Синдром дауна и интеллект

Чем люди с синдромом Дауна отличаются от обычных?

На фото вы видите Хитер Ларкин и Коди Поупа (Heather Larkin and Cody Pope) из Таскалусы (штат Алабама). Они являются пациентами одной из немногих в США клиник, которые помогают взрослым с синдромом Дауна. В Соединенных Штатах насчитывается более 400 тысяч мужчин, женщин и детей, страдающих этим заболеванием, но в специализированных клиниках помощь получают всего несколько сотен из них. Медицинские успехи последних десятилетий, особенно практика операций на открытом сердце, значительно увеличили среднюю продолжительность жизни людей с синдромом Дауна (она составляла, в среднем, 19 лет в 1969 году, а теперь увеличилась до 60). Но основная проблема в том, что это ставит перед обществом новые задачи, ведь необходимо обеспечить должный уход взрослым с генетической болезнью. Хитер и Коди по 22 года и они официально считают себя парой. Молодые люди вместе ходят на стадион, чтобы поддержать любимую футбольную команду во время соревнований и считают, что общего у них гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. В клинику вместе с ними приезжают родственники, так как процедура обследования очень длительная и включает в себя множество разнообразных методик, тестов и анализов. Возможно ли, чтобы люди с синдромом Дауна вели самостоятельную жизнь? Чем они отличаются от других? Давайте попробуем разобраться.

Этическая проблема. С 1989 по 2006 годы доля женщин, решивших прервать беременность после пренатальной диагностики синдрома Дауна, оставалась постоянной на уровне около 92%. В Великобритании и Европе показатели доходили до 91-93%. На сегодняшний день выявить заболевание у плода можно при помощи ультразвуковой аппаратуры, которая позволяет диагностировать этот недуг на ранних сроках беременности. На 10-12 неделе можно выявить подозрение на генетическую аномалию, а с 12 по 16 неделю поставить точный диагноз. Вероятность ошибки при этом крайне мала, но помнить о 2-5% ложноположительных результатов нужно всегда. Как мы видим, большинство женщин в ситуации, когда у малыша диагностируется синдром Дауна, принимает решение прервать беременность. Такой выбор поддерживают многие медицинские специалисты, среди которых даже члены американской Ассоциации Синдрома Дауна, часть из которых ратует за избавление потомства от «генетического вреда», часть — за здоровье нации, а некоторые активно подсчитывают государственные затраты на должный уход за больными. Между тем, современный уровень развития медицины позволяет пациентам с лишней хромосомой прожить довольно долгую и интересную жизнь, стать, по сути, полноценной частью остального общества. В связи с этим проблема аборта принимает новую окраску и вызывает ряд этических вопросов.

Внешние признаки болезни:

  • «плоское лицо» (в 90% случаев)
  • брахицефалия (аномальное укорочение черепа, 81% случаев)
  • кожная складка на шее у новорожденных (81% случаев)
  • эпикантус (вертикальная кожная складка, прикрывающая медиальный угол глазной щели, 80% случаев)
  • гиперподвижность суставов (80% случаев)

У синдрома Дауна достаточно много характерных проявлений: слегка приподнятые уголки глаз, несколько плоское лицо, маленький нос, зачастую пухлые губы, уменьшенная полость рта при крупном языке. Ладони у больного широкие, с короткими пальцами и нередко слегка загнутым внутрь мизинцем (клинодактилия), на них может быть лишь одна поперечная складка.

