Тела шизофрения

Тела шизофрения

Gisele Pankow, ученица E. Kretschmer, получившая образование в Тюбингене, после того как она преподавала в Бонне с 1960 по 1979 гг., в течение многих лет практиковала во Франции. В тот же период она расширила контакты с англоязычными авторами в Великобритании и Соединенных Штатах, еще до того, как их труды стали известны во Франции. Поэтому она уже давно приобрела глубокие знания всей современной международной литературы о шизофренических психозах, как психоаналитической, так и психиатрической. Это позволило ей разработать в серии публикаций, собранных в полудюжине трудов, переведенных на несколько языков /161/, совершенно оригинальную концепцию шизофренических психозов, которую можно определенным образом рассматривать как попытку синтеза достижений различных школ.

Она определила образ тела через основные функции, которые являются символическими функциями: «Первая функция образа тела имеет отношение только к его пространственной структуре как форме (Gestalt — фигура, образ), поскольку эта структура выражает динамическую связь между частями и целым».

«Вторая функция образа тела больше не имеет отношения к структуре как форме, а относится к содержанию и смыслу».

С другой стороны, G. Pankow полагает, что она смогла «продемонстрировать, что зоны разрушения структуры в образе тела психотиков соответствуют зонам распада в семейном устройстве этих больных» /161/. Это позволяет ей определить, исходя из поражений, полученных этим семейным устройством, которая из этих двух символических функций образа тела разрушена и какой тип психоза развивается в результате этого.

Так, в случае шизофренического психоза пораженной оказывается первая функция образа тела («при шизофрении образ целостности тела сам бывает разрушен»). Это разрушение соответствует символическому отсутствию одной роли и функции, в семейном устройстве — роли и функции отца. (В том, что касается устройства (структуры) семей шизофреников, г-жа G. Pankow ссылается, с одной стороны, на труды Theodore Lidz из Нью-Хейвена, а с другой, на труды R. Schindler, которые были представлены во время II Всемирного конгресса психиатров в Париже в 1957г). Но она распространила свое представление на те бредовые состояния или «истерические психозы», клинику которых, как мы говорили, изучали Follin и др. /77/ и которыми, как она напоминает нам, в то же самое время интересовались Baso в Швейцарии, а в Германии — Conrad, говоривший о «злокачественной истерии».

По ее мнению, истерический психоз — это «нешизофреническое бредовое состояние, связанное с расстройствами второй функции образа тела».

Что касается семейного устройства, то, хотя отец и занимает в нем свое символическое место, «но это — извращенный и слабый отец; он создает зоны разрушения в эмоциональной жизни своих детей, дочерей и сыновей, потому что он не способен принять на себя сексуальную и детородную роль /161/».

Таково элегантное решение, предложенное G. Pankow, для разрешения трудной проблемы точного описания истерических психозов по отношению к шизофреническим психозам. Понятно, что по причине самой их оригинальности выдвинутые аргументы не были внесены в официальную классификацию.

www.psychiatry.ru

Картина шизофрении

Ядро клинической картины шизофрении можно охарактеризовать как расщепление собственного «Я», расщепление личности. Чаще всего для больного шизофренией окружающий мир не имеет границ, границы между личностью и миром расплываются. Человек уже не может с уверенностью сказать, кто он, собственно, есть («я изменился», «мною управляют», «во мне кто-то другой или два человека одновременно»).

У больного возникает впечатление, что у него отнимают мысли и чувства, оставляя лишь пустоту и холод. Пустота без границ, падение в бездну так чаще всего больные говорят о своем состоянии. Состояние непонятное и у пациента создается впечатление , что в этом кто — то виноват, что ему угрожают человеку, другие лица или сверхъестественные силы управляют его поведением, возникает ощущение беспомощности. Когда больной шизофренией высказывает подобные суждения, можно сделать вывод о наличии нарушения цельности «Я». Нарушение контакта проявляется и невозможностью полноценного обмена информацией с окружающим миром.

Восприятие нарушено. Не связанные между собой вещи воспринимаются как имеющие отношение друг к другу или к самому больному, хотя в действительности этого нет. Часто трудно отделить существенные факты от случайных явлений. Например, определенные шумы, картины, знаки, краски больной считает чрезвычайно важными Некоторые компоненты окружающего мира — лица, растения, улицы приобретают особое символичное значение, интерпретируясь больным в плане отнесения к себе, знаки угрозы. Больной шизофренией полагает, что на него обращают внимание окружающих.

Иногда люди описывают, что все, окружающий мир и другие люди, время и воздух воспринимаются чужими, измененными, искаженными, схематизированными. Одновременно или независимо от этого у людей возникает впечатление, что собственное тело стало чужим, определенные части тела стали больше или меньше, ближе или дальше, движения тела стали иными, лицо стало маскообразным.

Как отмечалось выше, нарушение мышления проявляется невозможностью разделить важное и несущественное. Мышление представляется наблюдателю бессвязным и нелогичным, часто происходят обрывы мыслей, остановки, бессмысленные соскальзывания с одной темы на другую. Человек не может иногда решить, какие мысли он хочет высказать сначала, отсюда вычурные мыслительные ходы. Эта неуверенность может касаться и какого-то одного слова. Слова могут использоваться в определенном двузначном смысле, т.е. в одно слово могут вкладываться два значения, возникают словесные новообразования (неологизмы).

