Шизофрения и отношения

Психотические нарушения. Отношения с людьми и сексуальность при шизофрении

Некоторые люди ведут себя как «объектные наркоманы», которые особо нуждаются не в любви, а, скорее, в доказательстве связей с объективным миром. Такие индивиды цепляются ко всем и всему. Они «липнут» к своим объектам из страха их утратить, всегда недовольны и крайне утомляют окружающих.

Нетрудно видеть, что эти особы либо потенциальные шизофреники, противостоящие угрозе утраты объектов, либо больные шизофренией с симптоматикой, представляющей попытку реституции. Некоторые пациенты цепляются с упорством, доходящим до навязчивости и мономании, не к объектам, а к заместителям объектов: любого рода идеям, «изобретениям», ко всему, что репрезентирует для них связь с объективным миром. Репрезентации, утрачивая конкретную и реальную природу, часто абстрактны.

Шизофреники нередко полны идеями о спасении человечества, т. е. потребность в собственном спасении от утраты объектов может осознаваться в форме проекций. Многие шизофреники способны к очень быстрым и интенсивным реакциям переноса как нежности и чувственности, так и враждебности. Быстротечность и ненадежность подобных реакций показывает, что пациенты пытаются найти контакт с объективным миром, но могут выйти из нарциссического состояния только на короткий период. Неистовость их усилий обусловлена страхом новой утраты объектов.

Сексуальные проявления шизофреников многочисленны и разноплановы со смешением всех уровней либидного развития. Такая сексуальность тоже, по-видимому, представляет попытку реституции. Специфичность сексуальных проявлений детерминируется дополнительными фиксациями в период между основной нарциссической фиксацией в раннем возрасте и установлением первичности гениталий. Возможны аутоэротические действия всех видов: нарушения питания (от отказа принимать пищу до булимии); примитивные проявления анального эротизма типа недержания экскрементов, пачканья, копрофилии; примитивные формы отношения с объектами, нацеленность на инкорпорацию; магическая переоценка функций экскреции.

Открытые проявления эдипова комплекса настолько выражены, что сразу привлекают внимание психоаналитиков. Тем не менее генитальные побуждения постоянно конкурируют с прегенитальными побуждениями. У тех, кто предрасположен к шизофрении, первичность гениталий, по-видимому, никогда прочно не устанавливается. Таким образом, особенности прошлого развития пациентов могут оживляться в качестве симптомов нарциссической регрессии или реституции.

Шизофренические особенности речи

Фрейд показал, что удивительный способ использования шизофрениками слов тоже необходимо понимать как феномен реституции. Он писал: «Пациент часто уделяет особое внимание способу самовыражения, который становится манерно-изысканным и тщательно разработанным.

Конструкция предложений претерпевает особую дезорганизацию, делающую их настолько непонятными, что высказывания пациента кажутся бессмысленными. Часто в содержании высказываний выступает некое отношение к органам тела или иннервации. При шизофрении слова подвержены тому же процессу, который происходит в создании сновидческих образов из мыслей сновидения. Этот процесс мы назвали первичным».

Фрейд объясняет необычное вербальное поведение шизофреников, выдвигая гипотезу, что они пытаются вновь обрести объективный мир и действительно что-то восстанавливают, но отнюдь не все желанное. Вместо утраченных объектных репрезентаций они успешно возвращают только их «тени», т. е. словесные репрезентации. Утрата объектов вынуждает замещать объектные репрезентации словесными репрезентациями и обходиться с ними тем же образом, как невротики обходятся с объектными репрезентациями.Впоследствии гипотеза Фрейда была подтверждена и разработана несколькими авторами.

Шизофреники обходятся с утрированными функциями суперэго, наблюдением и критикой точно так же, как они обходятся со словами. Эти функции тоже являются тенями объективного мира, который утрачен.
Не все особенности шизофренической речи таковы по происхождению. В силу причудливости, стереотипии, архаических паттернов мышления и вообще субъективизма пациенты используют слова в неизвестных слушателям значениях, чем усложняют высказывания.

Кататонические симптомы как феномен реституции

Стремление к восстановлению утраченного объективного мира составляет суть многих симптомов кататонии. В самой первой работе о шизофрении Юнг признал стереотипии и манерность в качестве болезненных попыток восстановить или удержать ускользающие объектные отношения. Взгляды Юнга получили разнообразное подтверждение и разработку.
Жесты и мимика очень важный архаичный способ коммуникации с объектами. Их патология (натогномика) психоаналитически еще недостаточно изучена. Тяжелые нарушения у кататоников проявляются не только в противоречивости эмоционального отношения к объектам, но и в неспособности к здоровым эмоциям вообще: стереотипии и манерность представляют собой замещения эмоций, намеки на эмоции и не служат коммуникации.
Эти «эмоциональные остатки» утрачивают связь с целостной личностью и друг с другом, что отражено в термине «шизофрения». Однако многие стереотипии, манерные акты не столько симптомы утраты объектных отношений, сколько активные попытки их восстановить.

Как слова замешают объекты или любовь, так странные магические экспрессии, непонятные наблюдателю, замещают нормальное эмоциональное отношение к объектам. Пресловутая «бессмысленная улыбка» шизофреников — типичная безуспешная попытка восстановить контакт с объективным миром. В некоторых мимических выражениях и причудливых действиях все еще узнаются первоначальные чувственные (чаще враждебные) побуждения, которые не удалось отреагировать полностью.