Социальная адаптация. Лишняя хромосома воздействует на состояние здоровья и развитие мышления. Врожденные пороки сердца, недостатки слуха и зрения, заболевания щитовидной железы — известные спутники синдрома Дауна. Такие дети чаще болеют даже обычными простудами. Вторая сторона «медали» — различные степени нарушения интеллекта. Малышам с генетическим недугом сложно запоминать цифры и слова, у них нарушен процесс формирования речи. До 1 года маленькие пациенты практически не отличаются от здоровых ребят того же возраста. Однако из-за сниженного тонуса мышц они позже начинают активно двигаться и ходить, что приводит к замедлению процесса познания мира и, возникающей вследствие этого задержке психического развития. Мнение о том, что дети с синдромом Дауна чересчур агрессивны и глупы, не оправдывает себя, так как они обучаемы, а при обследованиях выявляются лишь индивидуальные особенности характера, но не склонность к асоциальному поведению. Кроме того, больные, напротив, чаще бывают очень ласковыми и дружелюбными, они сильно привязаны к семье. Степень проявления задержки умственного и речевого развития зависит как от врождённых факторов, так и от качества занятий с малышом. Одним из важных аспектов полноценной жизни ребенка с синдромом Дауна является его социальная интеграция. Малютку необходимо как можно раньше познакомить со сверстниками, научить общаться и взаимодействовать с ними. При внимательном уходе и терпении больные вырастают вполне сознательными гражданами, которые, несмотря на свои ограниченные возможности, способны самостоятельно выполнять практически те же действия, что и все остальные. Многие из них работают, некоторые — заводят собственные семьи (мужчины с синдромом чаще всего бесплодны, а у женщин менструальный цикл и способность к зачатию сохраняются, вероятность рождения здорового ребёнка в случае беременности — 50%). Напомним также, что средняя продолжительность жизни больных с синдромом Дауна увеличилась в последние годы до 50-60 лет.

Фото с сайта http://blog.al.com/

Читайте также в рубрике «Аналитика»

26 июня, 12:07
Топ-5 самых популярных операций кому за 40 X 169 K 0

med-info.ru

Синдром Дауна.

Синдром Дауна — врожденное нарушение развития, проявляющееся умственной отсталостью, нарушением роста костей и другими физическими аномалиями. Это одна из наиболее распространенных форм умственной отсталости; ею страдает примерно 10% больных, поступающих в психиатрические лечебницы.

Для больных с синдромом Дауна характерно сохранение физических черт, свойственных ранней стадии развития плода, в том числе узких раскосых глаз, придающих больным внешнее сходство с людьми монголоидной расы, что дало основание Л.Дауну назвать в 1866 данное заболевание «монголизмом» и предложить ошибочную теорию расовой регрессии, или эволюционного отката. На самом деле синдром Дауна не связан с расовыми особенностями и встречается у представителей всех рас.

Помимо уже упоминавшихся особенностей строения глаз у больных с синдромом Дауна выявляются и другие характерные признаки: маленькая округлая голова, гладкая влажная отечная кожа, сухие истонченные волосы, маленькие округлые уши, маленький нос, толстые губы, поперечные бороздки на языке, который зачастую высунут наружу, так как не помещается в полости рта. Пальцы короткие и толстые, мизинец сравнительно мал и обычно загнут вовнутрь. Расстояние между первым и вторым пальцами на кистях и стопах увеличено. Конечности короткие, рост, как правило, значительно ниже нормы. Половые признаки развиты слабо, и, вероятно, в большинстве случаев способность к репродукции отсутствует.

Интеллект больных обычно снижен до уровня умеренной умственной отсталости. Коэффициент интеллектуального развития IQ колеблется между 20-49, хотя в отдельных случаях может быть выше или ниже этих пределов. Даже у взрослых больных умственное развитие не превышает уровень нормального семилетнего ребенка. В руководствах традиционно описываются такие черты больных с синдромом Дауна, как покорность, позволяющая им хорошо приспосабливаться к больничной жизни, ласковость, сочетающиеся с упрямством, отсутствием гибкости, склонность к подражательству, а также чувство ритма и любовь к танцам. Однако систематические исследования, проведенные в Англии и США, не подтверждают этот образ.

Люди с синдромом Дауна больны и, возможно, заразны для окружающих. Об опасности заражения не может быть и речи. Ведь синдром Дауна — генетическое состояние, характеризующееся наличием в клетках человека дополнительной хромосомы. Лишняя, 47 хромосома становится причиной появление ряда физиологических особенностей, вследствие чего ребёнок несколько позже своих сверстников проходит общие для всех детей этапы развития. Люди с синдромом Дауна не являются больными, скорее они относятся к категории людей с ограниченными возможностями или людей с особыми потребностями.

