Расстройства сна лечение психиатрия

Справочник по психиатрии

Лечение расстройств сна

Немедикаментозная терапия. Случайная бессонница или симптоматические расстройства сна устранимы и без снотворных средств, значение которых в борьбе с бессонницей иногда преувеличивается. Нередко для улучшения ночного сна достаточно исключения нарушающих его внешних факторов или выполнения элементарных гигиенических мероприятий. Эффективны также физические методы лечения, способствующие снижению общей возбудимости и оказывающие седативное действие. Наиболее широко применяются гидропроцедуры: индифферентные (33—35° C) или теплые (37—38° С) ванны продолжительностью до 25—30 мин, хвойные, шалфейные и кислородные, теплые ножные ванны, влажные укутывания. Из электропроцедур эффективны общий электрофорез с бромидом калия или натрия, кальций-гальванический воротник по Щербаку и, наконец, электросон. Большое значение имеет психотерапия, особенно показана больным с фобиями, тревожным ожиданием бессонных ночей, гипертрофированным страхом за нарушенное в связи с агрипнией здоровье.

Медикаментозная терапия. При длительной и стойкой бессоннице, даже если это симптом соматического или неврологического заболевания, наряду с лечением основного страдания необходимо назначение снотворных. Отсутствие сна субъективно тяжело переносится, ухудшает общее состояние и может осложнить основное заболевание. Кроме того, бессонница может привести к делирию при алкоголизме, сыпном тифе и других заболеваниях.

Снотворные показаны также при невротических реакциях, различных психических заболеваниях (реактивные и аффективные психозы [При маскированных депрессиях расстройства сна могут стать основной жалобой больных.] , шизофрения, эпилепсия и др.), сосудистом поражении головного мозга и интоксикациях (состояния абстиненции при хроническом алкоголизме и наркоманиях, передозировка стимуляторов и др.), если они сопровождаются расстройствами сна.

Препарат назначают строго за полчаса—час до отхода ко сну. Наиболее частая ошибка больных — прием снотворного уже в постели, с последующим томительным ожиданием их действия, дополнительно нарушающим сон.

В основе тактики лечения лежат индивидуальный подход, учет не только формы бессонницы и общего состояния больного к моменту начала терапии, но и его личности, ритма сна и бодрствования в период, предшествующий агрипнии, эффективности применявшихся ранее медикаментозных средств и т. д.

Выделяют расстройства засыпания, глубины и продолжительности сна. Если агрипния сводится к расстройствам засыпания и не сопровождается нарушением глубины и длительности сна, то в легких случаях достаточно препаратов валерианы или димедрола (0,03—0,05 г) [Дозы, указанные в этом разделе, — однократные (на ночь) для достижения гипнотического действия.] , дипразина, пипольфена (0,025—0,05 г).

Более сложные терапевтические мероприятия необходимы при стойких расстройствах засыпания, а также при нарушениях глубины и длительности сна. Это часто возникает при невротических, реактивных депрессиях и других психогениях. Нерезкие агрипнические расстройства, проявляющиеся в недостаточной глубине сна (больные не чувствуют себя утром полностью отдохнувшими), лечат легкими снотворными из группы бромкарбаминов.

Карбромал (адалин), дозы 0,3—0,5; бромизовал (бромурал), дозы 0,3—0,75 г. Применение этих средств не сопровождается кумуляцией, они легко расщепляются и быстро выводятся из организма. При раннем пробуждении, наиболее частом у больных церебральным атеросклерозом, в некоторых случаях эффективна комбинация снотворных с теобромином или даже кофеином (0,05—0,1 г). Эти препараты улучшают мозговое кровообращение и тем самым способствуют ликвидации гипоксии как одной из причин раннего пробуждения.

При бессоннице, резистентной к мягкодействующим гипнотикам и транквилизаторам, применяют снотворные препараты с выраженным гипнотическим эффектом. Большинство из них — производные барбитуровой кислоты. Достаточную продолжительность сна (6—8 ч) обеспечивают следующие препараты.