В живописи наблюдается агглютинация образов, напоминающая картины И. Босха. Это — т.н. формальные нарушения мышления. К содержательным нарушениям мышления относятся бредовые идеи воздействия и представления. Некоторые компоненты бреда часто соответствуют распространенным представлениям, касающихся особенностей семьи или собственного детского мира. С помощью бредовых построений часто осуществляется защита от требований внешнего мира, а также собственных агрессивных или эротических тенденций. Бред может одновременно рассматриваться как защита, от внутреннего, представляющегося неразрешимым, конфликта, и как выражение часто скрытых, глубоких человеческих потребностей. Бред служит регуляции и направлению поведения человека. Определенные действия можно понять, исходя из бреда. Подчинение поведения бредовым представлениям легко представимо, если вспомнить, как сильно влияют на поведение идеи, в которых ты убежден. Если бред начинает подвергаться сомнению, возникает интенсивная тревога, что делает бредовую убежденность недоступной разумной коррекции. Часто высказывающие сомнение в реальности бреда окружающие вплетаются в бред в качестве врагов, что еще раз показывает защитную функцию бреда. Часто галлюцинации поддерживают субъективную реальность бреда. Наиболее частыми формами проявления являются бред преследования, воздействия и отношения.

Чувства уплощаются, причем часто повреждается не только интенсивность выражения, но и весь чувственный мир представляется обедненным. Он выглядит выхолощенным, холодным, стеклянным — «дерево и стекло». Иногда выражение чувств, жестов и мимики не согласуются с содержанием высказываний, или с ситуацией. В ряде случаев возникают очень интенсивные эмоции, несоответствующие реальной ситуации.

Отношения с другими людьми у больных шизофренией искажены или резко сужены. В экстремальной форме уход от мира, от контактов, проявляется в аутизме. Последний отражается на поведении больного. Одновременность желания и отсутствия желания (амбивалентность) нередко ведет к неспособности действовать (ступор), расщепленность в установках к разрывам.

В ситуациях, в которых пациенты чувствуют угрозу для себя, преобладают возбуждение, напряжение, страх, которые реализуются в поведении. Близкие родственники этого часто не понимают, не видя субъективных оснований для угрозы, что, в свою очередь, пугает их.

Для большинства людей, которые годами и десятилетиями страдают от шизофрении, демонстрирует своеобразное поведение, последнее сплавляется в биографическое единство с повседневными действиями и адаптируется к нему. Больные шизофренией могут по большей части жить и вне больниц, часто в своем собственном доме, но должны вести определенный, щадящий образ жизни.

www.depressia.com

Поговорим о фебрильной (гипертоксической) шизофрении

Фебрильная шизофрения — особая форма шизофрении, первым и основным симптомом которой является подъем температуры тела до 38-40 °С.

Представляет собой она приступы онейроидной кататонии (человек застывает в определенной позе, а в это время у него перед глазами проносятся различные картины). Наблюдается при периодическом (приступы болезни чередуются с периодами благополучия) или приступообразно-прогредиентном течении шизофрении (после каждого приступа возникают личностные изменения, становящиеся с каждым разом все более выраженными).

Фебрильную шизофрению еще иначе называют гипертоксической.

Причины развития

Шизофрения относится к наследственным заболеваниям, то есть причиной фебрильной шизофрении является наличие определенных генов. Таким образом передается возможность заболеть данным психическим недугом.

Некоторые факторы провоцируют возникновение заболевания, повышают риск развития шизофрении. Среди них:

  • употребление наркотического вещества канабиса;
  • острый психосоциальный стресс;
  • низкий социально-экономичный статус.
  • Наиболее характерные симптомы

    Не зря гипертоксичную шизофрению относят к особым формам шизофрении, протекает она совершенно иным образом, чем все остальные формы болезни, выраженных параноидных и галлюцинаторных переживаний, основных симптомов параноидной формы шизофрении, не бывает.

    Онейроидная кататония

    Заболевание начинается с повышения температуры и кататонических проявлений (прочитать о них вы можете в статье, посвященной кататонической шизофрении).

    Появляется непроизвольное фантазирование с яркими представлениями о путешествиях, космических полетах, мировых катастрофах. Вначале приступа человек еще понимает, где он находится, но постепенно происходит помрачение сознания, больной все больше погружается в свои болезненные переживания, отрешается от внешнего мира и своего собственного «я». При этом он длительно может находиться в неудобной позе, отказываться от приема пищи.

    Помимо ступора, когда человек застывает на месте, может возникать однообразное возбуждение, во время которого больной выполняет стереотипные движения, может ломать, бить вещи, стоящие у него на пути, .

    Повышение температуры тела, возникающее при данной патологии, нетипично для какого-либо заболевания внутренних органов, инфекционных болезней. В вечернее время температура тела довольно часто может снижаться, а возрастать, наоборот, в утренние часы. Периоды лихорадки могут длиться от нескольких дней до нескольких недель.