Уже упоминалось о магическом значении детской игры в «гримасничанье». Порой мимические выражения кататоников кажутся карикатурой на эту игру. Фромм-Райхманн усматривает в стереотипии компромисс между тенденцией выразить некие объектные побуждения (нежные или враждебные) и тенденцией подавить их из страха встретить отпор. Дезинтеграция личности превращает полноценное выражение эмоций в стереотипные аллюзии.

Эхолалия, эхопраксия и автоматическое послушание тоже могут считаться примитивными попытками восстановления контакта с внешним миром. Младенец научается использовать мимические выражения для вхождения в контакт, имитируя мимику окружающих с помощью механизма первичной идентификации. Пациенты-кататоники пытаются восстановить утраченный мир путем регрессии к этому примитивному механизму.

Своими жестами они намереваются имитировать жесты других, но, поскольку имитация не удается, их жесты кажутся пустыми и бессмысленными. Еще одно обстоятельство способствует тому факту, что имитация жестов превращается в своеобразную карикатуру: отвергнутые враждебные побуждения по-прежнему (или снова) действенны и отражаются в манере имитации. Кроме того, манерность не только имитация виденного в прошлом, но и предвосхищение магическими жестами желанного поведения других в будущем.

Кататоническая ригидность отражает конфликт между побуждением к действию и защитой от побуждения. Ференци отметил, что реально кататония представляет собой катаклонию, высокочастотное чередование активности и торможения побуждений. В мышечных спазмах истериков и дистонических феноменах нормальных тоже отражается борьба побуждений к движению и тормозящих побуждений. Но в данных примерах оба типа побуждений выражают бессознательное отношение к объектам. При кататонии они нарциссичны и отражают борьбу за новое обретение объектов. Дистонический гипертонус относится к кататонической мышечной ригидности, как интроверсия невротиков относится к нарциссической ориентации шизофреников.

Другие кататонические установки направлены не столько на обретение вновь объектов, сколько на отрицание неприятных чувств и заболевания. Многие мимические выражения, словно намереваются сказать: «Посмотрите, я не сумасшедший!» При углублении регрессии экспрессии становятся все менее специфичными и, наконец, начинают казаться импульсивными действиями («raptus actions»), всего лишь неупорядоченными двигательными разрядками, облегчающими сильнейшее напряжение (обычно проявляющееся в каталептической ригидности).

Стремление любой ценой избавиться от внутреннего напряжения может даже противоречить инстинкту самосохранения. Неоднократно сообщалось о том, что шизофреники подвергают себя кастрации. Эти случаи психологически родственны аутокастрациям религиозных фанатиков, пытающихся радикальным отрицанием своей сексуальности возобновить «мирный союз с Богом».

Чрезмерная покорность основывается, однако, не столько на женственности, сколько на «океанической» природе раннего младенчества. Тот факт, что действия подобного рода выполняются в состоянии глубокой регрессии, позволяет думать об архаичном биологическом рефлексе, в котором инстинктивное удовлетворение и защита от инстинктов еще слиты. Такие архаические цели легче возобновляются в состоянии регрессии при условии сексуализации суперэго.

Пожалуйста, скопируйте приведенный ниже код и вставьте его на свою страницу — как HTML.

psystatus.ru

Шизофрения и любовь: история несостоявшихся отношений

Южные люди по характеру особенные. Гибкие, мягкие, пластичные. Напрягаться особо не любят, зато чувствуют природу и других, умеют созерцать и наслаждаться. Р. жил в уютном приморском поселке невдалеке от высоких каменистых гор. Получив хорошее техническое образование, обладая достаточно развитым интеллектом, он все равно не уехал в столицу ради карьеры. Не смог он оставить дом под горой, многочасовые прогулки по извилистым тропинкам, купание в холодном апрельском море. Р. был частью той земли, он любил её и жалел, а отъезд оказался бы суицидом. Так и жил он просто, как здоровое животное, работал без энтузиазма, читал, поражая окружающих энциклопедическими знаниями, и все свободное время проводил в горах, в покое и созерцании. А читал он действительно много: художественную литературу, книги по истории и археологии, трактаты о религии и эзотерике, которые, по мнению врачей, его и подломили.

Одиночество его манило, успокаивало, но и от любви Р. не отказывался. То заезжая туристка случайно зазевается среди камней, то веселая землячка вступит в шутливый спор на лавочке у подъезда. Девушек было много, все завязывалось так просто и легко, но серьезных отношений он избегал. Нет, он не боялся обязательств или потери свободы — вещей, о которых так любят рассуждать мужчины, чтобы привлечь к себе интерес. Р. страшился другого — слияния, душевных рамок, расслоения своей личности в другом, но сам, конечно, этого не понимал, потому и порхал среди курортных романов, да случайных связей, чем никоим образом не тяготился.

