Паранойя определение слову

Паранойя (paranoia)

П. как понятие существует в зап. мышлении с тех пор, как древние греки образовали это слово из двух: пара («вне») и нойя («разум»). Хотя оно часто используется как общее слово для обозначения сумасшествия, его глагольная форма — параносо (paranoso) — означает «думать неверно» и потому оно отличается по смыслу от др. слов для обозначения сумасшествия, таких как мания, указывающая на эмоциональное безумие (= бешенство).

В 1783 г. слово П. было введено в английский язык Уильямом Калленом, шотландским невропатологом, к-рый следовал употреблению этого слова в немецком как общего термина для помешательства. В 1818 г. этот термин был применен Оскаром Хейнротом для обозначения специфического синдрома (наз. тж немецким словом Verrucktheit, помешательство), после чего Эмиль Крепелин ввел термин П. в свой учебник 1896 г. (и его более поздние издания) в качестве назв. большого психоза, отличного от маниакально-депрессивного заболевания и dementia praecox (шизофрении). Крепелин описал П. как систему незаметно формирующегося и стойкого бреда преследования, ревности или величия с включением религии, изобретательства или эротизма, сопровождаемую ясным и упорядоченным мышлением, волей и действиями, а иногда — ипохондрическими жалобами. Обычно хроническое, это расстройство может тж быть острым и доступным лечению.

З. Фрейд довольно часто использовал предложенную Крепелином классиф. П. в своей собственной диагностике, квалифицируя П. как психоз защиты от неприемлемых и вытесненных мыслей и чувств, гомосексуальных по своей природе и проецируемых на др. людей. Наиболее знаменитым анализом П., проведенным Фрейдом, был случай Йозефа Шребера, бывшего судьи и президента сената города Дрезденд в Германии.

Др. ранними исследователями П. и соотносящихся с ней расстройств были А. Мейер, к-рый видел в развитии П. постепенную трансформацию личности; Э. Блейлер, классифицировавший П. как один из типов шизофрении, и И. П. Павлов, к-рый утверждал, что П. представляет собой передачу анормального сигнала, улучшающего выработку и повышающего прочность условного рефлекса. К более поздним исследователям можно отнести Н. Камерона, разделявшего II и параноидные состояния; Т. Миллона, давшего детальное описание параноидной личности; Свэнсона, Бонерта и Смита, авторов труда о параноидных расстройствах с психодинамической т. зр.; О. Льюиса, автора краткой истории использования слов «П.» и «параноид», доказавшего, что их употребляли только по отношению к симптоматическому, токсическому или шизофреническому состоянию; К. Колби, разработавшего компьютерную модель параноидных процессов, основанную на восприятии суждений как злонамеренных, а не доброжелательных или нейтральных, и Дж. Винокура, к-рый в своем президентском обращении к Американской психопатологической ассоц. в 1977 г. заменил термин «параноидные расстройства» (paranoid disorders) термином «бредовое расстройство» (delusional disorder), заявив о бесполезности продолжения исслед. тонких аспектов бредовых расстройств и о том, что больные, классифицируемые как параноидные, страдают ничем иным, как бредом.

Исслед. параноидных и бредовых расстройств знач. усилилось в 80-е гг. Выпуск «Бюллетеня шизофрении» (Schizophrenia bulletin) за 1981 г. содержал статьи о различиях в когнитивном стиле, генетических и биохимических параметрах и структуре личности пациентов, страдающих П. и шизофренией, подрывая, т. о., старую позицию в споре о том, должна ли П. считаться подтипом шизофрении.

Между тем, последовательные редакции DSM отражали и закрепляли прогресс в этой области, начиная от включения относительно простых рубрик в первых двух редакциях до сложной категоризации в DSM-III, где диагностические критерии включают бред преследования, ревности и величия, гнев, идеи отношения, изоляцию и подозрительность. Типы заболевания включали собственно П., совместное параноидное расстройство (shared paranoid disorder, или folie a deux) и острое параноидное расстройство (acute paranoid disorder).

В DSM-III-R была официально принята позиция Винокура, вследствие чего параноидные расстройства были сведены к бредовому расстройству с устойчивым, лишенным причудливости бредом в качестве единственного критерия. Типы этого расстройства маркировались традиционными видами бреда: эротическим, величия, ревности и преследования; были добавлены соматический и, разумеется, резидуальный типы. Соматический тип отличает от дисморфофобического и ипохондрического расстройства лишь степень убежденности больного в том, что что-то происходит с его организмом.