Барбитал (веронал), дозы 0,25—0,5 г; выводится из организма очень медленно, в течение нескольких дней, с чем связано нередкое последействие; барбитал-натрий (мединал), дозы 0,3—0,6 г; гипнотический эффект более выражен и обнаруживается быстрее, чем у веронала; фенобарбитал (люминал), дозы 0,1—0,2 г; кумуляция встречается реже, чем у веронала; дает не только гипнотический, но и седативный эффект, в связи с этим применяется при ряде вегетативных нарушений; барбамил (амитал-натрий), дозы 0,1—0,2 г. Растворим в спирте и воде, может применяться в клизмах и свечах; этаминал-натрий (нембутал), дозы 0,1—0,2 г; по действию близок к барбамилу, однако в организме разрушается быстрее, лучше переносится; циклобарбитал (фанодорм), дозы 0,1—0,2 г; действие короче, чем у барбамила. Несмотря на отчетливый и надежный гипнотический эффект, показания к применению барбитуратов ограничены. По данным электрофизиологических исследований, большие дозы барбитуратов нарушают смену фаз сна. Большинство препаратов этой группы медленно расщепляется и выводится из организма. Барбитураты подавляют диурез. Все это предрасполагает к кумуляции и интоксикации и определяет противопоказания к применению барбитуратов — заболевания печени, почек, тяжелая сердечная декомпенсация. Барбитураты оказывают нежелательное последействие. К барбитуратам возможно привыкание вплоть до наркомании (барбитуромания). По всем этим соображениям барбитураты можно назначать лишь на непродолжительное время, а также эпизодически в связи со случайными расстройствами сна.

К группе снотворных с отличной от барбитуровых производных химической структурой, дающих сильный и продолжительный гипнотический эффект, относятся хлоралгидрат и паральдегид. Эти препараты в связи с токсичностью, побочными явлениями, быстрым привыканием к ним в настоящее время применяются редко, однако полностью своего значения не утратили; в частности, их иногда используют в гериатрической клинике.

Хлоралгидрат в качестве снотворного назначается в дозах 0,5—1 г внутрь и в клизмах; даже у возбужденных больных вызывает достаточно глубокий и продолжительный сон. В связи с токсичностью противопоказан при заболеваниях печени, сердца, а также при гипотонии. Возможно привыкание (хлораломания).

Паральдегид (парацетальдегид), дозы 2—4 г. Оказывает быстрое гипнотическое действие, малотоксичен. Однако применение его крайне ограничено в связи с легким привыканием.

Развитие клинической психофармакологии сузило показания к применению традиционных снотворных средств (барбитураты и др.). Психофармакологические препараты, обладающие гипнотическими свойствами, — мягкие, щадящие и в то же время достаточно эффективные средства борьбы с бессонницей. Они лишены большинства недостатков, свойственных барбитуратам. Даже при длительной терапии не отмечается кумуляции, хроническая интоксикация и привыкание к ним встречаются редко.

Особенно показаны психофармакологические средства в случаях расстройств сна при неврозах, реактивных психозах, декомпенсации психопатий, циклотимии и эндогенных психозах, сосудистых поражениях головного мозга, травматической энцефалопатии, алкогольных, соматогенных и других психозах. В клинической картине в этих случаях, помимо агрипнических расстройств, присутствуют фобии, в частности боязнь не уснуть, страх темноты, кардиофобия и другие тревожные опасения за свое здоровье, а также обсессивные явления иного содержания, повышенная раздражительность, возбудимость, гиперестезия, чувство внутреннего напряжения, подавленность, тоскливое настроение. Преобладающие на протяжении всего дня тревога и фобии к вечеру усиливаются. У некоторых лиц (чаще при алкогольной абстиненции и органическом поражении ЦНС) наряду с этим при засыпании отмечается ряд вестибулопатических и вегетативных расстройств — головокружение, ощущение падения, вращения окружающих предметов, тошнота и потливость. В этих случаях показаны психотропные средства, главным образом из группы транквилизаторов. Редукция расстройств сна обычно сопутствует улучшению общего состояния, поэтому медикаменты назначают не только вечером, но и утром и днем. Когда расстройства сна возникают в рамках гипертимических, маниакальных (гипоманиакальных) состояний или сочетаются с повышенной дневной возбудимостью, раздражительностью, транквилизаторы (при необходимости нейролептики) также назначают не только на ночь, но и утром и днем. Иногда целесообразна комбинированная терапия. Транквилизаторы или нейролептики с гипнотическими свойствами сочетаются со стимуляторами (сиднокарб, центедрин) и ноотропами (пирацетам, энцефабол) при утренней вялости с жалобами на сонливость, пониженную работоспособность; транквилизаторы сочетаются и с антидепрессантами в случаях преобладания астенодепрессивных и депрессивных расстройств.