    Внешне обращает на себя внимание лихорадочный блеск глаз, покраснение кожных покровов, могут быть единичные кровоподтеки. Губы сухие, запекшиеся, язык сухой красный или обложенный. Общее состояние при этом может быть удовлетворительным.

    При своевременном оказании медицинской помощи больные быстро выходят из подобного состояния.

    Аментивное возбуждение

    В некоторых случаях кататоническое возбуждение может перейти в аментивное. В таком состоянии больной не способен в целом воспринимать происходящие события, улавливать связь между предметами. Он лишь схватывает отдельные фрагменты ситуации, но связать их в единое целое не может. Наблюдается грубая дезориентировка в собственной личности, времени, месте.

    Внешне такой человек растерянный, находится в постоянном возбуждении в пределах постели: размахивает руками, крутит головой, стучит ногами по постели. Речь бессвязна, больной лишь произносит бессмысленный набор слов.

    После выхода из подобного состояния воспоминания о периоде аменции отсутствуют.

    Иногда на фоне аментивного возбуждения больной может начать теребить простыню или одежду мелкими движениями рук. Появление такого симптома свидетельствует о неблагоприятном в отношении жизни течении фебрильной шизофрении.

    Развитие аментивного возбуждения сочетается с резким повышением температуры тела до 39-40 С°. Лихорадка сохраняется не более 2 недель. На фоне повышения температуры тела ухудшается состояние человека — кожные покровы приобретают землисто-желтый оттенок, увеличивается количество кровоподтеков.

    Могут появляться трофические нарушения на коже в виде пузырей в области пяточных костей, локтевых сгибов, крестцовой области. Сначала содержимое пузырей серозное, затем приобретает вишнево-красный оттенок. Когда пузыри лопают, на их месте образуются эрозии, которые плохо заживают.

    Гиперкинетическое возбуждение

    В некоторых случаях на смену аментивноподобному возбуждению приходит гиперкинетическое возбуждение. Проявляется оно неритмичными беспорядочными непроизвольными движениями в различных группах мышц конечностей. Данное возбуждение может прерываться эпизодами аментивного или кататонического возбуждения. Сопровождается оно лихорадкой неправильного типа, длящейся 1-2 недели. Состояние больных тяжелое, как и при аментивном возбуждении.

    Особенности в зависимости от течения шизофрении

    При периодическом течении шизофрении фебрильные приступы чаще развиваются в юношеском или молодом возрасте, у женщин. С этого заболевание и начинается. Если наблюдается несколько таких приступов, то каждый из последующих протекает в более легкой форме.

    А вот при приступообразно-прогредиентном течении фебрильные приступы могут быть не только первыми проявлениями болезни, но и возникать в дальнейшем. На фоне значительного повышения температуры тела внешнее состояние больного может быть вполне благополучным или сильно нарушаться даже при незначительном подъеме температуры. Таким образом, какая-либо закономерность между выраженностью подъема температуры и тяжестью общего состояния отсутствует.

    После нормализации температуры тела при любом течении болезни происходит обратное развитие приступа, обострение шизофрении проходит.

    Лечение приступов гипертоксической шизофрении проводится исключительно в стационарных условиях.

    Основной препарат, применяемый для лечения фебрильной шизофрении — нейролептик аминазин. Благодаря его высокой эффективности при данной патологии удалось полностью отказаться от термина «смертельная шизофрения», как ранее именовали гипертоксическую шизофрению.

    Начинают со средних доз аминазина и быстро их наращивают. Перерывы в лечении не допустимы, это может спровоцировать новые приступы лихорадки, ухудшение состояния больного. В среднем курс лечения составляет 2-4 месяца.

    Помимо этого в лечении применяются витамины группы В, С, кордиамин, антигистаминные препараты.

    Если на фоне лечения аминазином возникает резкое падение артериального давления, тахикардия, температура тела практически не снижается, появляются признаки оглушения (человек плохо поддается контакту, чтобы получить от него ответ необходимо громко, требовательно задавать простые вопросы), это свидетельствует о неэффективности аминазина. В таком случае прибегают к проведению электросудорожной терапии в интенсивном режиме.

    psi-doctor.ru

    Шизофрения

    Множественные личности при шизофрении
    скачать видео

    ​​​​​​​Шизофрени́я («раскалываю» + «ум, рассудок») — психическое расстройство, характеризующееся ухудшением восприятия окружающей действительности и значительной социальной дисфункцией.

    Шизофрения может быть спровоцирована долгим и настойчивым созданием шизофренических ситуаций с последующими наказаниями за неизбежные проколы. При этом шизофреногенным является весь контекст – т.е. бессмысленно лечить шизофреника и отпускать его обратно в семью, поскольку там снова вступят в силу законы общения, в которых он может быть «правым» только по «неправильным» причинам, и негласными правилами запрещена будет сама возможность указания на факт существования этих законов. Соответственно, через некоторое время такой пациент снова возвращается в лечебницу с прежним диагнозом.

