Раздражительность грех

Что такое раздражительность?

протоиерей Игорь Прекуп

Иногда на исповеди человек кается в том, что «понервничал». Трудно сказать, чего тут больше: непонимания, что такое таинство Покаяния, или подсознательного желания если не скрыть, то хотя бы прикрыть грех; как бы и высказать его, но в то же время не выставлять нагишом. Нервы нервами, но при чем тут исповедь? Это – к соответствующему врачу-специалисту.

На исповеди мы говорим не о болезнях нашей психосоматики, но только о грехах, порочных страстях, словах и поступках. И в данном случае «нервничанием», которое нейтрально в этическом смысле – ну, понервничал человек, что ж тут поделаешь, все мы люди! – прикрывается страсть раздражительности [1] , состояние раздражения, которое человек не только невольно почувствовал в себе, но которому позволил себя захватить, а то и не ограничился одним лишь внутренним переживанием…

«Понервничал(а)»… Нервозность, конечно же, способствует раздражительности, как бы дает ей «зеленый свет». Чем у человека крепче нервы, тем легче ему с собой совладать, но страсть от этого не меньше. Просто он, благодаря крепкой нервной системе, не так остро в себе эту страсть чувствует, она его не мучает, поскольку ему легче ее контролировать.

Поэтому, в самом деле, надо признать, что, если у человека нервы в хлам, его легче вывести из себя не потому, что он грешнее, страстнее, распущеннее других. Как и хорошее самообладание вовсе не говорит о бесстрастии, тем более о праведности.

Но, хоть бы и при расстроенных нервах, замечая в себе раздражительность, нам надо видеть именно ее и в ней каяться как в симптоме гордости и тщеславия, не соблазняясь поводом к самооправданию.

А еще (обычно в связке с «нервничанием») люди часто каются в «несдержанности». Это уже ближе к теме, но в чем тут грех? В том, что нам не хватает умения себя контролировать (что, опять же, скорее из области психологии, нежели аскетики), или все-таки грех в том, что именно прорвалось, проявилось, что именно не удалось в себе сдержать? Мы страдаем раздражительностью? Давайте каяться в этом, а не в нервозности. А заодно в питающих ее источных страстях – гордости и тщеславии.

В состоянии раздражения нас прорвало и наружу пролилась злость, мы надерзили и нагрубили кому-то, были резки, кого-то больно этим задели, сами того не желая, кого-то осудили, о ком-то позлословили, уничижили ближнего? Так в этом и каяться надо в первую очередь, а потом уже в том, что были несдержанны, потому что несдержанность – это скорее немощь, а вот то, что не получается сдержать, – это греховные страсти, которым надлежит уделять первоочередное внимание.

Вспомним вновь слова Апостола: Всякое раздражение и ярость, и гнев, и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас ( Еф.4:31 ). Тут показана, если можно так сказать, эволюция конфликта, начало которого в огорчении.

Об опасности раздражительности, которая есть «внутренняя испорченность, лукавство, подготовка к злодеянию» [2] , сравнивая ее с разливающейся желчью, предупреждает святитель Иоанн Златоуст: «Как желчь вещественная производит воспаление в телесном составе, так духовная – разжигает наши мысли и низводит того, кем овладевает, в геенскую пропасть. Всяка горесть, говорит, да возьмется от вас, – так, чтобы ее уже нисколько в душе не оставалось. Иначе этот остаток, если будет возбужден, то, подобно искре, произведет внутри целый пламень» [3] .

Вспомним, как пишет святитель Феофан Затворник: «…обычнее дело начинается из мелочей, легким огорчением, – горечью, – которая, если тотчас не уничтожить ее, скоро переходит в серчание; не удержи серчание, оно разгорится в вспышку гнева, – в ярость; после этого тотчас начинаются крупные слова, брань, а вместе с этим и хула, – укоры и поношения друг друга.

Есть два недобрых возбуждения, смущающих нас, – похоть и раздражение. Как в похоти дело начинается помыслом, так и в раздражении – огорчением. Огорчение, –непрогнанное, – тоже своим путем, чрез осерчание, гнев и ярость, крик, брань и взаимные поношения, и наконец – злость доходит до раздора, непримиримой ненависти, драк и убийства. Как тот, кто прогоняет помысл, пресекает тем дальнейшее его движение к созрению до дела, так и тот, кто прогоняет первое огорчение, полагает тем конец дальнейшему его движению – до раздора, драк и убийств. Так да возьмется от среды огорчительность, будучи прогоняема взаимною уступчивостью, и мирное согласие никогда нарушаемо не будет» [4] .