С такой целью в вечернее время назначают препараты, обладающие как транквилизирующими, так и гипнотическими свойствами, способствующие купированию усиливающихся к ночи тревожных опасений, фобий, навязчивостей. Эти медикаменты (прежде всего транквилизаторы из группы бензодиазепина) облегчают и ускоряют засыпание, влияют на продолжительность и глубину сна.

Эуноктин (нитразепам, могадон, радедорм) — производное бензодиазепина; дозы 5—30 мг. Положительное действие препарата сказывается при всех расстройствах сна. Эуноктин способствует как быстрому засыпанию, так и увеличению продолжительности и глубины сна. Ночные кошмары, нередко с частыми пробуждениями, либо полностью исчезают, либо сменяются приятными сновидениями. В отличие от большинства снотворных эуноктин не вызывает утренней вялости и заторможенности, жалоб на головные боли, тяжесть в голове, головокружения. В ряде случаев по утрам отмечается даже легкий эйфоризирующий эффект: повышенное настроение, чувство бодрости, активности, исчезновение беспокоивших ранее по утрам мрачных мыслей.

Феназепам (производное бензодиазепина). Дозы, в зависимости от выраженности расстройств сна и индивидуальной чувствительности к препарату, составляют от 0,5 мг до 2 мг на ночь. По силе гипнотического действия препарат не уступает эуноктину и показан при расстройствах как засыпания, так и глубины и длительности сна. Препарат особенно эффективен при бессоннице в рамках тревожных и тревожно-депрессивных состояний, при невротической и истерической депрессии. У лиц преклонного возраста, а также в случаях сосудистого поражения ЦНС применение больших доз препарата может сопровождаться явлениями атаксии и выраженной миорелаксацией.

Другие производные бензодиазепина хотя и не оказывают столь сильного, как эуноктин и феназепам, гипнотического действия, но достаточно эффективны при расстройствах засыпания и интрасомнических нарушениях. По мере убывания гипнотического эффекта они располагаются следующим образом: элениум (хлордиазепоксид, напотон, либриум), дозы 10—20 мг; седуксен (диазепам, сибазон, валиум, апаурин), дозы 5—10—20 мг; тазепам (оксазепам, адумбран), дозы 10—20 мг; рудотель (мезапам, нобриум), дозы 10—20 мг.

В некоторых случаях при нерезко выраженных тревожных опасениях (страх не уснуть, боязнь повторения кошмарных сновидений и т. д.), головных болях, гиперестезии с удлинением засыпания показаны транквилизаторы — производные других химических соединений: андаксин (мепробамат), дозы 200—600 мг; оксилидин, дозы 20—50—100 мг.

Ряд нейролептических препаратов также обладает выраженными гипнотическими свойствами. К таким нейролептикам относятся производные фенотиазина с алифатической боковой цепью (пропазин, аминазин, терален, тизерцин), а также пиперидиновые производные фенотиазина (сонапакс), дериваты тиоксантена (хлорпротиксен) и производные дибензодиазепина — лепонекс.

Пропазин (спарин), дозы 25—100 мг. Прием указанных доз препарата на ночь обычно не вызывает утренней вялости или каких-либо иных признаков последействия. Побочные явления редки. В связи с хорошей переносимостью препарат показан при расстройствах сна в пожилом и старческом возрасте, при церебральном атеросклерозе и других органических поражениях головного мозга и др.

Терален (алимемазин), дозы 5—25 мг. Так же как и пропазин, хорошо переносится. Особенно эффективен в случаях расстройств сна при сосудистых заболеваниях, а также агрипнических расстройствах в рамках сенестопатически-ипохондрических, алгических и анестетических депрессивных состояний.

