Представления о неврозах

Неврозы — пограничные психогенные (конфликтогенные) психические заболевания с тенденцией к затяжному течению. Они проявляются эмоционально-аффективными и соматовегетативными расстройствами при отсутствии психотических явлений и сопровождаются временным снижением умственной и физической работоспособности.

Этиология. По современным представлениям к развитию неврозов приводит сочетание психогенного фактора с определенными особенностями личности, которые определяют уровень психологической защиты к определенному виду стрессорного воздействия. Психотравмирующие воздействия разнообразны — это семейно-бытовые обстоятельства (смерть или тяжелые болезни близких, материальные затруднения и бытовая неустроенность, конфликты в семье и др.), социальные проблемы (напряженный характер работы, неправильное увольнение или перевод на низкооплачиваемую работу, конфликтные ситуации и др.), эколого-климатические катастрофы.

Почвой для патогенного влияния этих факторов являются сформировавшиеся в онто- и филогенезе особенности деятельности мозга в целом и индивидуальные взаимоотношения основных структур лимбической системы, которые определяют во многом мотивационно-потребностную структуру личности и участвуют в организации ответа на эмоционально-информационный стресс.

Патогенез. Психотравмирующее воздействие у предрасположенного человека вызывает психический конфликт, проявляющийся несоответствием между потребностью и возможностью ее реализации, между необходимыми усилиями для преодоления проблемы и низким уровнем психологической защиты. Результатом несоответствия между процессами адаптации и уровнем психотравмирующих нарушенй является нервно-психическое перенапряжение. Развивается внутриличностный конфликт, в патогенезе которого лежат нарушения взаимодействия лимбических структур. П. В. Симонов на основании экспериментального изучения неврозов пришел к выводу о связи этих нарушений с определенным типом невроза. Так, в формировании истерического невроза ведущими являются нарушения в системе «лобная кора — гипоталамус», а патология системы «гиппокамп — миндалевидный комплекс» приводит к неврастеническим расстройствам.

В последние годы пересматриваются представления об отсутствии морфологических сдвигов в нервной системе при неврозах. Выявлены нарушения энергетического обмена в нейронах лимбической системы, сосудистые и глионевральные изменения, свидетельствующие о развитии гипоксии. При этом нарушается реципрокное взаимодействие медиаторных систем. Дисбаланс процессов возбуждения и торможения отражается на электроэнецефалограмме. Длительно существующая гипоксия приводит к истощению защитных механизмов и формированию стойких нарушений центральной регуляции функций внутренних органов, то есть к формированию хронических заболеваний (гипертонической болезни, ишемической болезни сердца, язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки и мн. др.).

Клиника. Наиболее широко распространены четыре клинические формы неврозов:

В зависимости от характера течения их подразделяют на невротические реакции, невротические состояния (неврозы) и невротические развития.

Невротическая депрессия встречается все чаще и особенно характерна при затяжном течении невроза. У больных возникает пессимистическое отношение к окружающему в сочетании с высокой эмоциональной лабильностью, повышенной тревожностью, нарушениями сна. Как правило, нет явлений заторможенности, идей самообвинения, суицидальных тенденций. В отличии от эндогенной депрессии не бывает суточных колебаний настроения, сезонные обострения не характерны, не наблюдается грубой дезорганизации личности с отрывом от реального мира. Нередки и так называемые скрытые или маскированные депрессии, при которых на первый план выступают различные симптомы со стороны внутренних органов.

При любой форме невроза наблюдаются вегетативные расстройства, которые могут иметь симпатическую, парасимпатическую и смешанную направленность. При симпатикотонии характерны бледность и сухость кожи, склонность к тахикардии и повышению артериального давления, к тахипноэ и запорам. Преобладание ваготонии проявляется холодной, влажной кожей, гипергидрозом, тенденцией к артериальной гипотензии и брадикардии, характерна дыхательная аритмия, склонность к прибавлению в массе тела. Эти особенности вегетативного реагирования могут стать почвой для синдрома вегето-сосудистой дистонии. Часты невротические нарушения кровообращения, дыхания, желудочно-кишечные расстройства, нередки изменения со стороны мочевыделительной и половой систем. При объективном обследовании неудается, как правило, обнаружить органические сдвиги, адекватные жалобам больного.

www.mordovnik.ru

О неврозах и нервности много говорят и пишут. В этой области собран огромный фактический материал, теоретически и практически значимый, вызывающий живой и разносторонний интерес не только у врачей. Широкие массы населения интересуются вопросами нервного здоровья прежде всего потому, что зачастую встречаются с более легкими нервными нарушениями, обычно называемыми нервностью, еще не представляющими болезни, но создающими ряд жизненных затруднений и отражающимися решительно на всех сторонах деятельности организма.

Каждому приходилось слышать о том, что не только раздражительность, плохое настроение, снижение работоспособности, головные боли, ослабление памяти объясняются состоянием нервной системы, но что на так называемой «нервной почве» нарушается деятельность сердца и сосудов, органов дыхания, желудочно-кишечного тракта, возникают нарушения половых функций, обмена веществ и т. п. В силу этого пресловутая и вместе с тем загадочная «нервная почва» является предметом активного и нередко тревожного интереса самых широких кругов.

Действительно, каждому человеку не только интересно, но и весьма важно иметь правильное представление о величайшей ценности — нервном здоровье, о причинах его нарушения и о неврозах, как часто встречающихся, нередко пограничных между здоровьем и болезнью, формах этих нарушений. Однако до последнего времени относительно природы неврозов как нервного заболевания, очень близкого к наблюдаемой в условиях повседневной жизни нервности, не было единого, достаточно обоснованного научного представления, позволяющего осветить формы проявления, причины неврозов и средств борьбы с ними.

В советских условиях достигнуты значительные успехи в этом направлении. Им главным образом и посвящена данная работа.

Первым заболеванием из группы неврозов, выделенным уже в древние века, была истерия. Описанная еще в древней Греции, эта болезнь до XIX в. большинством медиков наивно связывалась с заболеванием матки. Лишь во второй половине XIX в. ряд крупных французских невропатологов, особенно Шарко, а потом и другие выдающиеся невропатологи и психиатры (упомянем Бабинского, Соллье, Жанэ, Бехтерева) дали настоящую клиническую характеристику этого заболевания.

Бесконечно разнообразны болезненные проявления этого страдания. Истерия названа Шарко «grande simulatrice — это великая притворщица». Она может имитировать любое заболевание. Ее проявления необычно многообразны: судорожные припадки, боли, судороги и параличи с нарушением чувствительности, колебаниями температуры, всевозможные расстройства желудочно-кишечного тракта (рвоты, запоры, вздутия живота с явлениями, похожими на заворот кишок), сердечно-сосудистой деятельности, дыхания, мочеотделения, потоотделения и т. д. Существует ряд особенностей, характеризующих это заболевание. Сюда относятся:

1. Роль острых переживаний (конфликтов, неудач, других потрясений, разочарований) в возникновении этого заболевания.