    Даже в наше время мы мало что знаем об этой болезни. Большинство специалистов склоняется к тому, что шизофрения возникает из-за неправильного метаболизма (обмена веществ) в головном мозге.

    К позитивным симптомам шизофрении относятся бред, галлюцинации, постоянная рефлексия и самокопание.

    Симптомы шизофрении делятся на позитивные (дополнительные признаки, отсутствующие у нормального человека) и негативные (уменьшение или отсутствие признаков, которые есть в норме). Согласно современным научным представлениям ни один из нижеперечисленных симптомов не является обязательным при шизофрении, однако определенные их сочетания и развитие во времени, описанные в Международной Классификации Болезней (МКБ-10) в разделах F2*, с высокой степенью достоверности позволяют диагностировать это психическое расстройство. В Российском законодательстве закреплено обязательное использование МКБ-10 в клинической и экспертной практике. Врачи-психиатры обязательно указывают в истории болезни коды МКБ-10. После введения МКБ-10 приказом Минздрава N172 от 1992 г. так называемый антидиссидентский диагноз вялотекущей шизофрении полностью вышел из употребления в клинической практике, соответственно были сняты претензии к России различных зарубежных правозащитных организаций.

    Бред . При шизофрении встречаются разные виды бреда, но типичными именно для шизофрении являются следующие.

  • Пациент считает (синдром Кандинского-Клерамбо), что кто-то вкладывает ему в голову мысли, воздействует на тело, заставляет совершать поступки. В принципе, можно условно говорить о формировании при болезни некой субличности, особенно при сильных и мучающих больного навязчивостях. Вероятно, персонифицирование этих навязчивостей как «вселившегося в тело врага» и вызывает у больного такую оценку своего состояния.
  • Пациент считает, что его мысли телепортируются другим людям.
  • В некоторых случаях больной может быть уверен в том, что некие мафиозные структуры владеют специальной аппаратурой по чтению и вкладыванию в него самого мыслей средствами радиобиологической (аксионной, торсионной и т. д.) связи.
  • Пациент находит в книгах, периодике и т. д. скрытые сообщения, адресованные лично ему. Вообще больной постоянно ставит себя в центр вселенной и ищет некие «знамения» своей исключительности в той или иной форме.
  • Галлюцинации . Хотя галлюцинации могут быть разнообразными, типично шизофреническими являются галлюцинации в виде голосов («голоса в голове»). Часто больной в состоянии отличить голоса в голове (нереальные) от реальных звуков. Такие «галлюцинации» называются псевдогаллюцинациями. Сообщения голосов часто носят обвиняющий или угрожающий характер. Иногда голоса приказывают больному что-то сделать. В некоторых случаях больной может выполнить приказ голосов, подчинившись их воле, хотя по статистике это происходит очень редко, а также зависит от характера самих голосов, критического настроения и воли самого больного. Известны случаи, когда излечившиеся больные рассказывали, что просто выдумывали «телепатически общающихся инопланетян» и прочие псевдогаллюцинации, чтобы развлечь себя и привлечь внимание к своей персоне.

    Постоянная рефлексия, самокопание . Желание разобраться с воображением, докопаться до истины происходящего, и избавиться от болезни. Многих это толкает на изучение психологии и психиатрии, и достаточно часто среди шизофреников встречаются люди, которые неплохо осведомлены во многих вопросах в этих областях. Очень часты случаи, когда пациент является одновременно и ученым-психологом или психиатром. Помимо этого многие больные могут вдаться в мистицизм, магизм ситуации, также искать причины заболевания в собственной греховности, богоотступничестве, собственном прошлом и т. д. На этой почве часто встречается повышенная религиозность, желание найти правильное мировоззрение. Если в странах пост-СССР, среди обычных людей процент верующих порядка 14 процентов, то среди «слышащих голоса» этот процент достигает 20 процентов.

    Конфликт «социальных предубеждений и мании преследования ». Возникает вследствие того, что любой человек, находящийся в конфликтной ситуации, живет в «боевом» режиме и подозрительно относится ко всему окружающему, а также по причине социальных предубеждений о социальной опасности больного, которые могут подтверждать манию у больного, а его ответные действия могут подтверждать предубеждения.

    Иногда присутствует необыкновенная творческая «плодовитость». Автор, больной шизофренией, порой может показаться неискушенному зрителю (слушателю, читателю и т. д.) очень интересным автором, очень живо сочетающим несочетаемое, поющем о том, о чём другие боятся даже говорить и т. д.

    Иногда может наблюдаться своего рода «религиозное помешательство», для которого характерна крайняя религиозная строгость в отношении других и отсутствие таковой в отношении себя. Например, больной может пытаться убить женщину за то, что она сделала аборт, мотивируя это тем, что она «убийца», свое же действие он убийством при этом не считает.

    С другой стороны, сама болезнь не является бесспорным признаком опасности для окружающих, хотя масс-медиа и социальное окружение может подарить людям шаблон восприятия наподобие «болен на голову — значит опасен». Среди шизофреников очень много виктимных людей, часто встречаются свидетели особо тяжких преступлений, либо люди, противопоставленные коррумпированным системам, и само по себе «слышание голосов» является своего рода страхом, фобией, которая вытеснена сознанием из психического театра, и при этом постоянно навязывается жертве в виде смысловых или аудиальных галлюцинаций. Галлюцинации нередко видят и здоровые люди в конфликтных ситуациях.

