Убийство больным шизофренией

Не надо вешать на шизофреников ярлык убийц — психиатр

В последнее время все чаще в СМИ появляются громкие новости о жестоких убийствах, Старушка из Петербурга, которая расчленила свою подругу, а потом еще 10 человек. Маньяк в Нижнем Новгороде убил шестерых детей, беременную жену и свою мать. И такие убийства совершают люди, которые состоят на учете в психоневрологическом диспансере, с регулярной периодичностью. Как определить, насколько человек опасен? На этот вопрос ответил в интервью Pravda.Ru доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач РФ, ветеран труда Федор Кондратьев.

«Никакой периодичности нет. Есть официальная статистика, которая показывает, что психически больные люди совершают гораздо меньше убийств, чем так называемые здоровые. Шизофрения и убийства это совершенно разные вещи. Как правило, у больных шизофренией нет никаких тенденций кого-то убивать. Есть такое крылатое выражение: если бы не было больных шизофренией, наш мир был бы тусклый и серый. Так что это все ненужные ярлыки», — заявил Федор Кондратьев.

Корреспондент Правды.Ру поинтересовался, почему так совпало, что эти люди состояли на учете?

«Совершаемые больными случаи убийств редки, они просто резонансные, поэтому о них говорят и пишут. Я 50 лет проработал судебным экспертом, я не видел таких убийств, которые совершают больные шизофренией, по сравнению с тем, что совершают здоровые в состоянии алкогольного опьянения. Был случай: ревнивый муж пришел, а жена его кормит 2-месячного ребенка, он вырвал ребенка из рук матери и разбил его голову о русскую печку. Он был психически здоровый, но под воздействием алкоголя. Не используйте шизофрению, как какую-то страшилку. Среди них много очень хороших, красивых людей, добрых, порядочных. Нет никакой параллели между убийствами и шизофренией. Вообще это унижение достоинства больных», — отметил Федор Кондратьев.

Корреспондент Правды.Ру уточнил, нужно ли в самой системе что-то менять? Может, внимательнее наблюдать, контролировать?

«Нет необходимости. Но бывает другая проблема — нехватка врачей. Например, есть такой случай. Больной чувствует, что обострение, у него появились голоса: убей дочь. Он пришел к психиатру и говорит: у меня голоса, что-то надо сделать, вдруг я не сдержусь. А у нее уже был билет на курорт, она сказала ему пойти на прием к другому врачу в понедельник, а у него обострение усилилось, и он убил дочь. Потом жалел страшно», — рассказал врач.

Федор Кондратьев пояснил в беседе с корреспондентом Правды.Ру, что психиатрическая служба в целом бедная по составу людей. «Мы же разбираемся в душе, а не в печенке, мы не можем за 5-10 минут разобраться и поставить диагноз. Нам надо понять, как он подошел к этому, почему, зачем? Иногда требуется несколько часов. Я проводил экспертизу Чикатило. Я с ним сидел почти каждый день, угощал его чайком, а он рассказывал, как он к этому подошел, как это случилось. Только тогда я мог дать заключение, что у него нет шизофрении, просто есть половые извращения».

www.pravda.ru

«Убийца семьи страдал шизофренией»

«МК» поговорил с подругой москвички, муж которой убил ее детей и свою мать

20.11.2012 в 11:58, просмотров: 7943

Москвич Игорь Телевинов, который в понедельник зарезал свою пожилую мать и двух маленьких детей на улице Бирюлевской, страдал психическим заболеванием. Однако он отказывался от лечения. «МК» удалось поговорить с лучшей подругой семьи Еленой.

— Елена, как давно знаете эту семью?

— Уже более 20 лет, мы с Ниной — женой Игоря — очень дружим. Игорь всегда был не от мира сего — замкнутый, нелюдимый. Было время, когда он трудился — собирал кухни под заказ, но в общей сложности 13 лет не работал. Нина тянула семью на себе. Игорь говорил, что он весь больной, страдает сильными головными болями, избыточным весом. Говорил — ну куда я пойду работать?

— Нина его пыталась лечить?