Детям с синдромом Дауна помочь невозможно. Следует помнить, что синдром Дауна — это набор признаков, поддающихся грамотной педагогической коррекции. Успешность же этой коррекции зависит от того, насколько рано и всесторонне она начата.

Ребенок, у которого синдромом Дауна, не обучаем. Ошибочное мнение. Такие дети лишь отличаются некоторой задержкой в развитии, а способности к обучению у них такие же, как и у остальных детей. Наиболее эффективно дети с синдромом Дауна развиваются в семье, окруженные родительской любовью и вниманием, которые являются основными стимулами для малыша.

Дети с синдромом Дауна рождаются у тех, кто ведет аморальный образ жизни. Это не так. Из 700 новорождённых один появляется на свет с синдромом Дауна. Такое соотношение имеет место в разных странах, климатических зонах, социальных слоях. Оно совершенно одинаково везде и не зависит от образа жизни родителей, их привычек, цвета кожи или национальности (причем у родителей, как правило, нормальный набор хромосом). Мальчики и девочки рождаются с одинаковой частотой.

Из-за ребёнка с синдромом Дауна часто распадаются семьи. Вовсе нет. Гораздо чаще к распаду семей приводят совершенно другие причины.

Люди с синдромом Дауна агрессивны, неадекватны, и вообще опасны для общества. Наоборот, люди с синдромом Дауна способны на искреннюю любовь и верную дружбу, они щедры и ласковы. В то же время у каждого из них свой характер, а настроение, как у обычных людей, бывает переменчивым.

В странах СНГ людей с синдромом Дауна меньше, чем в Европе. Такое впечатление складывается потому, что в Европе люди с синдромом Дауна живут в семьях, включены в программу государственной помощи, и общество относится к ним как к равноправным членам. А в странах СНГ множество семей отказываются от ребёнка с синдромом Дауна в родильном доме, в результате чего такой человек попадает в специализированный детский дом, где чаще всего проводит всю жизнь.

В нашей семье ребенок с синдромом Дауна родиться не может — у нас все здоровы. К сожалению, появление такого ребёнка — генетическая случайность, которая может иметь место в любой семье.

Детям с синдромом Дауна лучше всего пребывать в специализированном учреждении, где за ним будут наблюдать квалифицированные специалисты. Следует помнить, что в специализированных и неспециализированных интернатах и детских домах у детей довольно часто развивается синдром госпитализации. Это нарушение детского психического и личностного развития, вызванное отделением младенца от матери и пребыванием в специальном учреждении. В результате тормозится интеллектуальное, эмоциональное и физическое развитие, что отнюдь не способствует улучшению состояния ребенка с синдромом Дауна.

От семьи, в которой воспитывается ребенок с синдромом Дауна, отворачиваются все знакомые и друзья. Это совершенно не соответствует действительности. Конечно, некоторые люди могут неадекватно реагировать на «особенных» детей, однако большинство проявляет сочувствие и предлагает действенную помощь родителям. Следует помнить, что окружающие будут относиться к такому ребенку именно так, как к нему относятся родители, и строить свое отношение к малышу соответственно.

www.molomo.ru

Факты о синдроме Дауна, которые должен знать каждый

Синдром Дауна – самая частая хромосомная патология у человека. С ней рождается каждый семисотый младенец независимо от пола, расы и других признаков.

Существует пренатальная диагностика синдрома Дауна, которая позволяет заподозрить синдром еще во внутриутробной стадии. В случае подтверждения патологии рекомендуется прерывание беременности. В связи с этим число новорожденных с синдромом Дауна несколько снизилось: 1:1000.

Однако в мире есть и другая тенденция: некоторые сознательно оставляют ребенка, зная о синдроме Дауна у него, но не считая это поводом для прерывания беременности.