Тип совместного параноидного расстройства был переименован и классифицирован заново как индуцированное психотическое расстройство, а острый тип был определен как «психотическое расстройство без дальнейших уточнений (атипичный психоз)». Парафрения — легкое расстройство позднего возраста, длительно описываемое как комбинация признаков и П., и шизофрении, продолжает оставаться исключенной из официальной системы диагностики.

В русле этих изменений развертывались новые исслед. бредовых состояний, обычно показывавшие, что такие состояния трудно определить, измерить или отделить от др. психол. явлений, в особенности от сильных эмоций. Их содержание представляется зависимым от ситуации, хотя характерный для них стиль атрибуции остается относительно стабильным.

Несмотря на расхождения в истории изучения параноидных и бредовых расстройств, все же возможно обнаружить ядерную концепцию, сквозную для официальных дефиниций и описаний, теорет. литературы и данных эмпирических исслед. П. (бредовое расстройство) — психич. расстройство, характеризующееся наличием стойкого, лишенного причудливости бреда преследования, величия или др. относимого к себе содержания, не обусловленного к.-л. др. психич. или органическими расстройствами. Соц. и супружеское функционирование может нарушаться, хотя интеллектуальное функционирование и профессиональная деятельность в не затронутых бредом областях могут оставаться удовлетворительными.

Может наблюдаться чрезмерно выраженное самозащитное или агрессивное (и насильственное) поведение, обусловленное бредовыми переживаниями.

См. также Бредовые расстройства, Галлюцинации, Параноидная личность, Надежность диагнозов

dic.academic.ru

Значение слова Паранойя по Ефремовой:
Паранойя — Редкая форма психического заболевания, характеризующаяся своеобразной бредовой переработкой жизненных впечатлений при сохранении формальной правильности мышления.

Значение слова Паранойя по Ожегову:
Паранойя — Психическая болезнь, характеризующаяся стойким бредом

Паранойя в Энциклопедическом словаре:
Паранойя — (греч. paranoia — умопомешательство) — общее название психическихрасстройств, характеризующихся стойким систематизированным бредом(преследования, ревности, изобретательства и др.).

Значение слова Паранойя по словарю Ушакова:
ПАРАНОЙЯ
паранойи, мн. нет, ж. (греч. paranoia — безумие) (мед.). Неизлечимая душевная болезнь, характеризующаяся своеобразной бредовой переработкой жизненных впечатлений при сохранении формальной правильности мышления.