— Да. Возила его по разным больницам. Сначала кто-то из врачей сказал, что головные боли у него из-за того, что заложен нос. Нина взяла кредит, оплатила дорогостоящую операцию по пластике носа, но проблема не исчезла. В этом году он вдобавок ко всему прочему сломал ногу в квартире. Как-то упал неудачно. Врачи сказали, что это артроз. Несмотря на лечение, Игорь передвигался все равно с трудом. Кстати, в больнице врач и сказал, что у него с психикой не в порядке и рекомендовал обследоваться по этому поводу. Вроде бы медик подозревал шизофрению. Но Игорь отказался от лечения. Мы еще думали , как бы его в клинику положить. Нина пыталась ему сделать инвалидность из-за проблем с костями — но группу не давали.

— Чем он занимался дома?

— Он сидел в своей комнате целыми днями, там у него был свой мир. Нина с детьми жила в другой комнате. Игорь читал много религиозной литературы. С детьми ей не помогал вообще. Третьеклассник Саша один ходил из школы домой, дочку Аню из детсада забирала 64-летняя свекровь Мария Константиновна, она живет неподалеку на Липецкой улице. Нина называла ее мамой, у них были очень хорошие отношения. Я ей говорила, гони его в шею, лучше без мужика жить, чем с таким. Но она отвечала, что ей жалко свекровь, она с сыном не справится. Кстати, пожилая женщина в последниее время стала просто бояться Игоря — она не один раз говорила Нине об этом.

— А как он к детям относился?

— Он их вообще не замечал. Только заставлял молиться и не разрешал смотреть телевизор. Они ходили ко мне, чтобы посмотреть мультики. Дети его побаивались, но он их не обижал. Я предупреждала Нину — что все это ненормально, Игорь неадекватен, но она лишь разводила руками. Он ее измучил. Как-то сказал, что хочет похудеть, она ему готовила специальную еду. А она ведь еще и на работу ходила — Нина трудится парикмахером. В последние 2 месяца он только пил воду и ел хлеб. Говорил, что все мы грешники. Еще сказал, что слышит голоса и ему надо к экзорцисту. Нина повезла его в монастырь под Рязанью. Но лучше не стало. Кстати, это был не первый раз, когда он ездил в церковь. Некоторое время назад отдал мне всю свою библитеку с фантастической литературой, сказал, что ему ничего не надо, это все от лукавого.

— Он в секте состоял?

— Нет. Игорь сторонился людей и никуда из квартиры не выходил. Может, если в Интернете где-то общался? Хотя вряд ли.

— В тот день вы кого-то из них видели?

— Только Нину, когда все уже случилось. У нее были просто стеклянные глаза. Судя по всему, сначала Игорь зарезал Сашу, который пришел из школы после пятого урока. В 18.15 Мария Константиновна забрала Аню из детского сада и привела ее домой. Он напал и на них. После этого закрыл квартиру и пошел встречать Нину с работы. Он это сделал первый раз в жизни! Когда Нина зашла и увидела все это, он остолбенела. Он полоснул ее ножом по шее, она чудом выскользнула из жилища и побежала вверх по лестнице с криками о помощи. Она стукнула мне в дверь, но я не успела подойти. Открыла ей соседка с девятого этажа. Она уже и вызвала скорую помощь и полицию. Сейчас Нина в реанимации, она потеряла много крови. Мы все знали о ее непростой жизни, жалели ее. Хотим теперь открыть счет, чтобы неравнодушные люди перечислили ей деньги. Она ведь из-за Игоря погрязла в кредитах. За ней числится более 400 тысяч рублей. А родственников у Нины вообще нет.

Психиатры-криминалисты: убийца двоих детей из Подольска давно болен шизофренией

Врачи дают советы, как распознать ранние признаки подобных заболеваний у своих близких и что делать в таких случаях

19.10.2015 в 17:42, просмотров: 13436

Становятся известны шокирующие подробности трагедии, произошедшей в подмосковном Подольске. 30 — летний Дмитрий Мелованов признался, что планировал убийство своего четырехлетнего сына, девятимесячной дочки и жены заранее. И сделал это, якобы, из — за «материальных трудностей». Между тем малыш, с которым хладнокровно расправился отец, очень любил его. Одним из последних рисунков, который выложила в социальную сеть мать семейства Татьяна, подписан мальчиком: «Папа самый лучший».