2. Роль особенностей характера заболевших, у которых часто отмечаются избалованность, эгоизм и эгоцентризм, склонность привлекать внимание, склонность к преувеличению, тщеславие и властолюбие, болезненное безволие, неустойчивость, упрямство и негативизм. Эти черты сделали термин «истерия» обидной кличкой.

3. Роль воображения, внушения и самовнушения в развитии болезненного состояния.

4. Легкая податливость гипнозу и устранение болезненных явлений, по крайней мере временное, под влиянием психотерапии, особенно внушения.

Другой невроз был впервые описан во второй половине XIX в. американцем Бердом и назван им неврастенией. Неврастения иначе обозначается как раздражительная слабость нервной системы. Раздражительность, неустойчивое или подавленное настроение, утомляемость, слабость, жалобы на головную боль, плохую память, плохой сон и аппетит. К этому нередко присоединяются боли в различных частях тела, повышение сердечнососудистой возбудимости, половая слабость, нарушения со стороны желудочно-кишечного тракта. Еще Берд различал две формы неврастении — раздражительную и вялую— в зависимости от преобладания раздражительности или слабости. Причиной неврастении обычно считалось перенапряжение, связанное с волнением, переутомлением или соматическим заболеванием как ослабляющим фактором.

В начале XX в. известным французским психологом и психиатром Жанэ был выделен невроз, названный им психастенией. В своей большой работе «Обсессии и психастения» Жанэ объединил две формы неврозов, ранее описывавшиеся раздельно. Обсессии, или навязчивые состояния, были описаны еще в древности, но лишь в первой половине XIX в. они были подробно изучены в условиях клиники. Основным для обсессивного невроза являются навязчивые представления, мысли, воспоминания, эмоции, особенно разнообразные формы навязчивых страхов, так называемых фобий, и навязчивые действия.

Для навязчивых состояний характерно то, что больной сознает нелепость или неосновательность своих мыслей или представлений и недопустимость и преступность своих побуждений, но не может освободиться от них, пока они сами не исчезнут. Если одни навязчивые состояния тяготят больного тем, что он утрачивает способность управлять течением своих психических процессов, то такие навязчивые явления, как стремление выброситься в окно или убить своего ребенка, вызывают вдобавок к этому тягчайшие переживания: страх, отвращение к себе, мучения совести.

Жанэ присоединял к навязчивым состояниям различные проявления слабости, утомляемости, безволия, нерешительности, характеризуя их как чувство неполноты, и объяснял все эти болезненные свойства потерей психического напряжения.

Помимо названных, в числе основных общих неврозов описывались так называемые вегетативные неврозы, неврозы органов и профессиональные неврозы, однако признание их самостоятельными формами справедливо подвергалось сомнению. При вегетативных неврозах, обычно на фоне общей нервности и слабости, обнаруживается ряд нарушений вегетативной нервной системы (общие и местные нарушения функции сосудов, потоотделения, питания тканей, терморегуляции и др.).

При так называемых неврозах органов — сердца, органов дыхания, желудочно-кишечного тракта, половой системы, кожных покровов — отмечаются выраженные расстройства их деятельности, обусловленные нарушением центральной регуляции. При так называемых профессиональных неврозах на первый план выступает расстройство профессиональных движений. Например, у машинисток, стенографисток, телеграфистов, пианистов, скрипачей, певцов выполнение профессиональных движений при этом страдании затрудняется, возникают судороги и болезненность соответствующих мышц.

Здесь следует упомянуть также о своеобразном неврозе речи — заикании.

При дальнейшем изучении неврозов было установлено, что болезненные проявления, внешне сходные с невротическими, обнаруживаются при заболеваниях, вызываемых органическими поражениями мозга (воспаления, опухоли, рассеянный склероз и др.), при внутренних заболеваниях (туберкулез, гипертоническая болезнь, гипертиреоз, авитаминозы, гинекологические заболевания и т. д.), а также при начальных стадиях психозов. В связи с этим возникло отрицание неврозов как самостоятельных заболеваний, и стало распространяться представление о неврозах как о симптомах или болезненных картинах (синдромах), которые могут обнаруживаться при различных болезненных состояниях.

Лишь в 20-х годах XX в. в результате развития клинических исследований окончательно сформировалось представление о неврозах как особой форме заболеваний, психогенных по преимуществу. Термин «психогения» был предложен для обозначения, болезненных нарушений, вызванных психическими причинами, т. е. тяжелыми переживаниями, потрясениями, конфликтами и другими отрицательно влияющими на психику моментами.

Основным методом лечения неврозов соответственно их происхождению была признана психотерапия.

Однако богатство и многообразие фактов, связанных с неврозами, требовало единой клинической, социальной и прежде всего физиологической теории. Такой физиологической теорией и послужило учение И. П. Павлова. Основы этой теории и учение И. П. Павлова у нас широко известны. Поэтому мы остановимся более подробно на последнем этапе развития физиологии неврозов.

www.medklassika.ru

рубрика: Медицинская психология, прочитано — 15771 раз

Неврозы относятся к так называемой «малой психиатрии», которая изучает болезни вне психотического состояния. Эти болезни характеризуются не только малой интенсивностью, но и малой продолжительностью. Они подходят под определение «пограничные состояния». Понятие «пограничные состояния» включает донозологические невротические расстройства, клинически оформившиеся неврозоподобные реакции и состояния, психопатии, неврозоподобные и психопатоподобные нарушения при соматических заболеваниях и другие, протекающие на невротическом уровне.

В отличие от психопатии, при неврозах страдает лишь часть личности, сохраняется критическое отношение к болезни, определяющее воздействие принадлежит прижизненным средовым влияниям.

Понятие «невроз» было введено в медицину в 1776 г. Cullen. В свое время это было прогрессивным, так как позволило выделить из ряда соматических заболеваний психосоматические расстройства и связать их с нарушением нервной деятельности.

В настоящее время в понятие «невроз» вкладывается разное содержание. Различаются и представления о причинах возникновения неврозов.

Представления о причинах возникновения неврозов

Некоторые исследователи считают, что невротические феномены вызваны определенными патологическими механизмами чисто биологической природы (А. И. Струнов, Л. В. Кактурский). Axenfeld и Huchapd (1983): «Неврозы – это незнание, возведенное в степень нозологической группы». То есть при соответствующих достижениях техники, биологии, медицины можно будет найти морфологические субстраты, адекватные любому нарушению функции.

С точки зрения бихевиористов, реально существуют лишь отдельные невротические симптомы как результат неправильного научения (H. Y. Eysench, J. Wolpe, S. Rachman). Eysench: «Нет невроза, скрывающегося за симптомом, это просто сам симптом».

Экзистенциалисты (R. May) вообще не считают неврозы болезнью: «Невроз – это форма отчужденного существования больного».

Приверженцы гуманистический психологии (C. Rogers) говорят, что невроз – это неудовлетворенная потребность в самоактуализации.

Представители течения «Антипсихиатрия» утверждают, что неврозы – «нормальное поведение в ненормальном обществе».