Факторы риска

Вероятность рождения ребенка с синдромом Дауна увеличивается с возрастом матери и в меньшей степени, но все-таки зависит и от возраста отца.

Индийские ученые из Университета города Майсор выявили еще два фактора риска: близкородственные браки и возраст бабушки по материнской линии.

Оказалось, чем старше бабушка, тем выше вероятность рождения ребенка с синдромом Дауна. Остальные факторы никак не влияют на вероятность возникновения синдрома Дауна у ребенка: ни социальные факторы, ни вредные привычки, ни питание матери, ни расовая принадлежность, ни регион проживания и т.д.

Что такое пренатальный скрининг

Пренатальный скрининг – это обследования, которые помогают заподозрить патологию плода (в том числе синдром Дауна) во внутриутробной стадии развития.

Первый скрининг проводится на 10-14-й неделе беременности (лучше – на 11-13-й), второй – на 14-20-й неделе (лучше – на 16-18-й).

Проводится УЗИ-исследование и берется кровь из вены, в которой определяются уровни определенных гормонов.

Сочетание результатов разных методов позволяет гинекологу заподозрить высокую вероятность развития у плода синдрома Дауна. В этом случае пациентка отправляется на консультацию к генетику и дополнительное исследование – амниоцентез или хорионбиопсию. Эти исследования позволяют получить клетки плода и определить в них хромосомный набор.

Общеизвестно, что синдром Дауна проявляется психическим недоразвитием, степень которого зависит от многих факторов, включающих в себя и форму синдрома Дауна (при мозаицизме, например, степень задержки меньше), и степень реабилитации ребенка.

Другими словами, пациенты с синдромом Дауна обучаемы и при применении соответствующих методик могут развиваться в интеллектуальном плане. Такие дети могут научиться не только самообслуживанию, но и читать, считать и писать, доступны им и специальные знания. Коэффициент интеллекта (IQ) людей с синдромом Дауна колеблется от 20 до 75 (нормой считается IQ больше 70).

В то время как одни пациенты начинают ходить только к 4-м годам, другие, пусть и с усилием, осваивают школьную программу вместе с обычными детьми. Предсказать темпы развития конкретного ребенка с синдромом Дауна при рождении невозможно.

На фото: 14-летняя Тамара с синдромом Дауна
Фото: Conny Wenk Lifestyle Photography — Impressum

Свою интеллектуальную отсталость люди с синдромом Дауна компенсируют своей потрясающей душевностью, открытостью и наивностью. Чаще всего это добродушные, жизнерадостные и позитивные люди.

Дети с синдромом Дауна очень ласковые, послушные, старательные и чуткие, они моментально чувствуют истинное к ним отношение и не приемлют фальши. Таких детей родители нередко называют «солнышком» и «лучиком», осветившим их жизнь. Это прозвище отражает лучистое отношение таких детей к близким и жизни вообще.

Жизнь в обществе

Социализация детей с синдромом Дауна способствует их адаптации. Чем больше они общаются с обычными сверстниками в детских садах или школах, на площадках и в спортивных секциях, тем менее заметно отставание в развитии, лучше психическое и физическое развитие таких детей. Они сами охотно стремятся к общению, а вот здоровые дети, напротив, к ним весьма нетолерантны, что, конечно, является отражением традиционного отношения общества к «особенным» людям.

При наличии достаточных возможностей для занятий с такими детьми, мест встреч «особенных» семей, школ и детских садов, принимающих детей с синдромом Дауна, родители перестают чувствовать свою «неполноценность» и воспринимают своего ребенка как вполне нормального.

В Москве действует Центр ранней помощи Даунсайд Ап — для семей, в которых воспитывается ребенок с синдромом Дауна.

По статистике Центра, в России ежегодно рождается около 2500 детей с синдромом Дауна, 85% из них попадают в сиротские учреждения: родители, полные предрассудков о неспособности таких детей к развитию, отказываются от них. А в сиротских учреждениях дети с синдромом Дауна действительно не развиваются, многие так и не начинают ходить и говорить.