О том, что могло привести к трагедии, и почему причина совсем не в долге 10 тысяч долларов, мы поговорили с психиатрами.

Врач-психиатр высшей категории, психотерапевт Александр ФЕДОРОВИЧ:

-Здесь нужно подходить с позиции здравого смысла. Долг в 10 тысяч долларов для команды, которая занимается каким — то бизнесом, это не катастрофическая сумма, даже с учетом изменения курса доллара. Это первый момент. Второй, это когда мы говорим, что ситуация произошла «вдруг». Это наталкивает на мысли о тяжелом психическом расстройстве. В этом случае для нас ситуация становится понятной. Вдруг там приключилось расстройство, вдруг приключился галлюциноз и вдруг мы получили получили такую трагедию.

Либо мы говорим о том, что в этой семье что — то тщательно скрывалось. Когда расстройство есть, проявления какие — то бывают на лицо. Но люди боясь вынести сор из избы, начинают ситуацию скрывать или бояться самим себе признаться в том, что она становится катастрофической ровно до того момента, пока не произойдет непоправимое.

-В здравом уме такое ведь сделать невозможно?

— Не при каждом расстройстве такое можно сделать. Моментов, которые могут позволить человеку повести себя именно так, на самом деле очень немного. Потому что степень расстройства и разрушения в этот момент столь велики, что человек даже признается неадекватным. Про здравый смысл здесь и речи быть не может.

Психиатр-криминалист, доктор медицинских наук, профессор психиатрии, руководитель Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях Михаил ВИНОГРАДОВ:

— Этот человек болен давно. Это несомненно шизофрения, для того, чтобы понять какая форма — нужно проводить анализ, обследовать его. То что он совершил, называется в медицине «расширенный суицид». Он убивал жену, детей и думал о смерти. Только по счастливому стечению обстоятельств жена осталась жива, к ним в гости пришел племянник, который спас и женщину, и его самого. Мать двоих детей получила тяжелые ранения и повреждения. Вчера она была в реанимации без сознания. Речь идет однозначно об одной из форм шизофрении, а все остальное — это наслоение.

— Дмитрий признался, что употреблял курительную смесь, действие которой аналогично марихуане. Это способствовало преступлению?

— То, что прием наркотиков усугубил его болезнь, это несомненно.

— Как распознать ранние признаки психиатрического заболевания?

-Это очень сложно. Он был хорошим мужем, хорошим отцом, успешным менеджером. В силу своего туристического бизнеса, они с семьей объездили полмира. Бывает, что человек повздорит с женой, неадекватно ведет себя с соседями, — это все бытовые мелочи, которые не являются признаками болезни как таковой, это бывает у всех обычных людей. Распознать психиатрическое заболевание на ранней стадии очень сложно. В Америке пошли по правильному пути. Там в семье считается престижным и правильным иметь собственного психолога, психотерапевта. И там выявляемость психических заболеваний значительно выше, чем у нас.

— Дмитрий сам осознавал, что он болен?

— Нет, не осознавал, у таких больных давно складывается мысль уйти из жизни, забрав с собой семью.

— Как должны действовать родные, если заподозрили у своего близкого человека болезнь?

— Если убедить показаться врачу не удается, надо вызывать психиатра на дом.

— Но ведь сейчас без согласия больного его нельзя положить в больницу?

-У нас изменился закон о психиатрической помощи и стал абсолютно, я бы сказал, нелепым. Сейчас большое количество психиатров, и я в их числе, а также депутаты, стараются вернуть старый советский закон о психиатрической помощи. Но, конечно, с учетом современного мира. Что было в советское время? Я начинал работать участковым психиатром. Вот появляются сведения о таком человеке, соседи заявляют или коллеги что — то заподозрили, мы с медсестрой выезжаем на место. Соседи могут возжелать комнату этого человека, если он проживает в коммунальной квартире, или просто свести счеты. Поэтому мы в своих решениях всегда были очень осторожны.