    К негативным симптомам при шизофрении относятся:

    • Эмоциональная тупость — сужение (уплощение) эмоциональной сферы личности: ослабление любви к родственникам и близким людям, ослабление профессиональных интересов, утрата интереса к любимым ранее занятиям, ослабление низших эмоций (болевой чувствительности, пищевого и полового безусловных рефлексов). Характерно также появление эмоциональной неадекватности, появление качественного несоответствия эмоциональной реакции вызывающему ее раздражителю.
    • Алалия — скудость или полное прекращение речи.
    • Гипобулия — ослабление волевой активности, характеризующееся слабостью побуждений, ослаблением желаний, сужением круга доступных больному волевых актов.
    • Абулия — полное отсутствие побуждений.
    • Парабулии — извращённые формы деятельности, к которым относятся парамимия — вычурная мимика, парапраксия — извращенные манерные действия, походка, позы, жесты.
    • Атактическое мышление Оно характеризуется наличием в речи больного некоординируемых, в норме не сочетающихся между собой понятий. Появление таких некоординируемых сочетаний называется также атактическими замыканиями. При наличии атактических замыканий между предложениями, блоками фраз говорят о резонерстве (пространное неконкретное бесплодное рассуждательство), при наличии атактических замыканий между словами внутри одного предложения говорят об атактической спутанности (крайняя степень — шизофазия, «словесная окрошка», когда речь представляет собой бессвязный набор слов), при проникновении атактических замыканий внутрь слова в речи больных появляются неологизмы, часто наблюдается логорея.
    • Структура дефекта

      Первично нарушение мотивационно-потребностной сферы. Появление существенного разрыва между большинством мотивов и реальностью вследствие нарушения контроля над собственным воображением.

      Вторично нарушение познавательной деятельности и операциональной стороны мышления.

      Третично изменение личности. Как и множественная идентичность, и многие фобии, имеет ятрогенный характер. Обычно развитие шизофрении происходит приблизительно по следующей схеме:

      1. Появление первой волны галлюцинаций или фобий вследствие нарушения режима работы и сна, конфликтов, угроз для жизни, употребления наркотиков, злоупотребления табакокурением или алкоголем, длительная депрессия, увлечение эзотерикой и магией, сознательный анализ сновидений, и многих других факторов;
      2. Возникает очень сильное любопытство, желание понять природу галлюцинаций, связанную с необычностью происходящего. Эти вопросы «почему» и «как», даже не будучи вербализованными, включают воображение человека в активный анализ, роль ученого, тем самым заводят новый этап галлюцинаций.
      3. В том случае, если галлюцинация, как факт, пугает человека, его логика забывает про заданный им же самим вопрос «почему и как», взаимосвязь нового этапа галлюцинаций с его собственным любопытством теряется для него, обрывается здравая нить рассуждений, и у него возникает рано или поздно убеждение в навязчивости этих самых галлюцинаций. Обрыв сознания характерен для любых фобий, которые блокируют понимание происходящего и приводят человека в состояние ажиотажа, необходимого для подавления, борьбы с самой фобией.
      4. Убеждение в навязчивости галлюцинаций вызывает новую волну любопытства к происходящему, в силу чего, человек тянется к любым знаниям, которые бы могли ему это объяснить. Во-первых, он может спрашивать у самих галлюцинаций, или оживших образов, о том, кто они и что из себя представляют. Т.е. разговаривать с собственным же воображением, требуя, моля или прося ответов и советов. Во-вторых, во многих случаях люди в этом состоянии начинают очень сильно доверять собственной интуиции, хотя раньше могли относиться к ней более скептически. Можно охарактеризовать этот процесс как активное «вслушивание», при котором человек вслушивается в любой сигнал настолько, чтобы получить из него информацию, даже тогда, когда в нем нет информации и в помине. В этом случае человек не понимает ни природу происхождения собственных мыслей, ни природу мыслей, которые ему навязываются «больным», «чужим», «инородным» воображением. Чем больше вопросов, тем больше искушение понять. Желание понять приводит к активизации зон анимации, по той самой причине, что любой вопрос ассоциативно вызывает в воображении и предмет, о котором спрашивают.
      5. Вследствие полной погруженности на внутренних процессах может искажаться связь с реальным миром, вследствие чего, могут возникать симптомы говорящих собак, шум машин и смех людей может иметь какой-то иной смысл, многие звуки, связанные с обычными явлениями природы, как капание воды из-под крана или звуки телевизора, вследствие искажения, а также повышенному уровню «вслушивания», и начинает развиваться ход событий.
      6. Для некоторых видов диссоциации личности, или же множественной идентичности, характерно убеждение человека в том, что голоса являются разъединенными частями его собственной личности, или даже следствием греховности. Но для шизофрении характерно убеждение в том, что голоса могут быть проявлением внешнего воздействия, такими как телепатия, радиобиологическая связь, психотропное оружие, дьявол и бесы, воздействие инопланетян и спецслужб и т.д. С развитием страха перед этими силами, и развивается далее сценарий самой шизофрении. Под влиянием внутренних убеждений и страхов, начинает рождаться своеобразная «Преисподняя», в которой плохие «голоса» издеваются над носителем болезни. Типичные карты развития событий — заговоры мафий, спецслужб, Дьявола, инопланетян. Более редки убеждения в том, что электроприборы имеют разум и хотят общаться с человеком, или же что это мертвые хотят достучаться из других миров, или убеждение в существовании параллельных Вселенных и миров. Нужно также отметить, что может иметься действительно преследование со стороны мафий, коррумпированных силовых кланов и т.д., но читать мысли они не умеют, судя по всему.