В.Н. Мясищев считает, что невроз имеет психогенную природу. Психогении характеризуются следующими чертами:

1. Связь с личностью больного, психотравмой; неспособность больного самостоятельно адекватно разрешить психотравмирующую ситуацию.
2. Возникновение и течение невроза более или менее связано с патогенной ситуацией и переживаниями личности: наблюдается определенное соответствие между изменениями психотравмирующей ситуации и динамикой состояния больного.
3. Клинические проявления по содержанию связаны с психотравмирующей ситуацией и переживаниями личности, с основными наиболее сильными и глубокими ее стремлениями, представляя собой аффективную реакцию, патологическую фиксацию тех или иных ее переживаний.
4. Отмечается высокая эффективность психотерапии в сравнении с медикаментозным лечением.

Таким образом, невроз – это «психогенное (как правило, конфликтогенное) нервно-психическое расстройство, которое возникает в результате нарушения особо значимых жизненных отношений человека и проявляется в специфических клинических феноменах при отсутствии психопатоло-гических явлений«.

Для невроза, по Мясищеву, характерны следующие особенности:
1) обратимость патологических нарушений независимо от длительности;
2) психогенная природа;
3) специфичность клинических проявлений, состоящих в доминировании эмоционально-аффективных и сомато-вегетативных расстройств.

Следует дифференцировать понятия «психогения» и «невроз». Понятие «психогении» шире понятия неврозов; кроме неврозов оно включает в себя реактивные состояния, психогенные и ситуативные реакции.

По данным Б. Д. Петракова и Л. Б. Петраковой, уровни распространения и темпы «накопления» больных неврозами (и другими психогениями) в большинстве стран мира высоки и продолжают расти. Некоторые авторы, в том числе и известный психиатр H. Hagner (1985), полагают, что нынешнее поколение страдает психическими заболеваниями не чаще, чем предыдущее, но некоторые исследователи считают, что количество неврозов увеличивается в связи с техническим развитием общества.

Классификации неврозов

Существует множество классификационных делений неврозов. Это результат отсутствия единого взгляда на этиологию и патогенез. В основе классификаций лежат разные признаки:

• этиологический: вина, фрустрация, агрессия и др.
• информационный: (недостаток или избыток информации);
• ситуационный и реактивный;
• конституционный и реактивный по генетическому фактору;
• по принципу убывания роли факторов среды и возрастания роли факторов личности;
• по признакам профессии – неврозы руководящих кадров, неврозы актеров и т.д.;
• по событиям в жизни общества – военный, окопный и т.д.

В настоящее время большинство отечественных авторов выделяют три классические формы неврозов: неврастению, истерию и невроз навязчивых состояний (Г.К. Ушаков, А.А. Портнов, Д.Д. Федотов, Б.Д. Карвасарский, Ю.Я. Тупицын, Н.К. Липгарт, В.Ф. Матвеев, М.Г. Арапетянц, А.М. Вейн, Ф.И. Случевский).

НЕВРАСТЕНИЯ

Неврастения – буквально «слабость нервов» (греч. asthenos – «слабый»).

И.П. Павлов и А.Г. Иванов-Смоленский выделяют три стадии заболевания:

1. В начальной стадии нарушено активное торможение, что проявляется преимущественно в виде раздражительности и возбудимости.
2. В промежуточной стадии имеет место лабильность возбудительных процессов с преобладанием раздражительной слабости.
3. В заключительной стадии развивается охранительное торможение, преобладает истощаемость, слабость, вялость, апатия, повышенная сонливость, пониженное настроение.

А. Кемпински говорит, что появившаяся слабость носит характер постоянного чувства усталости. Больной чувствует себя как после тяжелой физической работы или после тяжелого заболевания, жалуется на мышечные боли, особенно в поясничной области (повышенное напряжение этих мышц), на сердцебиения, боли в животе, расстройства половой сферы (преждевременная эякуляция, импотенция у мужчин, аноргазмия у женщин).

Головные боли проявляются в виде сжимающего обруча (неврастенический шлем), ощущается чувство давления внутри головы (“вата в голове”), сумбур в голове (“вода переливается, треск”).

Отмечаются трудности концентрации внимания и запоминания – эти нарушения являются проявлением психической усталости. С утра характерно чувство усталости, к вечеру – оживление. Больные плохо засыпают, видят кошмарные, поверхностные сны. Испытывают раздражительность, злобу, чувство исчерпанности, “вулканические” извержения гнева.

Неврастенией чаще страдают руководящие работники (так называемый директорский невроз). Они не могут справляться со своими обязанностями, находятся в постоянном напряжении, вспыльчивы, дают противоречивые указания. Их раздражает все и вся.

Для неврастении характерны спешка и скука. Больной хочет “оказаться в другом мире”, оставить в прошлом действительность, бежать от нее или разрушить.
Неврастеник борется с актуальным временем, с актуальной ситуацией.

Спешка и скука причисляются к чертам современной цивилизации, поэтому неврастению можно рассматривать как «неврастенизирование» общества технического прогресса. С.В. Цуладзе, опираясь на психологию отношений, описанную В.Н. Мясищевым, считает, что при неврастении нарушаются отношения «Я» к предметам и лицам.

ИСТЕРИЯ

Истерия – от греч. hystera – «матка». Во времена Платона считали, что эта болезнь связана с хождением матки по телу женщины. Затем были обнаружены те же симптомы и у мужчин, но значительно чаще истерия встречается у женщин.

Бабинский называл истерию «великой симулянткой», так как при истерии проявляются симптомы, характерные для разных заболеваний: головная боль сильнее, чем при опухолях мозга, сердцебиения, эмоциональная возбудимость, характерные для сердечной недостаточности, припадки (истерическая дуга), напоминающие эпилепсию.
В основе заболевания лежат психогении – факторы эмоционального характера (эмоциональное состояние больного, его травмы, конфликты).

Факторы эмоционального характера, действующие на физическое самочувствие, называются конверсией (conversia – “обращая”, “направляя”). В симптомах истерической конверсии есть черты экстраверсии, направленные во внешнюю среду.

Симптомы истерии проявляются в двигательных, сенсорных и психических нарушениях:

Двигательные симптомы – гиперкинезы (размашистые движения различного рода: писчий спазм, особенно у учителей, вздрагивания, истерическая дрожь, тики, навязчивые движения); функциональные параличи.

Сенсорные симптомы – снижение данной функции перцепции (отсутствие болевой реакции, истерическая слепота и глухота) или ее повышение (гиперстезии, непроходящая боль, зрительная или слуховая гиперчувствительность). Возможно отсутствие осязания, перчаточная или чулочная гиперчувствительность, спастическое зажмуривание век, аноргазм, глухота, потеря вкуса, головная боль («болевой гвоздь»), истерическая беременность, потеря голоса.

Психические симптомы – состояние огромного возбуждения или апатии, отличная память (гипермнезия) или ее утрата (амнезия). Наблюдаются экстазы, исступленность, припадки, истерическое окаменение (ступор), сумеречное состояние (неудержимое стремление к бегству, перевоплощение в животное и т.д.).

Следует отличать истерический невроз от истерической психопатии. Для последней личностные отношения более выражены, приводят к значительному «снижению в социально-этическом плане». Истерические черты характера проявляются с детства и часто усугубляются вследствие неправильного воспитания, при этом проявляются в разных ситуациях, не имея четкой связи с психотравмой.