На них сразу навешивается ярлык «не обучаемы», и никто даже не пытается с ними заниматься, все важные этапы развития оказываются упущены. Внушает надежду тот факт, что еще 15 лет назад таких отказников с синдромом Дауна было 95%.

Зарубежный опыт доказал, что дети с синдромом Дауна способны к развитию, только нуждаются в специальных программах. И такие программы уже разработаны и рекомендуются к использованию в том числе и в России, например, Программа ранней педагогической помощи детям с отклонениями в развитии «Маленькие ступеньки» (М. Питерси, Р. Трилор и др.).

Дети с синдромом Дауна не отстают в интеллектуальном развитии в общем смысле — у них, как и у обычных детей, есть свои слабые и сильные стороны. Разработаны педагогические приемы, позволяющие использовать сильные стороны, чтобы развить слабые.

Дети с синдромом Дауна одарены не меньше, чем обычные дети. Многие имеют художественный талант, музыкальные (в том числе танцевальные и певческие) и артистические способности, склонны к поэзии, успешны в спорте — и доказывают это на Специальных Олимпийских играх. Чуткость и талант подражательства обуславливают их сценические способности.

Есть театральные труппы, все артисты в которых – с синдромом Дауна. В пример можно привести московский Театр простодушных . В Голландии есть профессиональный оркестр , в котором состоят люди с синдромом Дауна. Постепенно такие люди перестают быть изгоями и вплетаются в жизнь общества.

В то время как в Европе люди с синдромом Дауна довольно хорошо социализируются, и первые из них уже получают высшее образование, в России такие люди во многом чувствуют себя в изоляции. Им закрыт доступ в обычные сады, школы, им трудно найти работу. В Москве с помощью благотворительной организации человек с синдромом Дауна смог устроиться поваром в кафе – к сожалению, такие случаи пока единичны.

При этом, изолируя от себя таких людей, общество теряет не меньше – многие из них смогли бы приложить свои таланты в таких профессиях, в которых не требуются сильные интеллектуальные способности, но ценятся душевные качества или умение работать руками. Только общественные предрассудки мешают таким людям переставать быть иждивенцами и становиться полноценными членами общества и налогоплательщиками.

Как правило, двигателем перемен общественного сознания по отношению к детям с синдромом Дауна становятся родители таких детей, которые объединяются в общества и отстаивают права людей с отклонениями в развитии. И в России такие сообщества тоже есть. Возможно, когда-нибудь их активность приведет к тому, что и сам термин «синдром Дауна» уйдет из обихода, и останутся только «особенные» дети — такие же люди, просто с лишней хромосомой.

vitaportal.ru

Люди с синдромом Дауна. «Когда им наступает 18 лет, открывается бездна»

Организатор объединения для молодых инвалидов Вера Даровских рассказала порталу «Город Киров. RU» о проблемах их развития в регионе.

25 октября 2016. Наверняка, многие не знают, что октябрь считается всемирным месяцем осведомленности о синдроме Дауна. Еще бы, ведь большинство предпочитает не замечать живущих рядом людей с ограниченными способностями. А между тем они ровно в той же степени имеют право на полноценную жизнь, как и все остальные. Поэтому в толпе все-таки находятся те, кто борется за их «место под солнцем». Например, кировчанка Вера Даровских первой огранизовала в Кирове клуб для проведения культурного досуга таких больных. В интервью порталу «Город Киров. RU» она рассказала об особенностях своих подопечных, работе с ними и о том, с какими трудностями им приходится сталкиваться.

Почему вы решили посвятить себя работе с людьми с синдромом Дауна?

— Так сложилась моя судьба, что у меня двое детей и младший сын Николай инвалид 1 группы. Сейчас ему 27 лет и его основной диагноз — синдром Дауна, причем мозаичная форма, он как будто есть и как будто его нет. Что-то неуловимое иногда появляется, а потом исчезает. Так я, развивая Николая и защищая его права, волей-неволей подхватила и другую моложедь с подобным диагнозом. Я называю их большими детьми, хотя и занимаюсь с возрастной группой от 16 до 40 лет. К сожалению, в современном обществе наблюдается рост инвалидизации, и мы никуда от этого не денемся.