Ну, а если не «возьмется», тогда эта «подготовка к злодеянию» порождает, согласно указанной Апостолом последовательности, ярость, которая «есть начало гнева, как бы некоторое воспламенение; гнев же – такое состояние, когда он переходит в действие. А так как гнев, если не сопровождается криком, разжигающим его, быстро угасает, то (апостол) говорит: и крик да будет удален от вас, то есть пусть исчезнет и не останется никакого следа. Ибо крик – это конь, а гнев – всадник: задержи коня, и ты низверг всадника» [5] .

Правда, толкуя Послание к Колоссянам, святитель Феофан в последовательности гнев, ярость, злобу, злоречие, сквернословие уст ваших ( Кол.3:8 ) показывает развитие раздражительности в несколько ином порядке: «…гнев – первое движение раздражения, неудовольствие, негодование, огорчение, зарождение серчания, – (указывает.– И. П.) что все держится в пределах кажущегося благоразумия и скрывается, хотя не всегда удачно.

Ярость – вспышка гнева, не удержанного в пределах и обнаруживаемого словом и делом. Но оба эти – гнев и ярость – проходчивы.

Бывает, однако ж, что огорчение глубоко засядет в сердце и, оставаясь там, строит ковы и всякие способы к отмщению, замышляет сделать зло – злится» [6] .

Разница в этих толкованиях заключается лишь в последовательности перечисления страстей, при этом сохраняется полное смысловое совпадение описания сущности этих явлений.

Ярость – «пылающий гнев, который горит и бушует, как пожар» [7] , «сердитость, гневливость, когда кто бывает как порох, за всякую малость вспышка гнева, брань и даже драка» [8] ; «движение духа, сопровождающееся стремлением травить и карать» [9] ; «начинающийся гнев и разгоревшееся в душе негодование» [10] ; «серчания, вспышки гнева и раздражения, при столкновениях с другими не в свою пользу, находящие и отходящие, потому что случайное разгорячение самолюбия препобеждается симпатическим строем сердца, но есть опасность, что частые серчания могут превратиться в постоянное, которое есть злая ненависть» [11] . Чем побеждается ярость? Любовью.

«Любовь укрощает ярость, – говорит преподобный Максим Исповедник. –Ведь любовь обладает [способностью] сострадать и благодетельствовать ближнему, быть терпеливым к нему и переносить [все], что исходит от него, – как о том неоднократно говорилось нами. Обладающая подобным [свойством] любовь укрощает ярость того, кто стяжал ее» [12] .

Что важно понять: ярость – естественное свойство человеческой природы, не порожденное, а извращенное грехом. В своей природной сути это, согласно святителю Василию Великому, «нерв души», передающий ей силу «для постепенного, но неослабного утверждения в добрых делах» [13] .

Отцы отличают ярость в ее природном состоянии, как дар Божий чувствовать и различать добро и зло, «переживая и обнаруживая при этом несокрушимое, вдохновенное рвение к добру и пламенную ненависть, отвращение ко злу», в первую очередь к злу внутреннему, к своей греховности, – от ярости порочной.

Просвещенная благодатью Духа Святого, ярость руководствуется ею в своих проявлениях на основе добродетели смирения радиосуществления высшей добродетели – любви.

Примечания

[1] Словом «раздражение» в русском тексте Нового Завета ( Еф.4:31 ) переведено греческое πικρία (пикрия), которому в церковнославянском тексте соответствует его «калька» – горесть. Буквальный перевод слова πικρία на русский язык – горечь. В переносном смысле – раздражение, гнев или суровость, строгость. Отсюда πικρός (пикрос) – горький (во всех смыслах), острый, резкий, неприятный, а также раздраженный, сердитый, противный, ненавистный и т. п.

[2] Блж. Феофилакт Болгарский. Толкование на Послание к Ефесянам святого апостола Павла // Блж. Феофилакт Болгарский. Толкование на Апостол: В 3 кн. Кн. 3: Толкование на послания святого апостола Павла. М: Лепта-Пресс, 2004. Т. 2. С. 63.

[3] Цит. по: Свт. Феофан Затворник. Толкования посланий св. апостола Павла. Послание к Ефесеям. М.: Московский Сретенский монастырь, Паломник; Правило веры, 1998. С. 361.

[4] Свт. Феофан Затворник. Там же. С. 359–360.