Аминазин (15—75 мг), тизерцин (12,5—50 мг) и лепонекс (клозапин, 12,5—100 мг) при расстройствах сна используются в составе комбинированной психофармакологической терапии, прежде всего у психически больных с тревогой, бредовой напряженностью, явлениями вербального галлюциноза, усиливающимися вечером и ночью. Для купирования менее тяжелой агрипнии тизерцин выпускают под названием «тизерцинетта» (специальная расфасовка тизерцина по 2 мг). В остальных случаях агрипнии показания к назначению этих препаратов значительно уже, несмотря на выраженное снотворное действие. Это связано прежде всего с заметным постсомническим эффектом (тяжесть в голове, сонливость по утрам, вялость, остающаяся иногда до полудня). Кроме того, применение этих средств у больных с сосудистыми поражениями головного мозга и соматически ослабленных, при органическом поражении головного мозга, а также в гериатрической практике нередко сопровождается рядом побочных явлений.

Хлорпротиксен (труксал, тарактан), дозы от 5 до 50—75 мг. Гипнотический эффект по сравнению с таковым у сонапакса (см. ниже) менее стоек. В малых дозах (5—15 мг) показан при пограничных состояниях как средство, ускоряющее засыпание и углубляющее сон. В больших дозах (25—75 мг) эффективен для купирования расстройств сна при тревожно-депрессивных и депрессивно-параноидных состояниях; применяется во второй половине дня и на ночь в сочетании с другими средствами психофармакотерапии.

Сонапакс (тиоридазин, меллерил). Для купирования расстройств сна применяется в дозах 10—50—75 мг. Дает устойчивый гипнотический эффект, обеспечивающий достаточную длительность и глубину сна. Показан при стойкой агрипнии, может применяться в сочетании с антидепрессантами и нейролептиками без гипнотических свойств. Возможен постсомнический эффект в виде удлинения просоночного периода по утрам и вялости в первой половине дня.

tapemark.narod.ru

Расстройства сна лечение психиатрия

Сон. По данным ЭЭГ-исследования, выявлено два вида сна и различные его стадии. Существует медленноволновый сон (с альфа-волнами, тета-волнами и дельта-волнами) и парадоксальный сон (с бета-волнами и быстрыми ритмическими движениями глазных яблок).

В медленноволновом сне, которому предшествует период засыпания с альфа-волнами на ЭЭГ, различают 4 стадии:

— 1 стадия. В начале ее появляются тета-волны. Это дремотное состояние с полусонными мечтаниями, гипнагогическим ментизмом. Может длится до 9 минут;

— 2 стадия. На этой стадии на ЭЭГ появляются «сонные веретена». Длится от 30 до 45 минут;

— 3 стадия. Длится несколько минут, «сонные веретена» исчезают, уступая место медленноволновой активности;

— 4 стадия. Стадия глубокого, восстановительного сна. Преобладают дельта-волны. Длится около 30 минут. В этот период возникают 80 % сновидений, ночные ужасы, лунатизм, энурез.

Период сна состоит из 5 циклов по 90 минут. В каждом из них имеется медленноволновый сон, и парадоксальный, длящийся до 15—20 минут. В трех последующих циклах медленного сна третьей и второй стадии нет.

Диссомнический синдром. При психических заболеваниях возникают нарушения функции сна и сновидений. Как правило, патология сна является одним из наиболее ранних и устойчивых признаков психического расстройства, равно как нарушение вегетативной регуляции, общей чувствительности, влечений, активности. В ремиссии все эти отклонения исчезают обычно последними либо сохраняются на неопределенные сроки, указывая тем самым на неполное выздоровление.

Гиперсомния — патологическая сонливость. Чаще встречается при нервных заболеваниях (летаргический энцефалит, опухоли головного мозга и др.). Нередко наблюдается также в состоянии апатии, легкой оглушенности сознания, при отравлении психотропными препаратами. Легкие депрессии нередко сопровождаются повышенной сонливостью. Сон приобретает для таких пациентов определенное психологическое значение, формируется нечто вроде зависимости от сна, так как в это время, по их словам, они «отдыхают» от тягостных переживаний бодрственного состояния. По мере углубления депрессии гиперсомния сменяется бессонницей.

