Шизофрения лечение в минске

В Минске больные шизофренией пекут пироги, общаются в Skype и ищут работу

Сегодня, 10 октября, на нашей планете отмечается Всемирный день психического здоровья. Не остались в стороне от этой даты и в Беларуси. В частности, Клубный дом «Открытая душа», объединяющий больных психическими заболеваниями, вчера вечером организовал в Минске бесплатный показ фильма «Игры разума», снятого по реальной истории жизни американского математика Джона Нэша, сумевшего побороть шизофрению и даже стать нобелевским лауреатом. А самое главное, что хотят доказать и себе, и окружающим члены необычного общественного объединения, — это то, что психическое заболевание отнюдь не приговор, и с ним можно жить вполне активной, полезной обществу жизнью.

Представьте: однажды вы узнали, например, что значительная часть мира вокруг вас является иллюзией, а людей, которых вы считали близкими, никогда не существовало, это были галлюцинации. Страшно? А ведь рядом с нами немало тех, что испытал это на себе: по медицинской статистике, на каждую тысячу жителей Земли приходится в среднем по 6 больных только шизофренией, не говоря уже о других психических расстройствах и патологических состояниях. Их симптомы самые разнообразные: от апатии и социальной самоизоляции до истерии и бреда. К счастью, современная психиатрия и фармакология уже умеют купировать такие состояния, возвращать больных если не к абсолютно нормальной жизни, то, во всяком случае, существенно улучшать ее качество. К примеру, многих больных шизофренией в стадии ремиссии попросту невозможно отличить от здоровых людей.

А вот толерантность и чувство такта, любовь к ближнему в нашем обществе от современных достижений медицины, увы, существенно отстают. К человеку, страдающему психическим заболеванием, общественное мнение практически навсегда приклеивает ярлык, с которым нормальные жизнь и работа становятся, как минимум, крайне трудными, а то и вовсе невозможными. Прибавьте к этому комплекс собственной неполноценности, неизбежно развивающийся у таких больных, и вы поймете, что социализироваться, «вписаться» в общество без посторонней помощи им бывает крайне сложно.

Именно поэтому такие больные стараются помогать друг другу сами. Клубный дом «Открытая душа», находящийся при ГУ «Территориальный центр социального обслуживания населения Фрунзенского района г. Минска» на ул. Одинцова, 85 — отнюдь не белорусское изобретение. Это движение начало развиваться в 1946-1948 годах XX века, и сегодня во всем мире насчитывается более 400 клубных домов. Интересно, что такая модель взаимопомощи больных психическими заболеваниями настолько гибка, что приживается в обществах с самыми разными менталитетами — от Западной Европы, Северной и Южной Америк до Китая и Африки.

— Нашими кураторами являются сотрудники Клубного дома «Ласточкино гнездо» в немецком Мюнхене, — рассказывает директор необычного учреждения Ольга Рыбчинская. — Ему уже 25 лет. Перед открытием мы ездили туда на стажировку, вместе работали, изучали устройство. Там же посетили клубные дома «Оазис» и «Блик света» в пригородах Мюнхена. Сейчас активно переписываемся, общаемся — в том числе и лично. Их директор уже приезжала к нам с визитом, снова ожидаем ее в гости в феврале.

Ольга Рыбчинская — психолог по образованию и сотрудник Белорусской ассоциации социальных работников. Клубный дом «Открытая душа» — далеко не первый проект данной общественной организации. В ее активе уже давно и успешно работающий Дом ночного пребывания лиц без определенного жительства в микрорайоне Дражня, БелБСИ (Бюро социальной информации), проект «Третий возраст — диалог поколений» и множество других полезных обществу дел.

— Если говорить о статистике, то самому молодому члену нашего Клубного дома 20 лет, самому старшему — 56, а средний возраст участников проекта составляет 33 года, — говорит Ольга. — Подавляющее большинство — это люди с шизофренией либо с шизоаффективным расстройством. Понятно, что активно участвовать в работе клуба можно лишь тогда, когда заболевание находится в стадии ремиссии, но и тех своих членов, кто не в состоянии к нам приходить, мы не забываем — регулярно звоним, навещаем, присылаем открытки. Подчеркну, что медиков, психиатров в нашем Клубном доме нет. Все строится на активизации здоровой части личности человека, на его социализации — главным образом, через совместную работу, ведь в процессе нее проще познакомиться и подружиться.