[5] Блж. Феофилакт Болгарский. Толкование на Послание к Ефесянам святого апостола Павла // Блж. Феофилакт Болгарский. Толкование на Апостол: В 3 кн. Кн. 3: Толкование на послания святого апостола Павла. М: Лепта-Пресс, 2004. Т. 2. С. 63.

[6] Свт. Феофан Затворник. Толкования посланий св. апостола Павла. Послание к Колоссаем и Филиппийцам. М.: Московский Сретенский монастырь; Паломник; Правило веры, 1998. С. 178-179.

[7] Клеон Л. Роджерс-младший, Клеон Л. Рожерс III. Новый лингвистический… С. 725.

[8] Свт. Феофан Затворник. Толкования посланий св. апостола Павла. Послание к Галатам. М.: Московский Сретенский монастырь; Паломник; Правило веры, 1996. С. 401.

[9] Марий Викторин. Комментарий на Послание к Ефесянам. Цит. по: Библейские комментарии отцов Церкви и других авторов I–VIII веков / Пер. с англ., греч., лат., сир. Под ред. Марка Дж. Эдвардса / Русское издание под ред. К. К. Гаврилкина. Тверь: Герменевтика, 2005. Т. VIII: Послания к Галатам, Ефесянам, Филиппийцам. С. 204.

[10] Блж. Иероним Стридонский. Комментарий на Послание к Ефесянам. Цит. по: Указ соч.

[11] Свт. Феофан Затворник. Толкования посланий св. апостола Павла. 2 Послание к Коринфянам. М.: Московский Сретенский монастырь; Паломник; Правило веры, 1998. С. 429.

[12] Прп. Максим Исповедник. Слово о подвижнической жизни // Прп. Максим Исповедник. Творения. М.: Мартис, 1993. Кн. I.: Богословские и аскетические трактаты. С. 82.

[13] Зарин С. М. Аскетизм по православно-христианскому учению. М.: Православный паломник, 1996. С. 280.

Источник
Фрагмент книги «Сквернословие» (стр. 178-188), М.: Никея, 2017. – 304 с. ISBN 978-5-91761-712-1

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

azbyka.ru

Епископ Пантелемон (Шатов): Как победить раздражительность

Великий пост — время начать наконец всерьез бороться со своими страстями. Особенно въедливая страсть, которая так часто отравляет нашу жизнь, — это раздражительность. Как ее победить, объясняет епископ Смоленский и Вяземский Пантелеимон.

Как лихорадка в человеке имеет разные причины, но можно сказать, что главная из них — это некая неустроенность тела, так и раздражительность имеет разные причины, но главная — это неустроенность души. Святые отцы говорили еще прямее: «Раздражительность есть невоздержанность нрава и безобразие души» (преподобный Иоанн Лествичник).
Почему, работая в больнице, люди так часто побеждаются раздражительностью? Это случается не только в больнице, но и в любых экстремальных условиях. Когда мы сыты, когда мы выспались и нам не нужно трудиться сверх силы, когда мы находимся в каком-то приятном месте, где все радует глаз и нас окружают люди, которые от нас ничего не требуют, а наоборот, ухаживают за нами, — тут причин для раздражительности меньше (хотя бывает, что человек раздражается и в этих условиях, потому что раздражительность коренится в его душе). Но если мы устали, если вокруг нас люди, которые не только не помогают нам, но сами требуют помощи, если эти люди относятся к нам без должного уважения и сами раздражаются — а больные люди очень часто бывают раздражительны, с них нельзя требовать мирного устроения, — то, конечно, раздражительность в нас является в большей степени.

В повседневной жизни мы часто носим маску добродушия, бесстрастия, вежливости (хотя не все и это умеют). Мы умеем себя сдержать, если нужно, хотя при этом внутри нас может бушевать буря, которую мы и не пытаемся усмирить. Когда же мы оказываемся в больнице, то здесь проявляется наше истинное устроение. В больнице человек наконец может понять, что же он собой представляет. Потому что вне экстремальных условий, которые требуют, чтобы человек стал самим собой, он не может познать себя. Познать, чтобы исправить и закалить свою душу.

Поэтому удивляться появлению раздражительности не нужно. Нужно просто с ней бороться. Для начала, как говорит прп. Иоанн Лествичник, нужно научиться молчанию уст при возмущении сердца. Человек должен как бы затворить внешние выходы раздражительности и гнева. Он должен научиться говорить спокойно, не ругаться, чтобы раздражительность не проявлялась ни во взоре, ни в словах, ни в движениях. Нужно учиться сдерживаться не для того, чтобы показаться хорошим в глазах других, а потому, что если не победить в себе эту страсть, невозможно спастись. Тогда это будет не лицемерием, а первой степенью борьбы с грехом.