Но было и то, что действительно омрачало его философски насыщенную, но обыденную жизнь, — родители, которые находились за стеной родной квартиры, совсем рядом, занимая все душевное пространство. Спокойный, даже безвольный отец не вмешивался в личную жизнь, не требовал ничего, хотя Р. его побаивался, сторонился. Но сильно давила мать. Упоминая о ней, Р. заговаривался и быстро умолкал. А мама была властной, активной, красивой и как-то вкрадчиво, но агрессивно вторгающейся, отчего тонкие струны души Р., конечно, пострадали. Он боялся её до жути, одновременно ненавидел и любил, пожирал себя виной за нежелание в ней растворяться, но по первому зову мчался выполнять её прихоти. И умное подсознание трактовало любую близость как разрушение, как потерю личности в поглощающей и уничтожающей самке. Р. никогда не приводил подруг домой, в огромную четырехкомнатную квартиру, и никогда о них не упоминал при семье. Страх оказаться обнаженным и беспомощным перед пронизывающим и обесценивающим взглядом матери сковывал, препятствовал созданию серьезных отношений.

Но однажды он все-таки влюбился. В приятную девушку, умную, тонкую, необычную. Многие поговаривали, что они не пара. Мол, Р. простоват, хоть и интеллектуал, по горам шастает, книги странные читает, а она из хорошей семьи, одета с иголочки, знает, чего хочет. Да какое у них будущее? Курам на смех! Но близость их вопреки пересудам продолжалась. Ребята принимали друг друга без придирок, ценили интимность в общении и создавали вокруг себя атмосферу любви и теплоты.

Романтика романтикой , но отношения должны развиваться не только в сторону духовной связи. По крайней мере, так убедительно поговаривали в том провинциальном городке. Третий год встречаются, а про свадьбу ни слова. Подружки с родителями судачили, что не любит, поматросит и бросит, вон — с мамой даже не познакомил. А как знакомить, если та одним взглядом испепелит дорогого человека, обесценит и растопчет? Да только не мог Р. объяснить это ни любимой, ни себе, поэтому тянул, мычал, от намеков уклонялся, порождая таким образом еще большее напряжение в треснувших отношениях.

Но подруга Р. была не так проста. Она слушала подруг и понимала, что время идет (куда — уж целых 23 года!), а ячейка просто так с неба не упадет . Закон тех мест обязывал жениться рано. Она любила Р., но уставала, поэтому часто в те деньки выходила к морю передохнуть. А курортный городок жил насыщенной жизнью. К причалам подплывали корабли, то круизные и военные, то яхты, да лодки соседских рыбаков. И однажды на берег сошел Капитан. Высокий, в белой форме, уверенный в себе, разведенный , слегка под 40. Конечно, он сразу обратил внимание на уставшую, но уверенную в себе девчонку, сидевшую у воды. Конечно, он пригласил её в кафе и завязал взрослый и разумный разговор. Девушка Р. изменить не могла, но с капитаном дружбы не теряла. Да и как, ухаживал-то он ведь ого-го ! То подарок привезет из-за границы, то галантно сводит в ресторан. Всегда расспросит как дела, подставит плечо и вовремя исполнит обещание. Тактично, без нажима и интимных обязательс тв вз амен.

И она сделала выводы. Где Р. с его походами по горам, с его нестабильной и недоходной работой и параноидальным страхом брака, а где основательный и спокойный Капитан. Да, Р. и выслушает, и слезы утрет , но только поступков от него не дождешься , а птичками, эзотерикой и горными цветочками будущее, увы, не раскрасить.

Капитан тоже умел считать и через полгода заплывов в гавань он все-таки сделал предложение. Все по науке: встал на одно колено, подарил кольцо, дал время подумать (шаг-то ведь серьезный !), но не более месяца, ну ладно, двух. Р. все узнал. Девушка в слезах призналась, что не может больше ждать и что есть тот, кто готов. Она говорила, что любит Р., но жизнь ей своя дороже, а значит , нельзя её тратить на пустые ожидания и непродуктивную тревогу.

Р. парализовало. Он не хотел такого финала, каким-то мистическим образом надеясь, что все расставиться само собой без ломки и саморазрушения. И всё же в тот вечер Р. решился и поехал к любимой. Он нелепо встал на одно колено, пообещал забросить походы в горы, заняться делом и стать полноценным мужем, а в будущем даже отцом. Конечно, она согласилась. Ведь любила она его, что уж говорить. Любила и всегда ждала.

Да только через пару часов , перебирая вспотевшими ладонями детали старого конструктора и собираясь духом признаться матери, Р. испытал первобытный ужас. Вдруг пошатнулась комната, и странно треснули обои в цветок. А может , нет, показалось? Какой-то едкий голос в голове вкрадчиво зашептал: «беги, а я за тобой». Р. застонал, схватился за виски, а голос не умолкал. Он стал частью мозга, растекся по венам и то приказывал, смеясь, то в шутку угрожал. Бешено заколотилось сердце, Р. пытался отряхнуться, расцарапать кожу и вытравить из себя токсичные и преследующие слова. Посыпалась стена, за ней пол и потолок. Все смешалось со свистом, грохотом, воем и посреди бушующего цунами разверзлась бездна, из которой потянулась вдруг рука. Она ухватила его за ногу и предстала молчаливым чудовищем с пронизывающими глазами матери и огромным чувственным ртом. Р. держался за мебель, отбивался, но цепкое и спокойное чудовище тянуло его вниз, едва лишь улыбаясь и наблюдая пустыми белыми глазами, а голос шептал «не пущу, ты мой, не отдам». Р. кричал и умолял оставить его в покое, но тщетно. Чудовище из бездны постепенно поглощало его тело, а голос в голове не умолкал.