Именно отсутствие друзей, по мнению специалистов, является одной из главных проблем людей, страдающих психическими заболеваниями. После постановки такого диагноза человек, как правило, получает инвалидность, а значит — теряет работу. Старые друзья, а часто даже родственники начинают его избегать. В итоге у больного развивается внутренняя стигматизация, неуверенность в своих силах и, как следствие, — нежелание что-либо предпринимать.

Работа в Клубном доме «Открытая душа» построена именно так, чтобы занять его членов полезными делами. И, конечно же, ни одно их них не останется без одобрения как администрацией, так и другими членами. Можно, к примеру, готовить пироги на кухне (именно этим члены Клубного дома увлеченно занимались во время визита корреспондента TUT.BY), работать с документами, обзванивать отсутствующих, искать информацию в интернете или заниматься уборкой помещения — всем, что способствует общему благу.

Не забывают члены Клубного дома и об учебе. В частности, здесь работают курсы компьютерной грамотности (благодаря им одна из здешних девушек уже нашла себе в социальных сетях друга, и на эту осень у них намечена свадьба). Также здесь активно изучают иностранные языки, что помогает общаться через интернет с членами аналогичных организаций за рубежом.

И, конечно же, членов Клубного дома обучают по специальной программе успешного трудоустройства. Она состоит из двух этапов. На первом людям помогают осознать, какая профессия им подходит (например, работа в ночные смены противопоказана людям с психическими заболеваниями — из-за этого может начаться обострение), рассказывают, как грамотно составить резюме, пройти собеседование по телефону и лично. На втором этапе происходит поддерживаемое трудоустройство членов клуба в организации и на предприятия города. Конечно, рекомендовать работодателю в Клубном доме могут лишь тех, кого хорошо знают и в ком полностью уверены. К примеру, недавно две девушки устроились помощниками продавца в книжный магазин, а одна из них даже освоила работу за кассой, несмотря на то, что совсем недавно серьезно опасалась иметь дело с деньгами из-за боязни ошибиться. Однако теперь все страхи позади, а работодатель новыми сотрудниками очень доволен.

Конечно, идеальным вариантом является продолжение работы по специальности, которая была у человека до заболевания. К сожалению, это не всегда возможно. К примеру, среди членов Клубного дома «Открытая душа» немало людей с педагогическим образованием, но на работу с детьми в случае инвалидности по психзаболеванию существует жесткий запрет. В результате, например, талантливейший музыкальный педагог и гитарист, вместо того чтобы обучать детей премудростям игры на любимом инструменте, самореализуется в исполнении собственных пьес перед соратниками по Клубному дому. Впрочем, считают в «Открытой душе», есть неплохая перспектива трудоустроить его руководителем курсов по игре на гитаре для взрослых или в какой-нибудь музыкальный коллектив.

Приходят в Клубный дом «Открытая душа» люди совершенно по-разному. Кто-то — по рекомендации психиатра (все они оповещены о наличии в Минске такого социального учреждения и охотно рекомендуют его своим пациентам). Кто-то — по совету соседей по палате в лечебном учреждении, или просто услышав рассказ об «Открытой душе» в очереди к врачу. А вот уйти отсюда. невозможно! Конечно, если человеку надоест посещать занятия в Клубном доме — заставлять его это делать никто не станет. А вот напоминать о себе соратники периодически будут — иногда звонком, иногда визитом, иногда открыткой к празднику. И, конечно же, особенно здесь рады тем членам, которые, даже найдя достойную работу и устроив свою личную жизнь, хотя бы раз в несколько месяцев приходят сюда, чтобы рассказать о своих успехах товарищам. Ведь ничто так не стимулирует к работе над собой, как положительный пример хорошо знакомого тебе человека.

news.tut.by

Шизофрения является распространенным психическим заболеванием, начинающимся в молодом возрасте, часто приводящим к инвалидности и крайне неблагоприятным экономическим последствиям. Шизофрения имеет наибольший удельный вес среди других нозологических форм в структуре госпитализированной заболеваемости пациентов с расстройствами психики и поведения: более 50% всех коек, предназначенных для психически больных. Оценки, основанные только на поддающихся экономическому учету данных, свидетельствуют о чрезвычайно дорогой «стоимости» шизофрении. Экономическое бремя шизофрении в развитых странах составляет около 2% всех расходов здравоохранения. Так, в Великобритании на лечение больных шизофренией расходуется 1,6% всего бюджета, выделяемого на здравоохранение.