НЕВРОЗ НАВЯЗЧИВЫХ СОСТОЯНИЙ

Невроз навязчивых состояний – ананкастический невроз (ananke – «необходимость», «фатум»). Особенностью невроза навязчивых состояний является принуждение. Чем большее оказывается сопротивление этому принуждению, тем сильнее проявляются симптомы. Волевое усилие или остается без ответа, или усиливает симптоматику (например, беспокойство, закрыл ли двери, “застревает” в голове). У больного наблюдается стремление к порядку. Нарушение порядка, ритуалов вызывает беспокойство, а ритуал защищает от страха, снижает тревогу. От-мечается тенденция к выполнению общественных норм – в противном случае возникает чувство вины. Для снижения страха больной использует талисманы, магические заклятия и т.д.

При неврозе навязчивых состояний отмечаются навязчивые мысли, действия, страхи (фобии).

Навязчивые мысли могут не носить эмоциональной окраски (пересчитывание чисел, повторение услышанного). Например, у матери – мысль убить ребенка, у верующего – богохульство, секс. Навязчивые мысли могут носить экзистенциальный характер: хорошо ли я сделал, правильно ли провел консультацию, кто я, зачем я живу? Возможны дереализация (чувство измененности, нереальности окружающего) и деперсонализация (нарушение самосознания, чувство изменения своего «Я»).

Навязчивые действия – стереотипные движения вопреки воле и разуму. Например, мытье рук, ритуалы одевания и раздевания, определенное количество повторений действий и т.д. Цель навязчивого действия – отстранение зла. Больные понимают, что действия выглядят нелепо, смешно, но отказаться от их выполнения не могут (стремление обойти уличный фонарь с определенной стороны, встряхивание головой, ногой).

Навязчивые страхи (фобии):
клаустрофобия – боязнь закрытых пространств;
агорафобия – страх перед открытыми пространствами;
эрейтофобия – страх покраснеть в присутствии посторонних.

Возможен страх перед биологической или психологической смертью, перед загрязнением, страх острых предметов и др. В возникновении этих страхов могут быть разные психологические предпосылки: сексуальная неудовлетворенность в супружестве, скрытая агрессивность, аморальное поведение.

1. Асатиани М. Н. Психотерапия невроза навязчивых состояний. Руководство по психиатрии. /Под ред. В. Е. Рожнова. – Ташкент, 1985.
2. Бурно М. Е. Терапия творческим самовыражением. – М., 1989.
3. Васильченко Г. С. Частная сексопатология: В 2 т. – М., 1983.
4. Возрастные аспекты групповой психотерапии при нервно-психических заболеваниях. //Сб. научн. трудов Института им. В. М. Бехтерева. – Л., 1985. – Т. 121.
5. Захаров А. И. Неврозы у детей и подростков. – Л., 1988.
6. Кайдановская Е. В. Групповая психотерапия при неврозах. //Сб. научн. трудов Институ-та им. В. М. Бехтерева. – Л., 1982. – Т. 100.
7. Карвасарский Б. Д. Неврозы. – М., 1990.
8. Карвасарский Б. Д. Психотерапия. – М., 1985.
9. Кемпински А. Психопатология неврозов. – Варшава, 1975.
10. Ковалев В. В. Психиатрия детского возраста. – М., 1979.
11. Козлов В. П. Профилактика и психотерапия фобических состояний у детей. //Проблемы профилактики нервных и психических расстройств. /Под ред. В. К. Мягер. – М., 1988.
12. Кратохвил С. Групповая психотерапия. – Прага, 1978.
13. Ледер С. Этические аспекты в психотерапии. //Транскультуральные исследования в пси-хотерапии. / Под ред. С. В. Кабанова. – Л., 1989.
14. Либих С. С. Коллективная психотерапия неврозов. – Л., 1974.
15. Липгарт Н. К. Навязчивые состояния при неврозах. – Киев, 1978.
16. Мастерс и Джонсон о любви и сексе.: В 2 ч. (Мастерс У., Джонсон В., Колодны Р.) – СПб., 1991.
17. Мягер В. К. Диэнцефальные нарушения и неврозы. – Л., 1976.
18. Неврозы и пограничные состояния /Под ред. В. Н. Мясищева, Б. Д. Карвасарского, А. Е. Личко. – Л., 1972.
19. Свядощ А. М. Неврозы. – М., 1982.
20. Семке В. Я. Истерические состояния. – М., 1988.
21. Слуцкий А. С. Групповая эмоционально-стрессовая психотерапия в клинике пограничных состояний. – М., 1984.
22. Спиваковская А. С. Профилактика детских неврозов. – М., 1988.
23. Эберлейн Г. Страхи здоровых детей. – М., 1981.
24. Яковлева Е. К. Патогенез и терапия невроза навязчивых состояний. – Л., 1959.
25. Яковлева Е. Н., Зачепицкий Р. А. Роль неправильного воспитания в патогенезе неврозов. – Л., 1960.
26. Якубик А. Истерия. – М., 1982.

testme.org.ua

Динамика научных представлений о неврозах: от биологической модели – к культурной

Николаев Е. Л., Суслова Е. С. (Чебоксары)

Николаев Евгений Львович

– член научно-редакционного совета журнала «Медицинская психология в России»;

– доктор медицинских наук, профессор Чувашского государственного университета (г. Чебоксары).

Суслова Елена Станиславовна

– кандидат психологических наук, медицинский психолог Республиканской психиатрической больницы (г. Чебоксары).

Аннотация. В обзоре рассматриваются многочисленные концепции формирования неврозов и невротических расстройств. В историческом плане можно выделить три крупных подхода к изучению неврозогенеза – биологический, психологический и культурный, которые на сегодняшний день интегрируются в биопсихосоциальную концепцию неврозов.

Ключевые слова: неврозы, невротические расстройства, неврозогенез, биопсихосоциальная концепция неврозов.

Ссылка для цитирования размещена в конце публикации.

Многолетняя традиция изучения невротических расстройств имеет сложную и противоречивую историю, которая тесно связана с историей психиатрии и клинической (медицинской) психологии. Одно из наиболее распространенных на сегодняшний день в теории и практике отечественной психиатрии и клинической психологии пониманий невроза и невротических расстройств восходит к определению Б. Д. Карвасарского (1980): невроз – психогенное, как правило, конфликтогенное, нервно-психическое расстройство, заболевание личности, возникающее в результате нарушения особо значимых жизненных отношений человека и проявляющееся в специфических клинических феноменах при отсутствии психотических явлений.

В классификации психических и поведенческих расстройств Международной классификации болезней 10 пересмотра (МКБ-10, 1994) невротические расстройства, связанные со стрессом и соматоформные расстройства объединены в одну большую группу (F40-48) в силу их исторической связи с концепцией невроза. При этом в клинической картине отмечено довольно частое сочетание симптомов, в особенности, тревоги и депрессии.

На наш взгляд, на сегодняшний день можно выделить три крупных подхода к изучению проблемы неврозов и невротических расстройств – биологический, психологический и социокультурный (табл.). Несмотря на то, что в их основе лежат различные ориентиры, они во многом взаимосвязаны, поэтому данное разграничение носит в известной мере условный характер.