Когда вы начали помогать чужим детям?

— Моя история организации жизни таких детей началась в 2010 году, когда мы стали ездить с ними в лагеря. На основе различных проектов я набирала группы людей с такими проблемами, а так как я учитель по образованию, для меня наладить контакт — не проблема. Тем более на примере собтвенного сына я прекрасно понимаю всех людей с этим синдромом, я вижу у них перспективы развития, а это очень важно. Я считаю, что бросать самых слабых — это, мягко говоря, некрасиво, это стыдно и позорно. Им нужно помогать.

Можете ли вы охарактеризоваться своих подопечных? Чем они отличаются от обычных людей?

— У нас очень любят говорить, какие это солнечные дети. Но они не солнечные и не мрачные, не заторможенные и не агрессивные. Они очень разные: разные по характеру, темпераменту, у них разные способности и увлечения. Это не фрукты и не овощи, они потрясают своими интеллектуальными особенностями, они очень любознательны и стремятся к новому. У таких людей очень развиты художественные способности, им только нужно немного помочь. Так, мой сын Николай умеет читать, слушает музыку и хорошо танцует — у него в репертуаре испанский танец, цыганский и кадриль. Другой молодой человек Валентин смог выучить музыкальную пьесу на синтезаторе за 20 минут и великолепно читает стихи, а еще одна моя знакомая Юлечка перечитала всего «Гарри Поттера». Они очень открытые по сравнению с обычными людьми.

Расскажите подробнее о своем клубе для людей с ограниченными способностями.

— «Клуб «18+» я организовала в 2012 году и руководила им в течение нескольких лет. Нам дали помещение на улице Щорса и мы за счет средств родителей и спонсоров его оборудовали. У нас работали хореографы — был поставлен хоровод на 12 человек, дефектолог, керамист, я вела литературные чтения, учила читать и писать, был педагог организатор. Поэтому мы были почти как НКО, только официально зарегистрированы не были. Вызывались нам помочь и студенты, и даже лучшие представители кировской интеллигенции, например, Борис Павлович из Театра на Спасской. А потом у нас испортились отношения с министерством соцразвия, которое вместо того, чтобы способствовать, предъявило нам счет по оплате. В итоге нас прикрыли, спасло ситуацию только обращение в Москву, после которого группу наших ребят перевели в Центр социального развития на Пугачева, 24. Большая часть ребят перешла туда, но кто-то забросил занятия, потому что там их объединили с бабушками. Занятия стали очень примитивными.

Как вы думаете, почему министерство соцразвития не оказало вам должной поддержки?

— Я тогда обращалась к Лебедеву — он был начинающим министром, к Матвееву и даже дошла до губернатора Белых. Однако он мне заявил «я не занимаюсь инвалидами, это не моя забота». Но как же не его, если он глава региона. Наши чиновники, наверно, настолько привыкли, что эта категория ребят автоматом идет в интернат, что даже не рассматривают возможность создания подобных общественных объединений. Конечно, им выгодно забирать пенсии инвалидов, их жилье. Они не думают, что для больных интернат — это конец, они там погибнут. Кировчанка Катя провела в интернате 20 лет, за это время ее здоровье было заметно подорвано — был нарушен обмен веществ, выбиты зубы, видимо, она так отстаивала свои права. Уже будучи дома она рассказывала своей маме, как за один украденный кусок хлеба (вечером ей очень хотелось есть) ее посадили в карцер. Все равно там есть насилие сильных над слабыми. А ведь эти ребята ходят в садик, заканчивают коррекционную школу, но когда им наступает 18 лет, открывается бездна. Чиновники не понимают, что это тоже моложедь, они должны входить во все программы, проекты. Но здесь даже элементарного желания помочь нет. Потому что для этого не нужны миллоны, людей синдромом достаточно сводить в кино, провести для них дискотеку. В таком случае, когда власти молчат, о правах своих детей должны заявить родители.