Родители были в шоке. Сначала они пытались унять кричащего сына и вытащить его из-под стола. Они убеждали, что никого больше нет, но Р. царапал себе кожу и истошно звал на помощь. Извивающегося и конвульсирующего сына, уже парализованного лекарством, достали врачи психиатрической бригады. Симптоматика болезни оказалась слабой для шизофрении , но первичный психоз состоялся, поэтому в отделении пришлось полежать. Сетовали доктора, что парень зачитался эзотерикой, что слишком много пропадал в одиночестве, потеряв связь с миром живых. Да только никто не обратил внимания на ужас перед слиянием с той, которая так напоминала цепкую и поглощающую мать, и не было рядом дельного и подходящего психотерапевта. Откуда? Маленький городок на берегу бушующего моря.

Р. быстро пошел на поправку. Через неделю он со смехом вспоминал тот психоз, сидя в обнимку с невестой, которая преданно и без брезгливости навещала его в унылой больничной палате. Они болтали обо всем , как в старые добрые времена, смеялись и плакали, вспоминая прошлое и общих знакомых, ни разу не коснувшись темы женитьбы. Но только перед самой выпиской, за день до до лгожданного освобождения, девушка вскользь напомнила о данном обещании и о подплывающем на всех парусах корабле.

Р. снова дал психоз. Его зафиксировали и обкололи лекарствами, опасаясь суицида, а он метался в агонии бреда и умолял чудовище с пронзительными глазами уйти. Девушка все поняла. Она не осуждала болезни души, интуитивно ощущая причину этой беды. Через неделю она ответила «да» капитану и больше к Р. не возвращалась.

Прошло почти 15 лет. Р. все такой же одиночка, живущий вместе с родителями. Он поддерживает бессвязные романы и опасается приводить домой подруг. Переживание подобного ужаса не проходит бесследно. Р. не надеется встретить любовь, ведь подкорка все еще шепчет «ты моё, не отдам». Тянется его жизнь, спокойная, размеренная, с тоской по первой любви и поджидающим страхом чудовища из небытия. Пустые материнские глаза все так же пристально глядят из бездны, грозясь утащить при первом слиянии с другой.

А жена Капитана прекрасно живет с надежным супругом в летах, воспитывает троих детей и почти не вспоминает того нелепого сумасшедшего парня, за которого когда-то по глупости мечтала выскочить замуж. Где он, а где Капитан?

www.cablook.com

psychoz_ru

Это психоз!

Я живу и иногда забываю кто я, что я из себя представляю в обществе, в социуме. Но рынок человеческих отношений на то и рынок, что надо помнить, что ты из себя представляешь на уровне общества, то будут видеть в тебе другие.
Я построила, я нарисовала себе картину того, как я смогу жить и с кем я смогу жить на основании того кто я такая, но эта картина с трудом реализуема. Мир (люди, жизнь, социум) предъявляет к нам требования того самого жесткого отбора, который проходят только сильные, красивые, и такие как все, по крайней мере у нас – в России. За рубежом все иначе, но не о нем сейчас речь.
Этому отбору подвергаем и мы друг друга, волей неволей, так или иначе. Мы не говорим об этом вслух. Но что случается с людьми, у которых недостаточно качеств, критериев для прохождения этого отбора? С людьми с психическими расстройствами. На самом деле многие из вас даже не подозревают о том, что например, в институте, вы учитесь рядом с таким человеком, он может много пропускать, он обычно выпадает из коллектива. Но с годами человек учиться маскироваться в обществе и носить маску похожую на ваши лица.

Я с удивлением прочитала сегодня, что шизофрения – болезнь 20 века. Что около 1% населения земли страдает этим расстройством. Стоит учесть, что шизофрения о которой я пишу здесь — это не тот вид расстройств, которые выбивают человека из колеи жизни на все сто процентов, или сужают круг его потребностей до банального больничного ухода – покормить, уложить, (хотя при тяжелых вариантах болезни, или при трудных условиях жизни часто доходит до этого – пример — множество пожилых женщин и мужчин в психиатрических больницах, в историях болезни которых нет ни алкоголя, ни наркотиков – жизнь довела.)
Люди, у которых эта группа расстройств (то что именуют шизофренией, маниакально – депрессивным психозом, биполярным расстройством, и имеет массу симптомов, итд) такие же живые люди, большинство из них не лежат в больницах, не нуждаются в постоянном врачебном уходе и наблюдении – только во время обострений, которые могут быть не очень частыми (1-3 раз в год) или вообще не быть. Но таким людям нужны, как мне понравилась формулировка в одной статье для родственников больных, «щадящие» условия жизни. Многие из таких людей не могут работать, а если могут то это обычно временные работы, дающиеся с трудом. Другие (с несколько иными особенностями ) напротив – могут трудиться на постоянной спокойной не требующей напряжения работе, которая, как правило, очень низко оплачивается – обычно это несложная работа руками, или спокойная работа с бумагами. Но и те и те не могут обеспечить сами себе тех самых «щадящих условий», у нас полагается инвалидность всем этим замечательным людям, но я не буду называть цифры, которые выплачиваются по инвалидности, они не покрывают даже питание на пол месяца.
Есть люди у которых были проявления болезни однократно, как срыв, и не возвращались, такие люди ничем не отличаются от всех – ни социально ни в общении, разве что предрасположенностью, но ведь кого угодно можно довести до ручки.