Вторая, средняя степень — «молчание помыслов при тонком смущении души; а конец — непоколебимая тишина при дыхании нечистых ветров», т.е. когда молчит уже и сердце, когда оно не раздражается и не возмущается.

Как этого достичь? Для того, чтобы победить раздражительность, нужно победить другие страсти.

Раздражительностью дает о себе знать страсть гнева, а гнев — проявление гордыни. Поэтому самым главным будет приобретение смирения, борьба с гордостью, с тщеславием.

Святые отцы говорят, что гневливость и раздражительность имеют в основании страсть сластолюбия: сластолюбивый человек не может не быть раздражительным. Поэтому, чтобы победить гнев, нужно бороться с чревоугодием, с плотской страстью.

«Говорит нам гнев: «Матерей у меня много, и отец не один. Матери мои суть: тщеславие, сребролюбие, объядение, а иногда и блудная страсть. А отец мой называется надмением» (Прп. Иоанн Лествичник).

Помогает бороться с раздражительностью сознание себя грешным, сознание, что другие люди лучше, чем я, что я хуже всех. Как говорил св. Варсануфий Великий, есть три условия, которые если кто соблюдет, то может жить и с людьми, и в пустынях, и куда ни пойдет, а именно: укорять себя, оставить свою волю и почитать себя ниже всех.

Помогает бороться с раздражительностью понимание того, что другие люди не являются твоими врагами, что у нас общий враг — дьявол, который время от времени возмущает нас и заставляет гневаться и раздражаться друг на друга. Если кто-то хочет поссорить двух друзей, он передает одному другу обидное слово, которое якобы сказал про него его друг. Так и дьявол увеличивает наши промахи, наше невнимание друг к другу, выставляет нас друг перед другом в неприятном виде и этим возбуждает между людьми вражду и раздражительность, которые приводят в конце концов к раздорам.

«Все усилия дьявола устремлены на то, чтобы разлучить нас друг от друга, ибо он ясно видит, что на нас сбывается слово Писания: брат от брата помогаем, яко град тверд и огражден (Притч. 18, 10). Да не даст ему Господь исполнить в нас волю свою, но да сокрушит его, по неложному слову Писания, под ноги наши вскоре (Рим. 16, 20)» (Св. Варсануфий Великий).

Мы должны понимать, что любой другой человек, который, скажем, возмущается против нас, — такой же несчастный, болеющий страстью гнева, как и мы. И источником болезни является не сам человек, а злая сила. Сам человек может иметь доброе сердце и стремиться к добру, но у него это не получается, как это не получается и у нас. Такая вера в другого человека помогает бороться с раздражительностью. Вот как об этом говорит авва Дорофей, который и сам трудился в монастырской больнице: «Можешь, когда огорчится на тебя брат твой, оказать ему милость, потерпев во время его смущения, видя его искушаемым от общего врага, и вместо того, чтобы сказать ему одно слово и тем более смутить его, ты можешь промолчать. Этим окажешь ему милость, избавляя душу его от врага».

В больнице человек должен помнить, зачем он туда пришел. Он пришел туда, чтобы служить другим. Что такое больница? Это не просто грязь, не просто какое-то казенное учреждение, где нет комфорта и уюта. Больница — это место, где собраны люди, нуждающиеся в помощи. И мы приходим туда именно к этим людям, приходим ради них.

Болезнь, неустроенность души и жизни в больнице вызывает у пациентов недовольство, раздражительность. Нужно быть готовым к этому и понимать, что если эти люди не обращают внимания на то доброе, что мы делаем для них, то это не из человеческой неблагодарности, а потому, что больные, несчастные люди иногда не могут выразить своей благодарности сейчас, в данный момент. Нельзя от них этого требовать.

Мы идем в больницу, чтобы научиться смирению, целомудрию, милосердию. А, по слову аввы Дорофея, «кто имеет такую цель, тот, что бы ни случилось с ним — скорбь ли извне или сам больной помалодушествует против него, — без смущения переносит все это, помня свою цель и зная, что более больной благотворит ему, нежели он больному».

И конечно, еще нужно помнить, что дьявол, который является нашим врагом, видя, что мы встаем на путь спасения, тут же восстает на нас и изнутри и снаружи пытается нас сбить с толку, лишить нас уравновешенности, мира, покоя душевного, и толкает нас на раздражительность и гнев. Бояться этого не нужно, а нужно помнить, что это именно его действие, и сопротивляться ему.