Как именно родители могут помочь своим детям?

— Например, в Москве родители детей с ограниченными способностями регулярно собираются и кипы бумаг чиновникам приносят. Поэтому у них социальные службы работают. А кировское общество по сравнению с ним консервативное. В силу полуизолята уровень развития интеллекта в нашем регионе очень низкий. Границы города сейчас размыты — из деревень все едут в Киров, а лучшие умы уезжают отсуда в другие города. А ведь отношение к людям с синдромом Дауна это как раз показатель отсталости общества. У нас таких людей стыдятся, а там за них борются. Даже я, когда приехала в Москву на концерт, скромно села со своим Николаем в угол и не хотела идти на первый ряд, когда меня позвала другая мамочка. Но меня убедили ее слова «нас и так никуда не пускают». И я поняла, что действовать нужно именно так: жаловаться, обращаться и добиваться. Позиция родителей вообще очень сильно влияет на судьбу такого ребенка. Например, есть такая девушка Маша, когда я предлагала ее родителям привести ее в наш клуб, они заявили, что их дочери ничего не надо. Они попросту заперли ее четырех стенах и мы ее потреяли. Ведь это, как и интернат, приводит к гражданской смерти.

А что ждет детей с синдромом Дауна, когда родители умирают?

— Возможны разные варианты. Например, маме 70 лет, сыну 53 года и я спрашиваю у нее, что они планируют в будущем. Она отвечает, что они отдадут свою квартиру и она вместе с ним поселится в интернате. «Квартира моя нужна родственникам, а вот Сережа никому не нужен», — объяснила она. Таким образом, люди сами понимают, что помощи ждать неоткуда. Знаю Анну с диагнозом ДЦП, частично сохраненный интеллект. Раньше у нее были живы оба родителя, но мама умерла и им с отцом пришлось продать двухкомнатную квартиру. Теперь они живут в однокомнатной. По идее, если отца не станет, она может в ней остаться, но ей нужна помощьо, а соцлужб нет, значит, она обречена на интернат. Таких примеров много, по-другому может сложиться жизнь, если у человека с синдромом есть братья и сестры, которые готовы о них позаботиться.

Можете ли привести примеры, когда человек с синдромом Дауна ведет полноценную самостоятельную жизнь?

— В Кирове есть такой Саша Лаптев. Его ставлю в пример всегда, даже своему сыну. Он вырос в относительно неблагополучной семье: папа выпивал, мама работала проводницей — часто уезжала, и он оставался с бабушкой. Бабушка с ним справиться не могла, у таких людей бывает период активности, когда им постоянно надо куда-то идти, и если его не поставить в рамки, то он может остаться не управляемым. Вот Саша и бродяжничал, уходил из дома и даже жил в цыганском таборе. Он прошел очень сложную школу жизни, но эти обстоятельства его так подняли. Это единственный человек в городе с синдромом Дауна, который работает, да дворником, но он работает. Помимо этого, он знает город, занимается физкультурой, катается на лыжах, прыгает с трамплина. Он выжил и стал человеком.

Что же в итоге нужно сделать, чтобы сформировать в Кирове достойную систему поддержки людей с синдромом Дауна.

— Нужно жаловаться, выражать свое несогласие с тем, как сейчас обращаются с такими ребятами. Опыт других регионов потрясающий, государственная структура работает на высоком уровне, мы можем все это использовать. Необходимо, чтобы к каждому из них был индивидуальный подход, а не так, что и 20-летний и 40-летний делают одно и то же. Вообще у людей с синдромом Дауна существует нак называемый потолок — их развитие ограничено 30-35 годами, поэтому промежуток от 16 до 35 лет обязательно нужно использовать. Соцслужбы, со своей стороны, должны следить, не нарушаются ли права больных дома, ведь некоторых из них выживают родственники. А об интернате и речи быть не может.