Гиперсомнические состояния могут возникать в виде приступов: нарколепсия, пикквикский синдром, синдром Кляйн-Левина, истерическая гиперсомния.

Нарколепсия характеризуется приступами сонливости в дневное время, припадками катаплексии, нарушениями ночного сна, состояниями паралича сна, а также психическими отклонениями — синдром Желино. Приступы сонливости, длительностью до 20—30 минут, возникают до трех, пяти раз в день и более, ежедневно или реже. Сон физиологический, глубокий, но пациента можно разбудить. Уснуть он может где угодно, испытывая внезапно возникшую непреодолимую потребность во сне. Зрачки в это время в отличие от эпилептического припадка сужены. Катаплексия — внезапное падение постурального тонуса до 2—3 минут — сопутствует приступам сна, но может возникать и отдельно от них. Катаплектические приступы часто провоцируются эмоциями (смех, радость, плач), внезапными и интенсивными сенсорными стимулами. Падение тонуса идет быстрой волной в направлении сверху вниз. Перед ночным засыпанием нередко появляются гипнагогические обманы восприятия (зрительные, слуховые, тактильные), страхи. При нарколепсии, но часто и вне ее наблюдаются состояния паралича сна, возникающие при засыпании или, что случается чаще, во время пробуждения. Ночной сон нарушен: бессонница, сдвиг формулы сна, частые спонтанные пробуждения, кошмары. Выявляется астенизация психики, раздражительность, торпидность, адинамические и апатические включения. Встречаются сексуальные расстройства, нарушения менструального цикла, ожирение, явления гипертиреоза, метаболические сдвиги. Нарколепсия может наблюдаться при органических заболеваниях головного мозга, но чаще имеет эссенциальную природу. Приступы сонливости, наподобие нарколептических, могут возникать при эпилепсии.

Пикквикский синдром — ожирение, расстройства дыхания (учащенное, поверхностное дыхание) и дневные приступы сонливости. При засыпании появляются отдельные клонические гиперкинезы, отчего пациенты могут упасть, засыпая, как это им и свойственно, в положении сидя. Предполагают наследственную природу данного синдрома. Преморбидно пациенты экстравертированы, добродушны, активны, неумеренны в еде и весьма практичны.

Синдром Кляйн-Левина встречается в основном у юношей и проявляется приступами сна (несколько часов, дней), перед началом или по окончании которых наблюдается булимия. В структуре приступов отмечают, кроме того слабость, апатию, аспонтанность, инициальное психомоторное возбуждение, редко — шизофреноподобные расстройства.

Истерическая гиперсомния проявляется приступами глубокого сна, возникающими в связи с психогенией. Во время сна обнаруживается мышечный гипертонус, аналгезия кожи и слизистых покровов, задержка мочи и стула, тахикардия. На ЭЭГ выявляется картина бодрствования. Подобные состояния близки, вероятно, состояниям истерического психоза, известным как истерический ступор.

Истерическому ступору, возникающему в качестве реакции на психическую травму, а также после их в структуре других истерических психозов (синдром Ган-зера, пуэрилизма, псевдодеменции) свойственны следующие проявления. Пациенты застывают в очень выразительной позе, эмоционально напряжены. Тонус мышц несколько повышен, оказывается противодействие внешним попыткам изменить положение тела. Контакт с окружающим миром полностью не прерывается, глаза открыты. Сохраняются мимические реакции на вопросы, затрагивающие травмирующую ситуацию — пациенты сжимают губы, закрывают глаза. Ступор может сохраняться длительное время, исчезает сразу или постепенно, минуя другие истерические синдромы. Физическое состояние существенно не страдает. Сравнивая истерические гиперсомнию и ступор, можно сделать вывод о том, что глубина расстройств во время ступора представляется несколько меньшей.

Инсомния. Значительное сокращение нормы суточного сна вплоть до полной бессонницы. Встречается в острых психотических состояниях, в период продрома различных психозов, в абстиненции, при маниакальных состояниях. Укорочение сна часто бывает при депрессии, иногда длительное время наблюдается полное отсутствие сна. Следует заметить, что жалобы многих пациентов на бессонницу нередко преувеличены и отражают скорее страх бессонницы, нежели истинные нарушения сна.