Значение слова Паранойя по словарю Брокгауза и Ефрона:
Паранойя (Παρανοια). — По этимологическому значению это слово соответствует понятию об извращении ума, и оно употреблялось давно для обозначения известных форм душевного расстройства. С начала 80-х годов установилось его употребление для весьма характерной формы помешательства, выделенной первоначально немецкими психиатрами под названием первичного сумасшествия (prim äre Verrü cktheit) и принятой в настоящее время всеми школами. Отличительная особенность этой формы психоза заключается в том, что нелепые бредовые идеи появляются и укрепляются в сознании при сохранении умственных способностей и более или менее правильном мышлении, притом без резких изменений настроения. Раз появившись, нелепые идеи прочно удерживаются, и их не удается устранить никакими убеждениями. Вместе с тем они размножаются отчасти путем логической разработки, отчасти благодаря постепенному возникновению новых нелепых идей, которые зарождаются так же, как первоначальные. В значительной мере такие обманы чувств, преимущественно галлюцинации слуха, доставляют материал для бреда. Что касается содержания последнего, то преобладают идеи преследования, по крайней мере в начальных стадиях болезни; впоследствии вместе с ними большую роль играют идеи величия. Течение болезни хроническое, и в нем можно различать три стадии. Первая, подготовительная стадия, обнимает тот период времени, в течение которого бред еще не обнаружился в речах и поступках больного и о его существовании узнают лишь впоследствии, когда болезнь сделалась очевидной. Тогда оказывается, что еще задолго до того, за несколько месяцев и даже больше, у больного произошла перемена характера. Продолжая свой обычный образ жизни и исполняя по-прежнему свои служебные и общественные обязанности, он делается подозрительным и недоверчивым. По его мнению, люди стали относиться к нему иначе, чем прежде, вообще что-то против него творится, его чести или его жизни грозит какая-то опасность. По мере того, как эти опасения развиваются в больном, он начинает принимать меры самообороны и обнаруживать прямо враждебное отношение к своим мнимым преследователям — социалистам, полиции, магнетизерам или определенным личностям. Вместе с тем он переходит во вторую, главную стадию болезни, которая может быть названа бредовой, потому что характеризуется именно детальной разработкой бредовых идей. Эта стадия длится многиe годы. Путем возникновения нелепых идей и обманов чувств создается сложная система, преимущественно в смысле бреда преследования. Больные окружены шпионами, их мысли узнаются путем телефонов и магнетизма; они слышат угрозы, бранные слова; им показывают путем волшебного фонаря неприятных лиц, неприличные сцены; им внушают чужие мысли, их заставляют думать, говорить и делать различные вещи против их желания и т. п. Все это делается с целью их компрометировать, извести, погубить, довести до самоубийства, поставить в безвыходное положение, и проч. Под влиянием такого бреда больные становятся угнетенными и раздражительными, теряют интерес ко всему другому. Считая себя жертвами интриг, они становятся крайне осторожными в беседах, чтобы как-нибудь не повредить себе; видя, что их считают помешанными и хотят лишить свободы, они скрывают свой бред и уклоняются от откровенных бесед на эту тему. Но нередко под влиянием озлобления они теряют сдержанность, бранятся, пишут оскорбительные письма разным лицам, производят публичные скандалы; запасаются оружием и исподтишка совершают покушения на жизнь главных виновников будто бы направленного против них заговора. Наряду с идеями преследования существуют обыкновенно также другие нелепые идеи чрезвычайно разнообразного содержания, а кроме того навязчивые мысли, галлюцинации, различные непреодолимые импульсы, необъяснимые странности поведения. Впоследствии нередко в систему бреда вплетаются также идеи величия, переоценка собственной личности. Больные замечают, что окружающие при их появлении почтительно встают; им кажется, что проезжавший поблизости член царской фамилии при виде их остановил экипаж и многозначительно улыбнулся; в газетах и разговорах окружающих лиц были намеки на предстоящее им большое наследство или крупный государственный пост и т. п.; сюда же относятся идеи об изобретениях, которые должны осчастливить больного и весь мир; далее фантазии сказочного характера, что больной был подменен в детстве, что он знатного происхождения, что эта тайна теперь будет разоблачена, что его права на престол и миллионы скоро осуществятся и т. п. При преобладании таких идей мы говорим о трансформации (преобразовании) бреда, и тогда бывшая жертва всевозможных преследований и мучений превращается в принца крови, кавалера несуществующих орденов, императора неведомых стран, правителя миpa, мессию и проч. Нелепость бреда в этом направлении доходит до таких же невероятных размеров, как прежде при бреде преследования, и уверенность больных в своей правоте так же непоколебима. Замечательно, что вне круга нелепых идей, больные способны здраво судить о многих предметах практической жизни, науки и искусства. Иногда сфера бреда бывает очень ограничена, частичная, и тогда может казаться, что субъект имеет только несколько пунктов (id é es fixes), на которых он помешан, а во всех других отношениях он