В Российской Федерации с учетом того, что связанные с психическими заболеваниями государственные расходы составляют 1,4% внутреннего валового продукта (ВВП), а больные шизофренией около 16% среди всех психически больных, экономический ущерб от данного заболевания составляет не менее 0,25% ВВП.

Шизофрения характеризуется клинико-биологической гетерогенностью и неравномерностью затрат в различных группах пациентов. В начале прошлого века шизофрения рассматривалась в качестве хронического заболевания с минимальными шансами на выздоровление. Однако представления об этой болезни, как о непрерывно развивающемся процессе, неизбежно завершающемся деменцией, в настоящее время признано несостоятельным. Исследования показывают, что только 10 % больных «обеспечивают» значительную часть тяжелых экономических и моральных потерь, связанных с болезнью в целом. Если экономические издержки вследствие шизофрении в целом составляют от 1,6 до 2,6% общих затрат на здравоохранение в развитых странах, эти 10% больных «без улучшения состояния» обеспечивают 80% затрат. Две третьих прямых затрат в связи с шизофренией идет на содержание больниц и учреждений медико-социального профиля. В значительной степени прямые затраты в связи с шизофренией обусловлены повторными госпитализациями в стационары.

К настоящему времени существование особой группы больных с частыми госпитализациями, для которых оказываемая психиатрическая помощь неэффективна или недостаточна, является общепризнанным. Имеет место парадоксальная ситуация: «ресурсы больниц направлены на тех, кому используемые методы лечения не помогают или помогают в недостаточной степени» По одним оценкам регоспитализации составляют около 20 % от числа всех стационированных за год, но с учетом повторных поступлений на их лечение уходит 38,3 % от всех койко-дней, используемых для лечения больных шизофренией. Стоимость стационарного лечения одного больного с частыми госпитализациями более чем в два раза выше средних затрат на одного больного. Согласно другим данным, повторные госпитализации больных шизофренией составляют от 60% до 88%. Вместе с тем, попытки изучения такой группы больных носят фрагментарный характер, результаты работ трудно сопоставимы из-за отсутствия достаточно четкого и общепринятого понятия частой госпитализации, разных диагностических подходов и различия применяемых методов исследования. Переход к рыночной экономике в современных условиях жесткого дефицита финансовых средств, отпускаемых на здравоохранение, диктует необходимость разработки и использования ресурсосберегающих технологий в организации лечения больных шизофренией.

На данное время, как в иностранной, так и в отечественной литературе констатируется острый дефицит исследований за пределами изучения «действенности» лечения, проводимой по стандартам клинических испытаний лекарств. Более того, решения о закупках, использовании и месте в структуре оказания помощи лекарственных препаратов необоснованно решаются на основании данных об «эффективность терапии» в смысле «действенности» отдельных препаратов. Основным источником научных знаний об эффективности и безопасности лекарственных средств, необходимых для практических целей, являются клинические испытания лекарств. Однако условия их проведения существенно отличаются от реальной клинической практики, а выбором пациентов — от реальных пациентов. В рандомизированных клинических испытаниях применение лекарственных средств обычно оценивается по определенному показанию, не учитывается влияние лечения сопутствующих заболеваний и лекарственного взаимодействия; для них проводится строгий отбор больных по параметрам «включения/исключения», не участвуют дети, беременные женщины и пожилые пациенты.

Из-за относительно небольшого количества включенных больных (редко превышает 1000) и малой продолжительности лечения, невозможно в полной мере оценить профиль безопасности лекарственных средств (редкие, необычные, отсроченные во времени неблагоприятные реакции). Кроме того, ограниченный период наблюдения (обычно не более 1 года) не позволяет изучить и оценить отдаленные экономические и социальные последствия применения лекарственных средств. Поэтому «действенность» препарата не эквивалентна «результатам» лечения. Получить недостающие сведения об эффективности и безопасности медицинских технологий помогает проведение клинических исследований с оценкой экономической эффективности лечения и пользы. В совокупности эти методы называют фармакоэпидемиологическими. Этот подход основан на анализе соотношения между экспозицией лекарственного средства и результатами (клиническими, экономическими, основанными на оценке качества жизни), которые возникают в популяции при его приеме позволяет оценить терапевтическую эффективностью лекарственного средства ретроспективно, что семантически максимально приближает его к концепту «результат» лечения.