Нарушения засыпания часто обусловлены психогенными факторами и связаны с невротическими и неврозоподобными расстройствами: волнением, беспокойством по поводу событий минувшего дня, тревожностью в связи с предстоящими событиями, явлениями психической гиперестезии, неприятными физическими ощущениями, ипохондрическими опасениями и др. Нередко встречается боязнь бессонницы, побуждающая к излишне энергичным усилиям ускорить наступление сна, а на деле только препятствующим ему. Засыпание может быть нарушено при депрессии, абстиненции, в психотических состояниях. Так, у больных с тревожной депрессией иногда возникает страх сна («усну и не проснусь»), гипнагогический ментизм, вегетативно-сосудистые пароксизмы. С наступлением ночи потребность во сне у депрессивных больных может утрачиваться, появляется желание что-то делать, «сон не идет». Иногда засыпание может быть нарушено в том смысле, что оно наступает внезапно, без предшествующего дремотного периода: «засыпаю нечаянно, как отключаюсь, проваливаюсь в сон». Таким же внезапным может быть пробуждение. Весьма часто засыпание сопровождается различными другими нарушениями: миоклоническими вздрагиваниями, необычными телесными ощущениями, обманами восприятия, чувством увеличения или уменьшения в размерах тела и отдельных его частей, дисфорическими сдвигами настроения, раскачиванием тела, стереотипными движениями головы, зубным скрежетом (бруксизмом), необычными позами, вскакиваниями.

Искажение формулы сна. Повышенная сонливость днем сочетается с утратой потребности во сне и бессонницей ночью. Формула сна может быть сдвинута: засыпание глубокой ночью сопровождается поздним пробуждением от сна. Циклы сон — бодрствование могут быть удлинены или укорочены так, что пациент «не вписывается» в естественный ритм смены дня и ночи.

Недержание сна. На фоне нарушения нормального суточного ритма сна наблюдаются частые (через каждые 2—3 часа) и непродолжительные (от 30 минут до 1 часа) погружения в сон. Наблюдается у стариков.

Утрата чувства сна. Пробудившись от сна, больные не осознают, что спали: «Сновидения были, а не спала » «Не спал, хотя, говорят, похрапывал » «Кажется, не спала вовсе: только закрыла глаза и тут же открыла их ». Такой сон не приносит обычно чувства отдыха и бодрости.

Изменения глубины сна. Сон может быть поверхностным, с частыми пробуждениями, неполным отключением от происходящего: «Сплю, вижу сон и одновременно слышу, что делается вокруг Сплю и слышу свой собственный храп ». Некоторые больные утверждают, что перестали спать, как прежде, и им приходится довольствоваться лишь полудремотными состояниями: «Тело спит, а голова, кажется, вообще не отключается ». Сон, напротив, может быть чрезвычайно глубоким, «одуряюще тяжелым», профундосомния. Часто при этом не появляется обычного чувства засыпания, больные как бы «проваливаются в сон, как в глубокую яму». Нет и нормального чувства пробуждения. «Такое чувство, что не проснулся, а очнулся от беспамятства». Такой сон также не приносит облегчения и свежести, даже при достаточной его длительности.

Паралич сна (катаплектоидное состояние, катаплексия пробуждения, каталептико-галлюцинаторный синдром). Состояние частичного пробуждения от сна. Проснувшись и понимая это, больные некоторое время испытывают тяжелое чувство скованности, оцепенения и совершенно не владеют телом: не могут встать, шевельнуться, открыть глаза, крикнуть. Одновременно с этим возникает сердцебиение, гипергидроз, иногда страх, тактильные, слуховые и зрительные галлюцинации. Некоторые больные в этот момент как будто осознают, что все это происходит во сне. Длительность указанных состояний не превышает нескольких секунд, однако в сознании больных она переживается значительно большей. Нередко появляется страх повторения подобных состояний. Скованность иногда охватывает лишь отдельные группы мышц, например, жевательных, проявляясь тризмом после пробуждения. Проснувшись, пациент некоторое время не может открыть рот, что-нибудь сказать, зубы в это время стиснуты.