здоров. С течением времени мышление извращается также вне этих «пунктов». На высоте бредовой стадии кроме того наблюдаются в виде эпизодов припадки помрачения сознания со спутанностью идей, беспричинное угнетение или, наоборот, возбуждение, вообще перемены настроения, не стоящие в прямой связи с бредовыми идеями. В отдельных случаях действительно бредовая стадия тянется многие годы, с поразительной ясностью сознания и сохранением памяти и умственных способностей. Случается также, что временно нелепые идеи перестают занимать больного, но такие «светлые промежутки» длятся недолго и всегда нарушаются возвратом бредовых идей. Если физическое состояние больных благоприятно, так что жизнь их не прерывается случайным осложнением, то с годами они переходят в третью стадию, которую можно назвать стадией психической слабости. Этот переход происходит весьма медленно, незаметно, и характеризуется общим понижением прежнего интеллектуального уровня. Вместе с тем больные уже не продуцируют новых идей бреда, меньше или вовсе не реагируют на обманы чувств, которые и сами по ceбе становятся реже; они впадают в равнодушие, апатию, теряют интерес к своим бредовым идеям, не защищают их с такой горячностью. Способность к связному мышлению и правильному восприятию внешних впечатлений слабеет, но почти никогда не теряется вполне. Если больные в этой стадии находятся в заведении для умалишенных, то обыкновенно составляют кадр наиболее послушных пациентов, и их легко бывает приспособить к производительному труду в огороде или мастерской. Только что представленное описание П. относится к типической, классической форме ее, которая впервые послужила к выделению этой формы помешательства и которая повсюду встречается довольно часто. Кроме нее существуют еще видоизменения П., которые вследствие своеобразности своих проявлений выделяются в особые подвиды ее. Главные из них: 1) галлюцинаторная П. Она характеризуется в отличие от типической формы преобладанием обманов чувств, которые видимым образом создают материал для нелепых идей, хотя последние кроме того возникают также самостоятельно. Но здесь не наблюдается такой систематизации бреда и течение болезни не допускает деления на стадии. Преобладает также бред преследования. Больные слышат бранные слова, их обвиняют во всевозможных преступлениях против нравственности, религии, государственных законов; им угрожают судом, каторгой, изощренными пытками. Они ощущают пронизывающие их электрические токи, капание горячего масла на спину, им портят воздух, прибавляют яд к пище, переворачивают внутренности, у них ноги сделались стеклянными и т. д., с бесконечными вариациями. Этот бред и поддерживающие его галлюцинации иногда держатся в течение многих лет с небольшими видоизменениями и временными остановками, без резкого ослабления умственных способностей. 2) Любовное помешательство или эротомания. Здесь центральный пункт бреда заключается в том, что больной, чаще больная, считает себя предметом любви определенного лица, иногда даже совершенно незнакомого. Она усматривает доказательства этому во всевозможных фактах, не имеющих ни малейшего отношения к делу, поощряет воображаемого поклонника и т. п. Никакие уверения, что предположения больной неосновательны, не могут поколебать нелепую идею и остановить нелепое поведениe. Подобный частичный бред может длиться многие годы, причем «предмет» иногда меняется. Умственные способности в других отношениях долго не обнаруживают болезненных изменений. У мужчин эротомания реже бывает столь изолированной и обыкновенно сочетана с идеями преследования и величия другого содержания. 3) Религиозное помешательство. Эта форма П. отличается преимущественно религиозным содержанием нелепых идей и обманов чувств. У больных, главным образом на почве чрезмерной религиозности, появляются галлюцинации слуха и зрения, сообщающие их с загробным миром, с определенными святыми или с Богом, и вместе с тем возникают нелепые идеи о религиозной миссии. Они воображают себя призванными для исправления человечества, для направления его на путь истины; под влиянием таких идей, а также слышимых ими голосов, приписываемых ими Высшей силе, они бросают свои занятия и отправляются проповедывать новую религию. В средние века, при фанатизме и невежестве народных масс, такие помешанные субъекты иногда принимались за проповедников нового религиозного учения и находили приверженцев. Несомненно, что именно таким образом возникли некоторые религиозные секты. История Орлеанской Девы, страдавшей бесспорно религиозным помешательством, показывает, что этот частичный бред может играть роль в качестве важного политического фактора. Не очень давно, — в 1891 г., в Васильковском у. Киевской губ., возникло религиозно-политическое движение среди крестьян под влиянием религиозного бреда некоего мещанина Малеванного, почему и движение это получило название «Малеванщины»; здесь следствиe и врачебное исследование доказали с очевидностью наличность религиозной П. как у главы этого движения, так и у многих участников его. Больные этой категории чрезвычайно опасны, так как под влияшем мнимых приказаний свыше они готовы изуродовать себя, считая мученичество необходимым звеном для своей миссии, а также зарезать кого угодно, начиная с собственной семьи. Временно галлюцинации могут притихнуть, и тогда бред бледнеет, перестает занимать больных, но при случае он опять оживает. 