«Если тебя несправедливо уничижат, то не печалься. Диавол завидует благому и, желая пресечь его, возбуждает других на оскорбление тебя; но после это проходит, и Бог ведет это дело к славе» (Св. Иоанн Пророк).

Случается, что у работающих в больнице раздражение вызывают не больные, а те, кто трудится рядом. Начальники обычно раздражаются на своих бестолковых подчиненных, а подчиненные, конечно же, раздражаются на начальников, потому что начальники не могут организовать все как нужно. Мы забываем, что люди, которым мы отдаем приказания — такие же несовершенные, как и мы — они могут что-то недослышать, что-то неправильно понять. Забываем, что человек — это не автомат или инструмент, а живое существо. Не только правильно понять «с лету», но и слушаться умеет далеко не каждый, и приходится это всегда учитывать. Конечно, руководитель не должен потакать слабостям своих подчиненных, должен уметь с них спрашивать, сохраняя к ним христианскую любовь. Это очень трудно. Начальники — такие же люди, которые ошибаются, а не какой- нибудь совершенный компьютер, который может просчитать тысячу вариантов и выбрать наилучший. Поэтому нужно себя удерживать от раздражения. Просто начальнику нужно быть более собранным и уметь руководить людьми, показывая им пример, а подчиненным — как можно больше слушаться.

«Если ты бываешь в послушании, то никогда не верь своему сердцу, потому что оно ослепляется пристрастиями ветхого человека. Ни в чем не следуй своему суждению, и сам ничего не назначай себе без спроса и совета. Не думай и не предполагай, что ты лучше и праведнее твоего наставника, и не исследуй дел его, иначе ты часто можешь обмануться и впасть в искушение. Это есть обольщение лукавого, который желает воспрепятствовать совершенному по вере послушанию и лишить нас твердого спасения» (Авва Дорофей).

И конечно, православный христианин должен помнить, что заповеди Христовы он должен применять к себе, а не к другим. Многие, вольно или невольно, переворачивают это с ног на голову: дескать, раз вы все братья, все христиане, давайте все работайте по- христиански, чего-то у вас любви не хватает в вашей церкви. Как будто в Евангелии сказано каждому из нас, что вот тебя будут любить, тебя будут жалеть, утешать. Там сказано, что тебя будут гнать, что тебя будут преследовать, а ты должен любить.

Каждый человек должен честно выполнять свое дело, стараясь быть во всем христианином, и не быть излишне требовательным по отношению к другим, а действовать по закону христианской любви. Как говорит об этом авва Дорофей: «Во имя Иисуса Христа, брат мой, не будем ничего иметь против ближнего, ибо мы должны побеждать и покрывать это любовью. Никто не говорит ближнему своему: «Зачем ты не любишь меня?» Но сам, делая достойное любви, привлекает и ближнего к любви».

Наверное, наши читатели знают, кто такой преподобный Иоанн Лествичник и почему Церковь его так называет. Но вдруг все же для кого-то это первое знакомство с любимым и почитаемым Церковью святым. Святой Иоанн жил в VI веке и был игуменом горы Синайской. Он написал книгу «Лествица, возводящая к небесам» — настоящий учебник монашеского делания и вообще духовной жизни. Эта книга — одна из самых любимых у многих христиан. В ней авва Иоанн изобразил путь совершенствования души как лестницу, первая ступень которой — отречение от жития мирского, а последняя — союз трех добродетелей — веры, надежды и любви.

Святой Варсануфий Великий жил также в VI веке и подвизался в обители аввы Серида в окрестностях Газы Палестинской. Его учеником был другой великий старец — святой Иоанн Пророк. Преподобные Варсануфий и Иоанн составили книгу «Руководство к духовной жизни в ответах на вопрошения учеников». В ней 850 ответов на вопросы различных лиц — епископов, священников, монахов, мирян. Одни из ответов писал старец Иоанн, другие — большую часть — сам великий старец Варсануфий. Жизнеописатель этих старцев Никодим, монах Святой горы Афонской, пишет так: «Эти блаженные отцы от души возлюбили ближних, благодетельствовали им и оказывали им пользу не только при жизни своей, но и по смерти, ибо оставили всем братиям сию священную книгу, как отеческое наставление чадам своим».