Ониризм. Расстройство сознания, появление которого связано с нарушением сна и приурочено к полудремотным состояниям. При засыпании возникает наплыв ярких зрительных галлюцинаций фантастического содержания и последовательной сменой одной ситуации другой — гипнагогический ониризм (Снежневский, 1941). Из аффективных расстройств преобладают удивление, боязливое восхищение. Постоянно наблюдается дезориентировка в окружающем. В дальнейшем гипнагогический ониризм может смениться состояниями ориентированного и полного ониризма. В период ориентированного ониризма сценоподобные обманы восприятия (галлюцинации и псевдогаллюцинации) фантастического содержания переплетаются с иллюзорным или адекватным восприятием окружающей обстановки. В состоянии полного ониризма наблюдается отрешенность от действительности, содержание сознания всецело определяется фантастическими переживаниями. Наблюдаются ступорозные и субступорозные состояния. Аутопсихическая ориентировка не нарушается. Продолжительность эпизодов ониризма невелика — до двух, трех суток. Чаще всего ониризм наблюдается при интоксикационных (алкогольных) и симптоматических психозах. Выделяется не всеми.

Просоночные состояния (состояния опьянения сном). Неполное пробуждение, при котором под впечатлением продолжающихся оставаться актуальными сновидений автоматически совершаются различные, иногда опасные для окружающих действия, не оставляющие впоследствии воспоминаний.

Снохождения (лунатизм, сомнамбулизм). Чаще имеют невротический- характер, как и сноговорение Значительно реже являются симптомом эпилепсии. Наблюдается в третьей, четвертой стадиях глубокого сна (как и паралич сна, снохождения относятся к диссоциированным нарушениям сна.)

Невротическое снохождение (реже конституциональное, а также связанное с органическим поражением головного мозга — черепно-мозговая травма, нейроинфекции) могут сочетаться с другими парасомниями: ночными страхами и энурезом, сомнилоквией (гипническими приступами) — катаплексией и нарколепсией. Ночные страхи детей большей частью имеют невротическую природу и обусловлены пугающими сновидениями, воспоминаниями, фантазиями на тему острых дневных впечатлений — фильмы ужасов, сказки, нападения животных и т. д. Реже страхи во сне и перед засыпанием имеют бредово-галлюцинаторный характер, что может быть установлено расспросом. Наблюдаются также протопатические, обычно не сохраняющиеся в памяти страхи неясной природы, а кроме того эпизоды сумеречного помрачения сознания со страхом. Парасомнический энурез, в отличие от эпилептического, не сопровождается тоническими судорогами (или они кратки и сочетаются с общим непродолжительным беспокойством), нередко перед упусканием мочи бывает тахикардия и эрекция, а также сновидения соответствующего содержания (ребенку снится, к примеру, что он находится в туалете). Без ЭЭГ-исследования разграничение эпилептических и парасомнических феноменов может стать проблематичным. Кроме хождений и говорений во сне часто бывают вздрагивания, крики, вскакивания, размахивания руками, разные движения ногами, раскачивание головы, вставание на четвереньки и др. Некоторые действия оставляют у пациентов тяжелое впечатление. Так, больной с беспокойством сообщил, что просыпается в тот момент, когда его рука сдавливает собственное горло. Встречается «сон с открытыми глазами».

Ночные ужасы — эпизоды панического страха с криком, возбуждением, неузнаванием обстановки и окружающих. Приурочены к периоду медленноволнового сна (третья, четвертая стадии). Воспоминаний обычно не сохраняется, по окончании эпизода пациент почти сразу же засыпает.

Кошмары — мучительные сновидения, возникающие во время парадоксального сна. Благодаря своей эмоциональной окраске запоминаются лучше, чем другие сновидения. Психологически связаны с проблемами, которые пациент испытывает наяву часто встречаются при нарушениях настроения, депрессии.

Синдром скоропостижной смерти (смерти в колыбели) — внезапная смерть здоровых детей во сне в возрасте до 1 года. Причины неизвестны. Предполагают, что это нелюбимые дети, матери которых курят. Возможно, смерть связана с функциональной недостаточностью дыхательных центров.