Биологические модели неврозов. Впервые понятие «невроз» введено в научную терминологию шотландцем W. Cullen в 1776 году. Неврозами он назвал заболевания, не имеющие определенного патолого-анатомического эквивалента. Позже от группы неврозов стали отделять формы, патологическая анатомия которых была установлена (Хорошко В. К., 1943).

Сравнительная характеристика научных представлений
о формировании невротических расстройств

Такое представление о неврозах не теряет своей актуальности на протяжении более полутора веков, когда под наименованием общих неврозов подразумеваются такие болезни нервной системы, в которых, несмотря на прижизненные тяжелые и опасные симптомы, по смерти не находится никаких анатомических изменений, способных объяснить болезненные явления. В таких случаях со стороны нервной системы предполагается существование только молекулярных изменений. Клинические явления при этом могут быть весьма разнообразны (Кожевников А. Я., 1904).

Обобщенно неврозы, функциональные нервные расстройства или психоневрозы характеризуются как заболевания обратимые, протекающие более или менее благополучно, хотя и не всегда легко. Кроме того, для этой группы заболеваний отмечено отсутствие патологической анатомии. Проявление этих заболеваний касаются и соматической, и психической сферы, они касаются всех органов и систем (Хорошко В. К., 1943).

Таким образом, в первых научных моделях неврозов основополагающим фактором их разграничения от другой патологии является наличие или отсутствие структурных изменений на уровне органов или систем.

Часть ученых, в частности немецкий психиатр О. Бумке, на основе анализа существовавших в тот момент теорий приходит к отрицанию существования неврозов как обособленных болезненных форм, считая, что в этой области первоначальные чисто нозологические понятия должны быть заменены представлениями об определенных типах реакций (Шевалев Е. А., 1928).

В России методологической базой, позволившей установить физиологические механизмы формирования неврозов, на долгие годы стало учение И. П. Павлова или теория «нервизма» (Гиляровский В. А., 1954).

Сам И. П. Павлов под неврозами понимает длительные, продолжающиеся недели, месяцы и даже годы отклонения от нормальной высшей нервной деятельности. Эти отклонения он рассматривает с позиции перенапряжения раздражительного или тормозного процесса и перенапряжения подвижности этих процессов, столкновения возбуждения и торможения – их сшибки. При наличии этих условий, на его взгляд, нарушается нормальная высшая нервная деятельность, происходят ее срывы (Павлов И. П., 1949).

Физиологическая сущность неврозов, по мнению Б. Н. Бирман (1939), может быть сведена к функциональным нарушениям силы уравновешенности и подвижности основных нервных процессов, а также к силовым взаимоотношениям коры и подкорки и сигнальных систем. П. К. Анохин, предлагая свой опыт физиологического анализа невротических состояний, считает, что в невротическом состоянии имеет место перевозбуждение в тех системах, которые долгое время находились в конфликтном, взаимно усиливающем друг друга состоянии, и, в конце концов, организуется нечто вроде хронического застойного высоко повышенного возбуждения.

Неврозы – это не процесс движения различных «психических динамизмов» – это проявление физиологической дезорганизации в соотношении коры и подкорки, первой и второй сигнальных систем, которыми и определяется конкретный клинический синдром, отражающий и определенную психическую дезорганизацию в форме тех или иных болезненных переживаний. (Иванов Н. В., 1970).

Многие исследователи, не отрицая физиологической стороны этого заболевания, указывают на психогенный характер его происхождения. В качестве основных признаков неврозов выделяются: психогения, а также сложное построение ответных неадекватных реакций с вовлечением психических и соматических механизмов данной личности и фиксация этих реакций на длительный срок в форме приступов или непрерывного проявления (Эмдин П. И., 1934).

Неврозы – есть суть психогенные заболевания, связанные в той или иной степени с конфликтными переживаниями (Бирман Б. Н., 1939). Н. К. Боголепов (1939) особо подчеркивает значимость психогенного фактора в свете того, что понятие «невроз», как очень условное понятие, имеет большую амплитуду и фактически часто включает в себя и обострение конституциональных состояний, и реакций, и развитие личности. Он указывает, что во время крушений, землетрясений и других ситуаций, угрожающих жизни, бодрствующие заболевают тяжелыми формами травматического невроза, в то время как находившиеся в состоянии сна и не слыхавшие катастрофы остаются здоровыми.

Схожая позиция у Ю. В. Каннабиха (1935), который выделяет группу патологических явлений, «невроз», как имеющую специфическое качество – психогению. Психогенный момент, на его взгляд, получает различное дальнейшее оформление: 1) в самой психике, 2) в психомоторике, 3) в вегетатике и в целом ряде других соматических функций. То или иное оформление психогенного момента зависит от структуры личности и особенностей организма.

Психогенными факторами могут быть противоречия, конфликты между примитивными, инстинктивными влечениями, желаниями и социальными требованиями и запретами, а также социальной направленностью не вполне полноценных для данных ситуаций личностей вследствие диссоциации между глубинными эгоистическими побуждениями и альтруистическими требованиями и целевыми установками (Ющенко А. И., 1934).

Заметно, что собственно биологическая платформа неврозов значительно расширяется за счет учета влияния социальных факторов, в большей степени – общественных отношений, что во многом продиктовано идеологической ситуацией в стране.

В. А. Гиляровский, разбирая узловые моменты в проблеме неврозов, пишет, что неврозы – это болезненно переживаемые и сопровождаемые расстройствами в соматической сфере срывы личности в ее общественных отношениях, вызванные психическими факторами, и не обусловленные органическими изменениями, с тенденцией к активной переработке и компенсации. В очень многих случаях эта компенсация наступает тотчас по возникновении болезненных сдвигов, вызванных психической травматизацией. Он считает, что стойкими и дающими право говорить о болезни они становятся, когда находят особенно благоприятные условия в личности в форме врожденной неустойчивости, слабости общей или касающейся отдельных систем. Указывает на изменения личности при неврозе и в биологических компонентах, но в качестве основного для него рассматривает расстройства, связанные с нарушением общественных отношений (Гиляровский В. А., 1934).

В 40-е годы, с учетом опыта Великой Отечественной войны, представления о неврозах и их формах расширяются, что позволяет сгруппировать их следующим образом:

– неврозы истощения и астенические состояния не обусловленные инфекционными, токсическими, сосудистыми или иными органическими заболеваниями мозга;

– неврозы, характеризующиеся навязчивыми состояниями и проявлениями тревожной мнительности;

– все варианты истерических нарушений, включая истеротравматические расстройства;

– все прочие реактивные неврозы, описываемые под названием эмоциональных неврозов, неврозов испуга или острых психогенно-реактивных состояний (Горовой-Шалтан В. А., 1949).

Биологический подход к изучению неврозов также проявляется в их сопоставлении с психозами и иными выраженными психическими нарушениями и их последствиями.

