Психическое расстройство, препятствующее рассмотрению вопроса о виновности» и закрепить в ней положение о том, что лицо, подозреваемое или обвиняемое в преступлении и заболевшее психическим расстройством, в период указанного заболевания, не может признаваться виновным в совершении данного преступления, если при этом психическое расстройство а) возникло после совершения преступления, в котором подозревается или обвиняется заболевший, но до окончания производства по уголовному делу; б) не позволяет заболевшему самостоятельно участвовать в производстве по уголовному делу [9]. Позиция С.Н. Шишкова заслуживает внимания, однако предлагаемая им норма вряд ли может быть размещена в УК, поскольку она носит явный процессуальный, а не материальный характер. На наш взгляд, в этом случае стоит говорить о невозможности назначения наказания.

Таким образом, можно предложить разграничивать несколько вариантов решения вопроса для лиц, у которых психическое расстройство (заболевание) наступило после совершения преступления:

– невозможность привлечения к уголовной ответственности лица и назначения ему наказания в случае, если психическое расстройство наступило после совершения преступления, но до вынесения приговора;

– освобождение лица от наказания в случае возникновения психического расстройства (заболевания) после вынесения приговора, но до обращения приговора к исполнению;

– освобождение лица от дальнейшего отбывания наказания, когда психическое расстройство (заболевание) наступило после вынесения приговора в процессе отбывания наказания.

Время наступления психического расстройства (заболевания) влияет на установление судимости. Полагаем, что в первом случае, когда психическое расстройство (заболевание) наступает у лица после совершения преступления, но до вынесения судом обвинительного приговора, заболевшее лицо следует считать несудимым, так как судимость не может возникнуть без назначения лицу наказания. В двух остальных случаях будут действовать правила ст. 97 УК, а именно п. 5, в соответствии с которым лицо, осужденное за неосторожное преступление, было освобождено от отбывания наказания в связи с тяжелым заболеванием (в том числе психическим расстройством), то данное лицо признается не имеющим судимости соответственно со дня принятия судом решения об освобождении от отбывания наказания. При освобождении от отбывания наказания в связи с тяжелым заболеванием лица, осужденного за умышленное преступление, сроки погашения судимости исчисляются со дня принятия судом решения об освобождении от отбывания наказания.

В соответствии с ч. 1 ст. 92 УК для освобождения от наказания в связи с психическим расстройством (заболеванием) необходимо наличие двух видов критериев: медицинского и юридического.

Медицинский критерийвыражается в наступлении психического расстройства (заболевания). В УК и УПК 1960 г. законодатель использовал термин «душевная болезнь» [2], в то время как в принятом в 1999 г. УК он был заменен на «психическая болезнь», а в ред. Закона Республики Беларусь от 05.05.2010 появилась формулировка «психическое расстройство (заболевание)».

Понятие «душевная болезнь» архаично само по себе и, безусловно, подлежало замене. «Психическое расстройство» является современным психиатрическим термином, которое соответствует международным медицинским стандартам (действующей Международной классификации болезней, травм и причин смерти) [10].

Обоснованным выглядит отказ законодателя от термина «болезнь», поскольку «болезнь» в толковых словарях русского языка обозначает не только расстройство здоровья человека, но и нарушение нормальной жизнедеятельности организма животного или отклонение от нормального развития растения [11]. Это подтверждается ст.1 Закона Республики Беларусь от 25.12.2005 «О защите растений» и ст. 1 Закона Республики Беларусь от 02.07.2010 «О ветеринарной деятельности», где применительно к растениям и животным используется термин «болезнь». Согласно ст. 1 Закона Республики Беларусь от 18.06.1993 «О здравоохранении» под заболеванием понимается «расстройство здоровья человека, нарушение нормальной жизнедеятельности его организма, в том числе в результате травм, ранений, увечий, контузий, врожденных дефектов и неотложных состояний». То есть в случае заболевания речь идет именно о человеке как его возможном носителе.
Можно сделать вывод о том, что данная терминологическая коррекция поспособствовала межотраслевой согласованности правовых актов.

Перечень психических расстройств (заболеваний), при наличии которых лицо может быть освобождено от отбывания наказания, содержится в Приложении к Постановлению Министерства внутренних дел Республики Беларусь и Министерства здравоохранения Республики Беларусь от 16.02.2011 № 54/15.

Юридический критерий включает в себя интеллектуальный и волевой признаки [12]. Причем для признания юридического критерия достаточно установления одного из этих признаков. Первый выражен в том, что лицо лишено возможности сознавать фактический характер и значение своих действий. Волевой признак отражает неспособность лица руководить своими действиями. Если хотя бы один из этих признаков присутствует, то освобождение психически больного лица от наказания является не правом, а обязанностью суда. В данном случае лицо освобождается независимо от характера и тяжести преступления, личности преступника и поведения. Кроме того, суд может назначить принудительную меру безопасности и лечения лицу, освобожденному от наказания в случае психического расстройства.

На наш взгляд, требует пересмотра юридический критерий освобождения от наказания при психическом расстройстве, так как нельзя считать удачной формулу юридического критерия, во многом повторяющую критерий невменяемости.