Авва Дорофей был младшим современником и учеником старцев Варсануфия и Иоанна. Свою раннюю молодость он провел в прилежном изучении светских наук, но потом, стремясь достигнуть евангельского совершенства, удалился из мира и поступил в монастырь аввы Серида. Его первым послушанием была работа в монастырской гостинице — и здесь, служа странникам, он выказывал великое терпение и любовь к ближним и Богу. Затем авва Дорофей был сделан начальником монастырской больницы. До нас дошла книга его поучений и посланий, в которых святой говорит в том числе и о служении больным. Неизвестный автор предисловия к его поучениям, который, по-видимому, лично знал преподобного Дорофея, пишет о нем: «В отношении к подвизавшейся с ним братии он имел стыдливость, смирение и приветливость без гордости и дерзости, а более всего — добродушие, простоту и неспорливость. В делах же — усердие и благоразумие, кротость и спокойствие — признак доброго нрава. А прежде всего и выше всего были в нем смирение, радость, долготерпение, целомудрие, любовь к чистоте, внимательность и поучительность».

www.nsad.ru

Как побороть раздражительность ?

Раздражение – острое проявление озлобления и недовольства. Оно бывает быстротекущим и продолжительным. Причиной раздражительности всегда является гордость и самолюбие. Сколько бы человек ни говорил о любви, он, раздражаясь, обнаруживает отсутствие в нем этой важнейшей добродетели. Св. апостол Павел указывает на отсутствие раздражения как на одно из проявлений любви: Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит (1Кор.13:4-7). Совершенная любовь является нравственным идеалом последователя Иисуса Христа. Любовь есть мера нашего христианства. Сколько в нас любви, столько же в нас христианства. Без любви наша религиозная жизнь является формальной, холодной и бесплодной. Один афонский старец как-то сказал: «Не упускайте возможности угодить Богу ласковым обращением с людьми». Мы порой ищем, что можно сделать хорошее для своего спасения, и не замечаем, что такая возможность рядом. Она предоставляется нам почти каждую минуту. Напротив, постоянной раздражительностью мы обесцениваем наш труд, совершаемый для спасения, ибо причиняем боль тому, за кого Христос умер (Рим.14:15).

Не впадает в раздражительность тот, кто отрешился от нравственной беспечности, кто постоянно наблюдает за своими словами, делами и чувствами, помня, что любой грех удаляет нас от Бога. Нанесение обиды человеку, недовольство и озлобление против него, является сугубым грехом, потому что он связан с нарушением одной из двух главных заповедей: возлюби ближнего твоего, как самого себя (Мк.12:31). Христианин не должен раздражаться. В отношении к любому человеку проверяется мера нашей христианской нравственности. Всякое раздражение и ярость, и гнев, и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас; но будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас (Еф.4:31-32).

Святые Отцы учат тому, чтобы мы были неспешны на всякое слово, ибо за каждое слово мы будем держать ответ на Страшном суде.

Мы видим другого человека только с внешней стороны. Мы не знаем, что он думает, не знаем его внутреннего устройства. И мы в любом человеке можем подозревать особенные душевные свойства, которые его оправдывают полностью… Может быть, он очень добр или простосердечен в глубине себя, может быть, он вынес ребёнка из горящего дома, может быть, дал ему Господь такой дар, что он только скажет в сердце своём: «Прости…» и его прощают. От нас всё это скрыто. Ну а про себя-то самих мы всё знаем! Вот как нам оправдать себя? Мы знаем все свои потайные желания, поступки, косые взгляды, всех червей, которые в нас копошатся. Когда мы думаем про себя – какая там тайна, какое спасение, какое прощение. И тогда ты начинаешь к другому относиться с гораздо большим уважением и страхом, потому что он тайна, а ты – открытая книга. Вот считай, что всё, что с тобой внутри происходит, знают все вокруг…

В книге святого Никодима Святогорца глава, которая посвящена управлению языком, занимает всего одну страницу. Что же говорит нам святой Никодим? Оказывается, нет другого приема против языка, кроме как просто держать его за зубами и силой воли не давать шевелиться. Так что, ищите любые способы: захочется вам ругаться, ссориться, обижать ближнего — идите гулять, запритесь в ванной, туалете, на балконе, уйдите в соседнюю комнату, но не дайте вспыхнуть пожару в ваших устах!

Это относится ко всем. Раздражительная, гневная страсть терзает практически каждого: и природа наша, к глубокому сожалению, испорчена, и воспитаны мы с вами изначально в настрое на конфликтность.