«Чистота мировосприятия и инфантильность», творчество, оригинальное мышление — милые особенности, такие привлекательные, присущие почти всем этим людям. Но оборотная сторона, та, которую видят только те, кто живет рядом с ними, те, кто взял на себя ответственность — видят и переживают на себе все — от нервозности, перепадов настроения, неадекватного восприятия мира вокруг, замкнутости, безысходности, пароноидальных идей и мыслей, до невозможности обеспечить себя, позаботиться о себе. Такие люди нуждаются в заботе, их надо оберегать от мира «за стенами», чтобы он не уничтожил их, чтобы они тоже могли быть счастливы. Рядом с ними можно быть счастливыми, но для этого человеку рядом нужно понимать все это и быть сильнее, быть готовым оберегать.

Я хотела бы узнать, прочитать, если здесь есть те, кто тоже относится к этому 1% населения, как у вас складываются отношения с любимыми, с близкими, с родственниками. Как вы живете, кто эти люди, что рядом с вами. Есть ли у вас семьи, есть ли у вас любимый или любимая, что счастлив(а) быть рядом. И возможно ли быть счастливым? Есть ли такие, кто может выдержать, заботиться и оставаться рядом, быть сильнее «болезни» или если не нравиться слово болезнь – сильнее ваших «особенностей»?

psychoz-ru.livejournal.com

7. Отношения в семье больного шизофренией

Одной из наиболее известных гипотез влияния матери и семьи на больного шизофренией является гипотеза «двойного зажима» (double bind) Г. Бейтсона /143/. «Ситуацию двойного зажима иллюстрирует анализ небольшого происшествия, имевшего место между пациентом-шизофреником и его матерью.

Очевидно, что такого исхода можно было избежать, если бы молодой человек был способен сказать: «Мама, тебе явно стало не по себе, когда я тебя обнял. Тебе трудно принимать проявления моей любви». Однако для пациента-шизофреника такая возможность закрыта. Его сильная зависимость и особенности воспитания не позволяют ему комментировать коммуникативное поведение матери, в то время как она не только комментирует его коммуникативное поведение, но и вынуждает сына принять ее сложные, путаные коммуникативные последовательности и как-то с ними справляться» /144, с. 5/.

Двойной зажим — противоречивые, путаные послания, которые больному запрещено комментировать, — нередко встречается в семьях больных шизофренией. Некоторыми приверженцами этой гипотезы шизофрения трактуется, как способ справиться с невыносимым противоречием двойного зажима. При такой трактовке шизофрения превращается в психогенную реакцию. Более реалистично предположить, что ситуация двойного зажима провоцирует возникновение болезни, но лишь у тех, кто к ней предрасположен или вызывает обострение, хронификацию уже имеющего место заболевания.

Другим известным термином является понятие «шизофреногенной матери» — schizophrenogenic mother /145/. Допустимо выделять, по крайней мере, два типа таких матерей. Первый тип — это стеничные, с паранойяльными чертами женщины, жестко гиперопекающие своих детей, планирующие для них программу всей жизни. Второй тип — так называемые «курицы-наседки». Большая часть их жизни посвящена бестолковому и неугомонному хлопотанию над своими чадами. Они боятся жизни, тревожны и неуверенны в себе. Подсознательно ощущая свою беспомощность, они вкладывают в детей все свои страхи и тревоги, как если бы это могло чем-нибудь помочь. В них самих отчетливо проглядывает шизофреническая разлаженность. Взаимоотношения матери и ребенка бедны душевным теплом. Они крепко объединены функциональной связью: матери есть на кого выплескивать свою тревогу перед жизнью, а испуганному ребенку есть за кого от этой тревоги прятаться.

Э. Г. Эйдемиллер полагает, что больные шизофренией нередко воспитываются в духе доминирующей гиперпротекции в ригидной псевдосолидарной семье с жестко регламентированными внутрисемейными отношениями /146/.

Концепции двойного зажима, шизофреногенной матери, псевдосолидарной семьи представляют большой теоретический интерес и имеют основания в клинической реальности. Они помогают некоторым пациентам в понимании своей личной истории. Однако представляется важным подчеркнуть опасность генерализации этих концепций. Существует немало пациентов, для которых данные концепции не являются корректными. Неприятная сторона этих концепций состоит в том, что они имплицитно обвиняют родственников, особенно матерей, в страданиях пациента.

Конечно, в психотерапии предполагается, что пациент поймет, что родители сами не ведали, что творили, и старались, насколько могли, правильно его воспитать. В конце концов, родители стали шизофреногенными, потому что такими их сделала судьба и травмы собственного детства. Но это предположение может не оправдаться, и пациент затаит в душе обиду и даже агрессию к родным. Родственникам шизофренических людей и так очень тяжело. Думать, что они сами во всем виноваты, — жестоко и несправедливо, потому что, как показывает практика, многие из них самоотверженно служат своим детям и любят их. Необходимо осторожно и внимательно подходить к каждому индивидуальному случаю, проявляя уважение ко всем его участникам.

Существуют и точки зрения, которые «реабилитируют» близких даже тогда, когда сами больные прямо обвиняют их. Г. Е. Сухарева писала: «Характерной особенностью бредовых расстройств у подростков является также распространенность их бредовой настроенности главным образом на членов семьи, на самых любимых и близких людей (чаще всего на мать). Привязанность к близким обычно утрачивается задолго до возникновения явных бредовых идей» /119, с. 256/. Итак, не следует трактовать недоброе бредовое отношение подростков к своим родителям непременно как ответный знак на плохое родительское отношение. Часто это знак того, что у подростка до болезни была душевная близость со своими родителями.