Например, М. О. Гуревич описывает невроз как доброкачественное, обратимое заболевание функционального характера, не основанное на деструктивных поражениях нервной системы. К неврозам он относит заболевания, при которых нет свойственных психозам нарушений личности, вследствие чего неврозы не дают таких социальных последствий, как психические заболевания, и сопровождаются сознанием своей болезни. Он указывает на тесную связь эмоций с вегетативной нервной системой, что обусловливает возможность их взаимодействия, при котором, с одной стороны, эмоциональные колебания отражаются на соматических функциях, а с другой – соматические нарушения приводят к эмоциональным расстройствам (Гуревич М. О., 1949).

Непсихотический характер нарушений при неврозах нередко приводит к недостаточной оценке тяжести состояния страдающих ими пациентов. Так, Л. Л. Рохлин пишет, что неврозы – сравнительно легко излечимые нервные расстройства, при которых не нарушается правильное понимание окружающего, не извращается отношение к обществу, нет резких изменений поведения. Люди, страдающие неврозами, дополняет он, хотя и испытывают плохое самочувствие, страдают от своих нервных расстройств и имеют пониженную работоспособность, в то же время большей частью свои неполадки в деятельности нервной системы переносят «на ходу», не прекращая работы и существенно не изменяя повседневного образа жизни (Рохлин Л. Л., 1967).

Как показано, биологическая платформа неврозогенеза не является однородной и не опирается исключительно на теорию нервизма. В работах многих ученых, стоящих на ее позициях, прослеживается понимание роли психосоциальных факторов в происхождении неврозов и невротических расстройств и их течении.

В. Н. Мясищев еще в 1935 г., объясняя психоневроз как болезненное нервно-психическое состояние, возникающее вследствие противоречий между личностью и окружающей ее действительностью, отмечает, что это противоречие создает значительное аффективное напряжение личности, продуктивно, рационально не перерабатываемое и потому дает картину болезненных функциональных нарушений (Мясищев В. Н., 1935). При этом в зависимости от особенностей переработки личностью травмирующей ситуации, в построении клинической картины, точнее, в выдвижении на первый план определенных симптомов, имеют существенное значение основные отношения личности к ситуации (Иванов Н. В., 1970).

Несмотря на то, что нейрофизиологический подход значительно обогатил общую теорию неврозов, психосоциальное понимание данной патологии в рамках биологической концепции не получило серьезного развития. Психологические модели неврозогенеза восполняют этот пробел.

Психологические модели неврозов. Первые наиболее значимые попытки создания психологической модели формирования неврозов связаны с теоретическими постулатами психоанализа. Психоаналитические концепции невроза объясняют его возникновение подсознательными психологическими факторами – подсознательные элементы укрыты психологическими покровами, сквозь которые можно проникнуть лишь с помощью психоаналитических толкований (Александров А. А., 2004).

В классической теории психоанализа выделяют несколько типов невроза:

– психоневроз, который обусловлен причинами, относящимися к прошлому, и объясним только в терминах личности и истории жизни;

– актуальный невроз, который связан с причинами, относящимися к настоящему, и объясним в терминах сексуальных привычек пациента;

– нарциссический невроз, при котором пациент не способен к образованию переноса;

– невроз характера, при котором симптомами являются черты характера;

– травматический невроз, который вызывается потрясением;

– невроз переноса, который развивается в ходе психоанализа при навязчивом интересе пациента к психоаналитику (Карвасарский Б. Д., 2006).

Основоположник психоанализа З. Фрейд считал появление страха, который мобилизуется из-за активировавшихся дериватов влечений, пусковым механизмом невротического конфликта. Эго, с одной стороны, выполняет функцию источника страха, с другой – выступает как агент переработки конфликта. Ид использует этот страх как сигнал, исходящий от инстинктов опасности и запускает те действия, которые обозначаются как «защита». Защита служит цели не допустить до осознания мобилизованное неудовольствие (страх): оно ограничивает или исключает вызывающую неудовольствие опасность (Хайл-Эверс А. и др., 2001).

К. Юнг полагал, что невроз развивается вследствие диссоциации личности в результате образования комплексов, представляющих собой соотношение мыслей, чувств и образов. Комплексы, по его мнению, могут принимать различные формы и образовываться в силу разных механизмов – психических травм, моральных конфликтов (Jung C. G., 1968).

В работах А. Адлера невроз рассматривается как расстройство с разнообразной симптоматикой. Невроз, по его мнению, это естественное, логическое развитие индивидуума, сравнительно неактивного, эгоцентрически стремящегося к превосходству и поэтому имеющего задержку в развитии социального интереса, что наблюдается постоянно при наиболее пассивных изнеженных стилях жизни (Adler A., 1956).

По мнению К. Хорни, основой невроза является базальная тревога, связанная с ощущением беспомощности во враждебном мире. Базальная тревога возникает вследствие базальной враждебности, вызванной тем, что родители не способствуют удовлетворению потребности ребенка в безопасности. Невротики в реагировании на различные ситуации опираются только на одну из трех стратегий межличностного поведения: «от людей», «против людей» и «к людям» (Horney K. , 1950).

Попытки применения психоанализа к пониманию поведения привели к появлению концепции невроза, согласно которой невроз является результатом неправильных реакций организма на угрозу, фиксируемых как срывы приспособления в ситуации кризиса (Rado S., 1956).

В гуманструктурной модели Г. Аммона в основе невроза лежит интегрированная и функционирующая личность, у которой отмечается повреждение отдельных областей переживания и поведения с постепенным нарушением психических функций. Из-за поврежденного внутреннего отграничения при неврозе нарушена способность к вытеснению непреодоленного Эдипова комплекса (Александров А. А., 2004; Аммон Г., 1996).

Современные последователи психоаналитического направления уверены, что конфликты, ведущие к возникновению неврозов, развиваются в трехсторонней системе отношений. Содержательно эти конфликты характеризуются желанием удовлетворения влечений или нарциссических потребностей с помощью противоречащих друг другу желаний зависимости и автономии. Формы интеракции, которые связаны с возникшими невротическими попытками решения, являются регрессивными по своей сути (Хайл-Эверс А. и др., 2001).

Бихевиористская теория рассматривает эмоциональное нарушение с точки зрения случайных условных реакций, возникших ранее в жизни пациента. Для устранения этих условных рефлексов недостаточно простого знания пациента о них или его желания – требуется выработка «условных контррефлексов» под руководством компетентного поведенческого терапевта (Александров А. А., 2004).

Неудивительно, что исследования Д. Вольпе были нацелены на экспериментальное изучение развития и излечения неврозов у животных. Неврозы вызывались им в ситуации научения и с помощью методик научения животные могли быть возвращены к нормальному состоянию. На основе этих данных им разработывались методики лечения неврозов у людей (Корсини Р., Ауэрбах А., 2003).

Характерно, что в поведенческом направлении не существует единой модели расстройств для неврозов, но есть специфичные теории, которые рассматривают нарушенное поведение как приобретаемое и применяемое на любом этапе жизни. В основу данного направления положена биопсихосоциальная модель болезни, предложенная Г. Энгелем (Хайл-Эверс А. и др., 2001).