Опишу конкретный случай. Звонит женщина, рассказывает, что соседка по коммунальной квартире, интеллигентная, преподаватель литературы, топором рубит дверь в ее комнату. Приехали, захватили с собой сотрудников милиции, поднимаемся с медсестрой в квартиру. Милиция остается ждать нас внизу. Заходим, тихая учительница рассказывает нам, что «чувствует» что соседи через стенку действуют на нее некими лучами. Мы с ней побеседовали. У меня была очень опытная медсестра, она деликатно взяла у этой женщины топор и мы предложили пройти ей в машину. Тогда у нас был «Москвич». На заднем сидении с одной стороны от женщины сел я, с другой — медсестра. Топор отдали водителю. Он спрашивает: «Куда?» Я говорю: «Прямо», а это означает — в приемный покой психиатрической больницы. Приехали, к нам подходят санитарки, забирают у нас эту женщину, я пишу в связи с чем госпитализация. Утром следующего дня я являюсь в больницу на конференцию, где разбирается состояние этой больной. Главный врач, его заместитель, заведующий отделением проверяют обоснованность госпитализации. Соглашаются с моим мнением. Пишут заключение. Я с этим заключением отправляюсь к городскому психиатру. Городской психиатр читает это заключение, посылает своего сотрудника в больницу все проверить и утверждает правильность принятого мною решения. Все, никакой проблемы.

Конечно, сегодня мы имеем какие — то иные социальные условия. Но принцип должен быть соблюден такой, какой был в советское время.

www.mk.ru

Убийство больным шизофренией

Больной О , 57 лет (архив 2000 г), украинец Воспитывался одной матерью, отца не знал Окончил 8 классов с низкой успеваемостью До принудительного лечения был разнорабочим Периодически злоупотреблял алкоголем. В браке никогда не состоял, постоянных сексуальных связей не имел Преморбидно замкнутый, чудаковатый

В возрасте 28 лет у больного появилось желание попасть в психиатрическую больницу из тех соображений, что работа не обеспечивала его всем необходимым, «а в больнице тихо, спокойно, и накормят, и оденут» С целью, как он говорил, имитации сумасшествия, брал куклу и шел в отделение милиции. Там, показывая куклу, спрашивал: «Кто это?» Выдержав паузу, говорил. «Это не кукла, это мой ребенок». Так, начиная с 1971 г в течение 3 лет госпитализировался несколько раз. Во время пребывания в стационаре отмечались симптомы эмоционально-волевого снижения, вычурность, амбивалентность, манерность, дезорганизация мышления, что на том этапе расценивалось как проявление дебюта (симплекс-синдрома) простой формы шизофрении.

В 1974 г О по бредовым мотивам совершил убийство женщины, жены некоего знакомого Н , после чего был задержан, взят под стражу и, согласно определению суда, был направлен на судебно-психиатрическую экспертизу в Днепропетровскую областную психоневрологическую больницу, где был признан невменяемым как страдающий параноидной формой шизофрении С тех пор находится на принудительном лечении

По поводу содеянного больной сообщал следующее. Часто бывая в доме Н , которого называет «другом», он заметил, что жена Н неверна мужу Он определил это по ее походке, поведению. По внешним особенностям детей — форме ключиц, позвоночника и фигуре в целом, понял, что детей жена Н. рожала не от него, а от другого мужчины Делился с Н. своими наблюдениями, но тот не принял их всерьез Стал обдумывать план мести «изменнице», решил покарать ее изнасилованием Помнит этот день в мельчайших подробностях Забрался в квартиру через окно, «она» мылась, запершись в ванной комнате. Какое-то время колебался в выборе решения убить или изнасиловать? Импульсивно выбрал первое

Все последующие годы никогда не выражал сожаления по поводу содеянного, отстаивал правильность своего поступка (избавил общество от «воровки и крохоборки») Обнаруживал бредовые идеи отношения, преследования в адрес окружающих («плохих») «Следят, смотрят искоса Знаю их мысли: хотят убить» Прочую категорию людей относил к «хорошим»