      Характерно, что шизофренией страдают обычно люди, когда выходят из «социального потока», т.е., закончив школу или институт, выйдя из всех коллективных игр, и не имея четкого самоанализа, задают себе первичный вопрос о собственном воображении вследствие безделья или одиночества. Если бы болезнь не была настолько тяжелой для очень многих людей, ее можно было бы назвать не более чем глупостью, или даже шуткой природы. Но, глядя на пожилую женщину, которая истошно вопит «бесы, бесы, вон из моей головы!», понимаешь, что глупая шутка для нее стала проклятием.

      Происхождение и механизмы развития патологического процесса при шизофрении до сих пор остаются неясными, однако последние достижения генетики и иммунологии дают надежду, что решение этой загадки, волновавшей поколения врачей, будет найдено в ближайшие годы.

      В прошлом была популярна экзистенциальная теория Р. Лейнга. Причиной развития заболевания автор считает формирующуюся у некоторых индивидуумов на первых годах жизни шизоидную акцентуацию личности, характеризующуюся расщеплением внутреннего Я. В случае прогрессирования в течение жизни процесса расщепления увеличивается вероятность перехода шизоидной личности в шизофреническую, то есть развитие шизофрении. В настоящее время теория считается антинаучной.

      Многие исследования позволяют сделать вывод о наследственной предрасположенности к заболеванию, однако оценки величины такой предрасположенности близнецовым методом варьируются от 11 до 28 процентов. В настоящее время прилагаются большие усилия, направленные на выявление конкретных генов, наличие которых может резко повышать риск развития шизофрении. Обзор 2003 года по связанным генам включает 7 генов, повышающих риск более позднего диагноза шизофрении. В двух более свежих обзорах утверждается, что эта связь наиболее сильна для генов, известных как дисбиндин (dysbindin, DTNBP1) и нейрегулин-1 (neuregulin-1, NRG1), со множеством других генов (таких, как COMT, RGS4, PPP3CC, ZDHHC8, DISC1, и AKT1).

      Важную роль играет и среда, особенно внутриутробное развитие. Так, у матерей, зачавших детей во время голода 1944 года в Нидерландах, родилось много детей-шизофреников. У финских матерей, потерявших своих мужей на Второй Мировой Войне, детей-шизофреников было больше, чем у тех, кто узнал о потере мужа после конца беременности.

      Роль окружающей среды?

      Есть немало свидетельств, показывающих, что стрессы и стеснённые обстоятельства жизни повышают риск развития шизофрении. События детства, злоупотребления или травмы были также отмечены как факторы риска для позднейшего развития заболевания. В большинстве случаев перед началом появления галлюцинаций и голосов у больного предшествует очень затяжная и длительная депрессия, либо невротические воспоминания о травмах детства, связанные с особо тяжкими преступлениями (инцесты, убийства). В некоторых случаях может быть мания преследования, связанная с рискованной деятельностью самого больного. Если он преступник, то у него убеждение, что за ним ежедневно следят правоохранительные органы. Если это хороший человек, противопоставленный мафиозным или тоталитарным системам, то у него убеждение в том, что они следят за ним, «прослушивают» его мысли телепатически или с помощью специальных приборов или просто повсюду внедрены «жучки».

      В настоящее время появляется все больше данных, указывающих на решающую роль аутоиммунных процессов в этиологии и патогенезе шизофрении. Об этом говорят как исследования по статистической корреляции шизофрении с другими аутоиммунными заболеваниями, так и появившиеся в последнее время работы по прямому детальному исследованию иммунного статуса больных шизофренией. Успех аутоиммунной теории будет означать появление как долгожданных объективных биохимических методов диагностики шизофрении, так и новых подходов к лечению данной болезни, напрямую воздействующих на её причины и не нарушающих мыслительные процессы у людей, которым этот диагноз был поставлен ошибочно.

      Шизофрения может начаться в любом возрасте, но чаще всего начинается в 15-25 лет у мужчин, в 20-30 лет у женщин.

      Шизофрения часто протекает в виде приступов. Приступы характеризуются интенсивной позитивной симптоматикой, а промежутки между ними — в основном негативной (позитивные симптомы могут быть слабы или присутствовать только в стёртом виде: странные убеждения и т. д.). Часто приступ бывает только один за всю жизнь. Если есть негативные симптомы, а позитивные — слабы или вообще отсутствуют, говорят об остаточной шизофрении.