Ели вы языком будете резать направо и налево, то вам трудно будет вкушать Тело и Кровь Господни в день Причастия, трудно будет давать братское целование.

Одно дело— ты боролся, но сорвался. Другое дело — тебя только тронули, и ты сразу вспыхнул.

Однажды преп. Амвросий Оптинский, когда какая-то женщина жаловалась ему на то, что она стала раздражительной, сказал: любое раздражение от гордости. Почему ты можешь раздражаться на человека, почему ты можешь злиться на него? Потому что ты считаешь себя выше него. Если б ты считал себя хуже и ничтожней, как бы ты мог на него раздражаться, интересно?

отец Сергей Филипов в своей книге «Советы Духовника» писал так — Если вы думаете, что успеете встретить врага лицом к лицу, то глубоко ошибаетесь. Как правило, диавол ведет брань крайне подло. Он застает человека врасплох, когда тот не ожидает. Поступим в этом случае так же, как поступают кораблеводители. Когда налетает буря, они бросают другие дела, задраивают все люки и борются до тех пор, пока волны не улягутся. Так же и нам надлежит делать. В тот самый момент, когда шквал помыслов или злых мыслей будоражит нашу душу и мы чувствуем, что раздражаемся и гневаемся, что нас просто трясет — в этот самый момент надо понять, что необходима напряженная мобилизация всех сил. Потому что можем какого-то человека обидеть на всю жизнь, сказать какие-то недостойные слова, совершить необратимые проступки.

Поэтому, в момент духовного шквала проявим максимум сосредоточенности и духовного внимания. Задраим все люки, оставим все дела и будем усердно молиться. В книге «Невидимая брань» святого Никодима Агиорита есть примеры таких молитв: «Господи, в помощи мне потщися», «Господи, будь мне защищение и помощь», «Господи, противостань врагу моему», «Господи, будь мне Оружие и Щит». Каждый раз, когда человек шквалу помыслов противопоставляет именно молитвы, враг отступает — огонь исходит от вас и врага-супостата действительно опаляет, и вы с удивлением можете заметить, что буквально мгновенно этот шквал прекращается. Он тут же, через некоторое время, захлестывает снова, и мы опять, в этот самый момент, должны прибегнуть к молитве: «Господи, помоги мне», «Господи, уязви врага-супостата». И опять огонь Божественной благодати попалит врага, давая нам послабление.

И сколько же это будет длиться? А сколько кому дано. Некоторые борются несколько минут, некоторые несколько часов, а некоторые, я знаю, месяц; бывают бури, длящиеся неделями, месяцами. Но как вы знаете, шторм всегда проходит, и тучи исчезают, выходит солнце. Господь никому из нас не даст креста, который не по силам. Поэтому каждому из нас духовная брань будет соразмерна.

Итак — когда налетает туча злых помыслов, нужно немедленно все оставить и противостать врагу постоянной молитвой, которая будет отражать нападение врага: «Господи, отжени от меня эти злые помыслы и уязви врага-супостата». И бороться до тех пор, пока нападение не прекратится.

dishupravoslaviem.ru

РАЗДРАЖИТЕЛЬНОСТЬ

РАЗДРАЖИТЕЛЬНОСТЬ

От чего происходит раздражительность и как она исцеляется

Пишешь ты, что последняя болезнь твоя есть следствие тревоги: малое оскорбление тревожит тебя. Ты должен знать, что эта тревога происходит от внутренней твоей духовной болезни или неустройства нравственности; в тебе лежит залог яростной части, т. е. раздражительности, которая получает силу действия от самолюбия и гордости; от действия и возмущения сих духовных страстей падает и на тело расстройство, и это уже есть наказание Божие: и душа и тело страдают от нашего нерадения и невнимания. Исцеляется сия душевная болезнь не тем, чтобы нас никто не тревожил и не оскорблял, этому и быть невозможно; в жизни встречаются множество непредвидимых, неприятных и скорбных случаев, Промыслом Божиим посылаемых к нашему испытанию или к наказанию; но надобно искать исцеления сей страсти так: при благом произволении, принимать все случаи, выговоры, уничижения, укоризны и досады — с самоукорением и смирением. Сие самое, что движется в нас раздражительная часть, есть уже наша вина и душевная болезнь. Укоривший нас есть наш благодетель, ибо мы чрез него познаем лежащую в нас греховную нечистоту и должны пещися о исцелении оной самоукорением и смирением и молитвою ко Господу, прося от Него помощи, но никак не дерзать обвинять оскорбляющего нас, хотя бы, казалось быть, и неправильным оскорбление; а считать его орудием Промысла Божия, посланного нам показать наше устроение (II, 120,184–185).