Когнитивная теория, дополняющая поведенческую модель неврозогенеза, предполагает, что проблемы невротической личности вытекают в основном из неких искажений реальности, основанных на ошибочных предпосылках и допущениях. Эти неправильные представления возникают в результате неправильного научения в процессе познавательного или когнитивного развития личности (Александров А. А., 2004).

Так, теория А. Эллиса описывает возникновение невротических нарушений в связи с функционированием иррациональных установок, которые представляют собой жесткие связи между дескриптивными и оценочными когнициями типа предписания, требования, обязательного приказа, абсолютного характера (Карвасарский Б. Д., 1998).

Современник А. Эллиса А. Бек исходит из положения, что психологические нарушения, предшествующие этапу нейрофизиологических расстройств, связаны с абберацией мышления. А. Бек понимал под ним нарушения на когнитивной стадии переработки информации, которые искажают видение объекта или ситуации и являются причиной ложных представлений, самосигналов и неадекватных эмоциональных реакций (Карвасарский Б. Д., 1998).

Представители экзистенциально-гуманистического направления психологии рассматривают происхождение неврозов и иных психологических проблем личности по-иному. С точки зрения К. Роджерса, восприятие, мышление, чувства, переживания и поведение человека существенно определяются его Я-концепцией, а Я-концепция понимается как конденсат, сгусток всех субъективных знаний о самом себе. Постановку диагноза он считал ненужной для психотерапии, поскольку, по его мнению, могло быть потеряно непредвзятое отношение к клиенту. На этом основании им разработана теория нарушений и неврозов, не ориентированная на диагноз и нозологию. Центральное положение его теории нарушений – восприятие клиентом неконгруэнтности между Я-концепцией и переживанием и поведением (Хайл-Эверс А. и др., 2001).

В соответствии с представлениями В. Франкла, основой формирования неврозов является не психогения, а экзистенциальный вакуум, когда человек в силу разнообразных причин утрачивает смысл жизни, а его стремление к нахождению конкретного смысла в личном существовании блокируется. Такие неврозы В. Франкл называет ноогенными. Причиной их широкого распространения он видит двойную утрату – утрату базисных животных инстинктов и разрушение многовековых традиций (Менделевич В. Д., Соловьева С. Л., 2002).

Среди отечественных психологических моделей невроза наибольшее признание получила концепция В. Н. Мясищева, согласно которой, в основе невроза, как психогенного заболевания, лежит неудачно, нерационально и непродуктивно разрешаемое личностью противоречие между нею и значимыми для нее сторонами действительности. Неумение найти рациональный и продуктивный выход влечет за собой психическую и физиологическую дезорганизацию личности (Мясищев В. Н., 1960).

Существенный интерес представляет концепция этиопатогенеза психической патологии В. А. Ананьева (1998, 2003) о структурном аттракторе болезни. Согласно этому подходу психопатологические процессы связаны с индивидуальным опытом формирования личности, историей ее существования и являются адаптационно-компенсаторными процессами. Личность, являясь частью патологической функциональной системы, несет ответственность за выбор вариантов развития патологического процесса в сторону благоприятного или неблагоприятного результата.

Культурные модели неврозов. Культурный подход подразумевает учет в проблематике психического здоровья такого мощного фактора, как культура. По мнению американского психолога Д. Мацумото, культура – это динамическая система правил, установленных группами с целью обеспечить свое выживание, включая установки, ценности, представления, нормы и модели поведения, общие для группы, но реализуемые различным образом каждым специфическим объединением внутри группы, передаваемые из поколения в поколение, относительно устойчивые, но способные изменяться во времени (Д. Мацумото, 2002).

В отношении неврозов в последние десятилетия появились научные сообщения о том, что особенности некоторых культур не только затрудняют выявление и оценку неврозов, но и существенно влияют на возможность формирования невротических расстройств. Отказ от европоцентристской позиции позволяет переформировать вопрос о формах существования неврозов в различных культурах в гипотезу, что некоторые типы культур обуславливают возможность формирования у своих представителей особого типа реагирования или типа психических расстройств – неврозов (Миневич В. Б., Рожков С. А., 1995).

Подобная мысль у К. Хорни (1993) звучит так: невозможно оценивать проявления неврозов в отрыве от культуры. Современную культуру она характеризует, как содержащую в себе множество противоречий:

– противоречие между соперничеством и стремлением к успеху, с одной стороны, и братской любовью и человечностью – с другой;

– противоречие между стимуляцией потребностей (реклама, идеал определенного образа жизни) и фактическими препятствиями на пути их удовлетворения;

– между утверждаемой свободой человека и всеми его ограничениями.

В европейской культуре она подчеркивает нормативное стремление к успеху, соперничество, желание заработать больше того минимума, который необходим для существования. Здесь человек, не стремящийся к достижению более высокого положения и предпочитающий ничем не выделяться, может быть оценен как невротическая личность (Хорни К., 1993).

По мнению А. Б. Холмогоровой (2006), в культуре могут содержаться самые разные ценности и установки, но в определенных культурах и в определенные исторические моменты некоторые из них начинают доминировать. Она выделяет ценности, способствующие разобщению, изоляции людей, принуждающие их прятать свою человеческую сущность, свои чувства и переживания, которые являются дезадаптивными и называет их культурным «диатезом» или фактором уязвимости в отношении определенных форм психической патологии.

Миневич В. Б. и Рожков С. А. (1995) в качестве условий формирования неврозов у большего количества людей в условиях европейской культуры описывают развитие индивидуализма, который в сравнении с коллективизмом не способен дать человеку чувство защищенности.

Также исследованиями установлено, что характерные для западной культуры культ силы и рациональности ведут, с одной стороны, к росту числа негативных эмоций, а с другой – запрету на их переживание и выражение. При этом нарушаются доверительные контакты с людьми и резко затрудняется психологическая переработка эмоций, а значит, происходит их постоянное накопление, при этом психика работает по принципу «парового котла без клапана» (Холмогорова А. Б., Гаранян Н. Г., 1999).

Рассмотрение проблемы неврозов в культурах, отличных от европейской, связано с целым рядом трудностей, из которых отсутствие такого понятия в этих культурах, не самая большая. Вообще само существование такого психического феномена как невротические расстройства у некоторых народов представляется достаточно проблематичным (Миневич В. Б., Рожков С. А., 1995).

Например, у бурят и монголов болезнью считаются только тяжелые изнурительные соматические расстройства. Любые другие жалобы рассматриваются как постыдная слабость. Мужчина не имеет права на подобного рода высказывания, так как сразу подвергается остракизму. Со стороны женщин, традиционно находящихся в подчиненном мужчинам положении, жалобы невротического характера рассматриваются как леность со следующим за этим порицанием. Чрезвычайно выносливые буряты и монголы обращаются к шаманам, буддистским врачам или современным медицинским работникам лишь при очень тяжелых болезнях (Дэмирнаа Н., Манжеев А. С., 1994).

В чувашской культуре оценка здоровья человека производится не по наличию или отсутствию тех или иных болезненных симптомов, а по способности трудиться. Считается, что человек здоров тогда, когда он может работать и наоборот. Праздность и безделье в глазах окружающих являются весомым основанием для отнесения человека к категории физически неполноценных. Нежелание работать однозначно расценивается как фактор, неминуемо ведущий к потере здоровья (Николаев Е. Л., 2006).