      С годами состояние может значительно улучшиться, но о полном выздоровлении говорить нельзя, речь идет о ремиссии болезни. Исследование 1987 года показало, что у пациентов, больных шизофренией в 1950-х годах, в трети случаев состояние существенно не изменилось или ухудшилось, в трети случаев — значительно улучшилось, в трети случаев — больные выздоровели.

      Прогноз зависит от того, насколько рано начато лечение. Кроме того, чем позже началась шизофрения, тем легче протекает заболевание: шизофрения, начавшаяся в детском или подростковом возрасте, обычно протекает очень тяжело, а в среднем возрасте — легко.

      Шизофрения не заразна и не смертельна (существует гипертоксическая форма шизофрении, которая может привести к летальному исходу), хотя шизофреники живут в среднем на 10 лет меньше психически нормальных людей. Одна из причин — в том, что шизофреники часто кончают жизнь самоубийством (30 % всех шизофреников совершают попытку самоубийства, 10 % — совершают самоубийство; мужчины-шизофреники кончают самоубийством в 3 раза чаще женщин). Другая причина в том, что шизофреники курят значительно чаще, чем психически нормальные. Есть также данные, что иммунологические сдвиги при шизофрении могут быть ответственными за заболевания других органов тела.

      Детская шизофрения, вызванная родовой травмой, иногда проходит сама в подростковом возрасте. Для такой разновидности шизофрении характерно также улучшение течения болезни при назначении общестимулирующих препаратов, таких, как ноотропил.

      Социальная адаптация

      По степени инвалидности, шизофрения — одно из самых тяжёлых заболеваний. По недавнему исследованию шизофрении в 14 странах, она признана третьим по тяжести заболеванием после квадриплегии (паралича рук и ног) и старческого слабоумия, и перед параплегией (параличом ног) и слепотой.

      Объективных методов диагностики шизофрении в настоящее время нет. Диагноз ставится на основании бесед с пациентом и анализа его поведения.

      В советской психиатрии диагноз ставился на основании следующей триады: эмоциональная тупость, атактическое мышление, гипобулия с парабулией. Нечеткость критериев породила в СССР признание особой формы — т. н. Вялотекущая шизофрения.

      Атактическое мышление распознаётся с помощью тестов, в том числе тестов Роршаха (также известных как тесты с чернильными пятнами) и тестов с выбором похожих предметов (небольшие картинки надо расположить на столе в несколько рядов). Известен пример, когда из картинок с изображениями детей, домашних животных, одежды и различных предметов испытуемый выбирает ботинок и карандаш. Этот выбор мотивируется тем, что они оставляют след.

      В западной психиатрии разработаны чёткие критерии психических заболеваний, в том числе шизофрении.

      Диагностическим критерием шизофрении, согласно DSM-IV-R, является сочетание следующих признаков:

    • A. Бред. Галлюцинации. Беспорядочная речь (например, частая сбивка темы или бессмысленность). Резко беспорядочное или кататоническое поведение. Негативные симптомы, а именно эмоциональное огрубение, алогия или парабулия. Наличие не менее двух из следующих симптомов, в течение существенной части месячного промежутка (или меньше, в случае успешного лечения). Если бредовые идеи являются причудливыми (то есть крайне неадекватными) или галлюцинации носят характер голоса, комментирующего поведение или мысли пациента, или не менее двух голосов, разговаривающих друг с другом, достаточно одного симптома.
    • B. Социальная/профессиональная некомпетентность. В течение существенной части времени с начала заболевания, уровень достижений в сфере работы, отношений между людьми или ухода за собой гораздо ниже, чем до заболевания, а если заболевание началось в детстве — неспособность достичь ожидаемого уровня в области отношений между людьми, работы или учёбы.
    • С. Длительность. Симптомы длятся по крайней мере полгода. Из этого полугода по крайней мере в течение одного месяца симптомы удовлетворяют критерию A (активная фаза), а в остальное время (остаточная и продромальная фаза), есть негативные симптомы или же по крайней мере два из симптомов критерия A сохраняются в стёртой, ослабленной форме (например, странные убеждения или необычный чувственный опыт).
    • D. Исключаются шизоаффективное расстройство и маниакально-депрессивный психоз. Или фазы депрессивных, маниакальных или смешанных эпизодов нет в течение активной, или их продолжительность мала по сравнению с общей продолжительностью активной и остаточной фазы.
    • E. Причина не в приёме наркотиков или лекарств и не в какой-то непсихической болезни.
    • F. Если больной страдал аутизмом или другими отклонениями в развитии, для диагностики шизофрении необходимо, чтобы выраженный бред или галлюцинации продолжались по крайней мере месяц (или меньше в случае успешного лечения).
    • Клинические формы шизофрении

      Традиционно, выделяли следующие формы шизофрении:

    • Простая шизофрения характеризуется отсутствием продуктивной симптоматики и наличием в клинической картине лишь собственно-шизофренических симптомов.
    • Гебефреническая шизофрения (может включать гебефрено-параноидные и гебефрено-кататонические состояния).
    • Кататоническая шизофрения (выраженные нарушения или отсутствие движений; может включать кататоно-параноидные состояния).
    • Параноидная шизофрения (есть бред и галлюцинации, но нет нарушения речи, беспорядочного поведения, эмоционального оскудения; включает депрессивно-параноидный и циркулярный варианты).