Изучение результата/исхода с фармакоэпидемиологических позиций предполагает исследования в контексте единства психического и соматического, индивидуальной чувствительности, биологической реактивности, целостности и системности мозговых функций и адаптационных физиологических и гомеостатических процессов. Актуальность изучаемой тематики обусловлена исторической необходимостью противодействия наблюдаемой в психиатрии медикализации. «Медикализация» означает навязывание назначения лекарств вне контекста клинической формы, стадии и исхода болезни только на основании диагноза.

Медикализация – это глобальная проблема, возникшая в результате жесткой маркетинговой политики фармацевтической индустрии, влияющей на общественное мнение и органы здравоохранения. Инструментом медикализации является распространение результатов РКИ с помощью спонсируемых фармацевтическими компаниями образовательных семинаров, симпозиумов и конгрессов. Результатом медикализации является убежденность в том, что любые проблемы в медицине и здравоохранении могут быть решены через непрерывный прием лекарственных препаратов.

Лечение больных шизофренией в стационарных условиях реализуется в Республике Беларусь (РБ) в форме лекарственной терапии. При этом в стране изысканы материальные ресурсы для оснащения психиатрических стационаров большинством известных лекарственных средств, применяемых для лечения шизофрении в мире. За последние годы значительно сократились сроки между появлением новых лекарственных препаратов и их регистрацией в РБ. Иные виды лечения в РБ фактически не проводятся. Эпизодически реализуются отдельные немедикаментозные вмешательства в рамках подготовки кандидатских диссертаций или научно-исследовательских проектов. В ряде развитых стран реализуется большое количество немедикаментозных видов терапии шизофрении в рамках биопсихосоциального подхода. Эти методы направлены не на уменьшение степени выраженности симптомов, а на стратегии выживания с болезнью. Отсутствие этих методов в Республике Беларусь обычно связывают с недостатком экономических ресурсов и характеризуют их как желательную, но пока невыполнимую цель. Вместе с тем, ясные и научно обоснованные критерии эффективности лекарственной терапии шизофрении в нашей стране отсутствуют.

Очевиден дефицит данных о биологических детерминантах различных результатов лечения (не считая данных о некоторых морфометрических показателях строения головного мозга). Нехватка данных о биологических детерминантах различных результатов лечения тем более очевидна, так как речь идет о болезни, прежде и многими сейчас называемой «эндогенной», тот есть обусловленной, прежде всего, биологическими факторами.