4) Сутяжное помешательство. При этой форме галлюцинации совершенно не играют роли, и бред возникает первично, являясь притом, в начале по крайней мере, весьма ограниченным. В сущности мы здесь также имеем дело с бредом преследования, но в своеобразном виде. Повод к нему обыкновенно подает какой-нибудь процесс, столкновение с законом, приговор суда, который кажется несправедливым или в самом деле нарушает интерес больного. Он обращется к высшим инстанциям, к прессе, к сочувствию общества, старается воздействовать на административные сферы, добивается личных объяснений с высшими представителями власти. Не допуская ни на минуту, что он может быть неправ, больной способен довести себя до разорения, хотя бы дело, из-за которого он сутяжничает, не представляло ценности. Вместе с тем в больном упрочивается убеждение в подкупности и несправедливости судей, он считает себя жертвой неблагоприятных условий, поборником истины, он призван пострадать за нее; таким образом к идеям преследования примешивается переоценка собственной личности и бред величия. По временам у больного появляется сильное возбуждение, под влиянием которого он грубо оскорбляет своих мнимых врагов, покушается на убийство с целью обратить на свое дело внимание всего миpa. В более спокойном состоянии такие больные сочиняют бесчисленные жалобы и докладные записки, в которых проявляется склонность к софистическим и диалектическим изворотам. Поэтому их долго не считают больными, пока какая-нибудь дикая или преступная выходка не вызовет сомнений относительно исходной точки их сутяжнической деятельности. С годами наступает психическая слабость с потерей энергии и упадком интеллекта, хотя возможны и остановки болезни, так что больной, сохраняя свои умственные силы, перестает сутяжничать, или вместо этого бреда является какой-нибудь другой. 5) Врожденная П. отличается не только тем, что душевное расстройство здесь обнаруживается уже очень рано, преимущественно около периода половой зрелости, но она обладает кроме того еще некоторыми существенными особенностями. Здесь обманы чувств совершенно отступают на задний план и бред слагается почти целиком из первично возникающих бредовых идей. Последние также слагаются в систему, более или менее частичны, оставляют соображение свободным для остальных сторон мышления, но здесь обыкновенно существует врожденная психическая слабость. Уже с детства такие субъекты обнаруживают извращенную логику, странное поведение, некоторое притупление умственных способностей, и уже на такой болезненной почве формируется параноический бред преследования и величия. Нужно заметить, что помимо очерченных здесь форм П., которые все представляются хроническими, крайне длительными, некоторые представители психиатрии принимают еще форму острой паранойи, характеризуемой острым, бурным развитием частичного, систематизированного бреда. Другие же относят такое проявление помешательства к той обширной группе, которая была обособлена в новейшее время под названием «аменции» (amentia) или «спутанности». Ограничение П. длительными формами болезни, развивающимися исподволь, без помрачения сознания, заслуживает предпочтения между прочим в виду того, что острые случаи обыкновенно сразу обращают на себя внимание и больные быстро попадают в заведения для умалишенных. Между тем параноики описанных выше видов долго находятся на свободе и вращаются в обществе со сложившимся уже бредом. Иногда даже близкие к ним люди долго не признают их за помешанных. Действительно, встречаются иногда такие случаи, когда бред крайне ограничен и позволяет этим больным пользоваться свободой и вести свои дела, как совершенно здоровым в психическом отношении людям. Но такое течение болезни принадлежит к исключениям. Правило составляет вышеочерченный ход болезни, вследствие которого субъекты, одержимые П., должны быть изъяты из свободного обращения в обществе, так как они могут оказаться опасными, и кроме того потому, что они не могут обходиться без постороннего ухода; при содержании в хорошо устроенном заведении болезнь таких больных протекает спокойнее благодаря устранению раздражений, проистекающих из житейской сутолоки. Собственно лечение этой формы помешательства до настоящего времени не может похвалиться благоприятными результатами. Мы уже говорили о том, что эти нелепые идеи при самом своем возникновении являются для больных непреложной истиной, не требующей никаких доказательств и не подлежащей опровержению. Этим свойством по существу различаются параноические бредовые идеи от нелепых идей, свойственных иногда здоровым людям как результат заблуждения. По отзыву авторитетных психиатров, имевших возможность наблюдать тысячами душевнобольных в течение продолжительного времени, настоящая П. — неизлечимая душевная болезнь. Она принадлежит к весьма распространенным формам помешательства и встречается вообще часто (числовых данных о степени ее распространенности нет); чаще всего она обнаруживается на 3-м десятилетии жизни; врожденная форма — раньше, на 18—21 году. В виде редкого исключения хроническая П. наблюдается даже у детей 9—15 лет. Относительно причин П. нет надобности прибавлять что-нибудь к тому, что было сказано о причинах помешательства вообще (см. Душевные болезни). П. Розенбах.