В заключение Вера Даровских отметила, что сейчас у нее в планах набрать новую группу людей с ограниченными возможностями для коллективных занятий и воссоздать свой клуб. Кроме того, она ждет ответа от недавно вступившего в должность и.о. заметителя председателя правительства Дмитрий Курдюмова, которому рассказала о проблемах в данной сфере. «Может быть новые пердаставители власти нас услышат», — надеется женщина.

downsideup.org

Синдром Дауна – не болезнь, а особенность.

Сегодня состоялось заседание социального пресс-клуба на тему «Возможности для нормальной жизни детей и взрослых с синдром Дауна в Санкт-Петербурге».

Главная цель встречи – обсудить основные проблемы, с которыми зачастую приходится сталкиваться родителям детей-Дауна. А также показать широкой общественности, что люди с синдромом Дауна – полноценные члены общества, которые могут вести интересную, насыщенную впечатлениями жизнь, реализовать себя в творчестве, учебе, работе.

Более 50 лет ученые всего мира пытаются понять, что может стать фактором риска для появления синдрома Дауна у малышей, но пока безуспешно. И все же некоторые тенденции, способствующие рождению особого ребенка, врачи уловили. По словам Натальи Ковалевой, врача-генетика Санкт-Петербургской государственной педиатрической медицинской академии, нередко дети-Дауны появляются:

— при гормональном дисбалансе в организме матери;

— при незапланированной беременности;

— при плохих жилищных условиях.

Последний пункт медики объясняют тем, что бытовая неустроенность вводит женщину в состояние хронического стресса и как следствие, негативно сказывается на состоянии здоровья и матери, и будущего ребенка.

Также специалисты отметили, что больше младенцев-«даунят» появляется населенных пунктах с повышенным радиоактивным фоном.

Но пока все эти наблюдения научно не доказаны.

Елена Баранова, заведующая отделением первичной помощи «ГАООРДИ», рассказала о существующей в городе программе подготовки врачей к работе с детьми-Даунами.

В городе ежегодно рождается от 30 до 100 младенцев с синдромом Дауна. На сегодняшний день в Регистре детей их числится 2314.

В роддоме окончательный диагноз малышу могут поставить только на 8-10 день. И доктор должен правильно донести эту информацию до родителей. Сейчас в Санкт-Петербурге 30 таких специалистов. Их главная задача – убедить, что ребенок с синдром Дауна – это обыкновенный ребенок. Просто он нуждается в большей заботе, поддержке и внимании, чем его здоровые сверстники. И результат работы есть – сейчас 5 из 6 новорожденных «даунят» остаются в семье.

Родители детей с синдромом Дауна, обращаясь к журналистам, просили донести до аудитории одну очень важную для них и их малышей мысль: «дауненок» – это не больной ребенок. Синдром Дауна — не болезнь, а именно синдром, то есть особенность.

Очень многие из «даунят» — дети с сохранным интеллектом. Если они получат возможность учиться не в коррекционной, а в обычной среде, есть все шансы, что они будут развиваться, а не деградировать.

Да, у них чаще всего есть сложности с речью, но из них зачастую выходят талантливые художники, музыканты… А порой даже… учителя и медработники!

Проблем у семей, в которых растет ребенок-Даун, немало: острая необходимость в социальной поддержке, материальные трудности, недостаток информации об организациях и сообществах, оказывающих помощь.

Кроме того, не хватает хороших специалистов в районных центрах реабилитации детей-инвалидов. Многие отзываются с благодарностью об Институте Раннего вмешательства, но и он работает не в «полную силу», потому что нет финансирования и т.д.

Но все участники дискуссии отмечают положительные тенденции, которые появились в обществе: постепенное внедрение инклюзивного образования, создание новых направлений и методик по работе с детьми-инвалидами и т.д.

И хочется верить, что в скором будущем люди на улицах не будут брезгливо отворачиваться от них. И особый ребенок в общеобразовательном классе будет восприниматься как вполне естественное явление. Ведь самая большая потребность у этих людей — быть такими, как и все. Быть «нормальными»…

www.spbdeti.org