Родственникам больных полезно объединяться в группы самопомощи, где они смогут делиться опытом, психологически и практически поддерживать друг друга, ибо, замыкаясь в своей беде, легко впасть в отчаяние.

lawbooks.news

Любовь и шизофрения

Тема не новая. Можно обойтись и без соединительного союза «и», больше подойдет дефис «Любовь-шизофрения».
Эти понятия отражают очень сложное, состоящее из двух частей явление. Они, если применим круги Эйлера, пересекаются, хотя полностью и не совпадают, особенно в наш постмодернистский век, где многое перемешано до неузнаваемости. Говоря о любви, следует уточнить, что я имею в виду не только влечение и страсть к женщине, но и, так сказать, в общем смысле. Само слово «любовь» настолько затаскано и застирано, что давно оторвалось от своего реального, традиционного смысла и, по правде говоря, ничего не обозначает, кроме как общего позитивного отношения. Что-то вроде «как дела – нормально». Это просто подтверждение некоей гравитации одного объекта-субъекта к другому. Но порой так называемая «любовь» принимает зловещий, роковой характер, особенно гетересексуальная. Есть такая пословица: «Любовь зла, полюбишь и козла». Учитывая «химию любви», всякие там гормоны, дофамины, тестостерон и прочее, увидеть свою избранницу в объективном свете невозможно. Мысль, что любимая страдает психическим расстройством, некоей патологией вроде шизофрении или эпилепсии, как-то не приходит в голову. А жаль. Потом, после романтического периода, «идеализации», открывается другая субличность, и появляется жуткий мистер Хайд, а доктор Джекил куда-то пропадает. Боже мой. Оказывается, он алкоголик, прелюбодей, псих, олигофрен и т.д. Набор смыслов в определенном контексте в период ухаживания становится не более чем пустым понятием, иллюзией, картинкой, галлюцинацией в широком смысле. И здесь входим на территорию скрытой шизофрении. Этот термин означает «расщепление рассудка», а раньше это психическое расстройство называлось (Dementia praecox – преждевременное слабоумие) в целом, по моему субъективному мнению, относится к специфичному поведению современного человека.
Сейчас на почве виртуальных технологий: Интернет, скайп, соц. сети, сотовые телефоны происходит дегуманизация сознания, реальный разум, чувства, отношения превращаются в «виртуал». Читая и просматривая электрические сигналы на мониторе, на экране мы видим «не реал», а его изображение. Отсюда и начинается «шиза». Вы смотрите на красивую картинку молодой женщины с обворожительным взглядом, читаете ее «месиджи» и включаетесь в виртуальное общение, которое в отличие от реального чрезвычайно богато нарисованными, придуманными, приписанными смыслами, всякими интересными историями, продуктами творческой фантазии и порой откровенной ложью. Вы слышите и читаете на экране, мониторе постоянные заверения в любви и преданности, идущие к вам по электронной почте, видите на скайпе картинку и чувствуете себя «центром» внимания, обожания. О Господи, как все прекрасно, изумительно, фантастично, супер! Вы никогда не виделись, не встречались с вашим виртуальным другом, партнером, любовником, но связь уже зафиксировалось. Теперь знаки начинают работать сами по себе и включается шизофрения с ее очень характерными признаками: галлюцинация и бред. Не надо только думать, что галлюцинации – это нечто страшное в виде пауков, бегающих по комнате, чудовищ из «белой горячки». Вовсе нет, это уже крайний случай. Всякие «голоса» и видения что-то приказывают делать, спорят между собой. Это уже госпитализация. Но давайте вспомним, что советская психиатрия сажала диссидентов в психбольницу с диагнозом вялотекущая шизофрения и превращала их там в «овощи». Согласитесь, различные сверхценные идеи и ментальные построения вроде грядущего апокалипсиса, гибели демократии, возвращение сталинизма, истинной веры, пришельцев из созвездия Большой Медведицы и прочее, очень похожи на бред. Носители этого бреда уже далеко оторвались от реальности и пребывают во власти собственных симулякров, то есть подобий реальностей. Учитывая, что телевизионный ящик постоянно подкармливает наше сознание «картинками», вы теряете способность критического суждения и медленно превращаетесь в «овощ», «зомби». Ваша идентичность, то есть ваше истинное я, взломано, искажено, а может, и стерто. Вашего собственного сознания больше нет, оно заменено виртуальным. Зомби-ящик голосом Киселева или Брилева вещает, дескать, на Украине геноцид, фашизм, русофобия, и информация усваивается, проглатывается. Картинка и есть реальность. Это полная шизофрения, потому что реальность – совсем не картинка. То же самое и в Любви. Реальная молодая девушка может далеко уже не девушка и далеко уже не совсем молода, зато есть ее «образ», виртуальная копия, которая гораздо привлекательней. Помните фильм «Суррогаты». Там, правда, все слишком прямолинейно, дорогая аппаратура, некий электронный центр и прочая мишура. В жизни смыслы работают на более глубинных уровнях. Человек может даже и не подозревать, что он скрытый шизофреник, и торжествующе умиляется своей полноценности. Вот он всего достиг, жизнь удалась, как говорится. И волки целы, и овцы сыты, не так ли?
Любовь – это сплошной и бесконечный делирий. Влюбленный говорит и говорит о своих чувствах к возлюбленной часами, днями, месяцами, годами. Его даже не интересует, слушает ли его собеседник или давно исчез с экрана. Какая разница. Бред может быть прерван только какими-то органическими потребностями, то есть необходимостью покушать, посетить туалет, желанием поспать, если вообще оно появляется. Казалось бы, ничего особенного, никому же нет вреда. Так-то оно так, но посмотрите на бред, называющий себя информацией, о том, что происходит в мире и, в частности, в России. Только недавно во время присоединения Крыма СМИ скандировали: «Русские своих не бросают», митинги, знамена. А теперь, когда на Юго-Востоке Украины убивают русских и нерусских людей и те бегут в Россию-матушку, которая принимает и обогревает беженцев, то почему лозунг «русские своих не бросают» оказывается пустым слоганом. Сколько можно показывать по «ящику» страдания людей?! Риторический вопрос. Почему нельзя двинуть полки и за двое суток решить судьбу так называемой национальной гвардии? Где смысл? Что нам показывать, как «тополь», который летит куда-то на Приморье и уничтожает цель или наши «сушки» виртуозно делают пируэты. Ну и что? Мощь? Впечатляет? Только не надо говорить ЕС и НАТО, геополитика. Конечно, главный источник шизофрении – это телевидение. Да что там говорить, вспомним историю, бред величия Адольфа Гитлера, этого типичного шизофреника.
И вот еще один пример бреда. Борьба с курением. Закон, принятый Госдумой РФ, попрятали сигареты, довели до абсурда пустяковый вопрос. Может, лучше повысить зарплату медсестрам и врачам, модернизировать больницы, открыть социальные аптеки. Уверен, это гораздо будет эффективней в политике улучшения здоровья населения.
Шизофрения – это свободные, можно даже сказать, слишком произвольные отношения с реальностью, с окружающим миром, когда человек перестает сверять свои представления, карты реальности с территорией. Это выключение критики собственных ментальных построений, то есть готовность к бреду и сам бред.
В той или иной степени люди смешивают реальность со своими представлениями. Иногда лучше казаться для себя успешней, перспективней, ослепительной, обворожительной, чем ты есть на самом деле. Вера в себя и все такое. Шизофреник живет в мире собственных иллюзий: кактусов, цветочков, инопланетян, насекомых, разговаривает с камнями и деревьями, ангелами и плачет, если с ними что-то не так.
Итак, любовь-шизофрения, конечно, не просто психическое расстройство, это своего рода знамение в широком смысле, и прежде чем начинать общение с новым знакомым или незнакомкой в соц. сетях, в жизни, попросите справку о его/ее психическом здоровье, так, на всякий случай.