www.bsmu.by

Шизофрения лечение в минске

Шизофрения — психическое заболевание, характеризующееся расщеплением личности, рассогласованием психических функций, разрывом между эмоциональным и интеллектуальным состоянием, отстранением от реальности и уходом во внутренний мир фантазмов. Расстройство возникает преимущественно в молодом возрасте (до 45 лет), в острые фазы заболевания характеризуется психотическими симптомами, не обусловленными органическим или аффективным нарушением. Эти симптомы включают в себя бред, галлюцинации, расстройства мышления и восприятия, значительно искажены представления о себе и объектах, не сдерживаются инстинктивные влечения (доминируют агрессивные дериваты), Сверх-Я регрессирует к примитивным и ненадежным уровням, вплоть до выраженных форм искажения реальности.
Между психотическими периодами больные шизофренией избегают близких отношений, хотя часто сохраняются явно нарушенные семейные отношения. Нередко, несмотря на то, что остаются активными некоторые примитивные психические механизмы, пациент может вернуться к более зрелому и интегрированному функционированию. Такие защитные действия, как примитивное отрицание, проекция, изоляция и расщепление, являются характерными для шизофренических индивидов попытками сохранить внутренний контроль и поддерживающие социальные отношения, чтобы избежать психотического регресса в ситуациях стресса.
Одним из препятствий на пути познания шизофреника является его непостижимость с точки зрения нормальной логики мышления и поведения. У шизофреника обнаруживаются различные странности, причуды, переживания, структурированные радикально отличающимся от нормального восприятия способом. Он может играть роль психотика или притворяться таковым. Двусмысленности и притворства типичны для его поведения. Шизофреник часто делает дурака из самого себя и из врача. Любая форма понимания со стороны других может восприниматься им как некая угроза всей его системе защит. Большинство аналитиков считает, что больным шизофренией приносит пользу психотерапия, основанная на психоаналитических принципах, но вместе с тем включающая в себя элементы поддержки и ограничения регрессии, которой можно ожидать от собственно психоанализа. Такая психотерапия обычно проводится в сочетании с психофармакологическим лечением.
Как правило, психоаналитики объясняют шизофрению особенностями раннего развития в семьях, где родители страдают выраженными психопатологическими расстройствами. Вместе с тем однозначного мнения по поводу причин шизофрении нет. Свою роль играют как генетические факторы, так и факторы внешней среды.
Шизофрения может быть спровоцирована долгим и настойчивым созданием шизофренических ситуаций с последующими наказаниями за неизбежные проколы. При этом шизофреногенным является весь контекст – т.е. бессмысленно лечить шизофреника и отпускать его обратно в семью, поскольку там снова вступят в силу законы общения, в которых он может быть «правым» только по «неправильным» причинам, и негласными правилами запрещена будет сама возможность указания на факт существования этих законов. Соответственно, через некоторое время такой пациент снова возвращается в лечебницу с прежним диагнозом.
При шизофрении встречаются разные виды бреда, но типичными именно для шизофрении являются следующие.
• Пациент считает (синдром Кандинского-Клерамбо), что кто-то вкладывает ему в голову мысли, воздействует на тело, заставляет совершать поступки. В принципе, можно условно говорить о формировании при болезни некой субличности, особенно при сильных и мучающих больного навязчивостях. Вероятно, персонифицирование этих навязчивостей как «вселившегося в тело врага» и вызывает у больного такую оценку своего состояния.
• Пациент считает, что его мысли телепортируются другим людям.
• В некоторых случаях больной может быть уверен в том, что некие мафиозные структуры владеют специальной аппаратурой по чтению и вкладыванию в него самого мыслей средствами радиобиологической (аксионной, торсионной и т. д.) связи.
• Пациент находит в книгах, периодике и т. д. скрытые сообщения, адресованные лично ему. Вообще больной постоянно ставит себя в центр вселенной и ищет некие «знамения» своей исключительности в той или иной форме.
Хотя галлюцинации могут быть разнообразными, типично шизофреническими являются галлюцинации в виде голосов («голоса в голове»). Часто больной в состоянии отличить голоса в голове (нереальные) от реальных звуков. Такие «галлюцинации» называются псевдогаллюцинациями. Сообщения голосов часто носят обвиняющий или угрожающий характер. Иногда голоса приказывают больному что-то сделать. В некоторых случаях больной может выполнить приказ голосов, подчинившись их воле, хотя по статистике это происходит очень редко, а также зависит от характера самих голосов, критического настроения и воли самого больного. Известны случаи, когда излечившиеся больные рассказывали, что просто выдумывали «телепатически общающихся инопланетян» и прочие псевдогаллюцинации, чтобы развлечь себя и привлечь внимание к своей персоне.
Постоянная рефлексия, самокопание. Желание разобраться с воображением, докопаться до истины происходящего, и избавиться от болезни. Многих это толкает на изучение психологии и психиатрии, и достаточно часто среди шизофреников встречаются люди, которые неплохо осведомлены во многих вопросах в этих областях. Очень часты случаи, когда пациент является одновременно и ученым-психологом или психиатром. Помимо этого многие больные могут вдаться в мистицизм, магизм ситуации, также искать причины заболевания в собственной греховности, богоотступничестве, собственном прошлом и т. д. На этой почве часто встречается повышенная религиозность, желание найти правильное мировоззрение. Если в странах пост-СССР, среди обычных людей процент верующих порядка 14 процентов, то среди «слышащих голоса» этот процент достигает 20 процентов.
Конфликт «социальных предубеждений и мании преследования». Возникает вследствие того, что любой человек, находящийся в конфликтной ситуации, живет в «боевом» режиме и подозрительно относится ко всему окружающему, а также по причине социальных предубеждений о социальной опасности больного, которые могут подтверждать манию у больного, а его ответные действия могут подтверждать предубеждения.
Иногда присутствует необыкновенная творческая «плодовитость». Автор, больной шизофренией, порой может показаться неискушенному зрителю (слушателю, читателю и т. д.) очень интересным автором, очень живо сочетающим несочетаемое, поющем о том, о чём другие боятся даже говорить и т. д.
Иногда может наблюдаться своего рода «религиозное помешательство», для которого характерна крайняя религиозная строгость в отношении других и отсутствие таковой в отношении себя. Например, больной может пытаться убить женщину за то, что она сделала аборт, мотивируя это тем, что она «убийца», свое же действие он убийством при этом не считает.