Определение слова «Паранойя» по БСЭ:
Паранойя (от греч. parбnoia — умопомешательство)
стойкое психическое расстройство, проявляющееся систематизированным Бредом (без галлюцинаций), который отличается сложностью содержания, последовательностью доказательств и внешним правдоподобием (идеи преследования, ревности, высокого происхождения, изобретательства, научных открытий, особой миссии социального преобразования и т.д.). Все факты, противоречащие бреду, отметаются; каждый, кто не разделяет убеждения больного, квалифицируется им как враждебная личность. Эмоциональный фон соответствует содержанию бреда. Борьба за утверждение, реализацию бредовых идей непреклонна и активна. Явных признаков интеллектуального снижения нет, профессиональные навыки обычно сохраняются долго. В современной психиатрии преобладает мнение, что П.- симптомокомплекс, возникающий в течении шизофрении и некоторых других психических болезней. Крайне редко П. описывается как самостоятельное заболевание. В отличие от П., параноид сопровождается галлюцинациями и психическими автоматизмами (ощущение внешнего насильственного воздействия), а также страхом и растерянностью.
Б. И. Франкштейн.

Параноичка Паранойя Паранойяльный Синдром

tolkslovar.ru

Найдено 4 определения термина Паранойя

умопомешательство) — психическое заболевание, характеризующееся стойким систематизированным бредом (преследования, ревности, изобретательства и т.п.) [10].

от гр. para — против, и nous — ум): психическое заболевание, для которого характерны, по Кре-пелину, безграничная гордость (гипертрофия «Я»), повышенная чувствительность (мания преследования), ошибки в суждениях (иногда оправдываемые абсурдными аргументами), социальная неприспособленность. К числу параноических психозов относятся случаи мучителей, эротоманов, ревнивцев и страстных идеалистов.

paranoia, от греч. para — рядом, возле, вопреки, наперекор, ложно, и noos — ум, разум, смысл) — строго понятийные бредовые комплексы, характеризующиеся жесткой фиксированностью и упорядоченностью. Бредовая система сохраняется в неизменном виде годами, обычно бывает детально разработанной и отличается логической точностью. Поэтому случаи паранойи распознаются с большим трудом и требуют глубокого научно-психофилософского анализа.

древнегреч. paranoia — сумасшествие, безумие) — психическая болезнь, которая сопровождается стойким бредом без галлюцинаций. Способность адекватного мышления сохраняется у субъекта во всех вопросах, кроме тех, которые касаются его бреда.

Внешне параноик в своих суждениях и поступках выглядит как вменяемый, нормальный человек. Он может работать, выполнять довольно сложные задания, общаться с окружающими — до того момента, пока речь не зайдет о предмете его особого внимания, его неустанных хлопот и беспокойства — предмете его П. Тогда незамедлительно следует взрыв агрессии, врагами становятся даже самые близкие люди.

Базовые чувства параноика — подозрение и страх. Ему кажется, что все и вся против него в заговоре. Любой, самый невинный жест, оброненное невпопад слово, пристальный взгляд, лицо, показавшееся знакомым, случайная встреча на улице дают обильную пищу для самых мрачных предположений.

Как в случаях со многими душевными недугами, можно говорить о П. не только как о клинической истории, но и как о свойстве сугубо индивидуального, а еще более — социального и/или политического характера. Можно даже сказать, что П. — определенный тип общественного сознания. Ее приступы постигают целые организации, города, государства и даже группы государств. П. фашизма и вообще любых ультраправых, расистских умонастроений описана многократно. Нацистская Германия была настолько параноидальна, что вела войну против всего мира. Любая секта параноидальна по определению — без этого она не сможет существовать как единое целое.

Одним словом, П. — идеальный базис для создания тоталитарных структур и взращивания самых разнообразных теорий заговоров. Радикалы много говорят о мировом правительстве, о сговоре корпораций, национальные правительства твердят о мировом терроризме, или об американской экспансии, одним словом, все чего-то боятся и с кем-то борются. П. разлита везде, как естественный радиоактивный фон, но в резервациях альтернативы уровень излучения явно аномальный. Отсюда и мутанты — без которых социальный ландшафт давно бы уже опустел.

СМ.: Мировое Правительство, Секта, Шизофрения, Шизоанализ.

terme.ru