    Сейчас выделяют также следующие формы шизофрении:

  • Гебефреническая шизофрения
  • Кататоническая шизофрения
  • Параноидная шизофрения
  • Остаточная шизофрения (интенсивность позитивных симптомов низка)
  • Смешанная, недифференцированная шизофрения (шизофрения не относится ни к одной из перечисленных форм)
  • Трудность диагностики

    Поскольку объективных методов диагностики нет, врачи часто расходятся в диагнозе. Так, согласно американскому исследованию 1995 года, два психиатра только в 65 % случаях ставят одинаковый диагноз в случае диагностики шизофрении. В СССР, по мнению Владимира Леви, дело обстояло ещё гораздо хуже: диагноз «шизофрения» ставили почти всем психически больным. Появилась такая нозологическая единица как вялотекущая шизофрения, основным диагностическим симптомом служило ощущение дискомфорта, подавленности.

    В настоящее время разрабатываются объективные методы диагностики шизофрении. К примеру, в Группе исследования человеческого мозга на кафедре Физиологии Человека и Животных Биологического факультета МГУ им. Ломоносова ведутся исследования альфа-ритма мозга подростков, страдающих расстройствами типа шизофрении.

    Распространенность

    Шизофрения одинаково распространена среди обоих полов.

    Вопрос распространенности заболевания весьма сложен из-за различных принципов диагностики в разных странах и разных регионах внутри одной страны, отсутствия единой законченной теории шизофрении. В среднем распространенность составляет около 1 % в популяции или 0.55 %. Встречаются данные о более частой заболеваемости среди городского населения.

    В настоящее время нет эффективных способов лечения шизофрении. Из медикаментозных методов всегда используются препараты различных групп нейролептиков (галоперидол, хлорпромазин и т. д.) или атипичных антипсихотиков (оланзапин, клозапин, рисперидон, кветиапин, зипрасидон, арипипразол). К побочным эффектам нейролептиков относится депрессия (в случае галоперидола), поздняя дискинезия (тики, например причмокивания; этот побочный эффект не лечится и не проходит даже при отмене нейролептика), акатизия (неусидчивость, часто с оттенком тревоги: больной, к примеру, не может нормально есть — вместо этого он проглатывает кусок, бегает по комнате, ест ещё немного и т. д.) и другие. Атипичные антипсихотики по своему лечебному действию не слабее (а по некоторым данным — сильнее) нейролептиков и, в отличие от нейролептиков, не приводят к тяжёлым побочным действиям, но стоят дорого, потому что они открыты недавно и срок действия патента ещё не закончился. Поэтому многие шизофреники в России не в состоянии купить эти лекарства.

    Часто вместе с нейролептиками назначают корректоры (например, циклодол), уменьшающие побочные действия. Иногда для борьбы с депрессией назначают антидепрессанты.

    Изредка (из-за их опасности для жизни) применяются инсулиновые комы. Некоторыми исследователями делаются попытки использования психотерапевтических методик. Но всегда возникает парадокс: если больной имеет больший интеллект, нежели у врача, то какой толк от этого врачевания? А если же аналитические способности больного не развиты и вовсе, то никакие, даже здравые рассуждения внешнего мира, не могут ему объяснить все то, что происходит с ним изнутри. Применяется трудотерапия, как нечто, переключающее сознание больного с болезни на внешние действия. Неэффективна, потому как рано или поздно сознание больного вернется обратно.

    Прогноз и экспертиза

    Прогноз заболевания зависит от формы, типа течения, возраста и других индивидуальных особенностей пациента, характера его профессии. При непрерывно-прогредиентном типе течения больные переводятся на II или I группу инвалидности, в редких случаях хорошей лечебной ремиссии — III группу, при приступообразно-прогредиентном типе — III или II группу. При приступообразно-прогредиентном типе после первого приступа теоретически возможно выздоровление (при полном отсутствии дефекта и отсутствии приступов в дальнейшем), однако в этом случае возникает вопрос о правильности постановки диагноза шизофрении. У больных шизофренией, совершивших правонарушение как в состоянии психоза, так и в состоянии ремиссии или заболевших шизофренией в период следствия и/или суда, но до вынесения приговора, как правило, судом устанавливается невменяемость с направлением их на принудительное лечение в психиатрические больницы строгого режима или общего типа (в зависимости от тяжести совершенного правонарушения). Больные шизофренией признаются негодными к военной службе.

    Шизофрения в мировой культуре

    Рассказ «Бес Противоречия» Э. А. По содержит очень точное и подробное описание синдрома Кандинского-Клерамбо «изнутри», с точки зрения больного. Больной персонифицирует свои навязчивости как «беса противоречия».

    www.psychologos.ru