Р. Э. ЛЮКМАНОВ.

Все смешалось в голове Люкманова. Где шизофрения, где паранойя ? Где маниакальные устремления ? Непонятно. Чем они отличаются друг друга. Больше всего не любят шизофренников именно параноики. А в принципе шизофренники милые безобидные люди в отличии от параноиков , типа Люкманова. и чего он набросился на них бедных шизофренников. Лучше бы начал с параноиков типа Сталина и других вождей. Да и Гитлер не был шизофренником, он был скорее маниакальной личностью, человеком одной цели.

самое для аффтора времечко рассуждать о любви,о шизофрении,о королях и о капусте.
СОЗРЕЛ_ТАКИ.
а что это — делирий?
диарея — это другое?

Автор плохо разбирается в любви. Любовь мужчины отличается от любви женщины. Это любовь женщины приобретает часто форму шизофрении, а любовь мужчины это паранойя. Хотя надо похвалить автора за то, что он попытался как то по-новому взглянуть на природу любви. Такое не часто встретишь.

когда на Юго-Востоке Украины убивают русских и нерусских людей и те бегут в Россию-матушку, которая принимает и обогревает беженцев, то почему лозунг «русские своих не бросают» оказывается пустым слоганом. Сколько можно показывать по «ящику» страдания людей?!
Р. Э. ЛЮКМАНОВ
================
Люкманчик не только легковерен, но и транслирует ложь и все глупости, которое показывает российское телевидение. За все четыре месяца «войны» на востоке Украины мирных жителей там погибло около тысячи, как правило, в качестве случайных жертв обстрелов. Во время войны в Чечне столько погибало за сутки, например, во время обстрелов Грозного. Для России самый лучший способ предотвратить жертвы среди русского населения на Украине — это перестать поставлять оружие и вообще помогать террористам. Все жертвы на Украине в конечном счете на совести России. Если бы не было бы войны, развязанной российскими спецслужбами, не было бы и всех жертв. Все население Украины, в том числе и русское, теперь это прекрасно понимает и открыто проклинает российских диверсантов!
http://www.youtube.com/watch?v=7Ow5sEsSyI4&feature=youtu.be»]http://www.youtube.com/watch?v=7Ow5sEsSyI4. eature=youtu.be

Ну, что? Есть возможность «поклевать» Люкмана?)))
Про закон о курении неправильно сказал. До чего дошло: девчонки 12-14 лет открыто ходят по улицам и «дымят». В поликлинике рассказывают, сидя в очереди, астматики, ХОБЛ и прочие такие: получают лечение, лекарства и в то же самое время «не могут бросить курить». И это происходит даже в профильных стационарах наших больниц. И т.д. и т. п. Так что нужен закон. На Западе-то давно уже всех табачных миллиардеров прижали.
Guest, 15.08.2014 в 21:08 А делирий, я так понял, это безумие, бред.