В ч. 4 ст. 92 УК закреплено положение о том, что в случае выздоровления лицо подлежит наказанию, если не истекли сроки давности исполнения обвинительного приговора. Данная норма нацеливает на обязательное применение наказания к лицу в случае его выздоровления. Предполагается, что с приобретением возможности осознавать фактический характер и значение своих действий, становится возможным и достижение целей наказания. Однако подобная категоричность законодателя в этом вопросе не бесспорна. Некоторые авторы, например, В.К. Дуюнов рассматривает возможность того, что суд может признать нецелесообразным привлекать лицо к уголовному наказанию в случае выздоровления [5]. Полагаем, что данный вопрос должен быть решен судом с учетом всех обстоятельств дела, личности виновного и степени заболевания, поскольку иногда нахождение лиц в местах лишения свободы может спровоцировать ухудшение его психического состояния. На наш взгляд, целесообразно заменить формулировку «подлежит наказанию» на «может подлежать наказанию».

Таким образом, можно сделать вывод о том, что существующая в УК регламентация института освобождения от наказания в случае психического расстройства имеет ряд недостатков, которые существенным образом влияют на эффективность применения уголовно-правовых норм в отношении лиц, имеющих психические отклонения, препятствующие отбыванию ими наказания. Проведенное исследование института позволяет сделать следующие основные выводы и предложения:

1. Освобождение от наказания в случае психического расстройства (заболевания) обладает достаточной степенью самостоятельности. Данное основание необходимо закрепить в отдельной статье УК (без объединения с институтом невменяемости и иным видом тяжелого заболевания).

2. Целесообразно в УК включить положение о том, что психическое расстройство (заболевание), наступившее у лица до вынесения приговора, не позволяет лицо привлечь к уголовной ответственности и назначить ему наказание.

3. Необходимо корректировать юридический критерий освобождения от наказания в случае психического расстройства.

4. Следует пересмотреть категоричность положения об обязательном отбывании наказания лицом в случае его выздоровления.

Список цитированных источников:

1. Минимальные стандартные правила обращения с заключенными: приняты 30 августа 1995 г. I Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями / [Электронный ресурс]. – 2012. – Режим доступа: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/ prison.shtml. – Дата доступа: 15.01.2012.

2. Уголовный кодекс Белорусской ССР: Кодекс Белорусской ССР, 29 дек. 1960 г. / [Электронный ресурс]. – 2012. – Режим доступа: http://pravo.kulichki.com/zak /year19xx/doc50222.htm. – Дата доступа: 18.01.2012.

3. Алфимова, О.А. Освобождение от наказания в связи с болезнью: уголовно-правовой и уголовно-исполнительный аспекты: дис. … канд. юрид. наук: 12.00.08 / О.А. Алфимова. – Красноярск, 2006. – 215 л.

4. Уголовно-процессуальный кодекс ССР: Кодекс Белорусской ССР, 29 дек. 1960 г. / [Электронный ресурс]. – 2012. – Режим доступа: http://arc.pravoby.info/documentg /part1/aktg1602.htm. – Дата доступа: 19.01.2012.

5. Дуюнов, В.К. Уголовно-правовое воздействие: теория и практика: монография / В.К. Дуюнов // [Электронный ресурс]. – 2012. – Режим доступа: http://www.pravo.vuzlib.net/book_z1757_page_24.html. – Дата доступа: 17.01.2012.

6. Сабанин, С.Н. Реализация принципа справедливости в институте освобождения от уголовного наказания: дис. … д–ра юрид. наук: 12.00.08 / С.Н. Сабанин. – Екатеринбург, 1993. – 262 л.

7. Жданова, О.В. Уголовно-правовые и уголовно-исполнительные аспекты освобождения от наказания в связи с болезнью: моногр. / О.В. Жданова. – Ставрополь: Сервисшкола, 2008. – 120 с.

8. Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 2002 г. по уголовным делам: постановление Президиума Верховного Суда РФ, 17 июля 2002 г. // [Электронный ресурс]. – 2012. – Режим доступа: http://legallib.ru/obzor-sudebnoi-praktiki-za-2-kvartal-2002-goda.html. – Дата доступа: 17.01.2012.

9. Шишков, С.Н. Освобождение от наказания в связи с психическим расстройством / С.Н. Шишков // Консультант Плюс: Версия Проф. Технология Проф. [Электронный ресурс] / ООО «Юрспектр». – М., 2007.

10. Шишков, С.Н. Психическое расстройство как разновидность вреда, причиненного здоровью потерпевшего / С.Н. Шишков // Консультант Плюс: Версия Проф. Технология Проф. [Электронный ресурс] / ООО «Юрспектр». – М., 2010.

11. Марчук, В.В. Терминологические и иные коррекции некоторых норм уголовного кодекса Республики Беларусь в 2010 году / В.В. Марчук // Консультант Плюс: Беларусь. Технология Проф. [Электронный ресурс] / ООО «ЮрСпектр». – Минск, 2011.

center.gov.by