При осмотре формально ориентирован Держится на минимальном расстоянии от собеседника Речь громким многословным монологом, почти немодулированная. Мышление паралогичное, с резонерством и соскальзываниями Обнажено, привычными фразами говорит о содеянном им убийстве женщины Бравирует своим «хобби» — чтением книг Гитлера и о Гитлере. Проводит между собой и фюрером параллели в том, что тот тоже делил нации и людей на «полноценных» и «неполноценных». Убежден, что стал бы другом и единомышленником фюрера в деле очищения общества от окружающих повсюду «крохоборов». Эмоционально неадекватно приподнят и в то же время монотонен. Выражает готовность и далее жить в больнице. Холодно отзывается о женщинах, к которым он не испытывает ничего, кроме недоверия Во избежание выписки якобы «нарочно» говорит врачам о своих намерениях убить кого-то В моторике ряд микрокататонических знаков, размашистость и рассогласованность движений Отмечаются признаки личностного дефекта.
Диагноз: шизофрения, параноидная форма, непрерывно-прогредиентное течение, параноидный синдром.

dommedika.com

Шизофрения является не только самым распространенным психическим расстройством (по некоторым данным, около 1% популяции), но и самым полиморфным по феноменологии и патокинезу. Нарушения психики при этом заболевании могут быть выражены от проявлений легкой постпроцессуальной акцентуации на уровне практического здоровья до состояний помраченного сознания; она может протекать непрерывно-злокачественно и одноприступно, а также с малозаметной прогредиентностью. МКБ-10 (F20) дает далеко не полный перечень вариабельности шизофрении по статике и динамике, это во многом объясняется тем, что степень поражения психики и типы динамики болезненного процесса характеризуются континуальностью перехода внутри крайних позиций. В то же время является фактом, что при каждом из многочисленных клинических вариантов, на каждом этапе процесса больными шизофренией совершаются агрессивные действия, в том числе убийства.

В 1993 г. в РФ больные шизофренией составляли 52,5% от всех признанных невменяемыми; убийства и другие опасные агрессивные действия, совершенные ими, — 21,5% от всех ООД (Мохонько А.Р., 1995). Эпидемиологические региональные исследования в США (1980-е гг.) показали, что 8—10% лиц, страдающих шизофренией, сообщают, что совершали агрессивные действия различной тяжести или угрожали ими в течение года (в общей популяции — 2% — Swanson J.W. et al., 1990).

У больных шизофренией мужчин, выписанных из больниц Стокгольма в 1971 г. (Lindqvist P., Allebeck P., 1990), криминальность за период 1972—86 гг. в целом была почти такой же, как в общей популяции, однако показатель агрессивных ООД (как правило, не слишком серьезных) был выше в 4 раза. Сплошное исследование случаев шизофрении (N=538) в 1964—84 гг. в лондонском округе Camberwell показало увеличение риска совершения агрессивных ООД у мужчин в 3,8 раза (Wessely S.C. et al., 1994).

Доля больных шизофренией среди лиц, совершивших убийство, составила: 15% в Исландии (1900—79 гг.); 20% у мужчин и 44% у женщин в Копенгагене (1959—83 гг.); 10% в округе Контра-Коста, Калифорния (1978—80 гг.); 8% у мужчин и свыше 6% процентов у женщин в Западной Германии (1955—64 гг.; убийства и покушения на убийства); 8% страдающих шизофренией и 4% — шизофреноформным психозом в Стокгольме и северной Швеции (1970—80 гг.) (Taylor P.J. и Gann J., 1999). В Финляндии, где раскрывается около 97% убийств и практически все эти правонарушители проходят судебно-психиатрическое освидетельствование, показано, что шизофрения у мужчин примерно в 8 раз увеличивает риск насилия, приводящего к убийству (Eronen M. et al., 1996), а у женщин — в 10,8 раза (Eronen M.k 1995).

В целом, как свидетельствуют многочисленные факты, при всех психопатологических состояниях число больных, не совершивших агрессивные действия, намного больше, чем число совершивших (они составляют от сотых процента до 1—3%). Это относится и к продуктивно-психотическим расстройствам (облигатным для шизофрении, согласно МКБ-10), и к так называемым психопатоподобным, считающимся не только частыми, но и высоко «криминогенными». Судебные психиатры чаще всего встречаются именно с такими подэкспертными.

medicalplanet.su