Любовь основана на инстинкте продолжения рода. Так как рожает женщина, у нее все подчинено этому. Любовь для нее есть смысл жизни. Посмотрите, как женщины смотрят мыльные оперы. Мужчины смотрят футбол. Собственно говоря поведение женщины, даже так называемое нормальное, с точки зрения мужчины всегда имеет элементы шизофрении. Не зря же говорят -женская логика, мужская логика.

Любовь поэта всегда идеализация и гиперболизация, это не любовь солдата или купца.

Вот посмотрите как мужская и женская любовь отличаются в языквой среде. Мужчина говорит, женился, то есть стал единым целым с женой и это выражается одним словом. Женщина говорит, я вышла замуж, типа, я прицепилась к мужу, но как прицепилась, так и отцеплюсь. Люкманов поднял интересную тему о патологиях любви, но при этом сразу надо разделить любовь мужчины и любовь женщины, это абсолютно разные субстанции и имеют разную природу.

про любофффь так много написано,описано,ОБПИСАНО и т.д.
и что же хорошего госп.ЛЮКМЕН добавил?!
зря его в этот раз редактор напечатал.
разве так пишют про любофь.
ОСКОМИНА.

Самый яркий образ шизофреннической любви демонстрирует цыганка Карман из повести французского писателя Проспера Мериме. Пожалуй, это самый яркий и глубокий женский образ в мировой литературе. «Меня не любишь ты, зато Тебя люблю Я, так берегись любви моей!». Мужская шизофреническая любовь встречается значительно реже, но между тем тоже имеет место быть. Это , конечно, испанский идальго Дон Жуан, который меняет женщин, как перчатки. Я думаю, не случайно этот образ появился в Испании после ее освобождения от османов. Дон Жуан очень похож на турецкого султана с его гаремом в сотни наложниц, или на древнееврейского царя Соломона у которого по вполне достоверным данным было 300 жен и 800 наложниц. Просто, у Дон Жуана нет финансовых возможностей завести себе большой гарем и олн удовольствуется постоянной сменой сексуальных партнеров.

полуграмотный ты мой!
не османы.
вобче арабы.
перчатки -устойчивое двухсотлетнее.
ныне перчатки не меняют.
редко кто носит.

Да для меня что османы, что арабы, что сарацины все на одно лицо. Они просто это представители восточносредиземноморской цивилизации. Я не делю людей по национальным квартирам,в отличии от тебя упертый националист. Для меня важно к какой цивлизации принадлежит человек.

Как я понял, Люкманов призывает покончить с шизофренией в политике и хочет «двинуть полки и за двое суток решить судьбу так называемой национальной гвардии». Каков мерзавец! Да нет, что я.
Это не мерзавец. Это имперское перекати-поле. Родился в татарской семье в Средней Азии. Не знает ни единого татарского слова. Его сестра успешно встроена в вертикаль татарстанской власти. Погуглите и увидите. Подозреваю, что она и вытащила остальных членов семейства на божий свет.
Этот классический русофил и татарофоб думает и пишет на русском. Словно Фана Валишина или покойного Диаса Валеева его одолевают проблемы космического масштаба. При этом он в своем микромире пользуется татарским происхождением для решения практических вопросов. В максимире же места татарам нет. Он все о высоких материях печется. Судьбы цивилизации его волнуют, отношения шизофреников и параноиков. Куда только его интересы не простираются. Это прям какой то Ипполит Космополитов.
Только все его умствования пшик, ноль. У него нет национальных корней. Как голь перекатная опирается он только на песок. А песок то ведь выдувается ветром. Так и будет он катиться, перескакивая с бархана на бархан, как в родной Средней Азии.

Мудафаков, браво!
Красиво излагаешь!

Лишь бы ты доволен был, Старший Брат!

Мудафаков всем сердцем воспринял гениальные ленинские слова

«Прежде, чем объединяться, и для того, чтобы объединиться, мы должны сначала решительно и определенно размежеваться»

Решительно и определенно
без «туда-сюда»
без «и нашим — и вашим»
без «здесь я татарин, а здесь я уже космополит»

Так что цитатки знатные, что у Ленина, что у гениального Мудафакова
(или наоборот, не важно!)

Решительно и определенно(в дополнение к Ленину) я могу сказать, что ничего не понял из того, что ты написал. О чем это говорит? Это говорит об одном из двух: или ты мудак, или я дурак.
Может быть? Может. Мне вот только не понятно — почему ты борешься с Мудофаковым здесь, а не на ветке, где он свои речи распространяет? Очко играет, что ли?

При этом он в своем микромире пользуется татарским происхождением для решения практических вопросов. В максимире же места татарам нет.

Так может писать только Мудафаков.
Не подписался он, бывает!

почему ты борешься с Мудофаковым здесь, а не на ветке, где он свои речи распространяет? Очко играет, что ли?

Я, Русский казанец, с Мудафаковым (буковку в нике вы исказили) не борюсь.

«Очко», это что?
Почему и где оно должно играть?
Кто посадил Мудафакова на ветку?
Пусть слезает и творит дальше!

Гопник какой-то пришел и пишет, что ничего не понял.
— Что ж тогда встреваешь в беседу? Посиди, послушай, потом уж флуди.

zvezdapovolzhya.ru