С другой стороны, сама болезнь не является бесспорным признаком опасности для окружающих, хотя масс-медиа и социальное окружение может подарить людям шаблон восприятия наподобие «болен на голову — значит опасен». Среди шизофреников очень много виктимных людей, часто встречаются свидетели особо тяжких преступлений, либо люди, противопоставленные коррумпированным системам, и само по себе «слышание голосов» является своего рода страхом, фобией, которая вытеснена сознанием из психического театра, и при этом постоянно навязывается жертве в виде смысловых или аудиальных галлюцинаций. Галлюцинации нередко видят и здоровые люди в конфликтных ситуациях.
К негативным симптомам при шизофрении относятся:
• Эмоциональная тупость — сужение (уплощение) эмоциональной сферы личности: ослабление любви к родственникам и близким людям, ослабление профессиональных интересов, утрата интереса к любимым ранее занятиям, ослабление низших эмоций (болевой чувствительности, пищевого и полового безусловных рефлексов). Характерно также появление эмоциональной неадекватности, появление качественного несоответствия эмоциональной реакции вызывающему ее раздражителю.
• Алалия — скудость или полное прекращение речи.
• Гипобулия — ослабление волевой активности, характеризующееся слабостью побуждений, ослаблением желаний, сужением круга доступных больному волевых актов.
• Абулия — полное отсутствие побуждений.
• Парабулии — извращённые формы деятельности, к которым относятся парамимия — вычурная мимика, парапраксия — извращенные манерные действия, походка, позы, жесты.
• Атактическое мышление Оно характеризуется наличием в речи больного некоординируемых, в норме не сочетающихся между собой понятий. Появление таких некоординируемых сочетаний называется также атактическими замыканиями. При наличии атактических замыканий между предложениями, блоками фраз говорят о резонерстве (пространное неконкретное бесплодное рассуждательство), при наличии атактических замыканий между словами внутри одного предложения говорят об атактической спутанности (крайняя степень — шизофазия, «словесная окрошка», когда речь представляет собой бессвязный набор слов), при проникновении атактических замыканий внутрь слова в речи больных появляются неологизмы, часто наблюдается логорея.
Структура дефекта
Первично нарушение мотивационно-потребностной сферы. Появление существенного разрыва между большинством мотивов и реальностью вследствие нарушения контроля над собственным воображением.
Вторично нарушение познавательной деятельности и операциональной стороны мышления.
Третично изменение личности. Как и множественная идентичность, и многие фобии, имеет ятрогенный характер. Обычно развитие шизофрении происходит приблизительно по следующей схеме:
1. Появление первой волны галлюцинаций или фобий вследствие нарушения режима работы и сна, конфликтов, угроз для жизни, употребления наркотиков, злоупотребления табакокурением или алкоголем, длительная депрессия, увлечение эзотерикой и магией, сознательный анализ сновидений, и многих других факторов;
2. Возникает очень сильное любопытство, желание понять природу галлюцинаций, связанную с необычностью происходящего. Эти вопросы «почему» и «как», даже не будучи вербализованными, включают воображение человека в активный анализ, роль ученого, тем самым заводят новый этап галлюцинаций.
3. В том случае, если галлюцинация, как факт, пугает человека, его логика забывает про заданный им же самим вопрос «почему и как», взаимосвязь нового этапа галлюцинаций с его собственным любопытством теряется для него, обрывается здравая нить рассуждений, и у него возникает рано или поздно убеждение в навязчивости этих самых галлюцинаций. Обрыв сознания характерен для любых фобий, которые блокируют понимание происходящего и приводят человека в состояние ажиотажа, необходимого для подавления, борьбы с самой фобией.
4. Убеждение в навязчивости галлюцинаций вызывает новую волну любопытства к происходящему, в силу чего, человек тянется к любым знаниям, которые бы могли ему это объяснить. Во-первых, он может спрашивать у самих галлюцинаций, или оживших образов, о том, кто они и что из себя представляют. Т.е. разговаривать с собственным же воображением, требуя, моля или прося ответов и советов. Во-вторых, во многих случаях люди в этом состоянии начинают очень сильно доверять собственной интуиции, хотя раньше могли относиться к ней более скептически. Можно охарактеризовать этот процесс как активное «вслушивание», при котором человек вслушивается в любой сигнал настолько, чтобы получить из него информацию, даже тогда, когда в нем нет информации и в помине. В этом случае человек не понимает ни природу происхождения собственных мыслей, ни природу мыслей, которые ему навязываются «больным», «чужим», «инородным» воображением. Чем больше вопросов, тем больше искушение понять. Желание понять приводит к активизации зон анимации, по той самой причине, что любой вопрос ассоциативно вызывает в воображении и предмет, о котором спрашивают.
5. Вследствие полной погруженности на внутренних процессах может искажаться связь с реальным миром, вследствие чего, могут возникать симптомы говорящих собак, шум машин и смех людей может иметь какой-то иной смысл, многие звуки, связанные с обычными явлениями природы, как капание воды из-под крана или звуки телевизора, вследствие искажения, а также повышенному уровню «вслушивания», и начинает развиваться ход событий.
6. Для некоторых видов диссоциации личности, или же множественной идентичности, характерно убеждение человека в том, что голоса являются разъединенными частями его собственной личности, или даже следствием греховности. Но для шизофрении характерно убеждение в том, что голоса могут быть проявлением внешнего воздействия, такими как телепатия, радиобиологическая связь, психотропное оружие, дьявол и бесы, воздействие инопланетян и спецслужб и т.д. С развитием страха перед этими силами, и развивается далее сценарий самой шизофрении. Под влиянием внутренних убеждений и страхов, начинает рождаться своеобразная «Преисподняя», в которой плохие «голоса» издеваются над носителем болезни. Типичные карты развития событий — заговоры мафий, спецслужб, Дьявола, инопланетян. Более редки убеждения в том, что электроприборы имеют разум и хотят общаться с человеком, или же что это мертвые хотят достучаться из других миров, или убеждение в существовании параллельных Вселенных и миров. Нужно также отметить, что может иметься действительно преследование со стороны мафий, коррумпированных силовых кланов и т.д., но читать мысли они не умеют, судя по всему.