Размытость представлений об индивидуальном здоровье, тенденция его связи с состоянием окружающих является еще одной особенностью представлений чувашей о здоровье и болезни. Иллюстрацией этого положения может послужить традиция рассмотрения ссор и конфликтов в качестве важного фактора, провоцирующего возникновение расстройств, которые с клинической точки зрения могут быть расценены как невротические и психосоматические. Так, у чувашей считается, что переживание злобы и ненависти может вызвать болезнь не только у конфликтующих сторон, но и случайно «перейти» к постороннему человеку. Как представляется, это обычно происходит в пути, в дороге, поэтому данное состояние называют «дорожным злом», «злом пройденной дороги» или «злом порчи гневом». Считается, что восприятие негативных эмоций во время чужой драки или даже ссоры может сопровождаться появлением соматоформных реакций в виде сильных головных болей, болей в животе, рвоты, другой симптоматики (Магницкий В., 1881; Месарош Д., 2000; Ашмарин Н. И., 2003; Никольский Н. В., 2004).

По воззрениям африканцев – жителей Мали, любая болезнь – всегда состояние тотальное. Она посягает не на обособленный орган, а на человека в целом. Человек подвергается обострению язвы желудка, астматическому удушью или горячечному бреду в единстве своих соматических (нарушена работа тела), душевных (эмоциональное потрясение) и социальных (вынужденное прекращение выполнения социальных функций) проявлений. Поэтому африканская народная терапия с европейской точки зрения одновременно и сомато-, и психо-, и социотерапия – она лечит человека от постигшей его тотальной дисгармонии (Кулибани С., Заика Е. В., 1993).

С точки зрения культурного подхода, неврозы и невротический уровень реагирования определенно являются феноменом, присущим именно западной культуре новейшего времени (Миневич В. Б., Рожков С. А., 1995).

Однако в последние десятилетия многие ценности западного образа жизни стали усваиваться и российским обществом. Так, А. Б. Холмогорова (2006) подтверждает, что перфекционистские стандарты современного западного общества распространяются в России, оказывая влияние на психическое благополучие детей и взрослых. В частности, в обеспеченной части общества формируется запрос на элитные образовательные учреждения с интенсивными нагрузками и перфекционистскими стандартами, основная цель которых – вложить максимум знаний, навыков и умений, воспитать «выставочные» экземпляры». Родителям кажется, что таким образом они смогут обезопасить будущее своего ребенка, помочь ему адаптироваться в современной жизни.

Действие культурных факторов выражается и в распространении высоких стандартов в отношении внешнего вида, плохо совместимых с физическим и психическим благополучием. Индустрия, направленная на коррекцию фигуры, пропагандирует нереалистично низкий вес у женщин и стандарты мужской фигуры, связанные с интенсивным наращиванием мышечной массы. Изнурительные диеты и занятия фитнесом у женщин и бодибилдингом у мужчин становятся знаком времени. В свою очередь, сверхценные идеи похудания у женщин и наращивания мышечной массы у мужчин, выражающиеся в нарушении приема пищи, в повышенных физических нагрузках, в постоянном недовольстве собой, могут вести к депрессии и невротическим нарушениям (Холмогорова А. Б., 2006).

Иная точка зрения на неврозогенез в условиях российской культуры описана В. Д. Менделевичем и С. Л. Соловьевой (2002). Наиболее существенными в формировании неврозов им видятся традиции, по которым в обществе запрещено или не поощряется прогнозирование человеком отрицательного исхода собственной деятельности и субъективно значимых событий, что формирует так называемую антиципационную несостоятельность – характерную черту личности потенциального пациента с неврозом. Подобные традиции накладывают табу на разновариантное прогнозирование, диктуя человеку необходимость ожиданий лишь эмоционально положительных событий. В условиях неспрогнозированности возникновение нежелательного события оказывается психотравмирующим по звучанию и способствует формированию отклоняющихся невротических стереотипов поведения.

Часть авторов видит в развитии неврозов и иных психических нарушений влияние современной массовой культуры, которая через интенсивные развлекательные технологии ведет к деформации образа мира. Так, можно сказать, что глянцевые журналы творят себе кумиров, подражание которым творит невротиков, для которых, в свою очередь, есть специальные глянцевые журналы (Тхостов А. Ш., Сурнов К. Г., 2006).

В связи с такой постановкой проблемы, массовая культура описывается как уродливое проявление технократической цивилизации, основанной на системе ложных ценностей, связанных с неистовым потреблением, постоянно превышающим физиологические потребности и возможности организма, как формирующая постоянно стрессированного человека с ощущением незащищенности перед движениями агрессивного мира и постоянной внутренней неустойчивостью. Такой «невротический» человек тревожен, мнителен, подвержен страхам, вместе с тем у него исчерпан кризис сочувствия, он тотально безразличен, полон агрессии, неутолимых желаний, ощущений упущенных возможностей и уходящего времени (Безносюк Е. В., Князева М. Л., 2003).

Фактором неврозогенеза могут выступать не только избыточное насилие, непереносимая или слишком ранняя травматизация. Не менее важный источник – избыточное облегчение условий существования, превращающееся в тормоз развития навыков самостоятельности, сепарации, или даже построения устойчивых границ субъекта (Тхостов А. Ш., Сурнов К. Г., 2006).

Так, например, значимым условием для развития синдрома инфантильной личности, названного А. Ш. Тхостовым и И. В. Плужниковым (2007) феноменом «злокачественного инфантилизма», является патогенное влияние культуры, романтизация детства, всеобщая и неконтролируемая гуманизация современного общества, часто граничащая с вседозволенностью.

Более того, культурные влияния на формирование психопатологии в современном обществе не ограничиваются только развитием невротических расстройств. Постоянное совершенствование технологий социокультурной манипуляции развитием человека, стремительное увеличение числа гуманитарных инноваций и технических средств удовлетворения и формирования его потребностей, да и весь культурно-исторический процесс в целом, закономерно порождают, кроме известных достижений, также и новые формы патологии, не существовавшие ранее (Тхостов А. Ш., Сурнов К. Г., 2006).

Таким образом, история научного изучения неврозов насчитывает не одно столетие, на протяжении которых первые представления о них носили естественнонаучный характер. Начало распространения психологических моделей неврозогенеза связано с зарождением психоанализа. Психологические представления о неврозах позднее обогатились новыми данными о вкладе социокультурных факторов в неврозогенез. В рамках культурного подхода механизмы и модели формирования невротических расстройств во всей широте их клинических проявлений описываются по-разному, но в целом они существенно дополняют общую распространенную на сегодняшний день биопсихосоциальную концепцию неврозогенеза.

Литература

Ссылка для цитирования

Николаев Е.Л., Суслова Е.С. Динамика научных представлений о неврозах: от биологической модели – к культурной. [Электронный ресурс] // Медицинская психология в России: электрон. науч. журн. 2011. N 5. URL: http:// medpsy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 «Библиографическая ссылка» (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.

mprj.ru