Волчий сон — редкие случаи абсолютной бессонницы в течение многих лет. По данным ЭЭГ, эти люди спят частыми, но очень короткими порциями, незамечаемыми пациентами и окружающими.

Во время сна, при пробуждении могут возникать разнообразные психопатологические феномены: страхи, обманы восприятия, нарушения схемы тела, расстройства пространственной ориентировки, явления психической анестезии, деперсонализации, бредовые идеи. При маскированной депрессии, например, часто наблюдается «феномен беспокойных ног» — чувство онемения той или иной части тела, парестезии, которые вскоре проходят, если больные начинают разминать, массировать соответствующий участок тела. Во время сна могут возникать также судорожные припадки. При так называемой ночной эпилепсии судорожные пароксизмы наблюдаются только во время сна. Иногда продуктивная симптоматика возникает преимущественно во сне, а в дневное время ее нет.

Сновидения. При психических заболеваниях обычно наблюдается учащение сновидений, изменение их содержания и интенсивности. Нередко констатируется появление необычно ярких, сценоподобных и даже цветных снов. Реже отмечается утрата сновидений, несвойственная им ранее блеклость. Содержание сновидений может быть связано с болезненными переживаниями периода бодрствования. Иногда в сновидениях получают отображение еще не оформленные симптомы заболевания. Так, при алкоголизме накануне рецидива влечения к алкоголю появляются сновидения «питейного содержания» (Газин, 1952). Наступлению делириозного помрачения сознания нередко предшествуют кошмарные сновидения. Тягостные сновидения наблюдаются у депрессивных больных. Как правило, такие сновидения характеризуются хаотической и незапоминающейся сменой образов. Могут возникать стереотипно повторяющиеся сновидения. В части случаев это связано, по-видимому, с тем, что в действительности вновь увиденный сон воспринимается с чувством, что он был уже несколько раз раньше. Иногда прерванные сновидения при погружении в сон возобновляются с места остановки и продолжаются далее — «серийные сны». Наблюдаются «сделанные сны», а также насильственное «отнятие» сновидений. В сновидениях могут отражаться обстоятельства психических травм, как недавних, так и давно минувших. Так, у старых фронтовиков в сновидениях с необычайной яркостью оживают воспоминания о наиболее тяжелых эпизодах военной жизни. У больных старческого возраста содержанием сновидений могут быть события и впечатления детских лет. Наблюдаются гипнагогические сновидения: видится сон и одновременно с этим понимается, что это сновидение. Некоторые больные сообщают, что испытывают чувство, будто им «снится, что видится сон». В это время они даже пытаются позвать кого-нибудь помочь им проснуться. В самоощущениях периода сна больные чаще воспринимают себя совершенно здоровыми, без проявлений актуальных симптомов заболевания. Отношение к содержанию сновидений большей частью остается адекватным. Встречаются, однако, больные, приписывающие снам пророческое значение. В связи с этим сновидения могут оказывать неизгладимое впечатление, значительно более глубокое, чем реальные события. Убежденность в существовании пророческих снов — отзвук древней веры в реализм сновидений. Нередко, однако, эта убежденность бывает связана с феноменом уже виденного — реальные события воспринимаются как повторение увиденного ранее во сне. Так, пациентка утверждает, что в течение последних двух лет она стала обладательницей дара пророчества. По ее сообщениям, во сне она постоянно видит двух женщин, рассказывающих о смысле происшедшего или того, что случится в будущем. Позже, наяву, когда что-то происходит, она вдруг вспоминает, что об этом уже слышала от голосов во сне, знала, что все это будет. Иногда больные рассматривают сновидения в качестве своеобразного эквивалента действительности, одновременно с этим понимая, что все происходило во сне. Такого рода опредмечивание сновидений является, очевидно, одним из проявлений патологии самосознания — сновидение воспринимается как реальность, а не как факт внутренней жизни. Наверное, тут можно говорить о галлюцинаторных сновидениях. У некоторых пациентов симптоматика заболевания (деперсонализация, обманы восприятия, страхи и т. д.) проявляется во время сна.

www.psychiatry.ru