Раздражительность твоя не может тем уничтожиться, когда никто тебя не будет трогать, но еще больше умножится; а когда тебе показуют ее, то, при помощи Божией и самоукорении, можешь получить исцеление (VI, 187, 298).

Раздражительность дана нам для того, чтобы иметь ревность против греха

Раздражительность, или яростная часть, есть одна из тричастности души, дана нам не для того, чтобы гневаться на ближних, а иметь ревность против греха; а когда мы яримся на ближних наших, то это делаем против естества. Раздражительность в нас имеет силу от гордости (I, 238, 450).

Постоянно раздражающиеся привыкают к этой страсти

Вы сознаете себя… склонною к гневу и раздражительности… Раздражение и гнев, в коих сознавая себя, сожалеете о сем, происходит от навыка, который и в добром и в худом приемлет силу. Мы имеем разум и волю, должны рассуждать — что хорошо и что худо, и волею исполнять лучшее. Сделанный навык к дурному надобно преклонять к лучшему и удерживать себя от гнева и раздражительности, ибо оные делают вред, как вам, так и тем, на коих бывают испущаемы, при оскорблении от кого?либо. Надобно помнить, что мы ежедневно Бога прогневляем и Он нам отпускает; как же мы гневаемся и раздражаемся на ближних наших; да и заповедь имеем от Господа — отпускать ближним грехи! А если не отпускаем, то и нам не отпустятся; но чтобы удобнее было это исполнить, то надобно призывать в помощь Бога, ибо мы не можем без Него творити ничесоже (I, 193, 377–378).

Ты говоришь: редко удерживаю свою пылкость, опомнясь, прошу у Создателя моего прощения: посему нельзя сказать, чтобы ты не жалела о своих согрешениях. О пылкости скажу тебе, по–нашему, просто: это гнев и ярость, которые происходят от гордости, а не от природы, а более оттого, что все, что ни делана прежде, казалось хорошо и принимала хвалу, а иногда укоризну, и во всем составляла свою волю и разум; оттого оные и взяли силу, теперь их надобно противными врачевать. Прочти у св. Кассиана о гневе (VI, 131, 214–215).

Случаи, раздражающие нас, посылаются от Бога к нашему уврачеванию

…Жалуетесь на душевную свою немощь — раздражительность; кажется, вы довольно знаете, что надобно с сею страстию сражаться и противоборствовать оной; не уклоняться случаев, раздражающих вас, но считать их посланными от Бога, ко уврачеванию вашему. Крепко надобно противостоять, а когда случится пасть, не мешкая восставать с покаянием и самоукорением, а не малодушествовать и смущаться; малодушие показывает гордое устроение и веселит врага, чрез что он покушается еще более наводить сии язвы; а когда будете себя укорять, а не других, смиритесь, и язвы вражии упразднятся (I, 26, 59—60).

…Вы имеете залог яростной части, т. е. раздражительность, которая при неприятных случаях воспаляется и действует. Надобно иметь попечение о исцелении оной; а как исцелить ее? Вы, кажется, мирны, спокойны, когда никто не беспокоит вас, а страсть внутри лежит; при какой?нибудь противности она воспаляется и действует. Итак, тот, кто нас трогает, только показывает нам оную, дабы мы попеклись об исцелении самоукорением, смирением, снисхождением, милостию; но ведь этого нельзя вдруг сделать, а постепенно, при Божией помощи; так надо разуметь и о прочих страстях. Есть действуяй страсть , есть противляяйся страсти, а есть искореняяй страсть. Мы хотя еще не можем искоренить, но когда будем противляться, то дойдем и до искоренения оной, то есть исцеления. Люди же, показующие нам страсти, суть орудия Божии; так в самолюбии, гордости и во всякой страсти должны мы иметь наблюдение за собою и бороться с ними (I, 397, 691).

Против раздражения — терпение и самоукорение

Раздражительность показывает вам внутреннее ваше устроение, которое надобно побеждать самоукорением, терпением, любовию, а не вниманием к слабостям ближних и не осуждением; но иногда и вам наносят оскорбления, и конечно не без Промысла Божия, чтобы показать вам вашу немощь и дать средство к исцелению — борьбою, сопротивлением и смирением (1,101,273).

Против раздражения — терпение и самоукорение и рассуждение о страстях Христовых (III, 5, 38)

religion.wikireading.ru