Шизофрения может начаться в любом возрасте, но чаще всего начинается в 15-25 лет у мужчин, в 20-30 лет у женщин.
Шизофрения часто протекает в виде приступов. Приступы характеризуются интенсивной позитивной симптоматикой, а промежутки между ними — в основном негативной (позитивные симптомы могут быть слабы или присутствовать только в стёртом виде: странные убеждения и т. д.). Часто приступ бывает только один за всю жизнь. Если есть негативные симптомы, а позитивные — слабы или вообще отсутствуют, говорят об остаточной шизофрении.
Традиционно, выделяли следующие формы шизофрении:
• Простая шизофрения характеризуется отсутствием продуктивной симптоматики и наличием в клинической картине лишь собственно-шизофренических симптомов.
• Гебефреническая шизофрения (может включать гебефрено-параноидные и гебефрено-кататонические состояния).
• Кататоническая шизофрения (выраженные нарушения или отсутствие движений; может включать кататоно-параноидные состояния).
• Параноидная шизофрения (есть бред и галлюцинации, но нет нарушения речи, беспорядочного поведения, эмоционального оскудения; включает депрессивно-параноидный и циркулярный варианты).
Сейчас выделяют также следующие формы шизофрении:
• Гебефреническая шизофрения
• Кататоническая шизофрения
• Параноидная шизофрения
• Остаточная шизофрения (интенсивность позитивных симптомов низка)
• Смешанная, недифференцированная шизофрения (шизофрения не относится ни к одной из перечисленных форм)

Другие термины

Мы в соцсетях

Информация о предстоящих мероприятиях.

ИП Яковенко Н.В. УНП 690281741 Лицензия № 02040 4 от 25 апреля 2009 года Адрес: г. Минск, ул. Якуба Коласа, 37 Время работы: 09:00-22:00

psychoanalitik.by